Que sera, sera

-*-*-*- Тут скучно. П.Д. -*-*-*- Т_Т П.Д. -*-*-*- Сураж-4. Через пять стандартных часов. Думаю, то, что там будет (мы ожидаем какой-нибудь грузовик), станет визжать о помощи на всю систему — так что для правдоподобности дождись сигнала бедствия. Пары сбитых налётчиков Первого Ордена, полагаю, хватит, чтобы Сопротивление тобой заинтересовалось. Дай уйти хотя бы одному шаттлу, мне будет нужна запись. Удачи. Хакс. -*-*-*-

***

Фазма в отличном настроении вышла из каюты; в последнее время у неё почти постоянно было отличное настроение, честно говоря. Она уже почти поверила, что причиной тому было то странное светящееся деревце. Она заперла дверь, обернулась — и уперлась взглядом в ничего не выражающий шлем. — Фазма, — Кайло Рен склонил голову набок, будто прислушиваясь к чему-то, — вы чувствительны к Силе? — Нет, насколько я знаю. — Хм… нет, не вы… что-то в вашей каюте… Я могу посмотреть? — Мне кажется, это немного странная просьба, лорд Рен, при всём к вам уважении. — Почему? Действительно. Почему это Фазма не хочет впускать в свою личную каюту мрачного, почти не знакомого ей Кайло Рена? — Неприкосновенность частной жизни? — осторожно подсказала она. — Это военная база. — Военная база, а не аквариум, — осмелела Фазма, обнаружив, что её не пытаются придушить Силой. Может, все эти легенды про Дарта Вейдера были преувеличением? Или просто у некоторых форсъюзеров характер получше и поспокойнее. Тогда им всем тут на базе очень повезло с форсъюзером. — Вы не мой командующий офицер, — продолжила она, — вы вообще не входите в военную иерархию Ордена, и вы не можете мне приказать пустить вас в мою каюту. Разговаривать, глядя собеседнику в шлем, было неуютно. Может, он поэтому шлем и носил? Кайло Рен помолчал пару мгновений. — Пожалуйста? Вот же зануда в ведре. О, а это идея. — Ну… давайте так — я вас пускаю в каюту, а вы мне показываетесь без шлема. Так сказать, личная информация в обмен на личную информацию. — Идёт. Но шлем я сниму только в каюте — у меня нет желания делиться этой… личной информацией со всей базой. Крифф. Фазма надеялась, что он откажется. Покачав головой, она набрала код доступа и жестом пригласила его в каюту; дождавшись, когда он войдёт, она закрыла дверь и встала возле неё, наблюдая за ним. Кайло Рен, постояв пару мгновений, потянулся к шлему, снял его — не забыв пригладить волосы — и аккуратно поставил на стол. Ого. Честно сказать, это было… неожиданно. То есть она и не думала, что у него там действительно морда с клыками, как она сказала Хаксу, но юное, почти мальчишеское лицо с пухлыми губами — это не то, что обычно ожидают увидеть при словах «ученик Верховного Лидера» и «магистр древнего ордена». — Так что вам показать, лорд Рен? — обращаться к нему на «вы» стало немного сложно. Фазма напомнила себе, что Кайло Рен, конечно, выглядит очень мирным, но ведь может всё-таки, наверное, и придушить, если посчитает собеседника невежливым. — Спасибо, я сам найду. Она неловко стояла у двери и наблюдала за Реном, который, сложив руки на груди, методично осматривал каюту — начиная от стола, к безделушкам на котором он наклонился так близко, что Фазме показалось, будто он их обнюхивает, и дальше — по часовой стрелке. Он осмотрел кресла (две штуки, уставного черного цвета), подошёл к каждой картине на стене (у Фазмы была целая коллекция пейзажей планет, на которых она побывала. Кроме Ладарры. К криффу Ладарру), и, наконец — к прикроватной тумбочке, где стояло светящееся деревце. Там он и замер; протянул руку в перчатке к деревцу, но не дотронулся, и, постояв пару мгновений с вытянутой рукой, едва заметно скривил губы и сделал шаг назад. — Красивое, правда? — с опаской спросила Фазма. Мысленно она сделала заметку — не приглашать к себе форсъюзеров. Странные ребята, честное слово. — Да, очень красивое, — он выглядел так, будто призрака увидел. — Кажется, они растут на Явине-4. — Угу. «Растут». В единственном экземпляре, — пробормотал он. — Что вы имеете в виду? — Голова не болит? Странные сны? Может, лампочки в комнате чаще из строя выходят, чем обычно? — Нет, — пожала плечами Фазма, — а что — оно вредное? — Нет… нет, вам, получается, полезное, надо же, — задумчиво протянул Кайло Рен, — вы читали, как за ним ухаживать? — Я даже названия его не знаю. Мне сказали — поливать. — Всё верно. И ещё оно… чувствительно к присутствию большого числа разных людей. То есть пореже его кому-то показывайте. А лучше вообще никому. Хорошего вам дня, Фазма, — он надел шлем и ушёл.

