Инстинкты

      Новый год начался с неприятностей. На Тома было совершено покушение, не удавшееся только благодаря чуду. И этим чудом стал артефакт, подаренный Гарри. Надо сказать, реакция Тома и Нагайны на подарок была неоднозначной. Тома артефакт позабавил и порадовал. К змеям он всегда питал слабость. А уж такая симпатичная и незаметная спутница, с которой можно еще и поговорить, ему определенно нравилась. А вот Нагайна чисто по-женски обиделась. Она посчитала, что хозяин нашел ей замену. На Гарри она тоже обиделась, за то, что сделал такой подарок. И не разговаривала с обоими. При этом постоянно попадалась на глаза, принимая гордый и независимый вид. Смотрелось все это очень забавно и было бы смешно, не будь так грустно. На контакт вредная рептилия не шла и на уговоры не поддавалась. Тому грозило остаться без фамильяра. И только покушение на жизнь, как тогда казалось, Тома, заставило Нагайну пересмотреть свое мнение, а сам Том перестал воспринимать артефакт как игрушку.       Лорд активно пользовался тем, что его внешность была почти нормальной и частенько выбирался в город сам. Как прознал об этом Дамблдор, не понятно. Как узнал его, тоже не ясно, хотя, возможно, он искал Тома по магическому слепку или ауре, а не по внешности. В одну из своих вылазок его змейка, которую он назвал Утави (что в переводе с одного из индийских наречий значит «помощница»), сообщила, что хозяина преследует какой-то маг. Оказалось, змейка имела настоящее змеиное зрение и видела даже сквозь некоторые чары. Тогда Том, петляя, вышел в неприметный узкий тупичок и поставил полог, снимающий все чары с прошедшего сквозь него. Появившегося наемника он обездвижил, связал и стер ему память. Работающего лично на Дамблдора убийцу он узнал сразу. В рукаве у него обнаружился метательный кинжал, а в кармане — зелье. Обработанный зельем кинжал и само зелье изъял. Изучив изъятое дома, он понял, что убивать его не собирались. Зелье представляло собой модифицированное и сильно концентрированное Зелье Безумия. Ранение обострило бы паранойю, а попавшее в кровь зелье начало бы свою работу. И, к своему ужасу, он узнал тонкий травяной запах, а попробовав на язык каплю, и сам пряно-кисловатый вкус. Такой вкус и запах имел фирменный чай у одного его партнера по бизнесу. Они виделись редко, в Англии он не жил, в Хогвартсе не учился. Как на него вышел Дамблдор, осталось загадкой. Самое ужасное, артефакт, который выявлял примеси, не реагировал ни на чай, ни на концентрированное зелье. С предателем нужно было что-то делать. Причем срочно и с помощью официальных лиц. Иначе Дамблдор опять уйдет безнаказанным, а его обвинят в клевете. Кажется, пора навестить Министра.       Когда Том сообщил о случившемся всем заинтересованным и предупредил, что Дамблдор начал действовать, Гарри с трудом оторвал от себя рассыпающегося в благодарностях Невилла. Подумав и посоветовавшись с Северусом, они решили, что пока Дамблдору не выгодно давить на Гарри, по крайней мере пока он ждет его добровольного согласия сотрудничать. А про Невилла он ничего не знает. Да и защищены парни хорошо. Том подарил Невиллу артефакт, схожий с тем, что подарил Гарри Северус. Родовые артефакты предупредят их о добавках. От тех, что не определяются как вредоносные, есть заклинание. Раскрываться еще рано, нужно подождать, пока Дамблдор окончательно потеряет свои позиции. В Министерстве уже его положение сменилось с Великого Светлого волшебника до почетного пенсионера. Осталось донести эту мысль до обывателей и учеников. А для этого хватит одного скандала с зельем. Главное позаботиться, чтобы этот скандал попал в прессу.       