Autumn Story

День рождения Чарльза неумолимо приближалось, и Элизабет настойчиво советовала Эрику съездить в город и купить подарок. Пользуясь случаем, все обитатели особняка быстро составили список нужных им вещей, которые можно купить только в городе, и Эрик с кипой списков и поручений, уныло кивал на «очень важные» замечания к каждой покупке. Леншерр, решив, что заодно навестит и маму, утром следующего дня уже ехал на личной машине Ксавье, которую невозмутимо вел Алекс. Марго категорически отказала Эрику в желании поехать на его мотоцикле так как « Эрик, сейчас такой холод! Ты обязательно себе что-нибудь застудишь!». Смирившись с настойчивой Марго, Эрику оставалось лишь составить компанию Алексу, который ехал по делам в Нью-Йорк. Приехав в город, Саммерс довез Леншерра до его дома, и они договорились встретиться через несколько часов. Эрик зашел в серое многоэтажное здание, поднялся на нужный этаж и зашел в свою квартиру. Но была ли она на самом деле его? Он словно был в черно-белом фильме, в котором были серые стены, белые потолки, черная мебель. Здесь не было уюта и комфорта и это резало глаза еще больше после нескольких недель, проведенных в светлом и просторном особняке Ксавье. Низкие потолки, и узкие стены комнат давили и угнетали, и Эрик поспешил собрать нужные вещи и ретироваться в дом к своей матери, которая наверняка сейчас щебетала со своими подругами по телефону или разгадывала сканворд под тихий шелест бессмысленной передачи в телевизоре. Выйдя на улицу, Леншерр снова вдохнул полной грудью, освобождаясь от затхлого воздуха многоквартирного дома. О том, что рано или поздно ему придется вернуться сюда, думать сейчас не хотелось. Мужчина, плотнее укутываясь в свою косуху, быстрым шагом направился к дому Эди, который находился в нескольких кварталах, и добежать до него не составляло проблем. Эрик, как и всегда, отметил разительное различие между шумной, серой улицей, на которой находился его дом и проулком, где жила Эди. Эта узкая уютная улочка сияла ярким осенним солнцем и была усыпана опавшей листвой, слетающей при каждом порыве ветра с высоких старых кленов, стоявших по обе стороны от дороги. Старые, каменные дома были обвиты еще зеленым плющом и маленькие садики были полны буйством красок осенних цветов. Мужчина взбежал по каменным ступенькам одного из таких домов и открыл простенькую деревянную дверь. С кухни тянуло свежей выпечкой и корицей и был слышен шум какого-то дурацкого ток-шоу, которая любила Эди. Эрик зашел в светлую, небольшую комнату, сделанную в бежевых и оранжевых тонах: приоткрытые окна выходили на тихую улочку и были занавешены легким тюлем, весь гарнитур был выполнен из темного дерева, а на круглом столе стояла ваза с шикарным букетом из поздних цветов и осенних листьев. Эрик невольно улыбнулся, окунаясь в теплую атмосферу дома и, оперившись о косяк, стал наблюдать за своей мамой, все еще не замечавшей его и украшавшей только испеченный пирог. Леншерр неаккуратно шевельнулся и создал звук, на который испуганно обернулась Эди. Потом на ее лице проявилось удивление и безмерная радость и она, не успевая перейти на английский, бросилась Эрику на шею: - Эрик! Ты приехал, lieber! Ich vermisse dich so! (нем. Я так соскучилась!) Почему ты не позвонил? - Прости, mutti (нем. мама), я решил сделать тебе сюрприз. – Эрик неловко улыбнулся. - Что ж, у тебя получилось, негодник! Я только испекла пирог. Садись и расскажи мне как там твоя работа в этом особняке у Ксавье. Эрик уселся на мягкий стул и стал делиться впечатлениями со своей матерью, которая хлопотала с чаем и пирогом и успевала вставлять громкие междометия и емкие фразы на немецком. - А что, в этом поместье есть какие-нибудь симпатичные девушки из прислуги, или может… jungen? (нем. юноши) Мужчина зарделся, будто это был тот самый первый разговор подростка с его родителем на интимную тему: - Я…я думаю, мне нравится кое-кто… - О, - Эди оживилась, - и кто же это? - Кхм, сам хозяин поместья. - Чарльз Ксавье?! С ума сойти, Эрик! Умеешь же ты выбирать себе предмет воздыхания. А он проявляет к тебе интерес? - Думаю, да. Но я не уверен до конца. Что мне делать, как думаешь? - Ты ведь говорил, что у него скоро день рождения? Так купи ему особенный подарок, который он запомнит надолго. И обязательно напиши поздравление. Подбирай слова аккуратно, чтобы не спугнуть его. – Эрик кивнул, внимательно слушая советы. Эди всегда умела помочь и поддержать, это еще одна причина, почему мужчина так любил и ценил свою мать. - Ты не знаешь, здесь есть рядом лавки букиниста* или книжного магазина? - Буквально за углом лавка мистера Финча. Помнишь его? Он часто в детстве читал тебе книги, когда мы с папой были на работе. У него множество антикварных и эксклюзивных книг. Эрик улыбнулся, вспоминая холодные вечера в Германии, когда мама с папой работали не покладая рук, и он оставался с мистером Финчем, местным торговцем книгами. Спустя годы, когда Леншерры уже переехали в Америку, судьба свела их с Финчем вновь. Он, как оказалось, тоже приехал в США из-за оставшейся ему в наследство лавки букиниста, которую он с удовольствием держит до сих пор. Мать с сыном беседовали еще несколько часов, обсуждая забавные моменты в особняке и размеренную жизнь Эди в городе. В 3 часа после полудня Эрик засобирался в лавку и в магазин, вспоминая огромный список вещей, которые ему предстоит купить. Эди чуть ли не со слезами на глазах горячо прощалась с сыном, не желая выпускать его из объятий, отчего Эрик покраснел и неловко клюнул маму во впалую щеку. - Эрик, пообещай мне, что если твои чувства к профессору взаимны, то ты не упустишь своего шанса! Я хочу, чтобы ты обрел свое счастье. Пообещай мне, lieber! - Хорошо, мам, я сделаю все, что в моих силах.