***

Финансы. Торговые пути, оружие и наркотрафик. Соглашения с хаттами, ультиматумы хаттов, вежливые просьбы хаттов. Доклады о Сопротивлении. Доклады о Новой Республике (ну хоть эти сидят спокойно и ничего не делают). Первый Орден готовился к неизбежной планируемой победоносной войне — и информация, на которую нужно обратить внимания вот прямо сейчас, а лучше вчера, текла терабайтами. Хакс работал по восемнадцать часов в сутки, урывая время за обедом и утренним кафом (а также дневным и вечерним кафом), чтобы ещё и просмотреть отчёты по новому — как всегда, гениальному — проекту Сноука: гигантскому оружию, напоминавшему по концепции имперские Звезды Смерти и способному разрушать целые планетные системы. Хакс, конечно, был очень рад, что Сноук ему настолько доверял. Просто… в последнее время ему всё чаще хотелось, чтобы Сноук доверял ещё кому-нибудь. Было неимоверно сложно заниматься всем этим в одиночку. Плюс ему лично нужно было курировать работу Фазмы и Дэмерона — он не хотел это никому доверять. К счастью, хотя бы Фазма в последнее время проводила больше времени на базе, чем на заданиях. Хакс всерьез опасался, что её абсолютно незаметная романтическая рассеянность может привести к непоправимому. Ну и ещё — забудешь такое — ему приходилось «присматривать» за Кайло Реном. Хакс удивился, когда Верховный Лидер выполнил его просьбу и отправил ученика помогать разведке Ордена. Но радоваться было рано — Сноук сказал, что Кайло должен сидеть на базе — за исключением его собственных заданий — и что Хакс должен… присматривать за ним. Объяснений, что, крифф побери, это значило, он так и не смог добиться — зато его засыпали вопросами о том, как продвигаются поиски Люка Скайуокера и нельзя ли бросить на эти поиски побольше сил. Поиски продвигались ожидаемо плохо — джедай давно как сквозь землю провалился, и на этом разговор завершился. По опыту Хакса, переспрашивать у Сноука, что он имел в виду, было не очень хорошей идеей. Так что он присматривал. По мере сил. Наблюдал, писал отчеты, отсылал Сноуку. Замечаний не было, и Хакс решил, что понял задание правильно. Раньше Кайло раздражал Хакса тем, что, кажется, из принципа почти никогда не выполнял то, о чем его просили, а если и выполнял — то совершенно не так, как именно его просили это сделать. Теперь к этому добавилось раздражение от того, что магистр откровенно бездельничал. Он иногда отправлялся на своём личном шаттле на личные задания (и каждый раз наотрез отказывался брать с собой пилота, говоря, что прекрасно справится сам), иногда — к сожалению, очень редко — его удавалось привлечь к допросам, он очень помог в уточнении психологического портрета генерала Органы, но в основном он проводил дни медитируя, тренируясь или просто слоняясь по базе. Везде, кроме тех мест, где можно было случайно встретить Хакса. Кайло его почему-то избегал. При этом не боялся — о, Хакс прекрасно знал, как выглядят люди, когда они его боятся — но опасался. Было сложно выразить разницу в этих понятиях словами, но она существовала. Кайло вёл себя так, будто у него была реальная причина избегать Хакса — причина посерьезнее, чем дружелюбный взгляд серо-синих глаз. И это было очень неудобно — ведь для того, чтобы присматривать за Кайло по просьбе Сноука, Хаксу приходилось минимум раз в пару дней искать его по всей базе и заводить светские беседы. Крифф знает, что вообще теперь Кайло думает о приставучем майоре. Хакс на секунду замер, обдумывая внезапную идею. Притвориться, что Кайло его интересует в романтическом плане? Это объяснит желание чаще видеться — а если вдруг господин магистр в душе романтик, он, может, и сам станет чаще показываться на глаза. Только вот что-то ему в этой отличной идее смутно не нравилось. Она почему-то казалась… нечестной? Большая часть его идей были нечестными, работа такая. Нечестной, потому что… Потому что ему не пришлось бы так уж сильно притворяться. Да ладно, что уж там — вообще бы притворяться не пришлось. Хакс положил подбородок на сцепленные руки и уставился в инфопад невидящим взглядом, анализируя эту гипотезу. Во-первых, Кайло был симпатичным. Даже красивым; и пусть кто-нибудь скажет, что большие уши это не красиво! Во-вторых, он был умным (тем ещё раздолбаем, конечно, но умным), решительным и умел пользоваться своими талантами. Нет, это даже во-первых. Симпатичных людей не так уж и мало, а вот умного попробуй найди. В-третьих… да, в-третьих. Хакс взглянул на арбалет черного дерева, висящий на стене, и вспомнил ту ночь на Нар Шаддаа. Хакса — вот эта собственная слабость его никогда не радовала — привлекали люди, которыми ему не всегда удавалось манипулировать; люди, которые не слушались его приказов. Кайло Рен в этой коллекции редкостей занимал хронологически четвертое место. Так, хорошо. Гипотезу, пожалуй, можно считать подтвержденной. Что по этому поводу можно предпринять? Хакс посмотрел на часы — затем на новые сообщения в почтовом ящике. Больше сотни за пятнадцать минут. Он фыркнул. Ничего. Он ничего не может предпринять по поводу своего интереса к Кайло — потому что у него нет на это времени. Всё. Проблема решена — можно вернуться к другим проблемам.

