Из огня да в полымя

Сознание Лестрейда дало сбой. – Шерлок, мать твою, что происходит? – Не догадываешься? - детектив хищно облизнулся. – Если ты решил изнасиловать инспектора полиции, то это плохая идея. – Я так не думаю, - Холмс склонил голову на бок, откровенно разглядывая крепкое тело Лестрейда. Инспектор наложил себе в руки взял себя в руки и спокойно сказал: – А теперь серьёзно, Шерлок. Объясни, что здесь происходит. Уперев руки в спинку дивана, детектив склонился над его лицом и размеренно заговорил: – Джон отсутствует уже неделю. Целую неделю мне приходится обходиться без секса. Для меня это рекордный срок - я на грани. Раньше я мог жить без физической близости годами, теперь же, когда Джон разбудил моё мирно почивавшее либидо, организм требует регулярной встряски. Секс с незнакомцами для меня неприемлем. Поэтому ты являешься наиболее подходящим субъектом. Ты кажешься мне физически привлекательным, мы довольно хорошо друг друга знаем, и, в довершении, ты сам захотел у меня переночевать. Какая ирония! Инспектор хотел сбежать от семейных проблем к махровому асексуалу, а вместо этого натолкнулся на домогательства гиперсексуального детектива. Вот уж действительно - из огня да в полымя! Выходит, Салли была права - Шерлок и Джон были любовниками. Шерлок прочитал на лице Лестрейда неприкрытый страх, отчего поспешил добавить: – Но ничего не будет, если ты не захочешь. Я не сторонник сексуального насилия. – Навряд ли я за… - Шерлок не дал инспектору договорить, несильно сжав его соски через трикотажную майку, - …хочу мужчину, - шумно выдохнув, закончил полисмен. – Посмотрим… - тон сменился с делового на приглушённо-томный, - Грег… От жаркого шёпота у инспектора волосы на голове зашевелились. И не только волосы. Лестрейд осознавал, что мог в любой момент поднатужиться и перевернуть хлипкий столик, высвободив тем самым руки, и убежать, но ему почему-то не хотелось этого делать - стало интересно, что же произойдёт дальше. Правильно говорят, что любопытство до добра не доводит. Шерлок, едва касаясь, провёл кончиком языка за ухом, заставляя воздух спешно ретироваться из лёгких Грегори. Опалил дыханием ушную раковину, нежно прикусил мочку. Затем оторвался и уставился в глаза инспектору. Чего уж врать, Грег желал детектива! Желал его полные розовые губы, белоснежную кожу, матово сверкающую в свете ночника. А два бездонных тёмных малахита под густыми бровями просто напросто загипнотизировали инспектора. Лестрейд, удивляясь самому себе, потянулся было за поцелуем, но Шерлок отпрянул. Потёрся носом о шею Грега, в то время как его пальцы бегали по торсу мужчины. Белая материя обтягивала мышцы полисмена, эффектно оттеняя загорелую кожу. Инспектор находился в хорошей физической форме, причиной чему в равной степени были нагрузки во время оперативной работы и скудное питание - жена, увлечённая инструктором по танцам, не слишком озадачивалась приготовлением пищи. – Какой ты красивый, Грег, - пылко шептал Шерлок, слушая его бешеное сердцебиение, - просто обалденный. Лестрейд не помнил, чтобы детектив хоть раз до сегодняшней ночи назвал его по имени. А сейчас этот бархатный голос просто сносил ему крышу. И тешил мужское самолюбие - Шерлок считал его красивым, физически привлекательным, хотя только утром его обозвали ни на что не годным. – Освободи меня, - хрипло попросил Грег. Холмс приподнялся на руках. В его глазах мелькнуло разочарование - он решил, что инспектор пошёл на попятный. Но сдвинувшись чуть ниже, сыщик почувствовал полностью вставший член и дико обрадовался. Как по волшебству в пальцах появился блестящий ключик, и через пять секунд руки инспектора были свободны. Воспользовавшись этим, Грег мгновенно сел и сгрёб сыщика в объятия. Где-то в тёмном уголке сознания полыхнула мысль о том, что Шерлок всё-таки мужчина. Но Лестрейд был будто околдован нереальностью этой ночи. Хотелось лишь без оглядки отдаться тайному, может быть давнему, желанию. Поэтому Грег послал все доводы рассудка далеко и надолго, растворившись в божественном поцелуе. На вкус детектив был словно восточная сладость - мятный привкус прохладного шербета, терпкая сладость пахлавы, приправленные неповторимой пряностью кардамона и гвоздики. Шерлок озорно подцепил зубами нижнюю губу Грега, всосал её в рот, затем прогулялся языком по верхней, проник в рот инспектора и принялся нагло изучать все его закоулки. Лестрейд перехватил инициативу и стал жадно сминать припухшие губы сыщика. Но вскоре прервался, издав жалобный полустон-полувздох, когда Холмс легко провёл подушечками пальцев по его возбуждённой плоти. Ободрённый этим звуком, Шерлок посильнее сжал член Лестрейда через ткань боксеров. У Грега закружилась голова, он откинулся на подушку и попытался притянуть к себе детектива. Но Холмс мягко высвободился и слез с дивана, чтобы ненадолго покинуть инспектора. Во время короткой передышки, не позволяя себе задумываться над происходящим, Лестрейд