***

Эрик, улыбаясь чему-то своему, направился к лавке Финча. На душе стало легче после разговора с матерью, пропало все смущение и растерянность, вызванная чувствами к Чарльзу и ответной реакцией самого Ксавье на них. За последнюю неделю между ними произошло много нелепых и странных ситуаций, которые, между тем, подстегивали интерес Эрика к этому смущающемуся профессору, который бессовестно наглеет, когда немного выпьет. Леншерр завернул за угол и оказался на более широком проспекте, но не менее уютном и тихом. Он подошел к небольшому магазинчику: на витринах и на столах перед лавкой были выставлены книги, через окна лился теплый свет от лампы, освещая старые, выцветшие, или наоборот, дорогие и яркие, обложки томиков, фолиантов, сборников и журналов. Мужчина зашел внутрь, окунаясь в теплую атмосферу, пахнущую книжной пылью. За старой деревянной стойкой сидел пожилой седеющий мужчина с нацепленными на прямой орлиный нос очками. Достаточно было лишь одного взгляда на него, чтобы понять, что в молодости он был красавцем: ясные голубые глаза, жёсткая линия скул и грубые черты лица делали его мужественным и волевым человеком. Но с возрастом черты смягчились, появились морщины, и в глубине холодных голубых глаз появилась теплая искорка добра и умиротворения. Продавец, услышав звон колокольчика на входе, очнулся от своих раздумий, поднимая взгляд на Эрика, с любопытством рассматривающего внутреннее убранство лавки. Букинист оживился, резво поднимаясь и с теплой улыбкой подходя к Леншерру, тепло пожимая ему руку: - Oh, Eric! Как давно я тебя не видел! Проходи, рассказывай, какими судьбами? - Мистер Финч! Я так рад видеть вас. Я выбираю подарок для своего друга и mutter посоветовала посетить вас. Я надеялся, что вы поможете мне с выбором подарка. - О, конечно-конечно. У вашего друга есть какие-то предпочтения в жанре книг? - Я думал подарить ему что-то особенное, может раритетную книгу или ограниченное издание. Этот человек много значит для меня, и я бы не хотел прогадать с выбором подарка. - Как на счет детектива? Я недавно приобрел у одного коллекционера экземпляр из ограниченного издания «Восточного экспресса» Агаты Кристи, подписанный рукой самой писательницы! Такие товары у меня долго не задерживаются, хоть и стоят порядочно, так что уже завтра его может и не быть. Желаете посмотреть? - Да, пожалуйста. – Эрик взволнованно постукивал пальцами по стойке. Помнится, Чарльз упоминал несколько раз, что очень любит английские детективы. Финч достал из закромов книжных шкафов бережно укутанный в пергамент сверток, положил на шаткую стойку и развернул обертку. Перед глазами Эрика предстал новёхонький экземпляр «Восточного экспресса»: тисненые золотом буквы выглядели дорого на угольно-черной обложке книги, вырисовывая витые узоры на концах слов, корешок совсем не истрепался, и надписи не истерлись; хотя книге уже был не один десяток лет, было видно, что она хранилась бережно с самого момента покупки. Эрик сполна оценил восхищенным взглядом книгу и бережно коснулся ее, открывая первую попавшуюся страницу и ощупывая дорогую, качественную бумагу, вглядываясь в хорошо пропечатанный крупный текст. На первой странице, на которой гордо выделялось название, размашистым почерком был оставлен автограф самой писательницы. Эрик думал, что эта книга на самом деле достойна Чарльза и уже предвкушал, как его друг будет рад такому знаку внимания с его стороны. Договорившись о цене, мужчина попросил упаковать книгу в нарядную обертку и вложил кругленькую сумму за этот подарок, не чувствуя никакого приступа скупости, а лишь восторг от купленной книги. Бережно положив ее в сумку и тепло распрощавшись с мистером Финчем, Леншерр вышел на улицу и глянул на часы: у него оставалось полтора часа, чтобы купить все необходимые вещи для обитателей поместья. Причем все эти покупки были настолько разными, что Эрик сомневался, что сможет в одном магазине найти важную деталь для микроскопа Хэнка и особое тесто для «самых вкусных в мире пирожков» Марго. Все же, ему это, на удивление, удалось, и Алексу пришлось ждать его всего лишь 15 минут. Уложив все покупки в багажник, Эрик со спокойной душой уселся в салон, и они двинулись. - Алекс, а зачем тебе нужно было в город? - О, я также как и ты покупал подарок и еще… лекарство. - Лекарство? Что-то серьезное, раз этого лекарства нет в округе? - Мой младший брат Скотт немного приболел, какое-то редкое заболевание глаз, но, кажется, ничего серьезного, если, конечно, своевременно принять меры. - Хорошо, надеюсь, он выздоровеет. Этот сухой будничный разговор был единственным за весь их путь домой. Эрик не хотел отвлекать и беспокоить Алекса, выглядевшего расстроенным и взволнованным, а Алекс был слишком занят своими мыслями и не мог найти тему для разговора.

