Massage man

      Тайлер крутился перед зеркалом, осматривая себя со всех сторон. Неумышленно, Джош выдал ему черные джинсы, такого же цвета футболку и толстовку, но этот цвет шел ему не хуже бордового. Черный не может не идти кому-то, в прочем, но именно на Тайлере он смотрелся горячо.       Нет, это просто Тайлер горячий. Тайлер в одежде Джоша горячий.       Думая об этом, Джош не мог унять странный восторг в груди. Они немного поговорили о чувствах за завтраком, пришли к соглашению, что не будут организовывать званые ужины для родственников, Тайлер не станет собирать своих подчиненных в конференц-залах и офисах своих салонов, Джош не попросит организовать прямой эфир на MTV, чтобы сообщить, что они встречаются. Если общественность узнает — то и плевать, отрицать никто не станет, а излишне скрываться, выходить из дома по одному, натянув капюшоны и очки на нос — бессмысленно и даже глупо. Решили пустить все на самотек. Так же, как пару дней назад, когда оба отключились во время сеанса обычного массажа.       Это может показаться странным. Взрослые мужчины, знающие свое место в жизни, но не продумавшие до мелочей способы защиты в случае, если вдруг они столкнутся с непониманием общества. С другой стороны, что в их отношениях НЕ странного? Сама встреча была странно неожиданной, ощущения Джоша были странно приятными, Джозеф странным образом легко излил душу, странно, но Дан проникся его историей. Странно, что никто из них не подумал, что это дико — когда женатый папаша дрочит популярному не гомо, странно, что они даже не поцеловались ради приличия. Странно, что первый поцелуй состоялся во время секса, и странное чувство поселилось в их сердцах — чувство, что оба поступают правильно. Все, что они делают, абсолютно нормально. Почему?       Да потому что плевать они хотели.       Тайлер признался, что с удовольствием уехал бы в другой город или даже штат, если бы только мог, чтобы больше не сталкиваться с Дженной, Ником, бывшими друзьями. Возможно, чтобы развивать бизнес в каком-нибудь другом уголке страны. Родителей он и так не часто навещает, частых телефонных звонков хватает, поэтому запросто катался бы к ним раз-два в месяц. Джош пошутил, что мог бы уйти из группы, сменить прическу и имя, если это потребуется, чтобы сохранить отношения с Тайлером. Они посмеялись, но Джош поймал себя на мысли, что не очень-то и шутил.       За короткий срок он понял, что готов пожертвовать всем ради счастья этого парня. ВСЕМ, ради чего десятки раз сбегал из дома в молодости, ради чего прогуливал уроки. Ради чего отказался от колледжа, ради чего свалил из любимого городка. И, если обстоятельства того потребуют, если люди отреагируют слишком негативно, он готов отказаться от своей роли в группе. Он готов оставить родителей без старшего сына, если они не примут его таким, какой он есть. Все это только ради того, чтобы отдать всего себя этому парню, которого едва знает. Но почему бы и нет?       Любовь — это и есть отдача. Мы отдаем частичку своей души, замещая ее чем-то нам необходимым. Мы отдаем углекислый газ растениям, чтобы получить от них кислород. Мы отдаем себя судьбе, чтобы получить время. Мы отдаем время, чтобы получить деньги. Мы отдаем деньги, чтобы получить еду, кров, одежду.       Джош отдал Тайлеру свою одежду и обувь, получая взамен приятное зрелище и довольную улыбку с ямочками на щеках. — Какого хрена я ношу только костюмы, — Джозеф завязал шнурки на черных кедах и выпрямился, чтобы еще раз оглядеть себя в зеркало, — круто, что у нас один размер. — Но не везде, — Джош усмехнулся, многозначительно подергав бровями, затем поднялся с кровати и подошел к Тайлеру, чтобы обнять его со спины. — Предлагаешь сравнить? — Тай закинул руку за спину и притянул голову Джоша для поцелуя. — Мм, — Джош нехотя разорвал слияние их губ, — обязательно, но чуть позже, мы опаздываем. — Он достал телефон и быстро отписал в общий чат, что скоро будет, и не один, а с другом.