***

Кайло задумчиво постучал пальцами по столу в одном из конференц-залов, где он случайно оказался во время очередной бесцельной прогулки по базе. Обычно — как он мог предположить — Хакс отправлял отчеты про него Сноуку раз в два дня. Примерно с такой периодичностью майор отыскивал его на базе и заводил светские беседы. Сам Кайло Хакса избегал, потому что, во-первых, это позволяло отслеживать периодичность (гипотетических) отчётов для Сноука, во-вторых, темы, которые Хакс подбирал для бесед, забавляли Кайло и, в-третьих… да, к сожалению, было ещё то самое «в-третьих». В-третьих, Кайло было всё сложнее удержаться от того, чтобы зарыться пальцами в эти рыжие волосы, так что чем реже он с таким искушением сталкивался, тем лучше. Что бы там Хакс ни писал в своих отчетах, их результат Кайло нравился — Сноук вызывал его к себе не чаще, чем примерно раз в три недели, в остальное время его никто не трогал и можно было заниматься собственными изысканиями, отвлекаясь только чтобы отослать рыцарям какую-нибудь интересную информацию о Первом Ордене. Кайло совсем не хотел менять такое удобное положение дел. Поэтому сейчас он волновался. Хакс не приходил с ним пообщаться уже четвертый день — то есть, получается, Сноук не получил от него предположительно два отчета. Видимо, пора нанести майору визит. И повод есть — неплохой повод, интересный.

