Невидимый мир

— Подари ей плюшевого медведя. — Наталья зажимает мобильный между ухом и плечом и открывает холодильник. — С чего ты взяла, что я выбираю ей подарок?! — тут же зазвенел возмущённый голос Хенрика на той стороне провода. — Это и так понятно. — Она фыркает и разворачивает обёртку шоколадного батончика. — Передай ей мои поздравления с Новым годом. А ещё то, что у неё отвратительный вкус на парней. — Обязательно. — Хансен прекрасно понимает, что сейчас она начнёт рассуждать о том, что даже сама Наталья лучше бы сгодилась на роль молодого человека для своей сестры, поэтому сразу отключается. Ну не заладились у него отношения с Арловской. И со всей Аниной роднёй в целом. Иногда ему приходит в голову, что она такая же белая ворона в своей семье, как и он среди своих родственников. — Плюшевый медведь. — Хенрик закрывает глаза и представляет себе её реакцию на такой подарок. «Это именно то, о чём я всегда мечтала!» — даже сомневаться не стоит. Именно это она повторяла из раза в раз, получая платье на свой день рождения, радио на предыдущий Новый год и даже обыкновенную плитку шоколада в день Святого Валентина. Идёт тридцать первое декабря. Хансен так и не определился с подарком для Ани. Она намного проще многих девушек и не имеет особых требований или критериев, но от этого все самые обычные вещи кажутся гораздо более сложными. От безысходности Хенрик набирает очередной номер. — Эмили? — девушка взяла трубку только после пятого гудка и, узнав голос датчанина, сразу начала что-то верещать об ужасном обслуживании в очередном макдаке. — Это понятно, но я по другому делу звоню. Что думаешь?..

____________

— Скоро Новый год? — Аня поднимает на него глаза. — Скоро? Скоро? Хенрик впервые в своей жизни поставил ёлку и приготовил подарок к Новому году, а не к Рождеству. Впервые в своей жизни он приготовил всего один подарок для всего одного человека. Для, возможно, самого важного человека в этой самой жизни. Для Анны всё это уже давно вошло в привычку. В прошлый раз они разъехались по родственникам, но в этом году Хенрик решил отметить праздник вдвоём. — Скоро? — Аня повторяет это, кажется, уже в миллионный раз. — Ещё час, — спокойно отвечает он. Брагинская надувает щёки, ясно давая понять, что так долго ждать она не намерена. За окном уже давно стемнело, но из-за огромного количества гирлянд и фонарей на улице светло, как днём. И даже чуточку светлее. — Я не хочу ждать час! — возмущённо фыркает она. — А я не могу ускорить время. Хансен садится на диван рядом с ней, и Аня забирается к нему на колени, кладя голову на его плечо. — У меня есть одна очень плохая идея, — бормочет Хенрик, уткнувшись её в волосы. — Какая? — Тебе не понравится. — Мне уже нравится, — уверенно отвечает она. Хансен качает головой, улыбаясь ей, и только после понимая, что она не заметила ни одного из этих его жестов. Трудно помнить о таком каждую секунду. — О чём ты думаешь? — Датчанин проводит рукой по её волосам. — Надеюсь, о том же, что и ты. — Аня касается губами его шеи, одновременно с этим расстёгивая нижнюю пуговицу его рубашки и легко касаясь живота кончиками пальцев. Хансен напрягается. — Иначе ты сочтёшь меня извращенкой. — Уже счёл. — Он выдохнул. — Ты уверена? Расстегнув вторую пуговицу, она кивает. — Точно? — продолжил допытываться Хенрик, улыбаясь собственной навязчивости. — Абсолютно. — Брагинская поднимает голову. — На все сто процентов. — Я не думаю. — Датчанин улыбается снисходительно, хотя знает, что Аня всё это ощущает каким-то шестым чувством и ненавидит улыбки, где мелькает что-то, хотя бы отдалённо напоминающее жалость. — Такие вещи быстро не решаются. Ты будешь жалеть об этом, а виноват в итоге буду я. — Я настроена абсолютно решительно, — она хмурится. — Так надо. — Кто тебя заставляет? — Знаешь, — Аня взглянула на него с самым что ни на есть серьёзным выражением лица. — Мне кажется, я люблю тебя. Она хотела завести речь о том, что сказок в жизни не бывает. Что когда-нибудь они поссорятся и, возможно, перестанут быть вместе. Но она хотела, чтобы это произошло именно с ним. Аня подняла руки, ожидая, что Хенрик стянет с неё футболку. — Давай уже.

_____________

Часы отбивали пятый удар. — Мне лень вставать. — Хансен зевнул. — Что ты мне подарила? — Шарф. — Аня улыбнулась. — Ручной вязки. — Сама? — С седьмой попытки, но да. — Брагинская уткнулась носом в его плечо. — А ты? — Синтезатор. — Он закрыл глаза. — У тебя прекрасный слух, будешь учиться играть. Часы пробили полночь. — С Новым годом, Ань. — С Новым годом, Хенрик.