Честь, хлеб и медяки

Руперт бродил по пустым помещениям крепости. Только его шаги гулко раздавались под сводами. Ворон по-прежнему сидел у него на плече, а Нарельг в полуформе летел за спиной воина — ходить он пока еще не мог, но вот магические силы к нему постепенно возвращались. — Это трапезная, — прокомментировал он. — Я понимаю, — скривился Руперт, — только что ждать-то в этой трапезной. — Что приготовишь, то и съешь, — хмыкнул Талис, встрепенувшись на его плече. — Я бы не отказался что-нибудь внутрь закинуть. — А этот хорек, почему на тебе все время ездит? — Нарельг толкнул ворона рукой. Тот слетел с плеча Руперта, но тут же вернулся на прежнее место. — Не твое дело, — фыркнул он недовольно. — Не ссорьтесь, — остановил их перепалку Руперт. — Ночь настанет, Талис ногами пойдет. — Что-то не заметил, чтобы он прошлой ночью по пескам шел, — недовольно проворчал Нарельг. — Ты тоже ехал верхом на моем коне, — усмехнулся Руперт. — Поэтому любой из вас мог бы услужить мне — приготовить что-нибудь поесть. — У тебя есть молчаливый гарнизон… — Ну нет, — перебил Нарельга Руперт и замахал руками. — Пищу для живых должны готовить живые. А так как я совершенно не умею этого делать, то остаетесь вы двое. Никаких привидений на кухне крепости. И в трапезной тоже. Он судорожно сглотнул. А поесть не помешало бы. Но с этими драконами разве договоришься? — Он водный, а ты какой? — Толкнул рукой Руперт ворона. — Я? — Встрепенулся тот, словно дремал. — Ну не я же, — хмыкнул Руперт. — Насколько понимаю, я джинн. Ну или им скоро стану. — Джинн! — ахнул Нарельг. Он тут же устремился на кухню и буквально спустя минуту вернулся оттуда со скатертью. В его руках все спорилось. Он почти мгновенно накрыл на стол. Изысков не было, но хлеб и сыр дракон нарезал толстыми ломтями, а в глиняных кружках дымился травяной чай. — Прошу к столу. — Пригласил он рукой. Руперту подвинул высокое удобное кресло. — Ну это совсем другой разговор, — расплылся тот в улыбке. — Всегда бы так. — Ты чего это? — Подтолкнул Талис локтем Нарельга. — Тсс, — тот приложил палец к губам. — С джиннами следует быть предупредительно вежливыми. А с новообращенными вдвойне — те не знают всей своей силы. — Да какая у него сила! Смешно, — рассмеялся Талис. Руперт недовольно на него посмотрел — если Нарельг считает его могучим джинном, пусть. Ему это только на руку. — Задави в себе раба, — фыркнул Талис. — Не пресмыкайся. — Не могу, — втянул голову в плечи Нарельг. — Мне всю жизнь внушали, что я обязан подчиняться джиннам. Вот и не могу. Он присел на самом дальнем конце длинного стола, чтобы по любому приказу метнуться на кухню, предупреждая любое его желание или приказ. Руперт оглядел просторное помещение столовой. Сводчатый потолок, высокие окна, занавешенные шелковыми занавесями, длинный стол, застеленный расшитой льняной скатертью, витые стулья с высокими спинками. Сколько людей здесь собиралось во время трапезы? — Когда-то десяток поваров обслуживали только офицерский состав крепости, — будто прочитав мысли Руперта, отозвался Нарельг. — А солдатам гарнизона готовили отдельно. — И куда все делись? — спросил тот и повел плечами, словно кто-то обдал его холодом или провел по шее ледяной рукой. — Джанджавид, — ответил дракон равнодушно, поглощая хлеб с сыром и запивая их чаем. — Кто? — поперхнулся Талис. Он слышал нечто подобное от Повелителя Ночи, но никогда не переспрашивал у него, опасаясь нарваться на гнев своего хозяина. Достаточно и того, что тот лишил его магических сил. Он даже драконом и человеком мог обращаться лишь для приема пищи или с заходом солнца и то на короткое время. — Дьяволы на конях, — вздохнул Нарельг, отодвигая чашку от себя и ставя локти на край стола. Он приготовился к длинному рассказу и теперь терпеливо ждал, пока его слушатели насытятся. — Я уже говорил, — начал свою сказку Нарельг, когда ни ломтя хлеба, ни куска сыра не осталось на столе, а Руперт с еще неостывшим чаем сыто откинулся на спинку стула, — на белых верблюдах… — Постой, постой. Руперт затряс головой