***

-*-*-*- Есть контакт от Сопротивления? Хакс. -*-*-*- Нет. Этим идиотам похрен. Кажется, меня хотят понизить в должности за самоуправство. П.Д. -*-*-*- Хакс потёр запястье, стараясь не задевать его ногтями. План на этот случай у него, конечно, был, но он надеялся, что применять его не придётся. Сноуку нужен агент в Сопротивлении, и Сноук был прав — агент в Сопротивлении нужен Ордену любой ценой. Действительно ли любой? Речь шла, как ни крути, о пятидесяти — или даже чуть больше — орденцах. Новая Республика не казнила военнопленных, но Сопротивление не подписывало никаких конвенций, оно, как и Орден, было вне закона; и если он не ошибся в анализе ситуации в секторе, опорный пункт захватит именно Сопротивление, а Новая Республика побоится официально ввязываться в передел территории, предпочитая и дальше не обращать внимание на то, что творится под её носом. Хакс понятия не имел, что повстанцы будут делать с пленниками — до сих пор не было таких прецедентов; стычки Первого Ордена с Сопротивлением, которые можно было пересчитать по пальцам, пока что заканчивались уничтожением представителей одной из сторон. Так уж вышло, что именно ему, Хаксу, теперь нужно решить судьбу этих пятидесяти человек, несмотря на то, что у него не было достаточно информации о возможных последствиях. Ну и — об этом тоже, наверное, стоит помнить — заодно совершив то, что они назвали бы диверсией и даже предательством, если бы узнали, что именно будет содержаться в переданной из Центра зашифрованной команде для автоматической части системы безопасности. Хакс ведь не сомневался, что системы ПВО опорного пункта в Миррине легко справятся с истребителем повстанцев, а это совсем не то, что ему нужно. Пятьдесят человек. Хакс напомнил себе, что не далее как сегодня утром организовал нападение звена истребителей Первого Ордена на никому не нужный грузовик — и те пилоты на базу уже не вернутся. Но их было всего трое. «Их было трое, и ты их убил без лишних мыслей», — сказал он своему смутному отражению в тёмной поверхности погасшего инфопада. Нет, его, конечно, не посетили внезапные угрызения совести и глупые мысли про ценность жизни человеческой; просто… отправлять на верную смерть своих людей оказалось тяжелее, чем целиться из бластера во врага. Где граница — начиная со скольких жертв цель перестаёт оправдывать средства? Или же всё дело в неизвестности? В том, что он не знал, как Сопротивление поступит с военнопленными? Хакс с досадой зашипел, заметив покрасневшие и опухшие следы ногтей на запястье: всё-таки слишком задумался. Он резко одёрнул манжеты, подтащил стул в угол кабинета и, встав на него, отключил пожарную сигнализацию. Затем Хакс вытащил из сейфа пачку сигарет, пепельницу и зажигалку, снова сел за стол, поджёг сигарету и вдохнул приятно пощипывающий нёбо никотиновый дым. Дверь кабинета, зашипев, открылась. И смотреть не нужно, чтобы вспомнить, кому это тут по распоряжению Верховного Лидера выдан безоговорочный «доступ-ноль» ко всем дверям на базе. «На всякий случай, — улыбнулся тогда Сноук, — он здесь всё-таки представляет меня лично. Мой ученик. Моя личная Гончая Тьмы». Хакс ненавидел, когда у Сноука было поэтическое настроение. Ему всегда стоило большого труда сохранять невозмутимое выражение лица и не морщиться. — О, у тебя тут курить можно, — оживился Кайло, сняв шлем. — Как так? Хакс махнул рукой в сторону мигающего красным огоньком датчика дыма. Кайло понятливо кивнул и поднял бровь. Вздохнув, Хакс кинул ему пачку сигарет и подвинул пепельницу и зажигалку. Кайло с наслаждением затянулся и выдохнул колечко дыма: — У Фазмы в каюте росток дерева Силы. Хакс сглотнул, с трудом отведя взгляд от длинных пальцев, держащих сигарету возле непристойно пухлых губ. Что-что? «Росток дерева»? Что-то из декораций или хобби? Ну и почему он об этом сообщает с таким видом, будто Фазма занялась разведением альдераанских больших гончих, да ещё не у себя, а в каюте магистра? — Персоналу базы не запрещено в личное время