All I need is Коммунизм

      Ленин встал и начал отряхиваться от земли. В его голову понемногу возвращались воспоминания о прошедшем вечере. Он пил с Люцифером, тот спросил его о Великобритании, а потом — ничего. Только поле, пара деревьев, и куча заноз во всех частях тела. Если задуматься, то утро началось вполне обычно, даже, можно сказать, традиционно для понедельника. Голова болит, хочется пить, проснулся неизвестно где, а настойчивое ощущение внутри только и гудело о том, что нужно работать, так сказать. Но кое-что вырвало Вождя из раздумий. На горизонте появился дымок, а, следовательно, там были люди, которые могут объяснить хоть часть из того, что было.       Раз, два, три, четыре, я люблю пехоты строй. Надоедливая строевая песенка. Где её только Крупская откопала?       Путь Вождя был трудным и сложным, вчерашняя попойка засела в голове и всё никак не отпускала. Терзал Ленина и вопрос: куда, чёрт побери (Йарррр, тысяча Боярских!), подевался его нос? Вчера вроде был. Вроде, как в пословице: «Нос горбинкой, ху…», а впрочем, неважно. Всё ближе и ближе мелькал обладатель струйки дыма — большой старинный особняк. И с каждым шагом, он становился больше и больше.       Спустя некоторое время Ильич всё же дошёл до здания и остановился перед дверью. Внутренние коммунист и алкоголик подавили восстание хороших манер, и Ленин бесцеремонно постучал в дверь ногой. Дверь, не выдержав такого наплыва манер, слетела с петель к чёртовой матери.       В гостиной было многолюдно, в основном — странные люди, одетые в чёрные одежды, на манер Ленина. Решив сгладить неловкость, Ленин стал подходить к каждому из присутствующих, жать руку, и скромно представляться: «Вождь Всемирной Революции товарищ Ленин». Люди явно боялись его, некоторые пытались поцеловать протянутую руку, но Ильич был не лыком шит и буквально с кошачьей грацией изворачивался и жал руку насильно. Высокий белобрысый мужчина, к которому Ленин подошёл в последнюю очередь, словно увидел давнего знакомого и воскликнул:       — Ба, товарищ Ленин! Меня зовут Люциус! Не думал, что произойдёт такая встреча, пройдите в свои покои, вот вам сопровождающий! — С этими словами он подтащил Рабастана Лестрейнджа к Ленину, и, по сути, всучил несчастного проводника Вождю. — Он ответит на все интересующие вас вопросы! — После чего, придав ускорения Лестрейнджу пинком, Люциус схватился за голову и упал на диван, явно переигрывая.       С момента, как Ленин появился в магическом мире, он уже успел потрясти одну из самых могущественных группировок в Британии. Близкий круг Пожирателей смерти/Упивающихся Смертью сидел в полной растерянности. Некоторых из них било мелкой дрожью. Игорь Каркаров тихо сидел в углу, и так же тихо плакал. Первой голос подала Беллатриса:       — А может в этот раз обойдётся?       Люциус поднял голову и посмотрел на Беллатрису.       — Обойдётся? Ты надеешься, что в этот раз обойдётся? — Люциус явно был на грани эмоционального срыва. Нарцисса приобняла своего мужа, и тот начал слегка успокаиваться. Пожиратели/Упивающиеся смотрели на него, как Роза из «Титаника» на крышку рояля, как Киркоров на женщин-боксёров, как вытрезвитель на Брежнева, короче говоря, они смотрели на него с надеждой. Люциус встал и начал ходить по гостиной из стороны в сторону. Руки у него дрожали мелкой дрожью, и было видно невооруженным глазом, что он волнуется.       — Обойдется, говоришь? — продолжил свой монолог Малфой-старший. — А что ты говорила в прошлый раз? А в позапрошлый? А в позапозапрошлый? Молчишь? А я тебе скажу: всё время было твоё "обойдётся, да чё вы ссыте! Он же взрослый человек, лидер террористической, мать её, группировки"! — Дрожь начала бить сильнее, и Люциус стал заметно дёргаться. — Вы все помните, что было в тот раз, когда он решил, что он — королева Елизавета? — он обвел взглядом сидящих. — Я, знаете ли, на всю жизнь натанцевался в платье, потому что: «Ах, Люси, у тебя такие замечательные волосы!». А бедный Макнейр?! Он ведь до сих пор учится на этого сраного истукана, где-то под Лондоном. — Люциус начал багроветь, но продолжал: — А когда нашему гордому лидеру взбрело в голову что он Гитлер? Что было? Молчите? А было то, что он попытался застрелиться потому что «Русские берут Берлин, Мюллер, отдай парабеллум, и не лапай мою жену!», благо он идиот, и повернул пистолет другой стороной! А что было в следующий раз? Конечно, я вам напомню, он был Иваном Грозным! И что он сделал? Посреди ночи ворвался к Каркарову, сказал: «Сына, твоя жена путана» и всыпал ему промеж глаз ножкой стола. Да так сильно, что Игорь отключился. И всю ночь рыдал потому, что он плохой отец, и что он наделал. — Из угла где сидел Каркаров всхлипы стали слышаться гораздо отчетливее и громче, а Люциус решил заканчивать, — Был, конечно, и светлый момент, когда Волдеморту пришло наваждение о том, что он Наполеон, и мы объездили всю Францию в поисках Святой Елены, на которой Волдеморт «был бы не против пару раз умереть». — Малфой-старший окинул взглядом сидящих и сказал тихим голосом: — Знаете, почему Каркаров плачет? Волдеморт думает, что он — основатель СССР. — Люциус обессилено сел на диван и закрыл лицо руками.       — Что же нам теперь делать? — спросила Беллатриса. Люциус усмехнулся и ответил:       — Надеяться, что это скоро пройдет, иначе нам п*зд… — Люциуса перебил влетевший в открытый дверной проём домовик. Беллатриса понемногу начала осознавать ужас ситуации.        А Ленин тем временем шёл и думал о своём. Дела шли в гору, дом нашёл, люди есть, поспрашивать есть у кого, мечта одним словом. С мысли его сбило маленькое существо. Существо позвало Ленина пить чай, Ленин в свою очередь позвал существо сходить нахуй, и пинком отправил его туда, где примерно находился тот мистический детородный орган. Ильич обратил внимание на Лестрейнджа и спросил:       — А куда я всё же попал?..