и замахал руками. — Ты поначалу говорил о конях, теперь вот о верблюдах, — он внимательно взглянул на Нарельга. — Ты уж определись, на чем они передвигались. — На верблюдах, конечно, — шепнул Талис. Он поел и теперь, снова приняв облик ворона, устроился у Руперта на плече. — Тот, кого ты называл туарегом, из них, похоже. С конями сложнее в пустыне — им нужна вода, жратва. Это твоему жеребцу повезло, что он не пал в песках и его труп не сожрали гиены — в местной конюшне много и сена, и овса, а в колодце свежей воды. Пока мы живы. — Он взъерошился. — Не хочется думать, что с нами может что-то случиться, но пока мы живы, с твоим конем ничего не случится. — Извини. — Руперт склонил голову перед Нарельгом. — Я повел себя недостойно — перебил тебя. Слушаю. Все вопросы задам, когда ты закончишь рассказ. Нарельг кивнул, принимая извинения — все правильно, он говорил о верблюдах, потом о конях, а теперь снова о верблюдах. Но что поделать, если те воины передвигались по пустыне на белых верблюдах, а назывались дьяволы на конях? — Они не были разбойниками или убийцами, как принято о них думать. Нет. Джанджавид забирали души людей. — Для чего им души? — снова перебил Руперт. Раз его заманили в крепость, он хотел знать о ней все, чтобы быть готовым к любым неожиданностям. Он воин. — Для чего их берут? — Нарельг пожал плечами. Какие непонятливые у него слушатели. Он же не в первый раз рассказывал эту сказку. — Как для чего? Для убийства. Жертвоприношение без пролития крови. Обойди все могилы… — И что? — Теперь встрепенулся Талис. Нет, не хотел бы он обходить мертвый город, лежавший у подножия крепости от края до края, насколько хватало глаз. — Ни на одном мече нет ни капли крови. Нарельг поднял палец, указав им в потолок. — Может, воины не успели их просто вынуть из ножен, поэтому и нет крови на мечах? — усмехнулся Руперт. Читал он о таком в книгах, как целые армии заставали врасплох. И гибли те зазря, даже взмаха оружием не сделав. Но там без магии не обходилось. — В твоих словах есть доля правды, — согласился Нарельг, кивнув. — Но только и без мечей те воины многого стоили. Ан, нет, все равно головы сложили. Прости, но пришлось тебя заманить сюда. Крепость не может находиться без стража. — У тебя же целый поминальный свиток? — настороженно спросил Руперт. Ему же сам Нарельг предлагал создать невидимый гарнизон. — Глупый ты, — обиделся дракон. — Создать его и командовать этим гарнизоном может только человек. — Постой, постой. — Замахал рукой Руперт. — Но я же не совсем человек? — спросил он настороженно. — И что с того? — усмехнулся Нарельг. — Не сможешь воспользоваться поминальным свитком и все. А человек ты или нет Джанджавид все равно. Они появятся возле стен замка, а ты с ними должен сразиться. А кто из вас выйдет победителем — время покажет. Руперт задумался. Все это, конечно, интересно, но у него нет шамшира. Вот с ним он смог бы сразиться с целым войском. — Но крепость нельзя сдать врагам… — добавив, помолчав Нарельг. Пусть так. Откуда тогда взялись могилы? Кто похоронил всех тех воинов, если в крепости никого нет? У него есть немного времени, чтобы ответить на эти и на другие вопросы. — А спальни в крепости имеются? Талис осоловел после еды и мечтал лишь о том, чтобы не свалиться с плеча Руперта, а если упасть, то обязательно на мягкую перинку, а не каменный пол. — А как же! — обрадовался Нарельг. Он, как и все, не спал всю ночь и теперь тоже не прочь был бы отдохнуть. Нарельг снова принял полуформу и, взмахнув крыльями, вылетел из-за стола. Он потом все тут уберет и позаботиться об ужине для Руперта, как только отдохнем и наберется сил — не хочет тот, чтобы пищу для него невидимые готовили, что же, он готов прислуживать ему. Недолго, какое-то время. — За мной, — скомандовал Нарельг, устремляясь из столовой в коридор. Руперт с трудом поднялся со своего кресла и нехотя поплелся вслед за драконом — он бы и здесь прекрасно подремал. Хотя определиться с местом для ночлега не помешало бы. Тут и Талис, и Нарельг правы. Они долго