заниматься ботаникой, магистр Рен. — Хакс, обрати на меня внимание. Ты не понимаешь. У твоей — Кайло подчеркнул это слово, — Фазмы в каюте росток чрезвычайно редкого дерева, которое ещё называют деревом Скайуокеров — и не потому, что Скайуокеры известные ботаники, а потому, что Люк Скайуокер помог спасти остатки этого дерева, когда-то росшего в Храме джедаев на Корусанте. Как думаешь, сколько времени потребуется Сноуку, чтобы превратить её мозги в желе, если он узнает? Хакс мельком отметил, как мало времени потребовалось самому Кайло Рену, чтобы увидеть дружеские связи между людьми, которые на виду у окружающих общаются исключительно профессионально. Надо почитать что-нибудь о Силе и эмпатии. Кстати, почему он пришёл сюда, а не прямо к Сноуку? Может, это вообще проверка лично для Хакса? Странно неточное задание «присматривать» отлично бы этим объяснялось. Не зря же Хакс ещё с Нар Шаддаа рассматривал вариант, что ученик Сноука приставлен наблюдать за ним. — Не знаю, магистр, откуда мне. Ты собираешься мне это рассказать и показать сам? Или сразу Сноуку будешь докладывать? Позвать Фазму? — Хакс невозмутимо стряхнул пепел и снова затянулся. Что он может успеть сделать? В принципе, если он сможет выиграть ещё часа два, то соберет убедительные доказательства, что Фазма точно никак не связана со Скайуокерами, джедаями и Сопротивлением. Она постоянно на заданиях или на базе, чуть ли не каждая минута задокументирована. — Что? — Кайло посмотрел на него ошарашенно, — мне что — заняться нечем? Я и так её читаю и вижу, что она ничего не скрывает. Просто… предупреди её, что кто-нибудь может увидеть и доложить, — он пожал плечами, — мы с ней не настолько хорошо знакомы, чтобы я её о чём-то предупреждал. Кайло затушил не докуренную и до половины сигарету и взял в руки свой шлем. «Читает» он её. И Хакса, значит, тоже читает? Это он так предостерегает? Или что? — Кайло, а что тебе до Фазмы? Он надел шлем, не сказав ни слова. Подошёл к двери и остановился: — Плохо выглядишь, кстати. — Да тебя тоже на плакаты не фотографируют, лопоухое ты наше воплощение тьмы, — немного обиженно огрызнулся Хакс. — Я имею в виду круги под глазами. — Много работы. Ты, между прочим, мешаешь её выполнять. — Не перетрудитесь, майор. Ах да — ещё по поводу Фазмы. Если тебе не удастся её убедить заниматься ботаникой с какими-нибудь другими растениями, я хотел бы переселиться от неё подальше. Потому что сейчас моя каюта расположена почти прямо над её, и у меня от этого джедайского веника жутко болит голова. — А у неё самой — нет? — заинтересовался Хакс. — Нет, — фыркнул Кайло, — а выводы сам сделай, какие захочется. Хакс посмотрел, как за Кайло закрылась дверь, и внимательно уставился в стену. «Как ты думаешь, сколько времени потребуется Сноуку». «Предупреди её». Он почему-то не мог избавиться от едва уловимого ощущения, что он каким-то образом оказался втянут в маленький и безобидный заговор против начальства. Это было… не то, чем ему хотелось заниматься. Особенно сейчас, не по своей воле и вслепую. Да и вообще он Верховного Лидера очень уважал. Надо рассказать Сноуку… А о чём, собственно? Пожалуй, надо лучше рассказать Фазме. Здесь он хотя бы знает, о чём. Но сначала — работа. Он был благодарен Кайло за то, что тот прервал поток неприятных мыслей. В самом деле, задача решилась сама собой, стоило лишь отвлечься от неё ненадолго и посмотреть свежим взглядом. Трое или пятьдесят — нет здесь никакой границы. Все они взрослые люди и знали, что их профессия смертельно опасна. Он отправил несколько писем с приказами и набрал ответ для По. -*-*-*- ОР-Каппа-2722. Я даже оставляю там транспондер этой «Иссиры Зайд» — если их и это не заинтересует, я перестаю рассматривать Сопротивление как угрозу. Осторожнее, По. Это полноценный опорный пункт, и они будут вести огонь на поражение. Не забывай, что твоя задача — показаться там и затем передать координаты пункта Новой Республике, а не героически убиться о системы ПВО. Удачи. Хакс. -*-*-*-

