Gay and Lesbian

Дверь открылась и на пороге появился парень. Тот парень! Он с ухмылкой подошел к кровати, становясь напротив девушки, раскрывшей в удивлении глаза. Она пробежалась взглядом по нему… Черт, он был без майки, а резинка от трусов «Кельвин Кляйн» виднелась и… О господи! — Как ты? — он оценивающе посмотрел на нее. Беспокоился? — Нормально, — произнесла тихим голосом Мари, все еще смотря на мускулы парня, вытирающего мокрую голову. Он определенно ей нравится. — Ты попала под колеса, — сказал он, отходя от кровати и направляясь к столику, на котором стоял стакан с водой или водкой. Ну мало ли? — Голова или что-нибудь болит? Она непонимающе заморгала. — Да-а нет. Нет, наверное. Я… — Вдох — Я не знаю. Он еще раз посмотрел на нее, и она только сейчас поняла, что он не похож на девушку. Он правда был парнем, и она думает, что не гей. Да, может он так ей и сказал, но он не похож на гея! Нет! И Маринетт поняла, что очень сильно не хочет, чтобы он оказался и в душе голубым. Ну может же случится все так как с Алей? Она же тоже встретила парня, ради которого стала нормальной. Дюпен-Чен тоже готова быть таковой, если только этот красавчик, продолжавший показывать ей свои мускулистые плечи, спину, руки, будет с ней. — Ты вчера сказала, что хочешь меня… — ЧТО? Он действительно сейчас это сказал? Маринетт сильнее раскрыла глаза и нахмурившись посмотрела на парня. — Ты… До сих пор?.. Адриану было неловко это спрашивать, но ему надо это знать. Потому что её упавшая лямка ночнушки, которую он сам одевал на её голое тело, просто не давала ему покоя. Он считал — раз он одевал её, то и снимать тоже должен он. Адриан, походкой дикой кошки, тихо стал подходить к ней, облизывая губы и кидая полотенце на кресло. Морщинки между бровями у девушки ему хотелось расцеловать, чтобы их не было видно, а губы, которые голубоглазка так предательски кусала, ему самому хотелось терзать. — Знаешь, что я хочу? — сузив глаза, спросил блондин. — Я хочу сорвать с тебя эту кофточку, которую кстати я вчера одевал на тебя, — на этом моменте она с шоком раскрыла рот, — т-с-с! — он замахал голой из стороны в сторону, зажмурившись, — Я не об этом! Так вот… Снять её, и снова увидеть тебя, твою фарфоровую кожу, тонкую талию, проводя по ней руками… — Она запрокинула голову, когда он опустился к её шее, шепча, и между словами облизывая шею, и сильнее закусила губу. — А ты хочешь этого? Она не могла ответить. Она хотела — да. Хотела, как никогда раньше, но его язык, его слова не давали ей этого сделать… — Ответь! — прорычал куда-то в шею зеленоглазый и с силой оставил «отметину». Маринетт вскрикнула. Это ощущение: такое тягучее, такое теплое, разливающееся в животе, внизу. — Да-да-да… хочу-хочу… — зашептала синевласая, стараясь подавлять стоны, которые просились наружу от его прикосновений. Он навис над ней, выдергивая ее из одеяла. Он стал покрывать ее шею поцелуями, переходя на ключицы, и обратно — к уху, щекам, губам. Маринетт обхватила руками его шею и ближе притянула его к себе. Но в следующий миг послышался звук рвущейся ткани. — Эй! — она хмуро посмотрела на него. — Я не шутил, когда говорил это, — и улыбнулся по-кошачьи. Он правда был похож на кошку, так старательно посасывая кожу Мари. Вернись... Что? Вернись... Откуда этот звук?! Пип... Пип... Пип... - Пожалуйста, проснись... Маринетт в ужасе раскрыла глаза и ощутила сильную боль в голове. Твою ж мать, что это? Тот парень! Тот парень, с которым она чуть не переспала во сне, тот с которым она так откровенно флиртовала - ОН сидел возле её койки в больнице, рядом с ней с перевязанной башкой, так безумно которая болела от удара машины. Этот парень сидел рядом с ней... - Привет, - хрипло прошептала девушка. - Пообещай, что больше не будешь бросаться под колеса. Я переживал, - а Маринетт почувствовала, как сердце делает двойное сальто. - Переживал как за кого? Он долго смотрел на нее, не отрывая глаз, а потом наклонился и запечатлел на её горячих и мягких губах поцелуй. Она бы потеряла самообладание, если бы не очередная колкость, придуманная так кстати сейчас: - Гей еще называется!