Teenage dirtbag

В золотисто-розовом закате тонут последние часы долгого весеннего дня, а Намджун тонет в Чонгуке. Тонет бесповоротно, беспомощно. Чёрные омуты тянут на самое дно, розовые лепестки губ заманчиво раскрываются, подобно утреннему бутону, которого коснулись первые капли холодной росы, сладкий голос Сирены хрустально переливается его собственным именем. Намджун тонет без шанса на спасение. Чонгуку 15. Намджуну - 35. Пытаясь сберечь его честь и продлить детство, Намджун избегает своё темноглазое проклятие, но несётся по первому звонку и тихому всхлипу в трубке. Чонгук провоцирует, испытывает на прочность. Излюбленная пытка - попросить купить мороженое-рожок, а потом медленно, со вкусом, глядя прямо в глаза - гораздо глубже - лижет приторную сладость, пачкает губы - облизывает их тоже. Намджуну душно и галстук становится удавкой, а Чонгук смеётся звонко и шепчет на ухо "Ты покраснел, хён", прихватывая холодными от десерта губами мочку. Намджун тонет и легкие горят огнем. Чонгук - его пара, но ему прекрасные невинные 15, он должен насладиться чистотой и юностью, Намджун уверен. Чонгук уверен, что должен взять ситуацию в свои руки, раз Намджун никак не решается. Намджуну 35 и он должен быть умнее, но хитрый дьяволёнок застаёт врасплох. Он на кровати Намджуна, в его квартире, абсолютно нагой и открытый, он водит по ладной фигурке руками и смотрит прямо в глаза - гораздо глубже. Намджун тонет без единой возможности увидеть небо вновь, идёт ко дну со скоростью торпеды, и только с первым поцелуем розовых мягких губ снова может дышать.