Дамблдор стал нервным и часто отлучался в Министерство. Это оказалось на руку Гарри. Никто не мешал отпраздновать день рождения Северуса. Оказалось, он свой день рождения не любил и не праздновал. Но Гарри не был бы Поттером, если бы не настоял на своем. Праздничный ужин на двоих он выпросил. Ему вообще-то все равно праздновать или нет, главное чтобы Северусу было комфортно, но полюбоваться на лицо супруга, когда он получит подарок, очень хотелось. Девятого января вечером покои декана Слизерина оказались наглухо запечатаны. Старосты предупреждены. Друзья тоже. Насладившись легким ужином, Гарри достал небольшую коробку. Ухмыльнувшись, Северус ее вскрыл и заглянул внутрь. Ироничная ухмылка сменилась удивлением, когда он увидел пузатую бутылочку с пинту объемом с желтоватой вязкой жидкостью внутри. Удивление сменилось шоком, когда он понял, что это яд василиска.       — Откуда столько? — хрипло проговорил Снейп.       — От одного чудовища из Тайной комнаты.       — Только не говори, что опять туда спускался.       — Я еще в прошлом году спускался, когда узнал, что вся эта махина моя по праву трофея. Хранится в одном из сейфов Поттеров под чарами сохранности.       — Спасибо, — руки у Северуса слегка подрагивали, глаза наполнились нежностью и теплотой. — Яд василиска сейчас днем с огнем не сыщешь. Особенно свежий. Ты даже не представляешь, что это для меня значит.       — Представляю. Запрешься в лаборатории, и я тебя еще долго не увижу. Особенно когда прочтешь то, что осталось лежать в коробке.       — Хм… Рецепты зелий. Я с такими еще не сталкивался… Это похоже…       — Лабораторный дневник Салазара Слизерина, описывающий удачные эксперименты с ядом василиска. Единственный экземпляр на английском языке. Еще есть оригинал на парселтанге. Тоже в единственном числе.       — Гарри…       Поттер был сжат в крепких объятиях и зацелован до потери кислорода и пространственной ориентации.       — Я должен все проверить! — с маниакальным блеском в глазах смотря на вожделенную тетрадку, сказал Северус.       — Я же сказал, запрешься в лаборатории, и я тебя долго не увижу…       — Я постараюсь не засиживаться…       — Перестань, а! Я прекрасно знаю, кто у меня муж. Переживу. Сиди ты в своей лаборатории, сколько влезет. Только не забывай, что у тебя еще целая школа учеников и целый семестр впереди.       — Забудешь тут, — фыркнул Северус, нежно прижимая Гарри к груди.       Удовлетворенный, счастливый и окрыленный перспективами зельевар уснул только под утро, обняв вырубившегося супруга.       Утром обитатели Хогвартса были взбудоражены невероятным зрелищем. Не выспавшийся, но просто неприлично счастливый Северус Снейп завтракал, уткнувшись в солидного вида тетрадь. Впервые за всю историю его преподавания на все назойливые вопросы коллег он не огрызался, не высмеивал, не убивал взглядом, а просто отмахивался, бурча что-то неразборчивое. Все, кто знал, что у него вчера был день рождения, пытались понять, что же такое ему подарили, из-за чего он пребывал в состоянии близком к нирване. Те, кто не знал о такой знаменательной дате, очень быстро узнали у более просвещенных соседей и присоединились к обсуждению. Хогвартс гудел, как улей.       За гриффиндорским столом Рон огреб от Гарри за неприличные намеки и похабную ухмылку. Гермиона поддержала воспитательным подзатыльником и тихой отповедью о неприкосновенности личной жизни. Особенно личной жизни друзей. Гарри эта сцена напомнила родителей на Йоль. Серьезная маглорожденная ведьма и чистокровный оболтус. Чуть позже друзья все-таки выпытали, что подарил Гарри. И понимающе улыбнулись. По сути, Гарри подарил мужу возможность экспериментировать и творить. Не говоря уже о дневнике Слизерина. Ясное дело, что Снейп в таком состоянии. Гермиона задумалась и пристально посмотрела сначала на Гарри, потом на Северуса.       — Гарри, а почему ты такой бодрый?       — Зелье Бодрости, модифицированное. Правда совсем немного, только для того, чтобы не вызывать подозрений. Так что меня хватит только до обеда. И мне разрешили пропустить Историю магии и Гербологию. Буду отсыпаться.       — А Снейп?       — На него Зелье Бодрости не действует. Он сказал, что привыкание к нему слишком сильное. Чтоб подействовало нужно не меньше пинты выпить, а такое количество уже яд. Как держится только?       — Держится за счет адреналина в крови. Успокоится — силы покинут тут же.       — Похоже на то… Идемте быстрее, опоздаем же.

