Гарри Поттер и ЕГО Портрет.

      Утро первого сентября началось ожидаемо. С беготни всех Уизли по Норе. Мы с Гермионой смотрели на это с улыбкой, и пили чай, играя в гляделки. Она проигрывала. Все-таки у меня был великий учитель. Я плотоядно облизнул губы, и она покраснела, опустив глаза в кружку. Я ухмыльнулся. Герми так легко смутить, она так мила и невинна.       Девушка подняла взгляд и улыбнулась мне, я ответил ей тем же. Я не выдержал и, подойдя к ней, наклонился и втянул ее в неторопливый поцелуй. Мне очень нравилось ее целовать, странно, что пока мне было и от этого хорошо. Хотя секса мне чертовски не хватало. Но изменять я не намерен.       В глазах мысленно появился портрет Дориана. Этот ужас точно хуже всего, что делал Реддл. Свою душу я буду беречь. Как могу. Я оторвался от Гермионы, и она смотрела на меня затуманенным взором. Она всегда реагировала на нашу близость сильнее. Но все же, мы еще не достаточно близки. Может проблема в том, что мы в Норе и здесь сложно уединиться так надолго? Хотя может и в другом. Но я не берусь обсуждать с ней этот вопрос. — Гарри! Ты собрался? Мы выдвигаемся через пять минут! Гермиона! К тебе это тоже относится! — раздался крик Молли.       Мы с Герми переглянулись и засмеялись. Все как обычно. Хоть что-то в этом мире не меняется и меня это бесконечно радует. — Да, миссис Уизли, мы с Гермионой на кухне.       В ответ она ничего не сказала. Видимо это молчание было одобрением.

***

      Спустя пять минут мы стояли у камина, чтобы перенестись на вокзал. Мы решили, что так безопаснее. Хотя о чем это я? Так решил Директор. К счастью на этот раз я переместился куда нужно, и даже изящно вышел из камина на платформу. Вот и передо мной Хогвартс-экспресс. Это всегда было волшебно, как и в первый год. Алый паровоз гудел и выплевывал облака белого пара, которые поднимаясь выше, принимали различные формы.       Понаблюдав за этим несколько минут, я снова повернулся к камину. Я встретил из камина Гермиону и Рона, и мы направились в сторону поезда. Попрощавшись с Миссис Уизли, мы вошли в вагон. Рон с Гермионой ушли в вагон старост, а я направился искать свободное купе. Спустя какое-то время, поиски увенчались успехом. Я поднял свой багаж на полку, с помощью магии, как приятно снова колдовать. Все же я не злоупотреблял магией в Норе, Патронус не считается. Все-таки эти летние ограничения жутко раздражают. Раздался звук открывающейся двери, и я повернулся. Это был ни кто иной, как Драко Малфой. — Привет, Поттер. Почему наша знаменитость без сопровождения? Не боишься, что на тебя нападут? - иронично улыбаясь, спросил блондин.       Он был довольно красив, хотя в сравнении с Дорианом он был обычным. Но на фоне остальных он выгодно выделялся. Одет Малфой был в черные брюки и белую рубашку с закатанными по локоть рукавами. Вены слегка выделялись на его руках, а кожа была очень светлой и почти прозрачной. В правой руке у него была палочка, и он свободно держал ее, смотря мне в глаза. — Что ты, Драко, — промурлыкал я, — кому я нужен? — Наконец-то ты признал Поттер, что ты никто, и не смей меня звать по имени! — рыкнул блондин.       Я облизал губы, смотря на него, и снова взглянул в глаза. Зрачки были слегка расширены. Хм… Интересно. — Ну, звать по фамилии тебя я не буду, такую честь заслужил только твой отец. Кстати, как он? Говорят в Азкабане прохладно, может ему прислать теплые вещи? Я могу.       Драко покраснел от злости и направил палочку на мою грудь, начав шипеть, как змея. Это было забавно. — Да как ты смеешь! Он там из-за тебя.       Я достал свою палочку, и направил на него. И продолжил спокойно говорить: — Нет, Драко. Он там из-за своей глупости. Разве я знал, что лучшие слуги Темного Лорда проиграют толпе школьников-недоучек? Он сам виноват. И пророчество разбил. Очень неаккуратно, — я улыбнулся Драко, и он удивленно смотрел на меня. — А как поживает грязнокровка? Я слышал, ее ранили.       Я мысленно его убил. Но не стал срываться. Все же это нечестно, как бить щенков. Я улыбнулся ему. — Она потрясающая. Знаешь, я думаю жениться на ней и ввести ее в один из своих родов. Что лучше? Как ты думаешь? Я думаю, ей больше пойдет фамилия Блэк. Или двойная? Ты же чистокровный, ты все знаешь и можешь посоветовать, — медленно говорил я.       