Красная Нить Судьбы

POV Какаши       Острое чувство, пронизывающее разум, словно стрела. Его уже давно не было. Настолько давно, что я даже забыл, какое оно. Это ощущение из прошлого. Давнего, светлого прошлого, напрямую связанного с ней. Ты где-то рядом, малышка? Да, ты где-то близко, но не настолько, что бы я мог тебя видеть. Ты действительно вернулась, или я стал параноиком?       Прошло пять лет. Спустя столько времени, я опять чувствую эту нить, которая тянется от тебя. Она не исчезла и даже не ослабла. Что это означает? Что ты все еще меня любишь? Что я по-прежнему тебе нужен? От тебя долго ничего не было слышно, но я и не старался найти тебя, ведь ты просила этого не делать. Ты понимала, что если я начну тебя искать, я найду тебя, чего бы мне это не стоило.       Ты приближаешься. С каждой минутой я чувствую тебя сильнее и сильнее, но я по-прежнему тебя не вижу. Ты пришла и просто прячешься от меня или же ты идешь ко мне и уже где-то совсем близко?       За окном светит солнце. Оно еще не сильно греет, но и замерзнуть не дает. Листья танцуют под музыку ветра. Утро. Пока что тишина ходит по улицам, обволакивая их своим молчанием. Это утро так похоже на то, когда ты пришла к нам впервые, и на то, когда ты ушла от меня пять лет назад.       Ты забрела в нашу деревню случайно. Еще подросток, отставший от своего отряда, который вёл всех жителей деревни в безопасное место. Тогда ты не говорила ни слова, а то, как ты оказалась у ворот поняли лишь по твоей повязке. Твоя чакра иссякла, ты не могла постоять за себя и поэтому убежала. Маленькая и напуганная, ты долго молчала, и никто не мог заставить сказать тебя хоть слово. А потом тебя вообще хотели изгнать из деревни. Да, вероятность, что ты — опасный преступник очень мала, но ведь могла быть и простой приманкой. Тогда я взял тебя под свою ответственность. Сарутоби долго не хотел соглашаться, но потом, все же, сдался. И ты переехала жить ко мне. Без слов и каких-либо разговоров, ты взяла всю домашнюю работу на себя. Когда я возвращался с тренировки, дома всегда было чисто и было, что поесть. Ты создавала уют, которого там никогда не было. Ты создавала там тепло, гоня холод прочь. Ты заставляла меня хотеть вернуться домой, хотя раньше я там только спал. В один из таких дней я застал тебя на кухне. Ты не услышала, что я зашел, а, может, просто не придала этому значения, но тогда мне сыграло это на руку, ведь я впервые услышал твой голос. Стоя у плиты и следя за лапшой, ты напевала какую-то песенку. Я уже не помню ее слова, но то, что она как-то связана со звездами, до сих пор осталось в моей памяти. Тогда я долго стоял в дверном проеме, боясь зайти и оборвать твое пение. Да, твой голос — мелодичный и тихий. Я стоял и слушал, слушал и наслаждался, наслаждался пением, и, сам того не понимая, влюблялся. Из такого своеобразного «транса» меня вывел твой вопрос — буду ли я кушать. Я очень любил, и до сих пор люблю еду, приготовленную тобой. С того самого дня ты начала говорить. Со следующего дня начались наши совместные тренировки. Через год я понял, что влюбился окончательно. Я до сих пор не понимаю, как тебе удалось счесть в себе качества настоящей девушки и сильного ниндзя. Наверное, именно это меня в тебе и привлекло. С виду, хрупкая девушка, а на деле — сильнейший ниндзя, владеющий многими техниками. Я не знаю, или не помню, как и когда ты стала отвечать на мои чувства. Никаких разговоров об этом не было, в один прекрасный момент мы просто стали…вместе?       Да, Сайори, ты здесь. Ты где-то очень близко, я слишком хорошо тебя чувствую. За окном видно дерево. Оно рядом, а ты сидишь на ветке и наблюдаешь за мной.       — И давно ты там? — вопрос, адресованный в никуда. Я знаю, что ты там, хоть и не могу видеть тебя. Твои дзюцу иллюзий всегда были сильные.       — Нет, — тихо, словно, тебя кто-то еще может услышать. Мгновение, и ты оказываешься у моей кровати. Теперь я могу тебя видеть. Чисто белые волосы стали еще длиннее, теперь они достают практически до колен. Черты лица практически не изменились, разве что выглядеть ты стала взрослее. Взгляд все такой же, полный любви и нежности. Мы оба знаем, так ты смотришь только на меня. Тонкая талия, неестественно тонкие запястья. Руки в бинтах. Для чего? Новые техники? На левом запястье неизменно висит резинка. Ты завязываешь волосы в высокий хвост во время боя, но и то лишь в том случае, если понимаешь, что противник действительно опасен. Повязка на шее. Ты никогда не носила ее на лбу, как это положено. Ты смотришь на меня. Долго. Я лишь на секунду прикрыл глаза, а когда открыл их снова, ты уже была совсем рядом. Передо мной, сидя на коленях на холодном полу, ты смотришь мне в глаза. А в следующую секунду ты уже обнимаешь меня. Руки крепко сомкнуты на моей шее, но в то же время и очень аккуратно. Ты боишься сделать мне больно — видишь мое состояние. Мои руки ложатся на твою талию, прижимая тебя к себе. Твои волосы рядом с моим лицом. Я снова чувствую твой запах. Древесный запах апельсинов. Я не знаю, почему ты пахнешь именно так.       — Я скучала по тебе, — ты обнимаешь крепче.       — Я тоже очень скучал по тебе, малышка, — обнимаю крепче в ответ. Я больше не хочу тебя отпускать. Пусть я и сильный шиноби, но у меня есть слабое место, и это слабое место — ты. Сколько времени прошло, пока мы были в таком положении? Секунда? Минута? Час? Я жадно вдыхал твой запах и искренне надеялся, что ты вернулась навсегда. Одна твоя рука спустилась мне на плечо. Ты смотришь мне в глаза и я знаю, что ты хочешь сделать. Делай. Ты ведь создала иллюзию, и даже если кто-то и решит заглянуть в палату через окно или дверь, он все равно не увидит тебя рядом. Он будет видеть меня, сидящим на кровати и читающим книгу, но он никогда не заметит твое присутствие здесь. Твои глаза, ярко-малиновые. В них сейчас перемешано так много эмоций. Счастье, радость, нежность, любовь и страх? Что он делает в твоих глазах?       Своими тоненькими пальчиками ты аккуратно подцепляешь край маски и медленно стягиваешь ее вниз. Через какое-то время она покоится у меня на шее. Провести рукой по твоим волосам. Такие мягкие и шелковистые. Задержаться на шее и перейти к затылку. Притянуть к себе и, наконец-то, почувствовать вкус твоих губ на своих. Это не настоящий поцелуй. Это простое соприкосновение губами, целомудренное, в какой-то степени. Углубить поцелуй и сделать его настоящим, откровенным. Исследовать языком твой рот, сплетаться с твоим языком в диком танце. И прекратить поцелуй, когда кончится воздух.       — Какаши… — снова тихо, на этот раз шепотом. Твой голос всегда был тихим, и это играет тебе на руку в бою. Никто не может услышать то, что ты говоришь, применяя различные техники, — Кто сделал это с тобой? — в голосе боль. Да, ты никогда не видела меня в таком состоянии, и лучше бы не видела вообще.       — Это не важно, поверь. Со мной уже все в порядке, — натянутая улыбка служит ответом. Да, ты недовольна моими словами, но пока тебе не стоит знать. Я не могу отвести от тебя взгляд, но и сказать ничего не могу. Не потому, что мне нечего, а просто потому, что не знаю, с чего начать. Мне хочется многое рассказать тебе, но еще больше мне хочется расспросить тебя о том, что было в течение этих пяти лет. Ты улыбаешься, так легко и едва заметно. Почему? А, теперь понятно, ведь, смотря на тебя, я и сам улыбнулся.       — Кто-то идет, — мгновение, длинной в долю секунды и тебя здесь нет. Ты опять где-то рядом, но тебя никто не увидит и не услышит, кроме меня.