Teenage dirtbag

- Ненавижу... Ненавижу! Чонгук режет кухонными ножницами мягкие кроличьи уши по живому: кровь склеевает пряди волос, течёт в глаза, рот, за ворот футболки. Но он даже не чувствует боли, только злость на то, что он такой, на то, что по закону он не может быть с Намджуном в каких-то других отношениях, кроме 'гибрид-хозяин'. Злость от того, что он всегда будет недостоин, всегда будет обузой. Пушистое, с шёрсткой цвета горячего шоколада, ухо падает на пол. - Чонгук! Намджун выхватывает ножницы, брезгливо отбрасывая в сторону, совершенно безумными глазами оглядывает Чонгука с ног до головы, а потом прижимает рыдающего дрожащего мальчишку к груди. - Глупый... Господи, ну какой... какой же ты глупый!.. Две бутылочки перекиси уходят на то, чтобы остановить кровь, один моток бинта на то, чтобы перевязать основание уха, полчаса - чтобы поместить отрезанное ушко в лёд и доехать до клиники. - Н-намджуни, я не хочу... Пусть и второе... Я не хочу быть... таким. Я хочу с тобой, - умоляюще шепчет Чонгук, цепляясь пальчиками за куртку Намджуна. - Ты всегда будешь со мной, слышишь? - он целует холодные ладошки, провожая в операционную. - Мне плевать на все законы и правила. Мы уедем туда, где никому нет до нас дела, мы уедем и всегда будем вместе. Мальчик смотрит огромными глазами, взглядом спрашивая "честно-честно?" и Намджун улыбается, кивая. Через неделю повязки снимают и ушко выглядит как новое, вот только шевелить Чонгук им больше не может. Он виновато прячет глаза. - Ты такой красивый, Гуки, - Намджун целует в тёплую щёку кролика, протягивает шоколадку и тонкий бумажный конверт. - Там билеты, самолёт через 3 дня. Документы я сделал ещё до того как ты... Ты согласен? Чонгук смеётся и кидается на шею, обнимая своего мужчину. Касается губами метки над ключицей со своим именем и выдыхает тихое "да".