Честь, хлеб и медяки

— Дракон, дракон, — Руперт несколько раз повторил слово. — Почему Повелитель ночи не вернул тебе истинную сущность? — спросил он и выразительно взглянул на Талиса. — Ты что-то скрываешь. Талис молчал. Властитель всегда считал его человеком, а не драконом. А сам, сам ушел в ночь, ничего не сказав, не простив. — Почему не отвечаешь? — спросил Руперт. А что Талис мог ему сказать? Даже покаяться не в чем. Он слишком человечен, чтобы быть драконом. Это и Руперт скоро поймет и расстанется с ним, потому что он ни человек, ни дракон, даже ни ворон, в личине которого пребывал почти все время. — Сказать нечего, — грустно произнес Талис. — Значит, хотел бы быть драконом все время? Да? — повторил свой вопрос Руперт. Талис неопределенно пожал плечами. Зачем задавать вопросы, если на них нет ответов? — Если я помогу тебе… Руперт недоговорил. Он хотел преданности и верности не за подарки. Безусловная любовь, так сказать. Хотел, чтобы его любили просто так. Ну что же, если и Талис уйдет от него, став драконом, значит, он сам виноват во всех своих бедах, и любить его просто не за что. — На, — стараясь не смотреть на Талиса, Руперт протянул ему кольцо. — Что это? — спросил тот недоуменно. — Кольцо Нарельга, — ответил Руперт. — Оно поможет тебе стать тем, кем ты хочешь. — И каким это образом? — хмыкнул Талис. — Нет ничего проще, — улыбнулся Руперт. — Надень на палец и подумай, чего ты желаешь больше всего на свете. Кольцо исполняет ровно одно желание. А потом это только красивая безделушка, не представляющая никакой ценности. Не ошибись в выборе желания. Талис подкинул кольцо на ладони. — Благодаря ему, ты победил воина? — спросил он. — Нет, — покачал головой Руперт. — Свое желание я использовал давно. Оно просто, как яйцо — я хотел всегда выбираться из мертвого города. Ничего благородного, возвышенного. А у тебя есть шанс. — Хочу вернуть свою драконью сущность, — произнес Талис и снова подкинул кольцо на ладони. Ничего не происходило. — На палец надень, — посоветовал Руперт. — Не время для драконов, — отозвался Талис, возвращая кольцо Руперту. — Я еще немного побуду вороном и недочеловеком. Сохрани его для меня. На будущее. — Тогда в столицу? — спросил Руперт дрогнувшим голосом. — Куда же еще? Талис, обернувшись вороном, примостился по привычке на плече у Руперта. — У тебя там дела. А потом посмотрим. — Дела подождут. — Руперт потрепал птицу по крылу. — Там письма от друзей меня дожидаются. По крайней мере, я на это искренне надеюсь. В путь. Он вскочил на коня и пришпорил его. — Вот теперь надо поспешить, чтобы попасть в город до закрытия ворот… Дальнейшее их путешествие прошло без приключений… Заплатив медную монету на входе, Руперт с вороном на плече въехал в город… Идти в чайхану было несколько поздновато, Талис предложил найти более-менее приличную гостиницу, комнату в которой можно снять на медяки. Руперт настоял на этом. Пусть у них оставалось еще немного серебра, но трясти им перед чужими взорами не хотелось бы — Руперт всего лишь небогатый путешественник… Ни писем, ни даже записки от Болдера в чайхане Руперта не ждало. На следующий день за дастарханом чайханщик поделился, что караван Ланзо давно не приходил в город. — Как такое может быть? — забеспокоился Руперт. — Ланзо всегда приводил богатые караваны. — Причин на то много, но мне ничего об этом не известно, — слегка скривился чайханщик. — Повыспрашивайте на базаре. Умело заданный вопрос вкупе с монетой порой развязывали языки и немым от рождения. — А парень по имени Гоц для меня ничего не оставлял? — без надежды на успех все же спросил Руперт. — Была записка. — Поднялся чайханщик из-за дастархана и, порывшись среди посуды, извлек сложенный вчетверо листок. Нахмурившись, Руперт прочитал сообщение. Озабоченное выражение не покинуло его лицо. — Все хорошо? — поинтересовался чайханщик на всякий случай. Он заволновался, что сообщал раз за разом своему довольно щедрому посетителю только плохие новости. — Все хорошо, — покачал головой Руперт, но сразу засобирался уходить… — Что случилось? Занервничал и Талис. До того, пока они не покинули чайхану, он молчал, не встревал в разговор Руперта и чайханщика, но, оказавшись на пустынной улице, где никто не мог слышать говорящего ворона, от вопроса все же не удержался. — Ничего особенного, — зло проговорил Руперт. — Этот глупец Гоц вместе с Назаром, который оказался не умнее парня, повели караван через пустыню. — И пусть, — взъерошился Талис. — Где мертвый город он знает, обойдет его. А чего им еще опасаться? — Вот-вот, — стукнул Руперт кулаком о ладонь. — А ловушки, в одну из которых чуть не угодил Нарельг? Погибнут все, как пить дать не доведут караван до моря. — Не переживай, — попросил Талис. — У них все будет хорошо. Драконьим нутром чую. А опасаешься, давай облетим ночью пустыню, глянем, что да как там. — Как это облетим? — Руперт замер на месте. — Ну, — протянул Талис. — Я полечу, а ты, свесив ноги, поедешь на мне. Руперт рассмеялся в голос. Он бережно снял ворона со своего плеча и тут же быстро запихнул между ног. — Так, что ли? — спросил он, продолжая смеяться. — Веселись, веселись, — обиделся Талис. — Я покажу тебе