переходили из одного коридора в другой, пока не остановились перед рядом дверей. — Выбирай, — Нарельг провел рукой. А что тут выбирать? Руперт вошел в первое попавшееся помещение. Узкая кровать, масляный ночник на низкой лавке и небольшой шкаф. Крошечное окно, похожее на скорее на бойницу, чем на окно, в которое и ребенок не вылезет. Руперт подошел к кровати и откинул в сторону верблюжье одеяло. Постель чистая, пахнущая свежестью и… лавандой. Откуда в пустыне лаванда? Но спрашивать не стал. — Нравится? — спросил Нарельг. — Очень, — кивнул Руперт. Зачем выбирать лучшее, если и в этой комнате его все устраивало? Шкаф мал, так и вещей у него немного, чтобы в нем хранить. — Я справа! — прокричал Талис, пытаясь открыть соседнюю с комнатой Руперта дверь. — Тогда я слева, — мрачно согласился Нарельг. Это он желал стать правой рукой воина, спасшего его из ловушки, а не какая-то там птица, неспособная ни на что, но тот первый изъявил желание, занять комнату по правую руку. — Всем спать! — рявкнул Руперт, пресекая все возможные споры между драконами. Пусть выясняют отношения завтра, а сегодня он устал. К тому же ему надо побыть одному и подумать, что делать в создавшейся ситуации… Руперт уснул сразу, едва его голова коснулась подушки. Он не позаботился запереть дверь комнаты на засов — в крепости они одни из живых существ, а от духов никакие замки и засовы все равно не спасут. Но меч поставил в изголовье, а кинжалы положил под подушку. Снились ему родные поля и леса, прохлада летнего утра и ветерок, ласкающий его кудри. И лорд Дитмар. Только не взрослым мужчиной, когда он фактически предал его, а мальчишкой. И Руперт ощущал себя таким же, искренне верящим, что все хорошо, а дальше будет только лучше. Он недовольно проснулся, когда кто-то потянул с него одеяло. — Кто здесь? — негромко спросил Руперт, беря в руку один из кинжалов и пытаясь в темноте рассмотреть, кто же к нему пожаловал. — Это я, Талис, — раздался жалобный голос рядом. — И чего тебе не спится? — проворчал Руперт, обращаясь к фигуре, продолжавшей стоять возле кровати. — Тебе же первому сытый желудок стал давить на веки. А теперь бродишь в темноте. Тот, похоже, услышал какие-то звуки в коридоре или слова Руперта на него таким образом подействовали, но он быстро схватил свободную руку того и громко зашептал: — Это не я. Это кто-то другой по коридорам бродит и в комнаты заходит. — Тогда это Нарельгу не спится, — сделал вывод Руперт, пытаясь вырвать из холодных дрожащих ладоней свою руку. — Он выставил невидимые посты и теперь их проверяет. — Боюсь, ты ошибаешься, — стуча зубами, проговорил Талис, — и сейчас он тоже тут объявится… Не успел он договорить, как дверь приоткрылась и на пороге возник взволнованный Нарельг. На сей раз он стоял на своих ногах. — По-моему, — стуча зубами, проговорил тот, — мы в крепости не одни. — И чего вы боитесь? — проворчал Руперт, садясь на кровати. Остатки сна как рукой сняло. Теперь до утра не заснуть. — Вы же драконы… Что делать с этими трясущимися от страха, он не мог подобрать слова, наверное, напарниками или компаньонами, не представлял. — Не отравят, так задушат, не задушат, так зарежут, не зарежут, так… отравят, — пробормотал Нарельг, стараясь залезть под одеяло к Руперту. — Юг, одно могу тебе сказать. — Идите в свои комнаты, — попросил Руперт, стараясь не показывать, насколько сердит. И тут услышал тихие шаги, раздавшиеся прямо под дверью его комнаты. — Действительно, кто-то ходит по коридору, — пробормотал он недоуменно, когда шаги стихли. — Пойдете со мной, — приказал Руперт, натягивая сапоги. Заснуть все равно больше не удастся. Да и любопытно, кто облюбовал пустующую крепость. — Нет, — замотали головой драконы. — Ладно, — согласился Руперт, — оставайтесь здесь. Только, — он хитро прищурился. Хорошо, что его так называемые друзья в этот момент не видели выражения его лица, — пока я по крепости бегаю в поисках неизвестного, тот может появиться и в этой комнате. Можете не идти, — предложил он, — а лететь. Только на мне не сидеть и не мешать…