скинул бельё и вновь вытянулся на диване. Шерлок вернулся, неся в одной руке упаковку презервативов, а в другой - флакон со смазкой. – Вижу, тебе не терпится, - констатировал детектив, забираясь на обнажённого Лестрейда. – Тебе тоже, - инспектор намекнул на каменную эрекцию партнёра. Шерлок удобно устроился между мускулистых ног Грега и, не тратя времени на новые прелюдии, раскатал презерватив на свой стоящий член. Лестрейд начал было протестовать против такого распределения ролей, но детектив отрезал: – Я слишком возбуждён, чтобы быть снизу. Возможно, позже я позволю тебе вести, но не сейчас. Либо ты соглашаешься, либо я ухожу. Отступать было не характере инспектора. Под действием дурманящих шерлокочар он был готов на всё. Пошире раздвинув ноги, Грег обхватил ими детектива: – Никуда я тебя не отпущу. Довольный Холмс обильно смазал три пальца лубрикантом, поднёс к колечку сфинктера и стал его разглаживать. Как ни странно, полисмен не находил эти действия неправильными. Шерлок аккуратно просунул фалангу одного пальца внутрь и, совершая круговые движения, постепенно запустил туда весь длинный палец. Затем ловко добавил второй и третий. Лестрейд почти не испытывал дискомфорта, пока сыщик умело его растягивал. Наоборот, было даже приятно. А когда Холмс нащупал простату, Грега тряхнуло, будто детектив вставил другие два пальца в розетку. Шерлок убрал руку, выдавил щедрое количество геля на пенис и спросил: – Готов? – Мммм… - согласно кивнул Грегори. На более внятный ответ сил не хватило. Шерлок приподнял его за бёдра, приноровился членом к входу и надавил - головка легко скользнула внутрь. Несильно толкнувшись, пробрался чуть глубже. Лестрейд инстинктивно напрягся, не пуская детектива дальше. – Грег, расслабься, - успокаивающий шёпот и нежные поглаживания. «Попробуй тут расслабиться, когда в тебя член запихивают» - подумал Лестрейд. Но мягкие увещевания плюс лёгкие касания сделали своё дело - постепенно он открылся детективу. Шерлок откланялся назад, выходя, а потом вдавливался, проникая глубже. С каждым пройденным сантиметром из головы сыщика улетучивались мысли, и когда член полностью оказался внутри инспектора, у Холмса осталась лишь одна мысль - как следует вознаградить себя за неделю воздержания. Грег шумно сопел, в то время как Шерлок наполнял его. Ощущения были новыми и … странными, с одной стороны слегка болезненными, а с другой неуловимо приятными, в особенности своей неизведанностью. Дойдя до конца, детектив замер над Лестрейдом. Инспектор приподнял голову и прижался губами к его плечу. В голубоватом свете ночника оно казалось высеченным из лунного камня. Этот нежный жест убедил Шерлока в том, что пора действовать. Подхватив Грега под коленки, он принялся плавно выходить и резче входить. Целая гамма противоречивых чувств расцвела в теле инспектора: удовольствие от трения и «электрических» ударов, легкая боль и просто крышесносное ощущение наполненности гением дедукции! Толчок - яркий всполох, выскальзывание - сладкая истома. Сквозь пелену страсти Лестрейд ловил взглядом ладную фигуру Шерлока, как будто во сне качающуюся над ним. Грег на миг представил себе, что, когда они закончат, он схватит Шерлока, не дав тому отдышаться, бросит его животом на сидение, будет тереть, разминать, целовать каждый миллиметр его белоснежной кожи, спускаясь ниже, властно разведёт его розоватые ягодицы в стороны, приставит член к анусу и резко, без всякой подготовки … От этой фантазии инспектор чуть было не кончил. Но торопиться не стоит, хочется продлить удовольствие от действий детектива. Тем временем Шерлок окончательно растерял остатки самоконтроля, напористо и едва ли не грубо вводя своё достоинство в загорелое тело, вбиваясь в партнёра в молниеносном ритме. Лестрейд мотал головой из стороны в сторону и бесстыдно стонал как заведённый. Жгучая спираль наслаждения завивалась вокруг позвоночника, заполоняя живот, распуская длинные языки в груди, начисто лишая лёгкие воздуха. В довершении всего Холмс отпустил одну ногу инспектора и переместил ладонь на истекающий предъякулятом, со вздувшимися венами, пенис Грега. Уверенные движения пальцев, ласкающих головку и ствол, точно рассчитанное давление доводили Лестрейда до исступления. Вдруг его тело выгнуло сильнейшей сладкой судорогой, в голове вспыхнуло, и он кончил, утопая в жаркой пелене, окутывающей лицо и тело. Шерлок совершил ещё несколько фрикций внутри сокращающихся стенок, весь затрясся и, коротко взвыв, навалился всем телом на Лестрейда. Итак, решил Грег, он только что переспал с мужчиной и получил от этого охренительное удовольствие. Нет, не просто с мужчиной. Подрагивающими руками он сжимал горячего, липкого от пота, чёртова сноба и гения Шерлока Холмса. Внезапно эта идиллия была беспардонно нарушена. Послышался стук от падающей на пол тяжёлой сумки, и яркий свет на мгновение ослепил инспектора. – Бл**ь, - смачно объявил Джон Ватсон с порога.