***

Приехали они уже под вечер, когда стемнело. Элизабет помогла выгрузить все покупки и раздать их «заказчикам», а потом повела Эрика вглубь сада, как догадался Леншерр, к беседке. Конец августа был ощутимо холодным, но в центре широкой бревенчатой беседки, украшенной резными фигурами и узорами, расположился костер, обложенный камнями, так что даже холодными вечерами здесь будет тепло. В беседке кудесничали Рейвен и Марго, оживленно обсуждая очередное бессмысленное шоу на телевидении, попутно развешивая яркие гирлянды и воздушные шары на столбиках и потолке. Эрик был очарован предпраздничной атмосферой, царившей в беседке: колыхающиеся на ветру легкие занавески с тихим шорохом касались развешенных разноцветных украшений, на деревянном столе, не укрытом пока скатертью, был уютный беспорядок, состоявший из лишних гирлянд, ненадутых шаров, ножниц, клея и чашек с ароматным, но уже остывшим и недопитым чаем, наверняка принесенный заботливой Марго. Рейвен, едва заметив вошедшего мужчину, ухмыльнулась ему, произнося приветствие загадочным тоном: - Привет, Эрик. Как съездил? Стоящий подарок купил? Леншерр вспомнил, свидетелем какой сцены она вместе с Хэнком стала и слегка порозовел, стараясь сохранить невозмутимое лицо: - Да, Рейвен, я считаю, подарок прекрасный и надеюсь, что Чарльзу понравится. - Правда? Покажешь? – В разговор вступила Лиза, надеясь увидеть плоды своих дельных советов. - Ну уж нет, - Эрик широко улыбнулся, - увидите завтра, когда я вручу его Чарльзу. Рейвен обидчиво надула губки, а Марго и Элизабет тихо хмыкнули. Дворецкий властно взглянул на мужчину, наблюдающего за стараниями женской половины, и требовательно выдала: - Что ж, мистер Леншерр, раз подарок вы показывать не хотите, то пожалуйте приняться за работу. Чем больше сделаем сегодня, тем меньше хлопот завтра! Эрик с обреченным лицом, под беззаботный смех Рейвен, последовал приказанию Элизабет и направился помогать Марго развешивать струящиеся с самого потолка резные гирлянды.

***

Закончили друзья лишь поздним вечером, когда почти все огни в особняке погасли, и они решили закончить украшение беседки завтра. Эрик совершенно без сил, но со счастливой улыбкой предвкушения завтрашнего дня, свалился на мягкую перину своей кровати и мгновенно заснул. *Букинистика - торговля старой книгой и другими печатными антикварными изданиями. Букинист, соответственно, продавец этих книг.