***

      Директор сидел мрачнее тучи. Его влияние в Министерстве ослабло. Нет, его по-прежнему уважали, но воспринимали не как мудрого наставника, к словам которого следует прислушаться, а как выжившего из ума старика. Как все вернуть, Дамблдор не знал. Единственный возможный выход из ситуации — это подтверждение его слов о воскрешении Волдеморта. Невменяемого и жестокого убийцы. Но его человек, тот, который исполнял для него грязную работу в виде устранения неугодных или убеждения особо упрямых, вернулся с задания с подчищенной памятью и без зелья. Это было плохо. Значит, Волдеморт вполне разумен и теперь знает, кто помог ему стать безумным маньяком. Еще Снейп своей счастливой рожей на нервы действует. Что же ему такое подарили-то? И кто?       За обедом он все же не удержался.       — Северус, оторвись ты от этой тетрадки. Такое ощущение, что у тебя в руках секреты Борджиа или как минимум дневник Мерлина.       — Ну, допустим, не Мерлина, а Слизерина…       — Дневник Салазара Слизерина? — с сомнением протянул Дамблдор под обалдевшими взглядами учителей.       — Лабораторный дневник с результатами его изысканий. И не смотри ты так на тетрадь. Все его самые важные записи сделаны на парселтанге. Оригинал я не в состоянии прочитать. Так что у меня только перевод, но если учесть, что это единственный экземпляр… — Снейп снова уткнулся в дневник, игнорируя взгляды и вопросы.       А вот это уже интересно. Единственный человек, способный достать дневник Слизерина, и, самое главное, перевести его — это Волдеморт. Выходит, Северус соврал, когда говорил, что метку Лорд снял из-за потери доверия. Или он сам не знал истинных причин. Нехорошие шевеления в Министерстве уже тогда начались, значит, Волдеморт мог все узнать и обезопасить нужного ему человека. Ведь переговоры с Грюмом проводились в Министерстве, а намеки на неблагонадежность Снейпа он начал делать заранее. Получается, ситуация только ухудшилась.

***

      Два самых ожидаемых Гарри события произошли в одно воскресное утро. Едва он пришел на завтрак и сел за стол, как к нему спланировал маленький школьный сычик с запиской от директора. Гарри понял, что придется открыться, если ситуация, конечно, не изменится. Но удача, как всегда, была на его стороне. Обсуждение писем и газет было прервано вошедшей в Большой зал представительной делегацией. Министр тоже любил быть эффектным и умел извлечь выгоду в свою пользу. Поэтому, узнав, что Поттер интересуется таким зельем, и, скорее всего, за этим стоит Дамблдор, он решил укрепить свои позиции. В Хогвартс отправилась делегация из невыразимца, четырех авроров под руководством Шеклболта (если повезет, сторонников у Дамблдора станет на одного меньше). Ну, и сам Министр, конечно.       — Корнелиус? Кингсли? Что-то случилось? — спросил директор, подозрительно косясь на невыразимца.       — Пока не знаем, Альбус. Нам нужно поговорить с мистером Поттером. Желательно наедине. Где мы можем это сделать?       — Мы можем пройти в мой кабинет. И только в моем присутствии.       — Альбус, ты не родственник и не опекун мистера Поттера. Поэтому, будь добр, предоставь нам кабинет для разговора. И не обязательно свой, нам подойдет любое помещение, где мы могли бы сесть и поговорить.       — Это исключено. Я отвечаю за своих учеников, Корнелиус. Я настаиваю.       — Ты намекаешь, что я могу навредить ученику, Альбус? В присутствии авроров?       — Я думаю, что смогу помочь Гарри, если вы решите его арестовать.       — Мы не будем арестовывать мистера Поттера. Мы пришли кое-что у него уточнить. Авроры займутся своими прямыми обязанностями, если из показаний мистера Поттера будет ясно, что это необходимо.       — Допустим. И все же я хотел бы быть в курсе…       — Это не твое дело, Альбус. Если мистер Поттер пожелает, он поделится с тобой после нашей беседы. Так, где мы можем поговорить?       — Если вам не подходит мой кабинет, можете занять любой класс. Сейчас они не заняты.       — Благодарю. Пойдемте, мистер Поттер.       — Конечно, мистер Фадж.        Расположились они в ближайшем классе. Говорил с Гарри невыразимец с нейтральным именем Джон Доу. Хотя, скорее всего, за маской и глубоким капюшоном скрывался Руквуд.       — Итак, приступим. Мистер Поттер, откуда вы узнали о зелье «Свет Бригиты»?       — От профессора Дамблдора. Он сказал, что оно поможет, если начнется война.       — Что именно сказал профессор Дамблдор о зелье?       — Что оно заблокирует наследие. Тогда я смогу не отвлекаться на постороннее. Еще он сказал, что поиском пары и личной жизнью можно заняться позже, когда война закончится.       