ночью, как правильно забираться на меня. — Ладно, — согласился Руперт, снова посерьезнев. Он снова посадил ворона на плечо и решительно направился в сторону базара — лавочники всегда все знали, и о караванах Ланзо и Назара все без утайки расскажут, слово только нужное подобрать… — Воин, ты? Лавочник, у которого Руперт когда-то покупал куртку с пластинками и наплечники, радостно развел руки в стороны. — Поговаривали, что ты сгинул в пустыне, — проговорил он после объятий, в которые заключил своего бывшего покупателя. — Потрепанный, помятый… — Но как видишь, живой, — улыбнулся Руперт. Он тоже был рад встрече. — Никак разбогател и хочешь сменить защиту? — хитро прищурившись, поинтересовался лавочник и махнул рукой на дверь, предлагая пройти внутрь. — Нет, — отрицательно покачал головой Руперт. — Разве только перчатки. И он протянул лавочнику руки с тем, что осталось от некогда крепких краг, которым казалось не будет сноса. — Да, — выразительно покачал тот головой. — Не могу тебе ничего предложить взамен. Да и вряд ли на базаре кто-то сможет помочь твоей беде. — Что такое? — Руперт удивленно выгнул брови и потянулся за кошельком. — Я готов дать любые деньги. — Не в деньгах дело, — отмахнулся от него лавочник. — Ланзо, караванщик с севера, много лун не приводил свой караван к стенам столицы Патисиды. А раз не приводил, то и товара нет. — Советуешь поискать перчатки на севере? — поинтересовался Руперт. Лавочник вздохнул. — Найдешь Ланзо, скажи, мол, ждем его. Хорошо заплатим. Станет богаче во много раз. Пусть хоть раз в год приходит. — А сами почему не идете торговать на север? — усмехнулся Руперт. — Найдется ведь товар, который будет интересен за стенами Брассера? — Найдется, — кивнул лавочник. — Но нам нельзя… — Вздохнул он снова. — А вот тебе можно. Попробуй, может, и у тебя получится водить караваны. Руперт покачал головой — лавочник сказал много и мало одновременно. Значит, Ланзо не приходил больше в Брассер, значит, и Болдер не мог ему написать записку. Что случилось? Он в задумчивости собрался покинуть лавку, так ничего и не купив. — Мне нужны только перчатки, — проговорил Руперт. Стараясь утешить лавочника, кинул ему на прилавок прямо на золотую парчу несколько медных монет. — Оставь для меня товар, если он появится в твоей лавке в мое отсутствие, — попросил Руперт. — Только пусть это будут перчатки от самого Ланзо, а не от других караванщиков. — А как ты сейчас? — спросил лавочник, забирая монеты и провожая Руперта. — Не знаю даже, — пожал плечами тот. — Буду меньше размахивать мечом. Ведь это именно он стер кожу на перчатках… — И куда мы теперь? — Талис изо всех вороньих сил вцепился в наплечники Руперта, чтобы не сдуло от бешеной скачки. — В пустыню… Талису ничего не оставалось, как застонать. — Мы же только оттуда, — проговорил он жалобно. — Помнишь, как вызвать пещеру с сокровищами? — спросил он у Талиса, поднимая коня на дыбы. — Да, — тот взлетел в темнеющее небо и сразу затянул заунывную песню. Зачем пещера Руперту? Песок задрожал, запрыгал — она должна вот-вот появиться… — Слово надо знать, — Талис, поежившись, опустился на плечо Руперта. — Нас с тобой не впустят стражи сокровищ, а главное, не выпустят с проклятыми сокровищами. Но Руперт молчал, взирал на появляющуюся среди барханов пещеру, не произнося ни слова, даже не просил умолкнуть ворона. — Честь, хлеб и медяки! — крикнул он, встав у входа появившейся среди песчаной пустоши горы. Талис разинув рот от удивления ошалело смотрел, как вспыхнули факелы по краям, освещая вход в пещеру. Нисколько не опасаясь, Руперт прошел внутрь, из первой попавшейся кучи с сокровищами выхватил горсть с драгоценностями и пока не погасли факелы покинул пещеру — каменные стражи даже не пошевелились. — Вот это да! — только и смог произнести Талис, когда они отъехали на приличное расстояние от пещеры, а та снова исчезла среди песков. — Ну ты даешь. И что, эти сокровища не прокляты? — Нет, — усмехнулся Руперт, рассовывая серебро и камни по карманам. — Чем больше берешь, тем меньше имеешь. А я взял ровно столько, сколько нам требуется для поездки на север и поиска караванщика Ланзо. — А слова? Слова откуда знаешь? — не унимался ворон. — Ты ведь тоже догадался, что Повелитель Ночи, уходя, вернул тебе силы, — хмыкнул Руперт. — Поэтому и отдал мне кольцо. Ты ждал, когда я тебе поверю. Я поверил. — Скажи еще, что знаешь, как помочь красавице Акташе и ее верной Фаизе. Талис встал рядом с Рупертом: обращаться драконом надо по очереди — сначала ворон, потом человек и лишь затем дракон. Иначе силы не полностью вернутся — он уже знал. — Знаю слова, — кивнул Руперт. — Но девушкам пока это не нужно. Когда они поймут, что готовы стать снова людьми, я вернусь. — Это же может быть так долго, — ахнул Талис. — Они же каменные бабы. Можно сказать, вечные. — Так и я никуда не тороплюсь. Жизнь у джиннов, как и у драконов — улыбнулся Руперт. — Ну давай, обращайся и полетим разыскивать Гоца, может, ему все же требуется помощь. — Скажи слова на всякий случай, — попросил Талис, — чтобы и я их знал. — Претендую на счастье. Это последнее, что произнес Повелитель ночи, покидая человеком пещеру. Конец. 29.01.2017