***

Кайло, скрестив руки на груди, наблюдал за тренировкой Фазмы. Он знал, что его вопрос прозвучит очень необычно, но у кого ещё спросить? — Фазма, а вам не кажется, что майор Хакс в последнее время… странно себя ведет? Фазма отвлеклась от боксерской груши и взглянула на Кайло: — Странно? — Сидит с инфопадом. Постоянно. Круги под глазами. — А, это нормально. Наверное, опять столько работы, что он решил не тратить время на еду и сон. — «Нормально»?! — да как их Первый Орден вообще до сих пор не развалился, если, например, на этой базе всё явно держится на одном человеке и они даже не следят за его состоянием? — Не волнуйтесь, лорд Рен. Он, как обычно, посидит в таком состоянии до конца недели, потом, скорее всего, упадёт в обморок, пару дней полежит в лазарете — и снова будет готов работать. Всё в порядке, все уже привыкли. Потрясающе забавный. Просто забавнее некуда. А кто, спрашивается, будет про Кайло отчёты Сноуку писать в это время? Он почувствовал фантомную мигрень от будущего вторжения в сознание. Кайло в очередной раз спросил себя, как его угораздило с этим всем связаться. — И вам это кажется нормальным. — Ну, по этому поводу всё равно ничего нельзя сделать, — пожала плечами Фазма, — он же никого не послушает, даже врачей.

***

Кажется, Хакс просил адъютанта принести чашку кафа полчаса назад. Или только хотел попросить? Он разочарованно вздохнул, когда дверь, зашипев, открылась. Адъютант бы постучалась. — Тебе бы секретаршу поменять. — Адъютанта, — автоматически поправил Хакс. Осознав услышанное, он поднял глаза от инфопада и угрожающе вкрадчиво спросил, — что вы сделали с моим адъютантом, магистр Рен? — Да ничего. Она сама сбежала, когда меня увидела в прошлый раз. Ты, Хакс, доверяешь свою жизнь человеку, который малодушно сбежал, оставив тебя наедине со злым и ужасным мной. Подумай над этим. — Магистр, адъютант отличается от телохранителя. Она меня не охраняет, она следит за расписанием и готовит каф. Вот кто мне теперь будет готовить каф? А если она подаст заявление о переводе? Кайло выразительно указал на салфетку на блюдце с грязной чашкой, стоящей на краю стола. Мичман Рэнд, подрабатывавшая до службы барменом, не могла или не хотела избавляться от привычки отмечать на салфетках предыдущий заказ клиента. На конкретно этой салфетке красовались шесть галочек — чашка была седьмой за день. — Вообще-то тебе бы выспаться, а не эту гадость пить. — Вот тебя точно никто за моим расписанием и образом жизни следить не нанимал, — поняв, что беседа становится бесполезной, Хакс решил не тратить на неё больше времени и вернулся к инфопаду. — Я серьезно. Сейчас уже десять вечера. Ты работаешь с восьми утра… — С полшестого, — Хакс подумал, склонив голову набок, и уточнил, — в этом кабинете. — Нашел чем гордиться. Ты вообще когда-нибудь спать собираешься? — Вчера ночью. Целых четыре часа. Всё в порядке, спасибо, — немного невпопад ответил Хакс и поморщился — буквы на очередном отчёте дрожали слишком сильно. — Не мешай работать. Темная фигура в шлеме постояла над ним ещё несколько секунд, покрутила пальцем у виска и ушла, эффектно развернувшись в вихре одежд. Немного подумав, Хакс обнаружил, что Кайло так ничего и не сказал о цели своего визита; не считать же такой целью попытку отчитать Хакса за нездоровый образ жизни. Он всё тверже убеждался в том, что отчёты тут пишет не он один.

***

Вообще-то, «Методические указания по прикладному психоанализу, том первый» была достаточно интересной книгой. И полезной — Кайло недавно решил, что, раз уж он тут неожиданно для себя оказался на должности шпиона Ордена Рен, то можно изредка отвлечься от своих обычных книг и почитать что-нибудь, что поможет в его новой профессии. Но сегодня он явно был не в настроении что-либо изучать и уже в пятый раз пытался прочесть страницу до конца — мысли постоянно возвращались к Хаксу. Надо что-то делать; майор ему был нужен в нормальном состоянии, а не падающим в обморок от усталости. Кайло очень-очень не хотелось возвращаться к Сноуку и развлекать его болезненными путешествиями по собственному сознанию. Да. Это самая логичная причина. Нельзя же, в самом деле, предположить, что он волнуется и ему жалко Хакса? Нужно быть идиотом, чтобы такое предполагать. Конечно, можно просто усыпить. Выспится — и с вежливой улыбкой сообщит Сноуку, что услуги Кайло на базе больше не нужны и Верховный Лидер может забирать своего ученика обратно. Нет, этот вариант точно не подходит. «Попытка вызвать у противника когнитивный диссонанс… обычно проводится в начале допроса…» Кайло погасил инфопад. А ведь хорошая идея. Нет. На самом деле, плохая идея. Настолько плохие идеи ему приходили в последний раз на рассвете в палатке в морабандских руинах. Он ностальгически улыбнулся. Можно считать это… отличной плохой идеей. Надо попробовать. Хакс же так и будет сидеть с отчётами, пока действительно в лазарет не попадёт. Трудоголик несчастный.