Драко зачарованно смотрел на меня, но потом вздернулся и удивленно спросил: — Блэк? — Да, мой крестный завещал мне все, в том числе и титул. Я принял его летом. Как и титул Своей семьи. Так, что ты посоветуешь?       Он резко развернулся и ушел из моего купе, громко задвинув дверцу. Я рассмеялся этому ребячеству. Я наконец-то спокойно сел и достал учебник по зельеварению. За этот год я стал в нем лучше разбираться и теперь не придется краснеть. Вдруг я услышал легкий перезвон и достал зеркало. — Дориан! — улыбнулся я. — Как неожиданно приятно.       Мой собеседник лукаво улыбнулся и облизал губы. Я сдержал вздох. — Да брось, Гарри. У тебя теперь не менее приятная компания. Как дорога? Все хорошо? — томным голосом спросил меня Грей. — Да, тут я согласен. По-моему я влюблен. И Смерть благословила меня на этот союз.       Он присвистнул этой новости. — Я тебе потом подробно напишу, как я встретился с Госпожой. Все-таки я в поезде, здесь могут случайно услышать. Как ты сам?       Он хмыкнул и внимательно посмотрел на меня. — Я хорошо. Немного непривычно без тебя, как ни странно я привык просыпаться с таким удовольствием. Сейчас ищу тебе замену и развлекаюсь с теми вейлами.       Я слегка улыбнулся ему, подмигнув. — О да. Я тебя понимаю. Но у меня пока только поцелуи и легкий петтинг, — со вздохом сказал я. — Ничего, она перед тобой не устоит. Будь более настойчив. Как я, — смеясь, сказал Грей.       Я сдержал смех и посмотрел на него. Для него и не нужно было стараний, он просто одним своим видом соблазняет всех. — Если я буду как ты, то окажусь через год с ребенком и женой, — сказал я, лукаво улыбаясь. — А чем плох вариант? — удивленно вскинув брови, спросил Дориан. — Пока я не разрешил определенные проблемы, то не хочу иметь такие слабые места, — медленно протянул я. — Да для тебя весь твой Хогвартс слабое место, — недовольно проворчал Грей.       Я кивнул, соглашаясь, и посмотрел ему в глаза. — Ладно. Мне пора. Я тебе потом позвоню. — Хорошо, Гарри, — улыбнулся он.       Я закрыл зеркало и откинулся на сидение. Я скучал по Дориану, по времени, проведенному с ним. По нашим излишествам и пороку. Но и Грейнджер была мне близка и практически любима. Все-таки Гермиона проникла мне под кожу. Хотя я рад этому. Безумно. — Фух, как все долго. Ненавижу собрания!       Как обычно Рон в своем репертуаре. — Рон! Это обязательство старосты. Не нравится, откажись! — резко осадила его Герми.       Я улыбнулся, смотря на них. — Нет, я пошутил. Гарри, все хорошо? — смотря на меня, спросил Уизли. — Да, а что должно было произойти? — удивленно спросил его я. — Я видел взбешённого Малфоя, он шел с этой стороны, — недовольно поджав губы, сказал Рон. — Да ничего не было, я спросил его, не мерзнет ли его отец, и спросил кое-что по вопросу своего наследства от крестного. Он же на половину Блэк. Не мог не подколоть его этим, — лукаво улыбаясь, ответил я. — И все? Даже не проклял его? — недоверчиво спросил Уизли. — Рон! — возмутилась моя маленькая львица. — Гарри же не идиот, в первый день дуэль устраивать. — Я не это имел ввиду. Просто странно, что он ничего не сделал, — пожав плечами, сказал он. Я улыбнулся ему. — Он просто боится меня. Я победил лучших Пожирателей, и он понимает, что я могу сделать с ним. Он трус. — Да, Гарри. Что верно, то верно. Тележка еще не проезжала? — Кто о чем, а Рон о еде. Нет, не проезжала.       Рон обиженно насупился, и, сложив руки на груди, отвернулся к окну. Гермиона с улыбкой на это посмотрела, и положила голову мне на плечо. Я почти заснул, когда почувствовал, что меня чем-то накрыли. Я приоткрыл глаза и увидел, что Гермиона накинула на нас мантию. Мне стало интересно. Это от холода, или она что-то планирует? Тут я почувствовал ее руки на своем животе. Она начала вырисовывать пальчиками мои кубики.       Значит, быть настойчивей, да Дориан? Да если бы я действовал, как он, сейчас бы я ее трахал прямо здесь, перед Роном. И она бы ничего не замечала. Она ласкала мой живот, и провела пальцемм по границе джинс. Я напрягся. Неужели она хочет? Я резко вздохнул сквозь зубы. Она положила руку на мой член, и сжала сквозь одежду. Он заинтересованно дернулся, и я откинулся, прикрыв глаза. Она поцеловала меня в шею и зашептала, на ушко: — Что ты хочешь, чтобы я сделала? — и облизнула мне мочку уха. Член полностью встал. Великая, дай мне сил ее не изнасиловать. Я глянул в сторону Рона, он спал. Я с облегчением вздохнул и шепнул ей в губы. — Все, что пожелаешь, любимая.       