Когда наш мир заканчивается, мы только начинаем жить

Утром действительно стало немного легче, и пришло время возвращаться… домой? Разве Аркадию все-таки можно назвать домом? Они только что переговорили по рации с Рэйвен и Монти, коротко объяснив ситуацию, но Кларк могла бы поклясться, что друзья не повелись на неестественно веселые голоса и якобы радостные новости. Длинная процессия растянулась на несколько сотен метров. Как ни странно, люди немного смешались, и сейчас Земляне и Небесные шли бок о бок, разговаривая и неся разные вещи. Индра, Роан и Кейн шли впереди, Маркус наконец-то, смог извинится перед Индрой и снова начать разговаривать со своим другом. Октавии не было с ними, и Беллами проклинал себя за то, что не пошел вчера поговорить с сестрой. Утром Роан сказал, что та попросила отправить ее куда-нибудь подальше от Полиса, и он дал ей поручение доставить кое-что на Север, в столицу Ледяной Нации. И сестра мгновенно уехала, не попрощавшись ни с кем из своих. Хотя, она теперь считала своим народом Землян, а не тех, с кем когда-то спустилась на Землю. Идти было немного скучно, да и постоянно думать о приближающейся смерти не особо хотелось. Впервые за долгое время он стал осматривать окрестности, а потом решил поделиться своими впечатлениями с его, кажется, новым-старым со-лидером. — А здесь красиво. На Земле, имею в виду. — Да. Знаешь, что возле Челнока есть одно место, где все вокруг светится? Бабочки, цветы, растения… — Знаю, — протягивает он в ответ, — Октавия убегал туда с Атомом тайком от меня. — А мы гуляли там с Финном в первые дни после приземления. Там красиво. Финн. Атом. М-да… — Про что ни говори, опять вспоминаешь погибших товарищей, — озвучивает общую мысль Беллами, — надо как-то заканчивать с этим. Так будет не всегда. Финн умер как герой, он раскаялся и исправил свои ошибки. — Да. Он был… таким. — Как и все мы, когда-то спустившиеся на Землю. — Ну уж нет, Беллами Блейк, ты сразу выделялся среди нас, обычных подростков. — Тем, что подстрелил канцлера перед вылетом? Как ни странно, на губах обоих появляются улыбки. Они, кажется, дошли до стадии, когда могут шутить над этим. — Потому что ты был старше, умнее и сильнее, как морально, так и физически. — Ты бы что-нибудь исправила сейчас? Ну, когда мы только высадились на Землю? Кажется, что это все было чуть ли не годы назад, хотя с момента приземления едва ли прошло полгода. Но события тех первых недель кажутся сейчас такими ужасно далекими и поистине детскими. — Ну… — Кларк немного обдумывает ответ, — ты был прав, когда советовал заткнуться насчет смерти Уэллса, все это привело к проявлению необоснованной жестокости среди наших ребят, и мы чуть не казнили невинного. — А я бы послушал тебя и не давал снимать браслеты, как придурок. Не надо было давать им распускаться в тот момент. — Но в итоге, мы все исправили, верно? Ты помог мне, я помогла тебе, мы объединились и довольно неплохо со всем справлялись. Хорошая из нас вышла команда. — Да. Не без ошибок конечно, но все-таки. Их довольно мирный диалог прерывает окрик идущих впереди людей — оказывается, они почти подошли к воротам Аркадии. В душе даже появляется немного странное чувство, что-то похожее на облечение после возвращения домой. Рэйвен, Джаспер, Монти и Харпер ждут возле ворот, приветственно размахивая руками. Никогда еще в своей жизни они не были так счастливы воссоединиться со своими друзьями, и вновь обняться. — Ребята, вы что там, на четвереньках ползли из самого Полиса? — недовольно протягивает Рэйвен, обнимая сначала Миллера, потом Кларк, а затем и Беллами, — мы вас уже заждались. — Некоторые из нас занимаются важными делами и ведут свой народ, — звучит где-то рядом знакомый голос Роана. — Да неужели? — Рэйвен точно за словом в карман не полезет, поэтому оборачивается на звук голоса и мгновенно узнает их бывшего пленника, — некоторые помогли Вам выиграть эту войну, и не стоит ссориться с главным мозговым центром этого лагеря. Роан и Рэйвен буравят друг друга напряженными взглядами пару секунд, потом тот отходит в сторону, решив заняться более важными делами. — Это долгая история, — закатывает глаза Миллер, — там все очень сложно. — Не сомневаюсь, — Джаспер выглядит довольно бодрым и отдохнувшим, — с Айли покончено? Это же круто! Знаете, мы с Монти приготовили новую партию самогона и только и ждали Вас, чтобы попробовать! — Отличная идея! — Брайан с воодушевлением принимает предложение, — куда идти и где искать? Посмеиваясь и переговариваясь, группа ребят заходит внутрь лагеря. Беллами и Кларк в который раз понимающе переглядываются и решают, что подарят всем еще один день в счастливом неведении. ------------------------------------------------------- Этим вечером всем весело. Действительно, по-настоящему весело. Люди развели большие костры и просто сидят под открытым небом, пьют самогон и готовят потрясающе пахнущее мясо. Земляне ненадолго отлучились и вернулись с большим количеством свежепойманной добычи. Чего-чего, а уж этого умения им точно не занимать, готовят они просто