***

— Третий раз, — сказал Хакс, даже не поднимая взгляда от инфопада, когда дверь в очередной раз открылась. — Что, прости? — Кайло снял шлем, поставил на стол, затем задумался на несколько секунд и стянул перчатки. — Ты приходишь сюда сегодня третий раз, и всё — без причины. Может, скажешь уже, что тебе от меня нужно? Я тут вообще-то пытаюсь работать. — Технически, сегодня я к тебе прихожу впервые. Ты в курсе, что уже почти час ночи? — Вопрос остаётся, — Хакс насторожился, когда Кайло подошёл ближе и встал за его спиной. Несколько странная позиция для разговора — он подавил желание немедленно вскочить со стула и повернуться к магистру лицом. Нет, его не так-то просто запугать. — Ты слишком напряжён, — пальцы Кайло опустились на его плечи; Хакс вздрогнул и замер. Почему он вообще позволяет это делать? Это же… нарушение субординации. — Наверное, даже во сне отчеты составлял бы… если ты вообще собираешься на этой неделе спать. Думаешь, эта база без тебя развалится? — Кайло, — Хакс зашипел, когда пальцы начали сильно разминать затекшие мышцы, — на моём инфопаде сейчас открыта объяснительная о том, что сержант одного из отрядов — осторожнее, больно же — потерял четверых штурмовиков. И под «потерял» подразумевается не какой-нибудь сопливый эвфемизм для смерти, это слово используется буквально, — Хакс снова вздрогнул от ощущений. Пожалуй, это было приятно… больно, но приятно. — Он потерял. Четверых. Людей из отряда. Не выходя с базы. Я не «думаю», что здесь без меня всё развалится, я, крифф их побери, в этом просто уверен! — Знаешь, Хакс, я, конечно, не эксперт, но по-моему, если тебя собираются трахнуть, а ты в это время думаешь о штурмовиках, то тебе однозначно пора в отпуск. — Что за глупости, я не могу уйти в отпуск, потому что… Что ты сказал?! Вот теперь Хакс вскочил со стула и посмотрел на Кайло — на бесстрастное — такое притягательное — лицо с выжидающе поднятой бровью. «Попытка вызвать у противника когнитивный диссонанс. Обычно проводится в начале допроса; но не так же явно! Что ему нужно?» Хакс, наконец, сформулировал что-то подходящее для этой странной ситуации: — Мне нужно перечислять все причины, по которым это не является социально приемлемым предложением заняться сексом? — Ты можешь просто сказать «нет». Кайло, немного подождав возражений и не дождавшись их, снова подошёл поближе. Хакс вздрогнул, когда его уха коснулись чужие губы. «Он что — серьезно? Зачем ему это?» — С чего ты вообще взял, что ты меня интересуешь в этом плане? — спросил Хакс внезапно охрипшим голосом. — Скажи, что не интересую, — прошептал Кайло ему в ухо и слегка укусил за мочку. Хакс судорожно вздохнул, неверяще посмотрел на собственные пальцы, сжавшие предплечья Кайло, и притянул его ближе, приоткрыв рот для поцелуя. Кайло застонал и зарылся пальцами в его волосы — жадно, будто неделями мечтал об этом. Хакс, не отвлекаясь от поцелуя, шарил руками по глупой неуставной одежде, пытаясь снять с Кайло хоть что-то; выходило не очень хорошо. Потеряв терпение, он просто опустил руку ниже и прямо через штаны потёр полностью вставший чужой член — Кайло откинул голову и зашипел, прикусив губу, затем, надавив Хаксу на грудь, заставил его лечь на стол. Иронично хихикающий мозг немедленно подсказал, что принимать горизонтальное положение было большой ошибкой. Он ещё услышал встревоженный возглас «Хакс?!», и мир оставил его в сонной тёмной тишине.