Она проказливо улыбнулась и принялась расстегивать мои штаны. Я был в легком шоке. Значит ночью наедине, она на такое не решается. А днем, рядом со спящим Роном - да. Она сжала член через боксеры, и я сдержал стон. Надо сказать с трудом. Я не привык вести себя тихо. Я повернулся к ней и втянул в страстный поцелуй. Она смелее просунула руку под трусы и обхватила ствол. Я тихо простонал в поцелуй, поощряя. Она задвигала рукой, а я в такт задвигал языком в поцелуе. Это было неплохо. Некоторое время спустя я кончил. Все-таки Герми волшебница. Я очистил себя и ее руку магией, и с благодарностью поцеловал. Сместившись к шее и сдержавшись от засоса, укусил за мочку уха. — Тебе понравилось Гаррри? — простонала она.       Я зашептал ей на ухо: — До безумия. Я сдерживался, чтобы не заняться с тобой сексом прямо здесь, перед Роном. Что ты хочешь, чтобы я сделал для тебя? — я аккуратно гладил ее бедро под юбкой. Обожаю ее кожу. Она идеально гладкая и бархатистая. И сводит меня с ума. — Все что пожелаешь, любимый.       Я улыбнулся ей, и продвинул руку выше, нежно гладя кожу вокруг трусиков. Гермиона почти застонала, и я поцеловал ее. Я аккуратно поддел трусики, и отодвинул от своей цели. Хорошо, что Дориан приводил Вейл, и я все знаю об удовольствии для девушек. Я быстро нашел клитор, и начал неторопливо его гладить, Гермиона всхлипнула, и я начал действовать быстрее, чтобы успеть, пока Рон не проснулся. Надолго ее не хватило, и она кончила, сжав мою руку между бедрами. Я вывел из нее пальцы и поправил белье. Я поднес руку ко рту и облизал пальцы, смотря ей в глаза. — Ммм, ты такая вкусная.       Она заворожено смотрела на меня, и потянулась за поцелуем, в котором мы разделили ее вкус. Она слегка простонала от этого ощущения, и я слегка отодвинул ее. — Нам надо успокоиться, если ты не хочешь чтобы первый раз был в поезде и при свидетелях. — А у тебя уже был секс? — слегка ревниво спросила она. — Герми, глупо ревновать к прошлому. Да был, и много секса. Но это не важно. Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, Гарри.       Она снова втянула меня в поцелуй. И успокоившись, легла мне на плечо. Мне было мало. Я так хотел ее. — У меня скоро день рождение. Ты помнишь? — Да, что ты хочешь в подарок? — спросил я, легко улыбнувшись. — Тебя.       Я сдержал смешок и ответил ей: — Я и так весь твой, любимая. — Я хочу провести ночь с тобой, занимаясь сексом.       Я опешил от этой новости. И где мы в Хогвартсе найдем место на всю ночь? — Место ищешь ты. Это все-таки мой подарок, — улыбаясь, сказала она. — Хорошо. Я найду. А ты возьми с собой обезболивающее и заживляющее зелье, — легко сказал я. — Зачем? — удивленно вскинув брови, спросила она. — Ну, если ты хочешь всю ночь, а так и будет. Я слишком долго ждал, чтобы ограничиваться парой часов, то это тебе пригодится.       Она покраснела, понимая, что я имею ввиду. — Хорошо.       Раздался гудок, оповещая, что мы подъезжаем. Я вскочил, быстро стягивая одежду, чтобы переодеться, Гермиона с любопытством на меня смотрела, а Рон смотрел удивленно. — Что ты делаешь Гарри? — сонным голосом спросил он. — Переодеваюсь в форму.       Рон с Гермионой переоделись давно, еще в вагоне старост. Что не скажешь обо мне. — Ааа, — зевнул Рон. — О, а ты крут Гарри. Откуда столько мышц? — Квиддич.       Не говорить же ему, что большое количество секса и тренировки и опять секс помогают фигуре. — Здорово! — с легкой завистью протянул он.       Я пожал на это плечами, завязывая галстук. Одевшись, мы вышли из купе и направились к выходу. Встречали нас как обычно кареты. С теми самыми тестралами. — Я их теперь тоже вижу, — с грустью сказала Гермиона.       Рон угукнул на ее заявление. Я лишь печально вздохнул. Меня больше не трогала смерть Сириуса. Для меня прошло много времени. Но я должен играть. И показывать что переживаю. Из-за поворота показался величественный замок. Наконец-то я дома. Привет Хогвартс.