прекрасно. Беллами обходит площадь со стаканом в руке. Вообще-то он не планировал пить сегодня, но Джаспер и Монти буквально насильно вручили стакан, на минуту превратившись в тех самых простых и веселых подростков, которые сварили самогон через неделю после приземления на Землю, а потом нечаянно наелись странных орехов. Он поддерживает общее веселье, хотя ему совсем нерадостно. Кейн и Эбби, кажется, окончательно больше не скрывают свои отношения и теперь стоят возле одного из костров, просто обнявшись и тихо переговариваясь. Индра и Роан разговаривают о своем, некоторые ребята тупо пьют, а некоторые даже пробуют танцевать. Кларк опять появляется рядом с ним просто из ниоткуда, встав рядом и протягивая свой бокал для чего-то? — Думаю, мы заслужили выпить по стаканчику, — повторяет она ту самую фразу, сказанную им так давно у ворот лагеря, и на мгновение сердце странно сжимается. Она опять протягивает оливковую ветвь перемирия, и только ему решать, принимать ту или нет. — Ну, наконец-то, — говорит он и даже искренне улыбается. Они соприкасаются своими стаканами, а затем просто усаживаются на одно из сваленных деревьев, рассматривая остальных. Оба сейчас остро ощущают свою изолированность, потому что не могут в полной мере наслаждаться праздником. — Моя мама и Кейн… — Кларк спотыкается, но все-таки продолжает, — это произошло, когда меня не было? — О да. Знаешь, эта та ситуация, когда все кроме них двоих видели то, что между ними происходит. Они были просто… В общем, я нисколько не удивлен, да и ребята тоже. — Я не то чтобы удивлена, я рада за нее. Просто… Сейчас наверное, не время. — Наоборот, Кларк, — пожимает плечами Беллами и делает еще один глоток обжигающего напитка, — когда, если не сейчас? Нам немного осталось, можно сделать все то, на что раньше не решался. — Ты все-таки думаешь, что мы умрем? — Да. Признай, что шансов нет. — Их мало, но они есть. Ладно, давай не будем хоть сейчас говорить о смерти? Не знала, что ты такой пессимист. — Станешь тут пессимистом. Несколько минут молча рассматривают веселящийся лагерь, а затем Кларк все-таки набирается смелости и спрашивает: — Расскажи мне о Джине? Немного провокационный вопрос, но ей почему-то хочется это знать. Да и жутко любопытно было бы посмотреть на Беллами в роли парня, она инстинктивно чувствует, что он будет действительно хорошим парнем для любой девушки, заботливым и милым. А еще Кларк уверена, что когда он отдаст кому-то свое сердце, то это действительно будет навсегда, Беллами однолюб и будет преданным. Тем временем он немного молчит, а потом все-таки говорит: —Она была хорошей, намного лучше, чем я. Джина была светлой и веселой, легкой, умела видеть радостные и счастливые моменты в окружающей нас действительности. И знала, как всем помочь. Рэйвен была знакома с ней на Ковчеге, они много общались и здесь. Мы часто веселились в баре, пили и просто болтали. Хорошее было время. Кларк внезапно чувствует все-таки сожаление от того, что пропустила все это. Пока она бегала по лесам и сражалась с пантерами, как дикарка, то ее друзья были здесь и действительно поддерживали друг друга, помогая исцелиться. Они бы и ей помогли, как и мать, но Кларк сделала ошибку, а теперь приходится за нее расплачиваться, восстанавливая отношения с близкими людьми. — Джина как никто другой была достойна жить дальше. И она уж точно заслуживала спасения. — Все заслуживают спасения. Небольшая пауза. — Я слышал слухи о тебе и о Лексе, — прямо и без обиняков говорит Беллами, искоса взглянув на Кларк, — это правда? — Я… Я хочу чтобы ты знал: я осталась в Полисе не из-за нее и не из-за своих личных похождений, это было сугубо политическим решением, я пыталась помочь нашему народу. И уже собиралась уходить домой, когда Титус случайно ее убил, значительно усложнив нам жизнь. А Лекса… Мы сблизились, да, но я всегда знала, что это ненадолго и быстро закончится. Так и вышло. Теперь это в прошлом. Наверное, на мне лежит какое-то проклятие, знаешь? Все, к кому я привязываюсь, умирают. — Это Земля, тут все умирают просто из-за кучи разных дерьмовых причин, никак не связанных с тем, к кому ты привязалась. Просто совпадения. Они сидят там еще некоторое время, иногда переговариваясь. Уже глубокая ночь, действительно, оба кажется, только сейчас заметили то, что ночью на Земле довольно красиво и легко дышать. Надо наслаждаться этим, пока еще осталось время. Беллами спит в отдельной каюте в Арке, ему слишком надоели эти палатки и холодная земля. Кларк поначалу теряется и не знает, куда бы ей отправится заночевать, потому что у мамы теперь есть Кейн. Харпер теперь с Монти, Монро погибла, Октавии тоже нет. Наконец она выбивает себе отдельную комнатку и уходит, предварительно спросив всего одно слово: — Завтра? — Да. Хватит уже тянуть. Чем раньше мы начнем об этом говорить, тем больше шансов что-то придумать. Только бы предотвратить панику. В этот раз Беллами долго не может заснуть, постоянно ворочается и смотрит в потолок. Чтобы Вы сделали, если бы точно знали о том, что Вам осталось жить всего полгода?