Маги тревожно переглянулись. Мало того, что, скорее всего, именно Дамблдор развязывал войну, так еще и ребенку жизнь искалечить решил. Хорошо парень не пошел бездумно на поводу, а перестраховался.       — А что вас побудило написать нам?       — Профессор Дамблдор уверял, что зелье совершенно безвредно, но ведь так не бывает. Профессор Снейп с первого урока нам твердит, что даже на самое безобидное зелье может оказаться аллергия или индивидуальная непереносимость каких-то компонентов или их сочетаний. А уж после укуса василиска на меня вообще плохо действуют зелья. Даже обычное Перечное через раз. Тем более оказалось, что профессор Дамблдор тоже не знает всех свойств зелья, раз не сказал, что его действие необратимо. Сам я ничего не нашел, только краткое упоминание в семейной библиотеке. В Библиотеку при Министерстве магии я попасть не мог. Вот и написал вам.       — Вас укусил василиск?! Где вы его нашли? — Гарри не планировал рассказывать о василиске, но видеть такие ошарашенные лица было забавно. Тем более он давно хотел по этому поводу на Дамблдора пожаловаться.       — Так в Тайной комнате же. На втором курсе. Тогда еще чуть школу не закрыли. Те события сейчас значения не имеют, но, в числе прочего, я с василиском познакомился и очень близко.       — Как вам удалось выжить?       — Слезы феникса. Фоукс, фамильяр директора, мне сразу после укуса рану залечил.       — Фамильяр, значит… Что ж, это дело прошлое. У вас есть претензии к мистеру Дамблдору по этому поводу?       — Нет, никаких. Как вы и сказали, это дело прошлое.       — Хорошо, учтем. И последний вопрос, как по-вашему, почему директор все время твердит о войне и пошел на такие кардинальные меры?       — Думаю, это что-то личное… Потому что никаких предпосылок нет, а он все равно всех убеждает. То ли это Волдеморт ему чем-то мешает, то ли ему воевать нравится. Я так и не разобрался.       — Что ж, спасибо, что уделили нам время. Вы не против, мы обратимся к вам, если возникнут вопросы?       — Конечно, нет. До свидания.       — До свидания, мистер Поттер.       Когда вслед за Поттером волшебники вышли в коридор, они нос к носу столкнулись с Дамблдором.       — Как хорошо, что вы здесь, профессор! Пройдемте в ваш кабинет, есть разговор.       В кабинете директора, после того как все расселись, не долго думая, перешли к разговору.       — Итак, господа, о чем вы хотели поговорить? Нужна моя помощь?       — Нам нужно, чтобы вы прояснили некоторые вопросы, — начал Министр. — Например, как вам в голову пришло предложить подростку, только вступившему в наследие, зелье «Свет Бригиты»? Причем омеге?       — Наступают трудные времена, нам всем придется чем-то пожертвовать, — отпираться было бессмысленно. Откуда только они узнали? От кого? Неужто от самого Гарри?       — Это какие же такие «трудные времена»?       — Война с Волдемортом. Разве вы сами не видите.       — В том то и проблема, что нет никаких предпосылок. Даже если Волдеморт возродился, не видно никакой террористической деятельности с его стороны. Все как всегда. Никто ни на кого не нападает, не убивает, не пытает. И потом, лично у меня возник вопрос. Если верить вам на слово и считать, что боевые действия будут, то чем пожертвовали лично вы, раз считаете, что жертвы так необходимы?       Крыть было нечем. Волдеморт давно стал его навязчивой идеей. Лично ему было все равно, что он затаился и ничего в открытую не предпринимает. Точнее, он в любом случае был врагом, которого нужно уничтожить. Выскочка, полукровка из древнего рода, он мешал одним своим существованием.       — Молчите, господин директор? Сказать нечего? И самое интересное, вы почему-то не подумали сами выпить это зелье. Хотя как раз вам ничего от этого не будет. Вы, будучи альфой, так и не создали семью, а сейчас вроде и возраст уже не тот, и сил у вас еще предостаточно, чтобы воевать, хотя не понятно с кем и зачем. Правда есть вероятность, что о необратимости эффекта вы действительно не знали, когда предлагали зелье юноше. Но это еще проверить нужно. И сделаем мы это в ближайшее время. И еще, есть подозрение, что школа не так уж и безопасна для детей. Это мы тоже проверим, когда согласуем все с Попечительским советом. Откройте камин, мистер Дамблдор. Вас вызовут письмом. И не советую вызов игнорировать. Даже если вы и являетесь Председателем Визенгамота, это не дает вам особых привилегий. До скорой встречи.       Маги ушли, оставив злого и недовольного Дамблдора. Все очень плохо.       — Дикки! Позови ко мне мистера Поттера. Срочно.