***

      В студии как всегда темно, душно и шумно. Еще не открыв дверь, парни услышали громкое «ха-ха-ха» от Брендона Ури, затем какую-то напевку. Тайлер думал, что это часть новой песни, пока не услышал что-то вроде «Даллон пидаааар». — А вот и они, — тот самый Даллон выдохнул, когда в комнату зашли парни, словно ему кинули спасательный круг.       Брендон был недоволен прерыванием его очередного концерта, но увидев Тайлера и Джоша, встрепенулся и широко заулыбался. — Знакомься, это наш непревзойденный Брендон, Кенни — милашка и лучший лид-гитарист, а это Даллон — басист, самый высокий человек в мире и все такое.       Парни по очереди подошли пожать руку Тайлеру. — Да я же знаю вас всех. Ваши клипы всюду, не могу поверить, что говорю с вами, — массажист неловко отступил назад, оставляя за Джошем право представить его. — А это Тайлер — мой бойфренд. То есть, френд, да, френд. Блять.       «ЧТО?» — молнией пронеслось в голове Джозефа, и он уставился на свои кеды. Точнее, на кеды Джоша.       «ЧТО?» — выкрикнул Джош в своей голове. Он не планировал как бы говорить это, он только представлял, как приятно будет звучать эта фраза когда-нибудь. Когда-нибудь.       — ЧТО? — хором воскликнули остальные парни, и кажется, весь мир сейчас сожмется и спрячется в складках их лбов, потому что их брови от удивления взлетели слишком высоко.       Первым отмер Брендон.       — Я придумал! Наша фишка с двойным бэкфлипом, — это действительно было их особым трюком на шоу: Брендон и Джош делали сальто назад с барабанной платформы одновременно, — мы повяжем на шеи флаги ЛГБТ и сиганем, как два гейских супермена! — Ури запрокинул голову и загоготал, но это было не похоже на смех, скорее, на победный клич безумного вождя дикого племени. — Остынь, гейский супермен, ты женат на женщине, — Кеннет закатил глаза перед тем, как посмотреть на Дана, — Джош… — Бля, парни, я не знаю что сказать, — Джош перебил его и начал заикаться, нервно почесывая ладонь о бедро, — но я, типа… — Ах, Джош, расслабься, мы очень рады за вас, — Кен похлопал барабанщика по плечу и тепло улыбнулся Тайлеру. Джош колебался, затем вспомнил утренний разговор с Таем. И, опять же, при нем было гребанное ощущение того, что он все делает правильно. Джош поднял взгляд на своего массажиста и заметил, что тот лишь прикусил губу, безуспешно пытаясь спрятать смущенную улыбку и, кажется, немного хихикал.       Джош с вопрошающим видом вглядывался в лица вокалиста и басиста, пытаясь прочитать теперь их реакцию. — Парни, это правда, мы рады за вас, — Даллон подошел и легко приобнял парней, — Тайлер, тебе будет непросто с нами, Брен слишком любит шутить про геев. — А знаете почему? Потому что Даллон пидааар, — громко вытягивая высокую ноту буквы «А» в последнем слове, закончил свою песню Брендон, — нет, серьезно. Геи — это не повод для шуток. Геи — это прекрасно. Гейский секс — это прекрасно. Каминг-аут — это прекрасно. Честность, открытость, — его просто несло. Он закрыл глаза, мечтательно вскинув густые брови вверх, раскачивался с ноги на ногу и плавно водил в воздухе рукой, между пальцами которой уже был зажат свежий косяк, — это сложно, и вы нереально круты, раз открылись, на это нужны силы, это заслуживает признания… А хотите взаимную честность?       Тайлер уставился на него, а Джош заметил, как Уикс неловко заерзал на диване. — Безусловно верно, что я, по словам Кенни, женат на женщине, — Ури провел рукой по волосам, остановил свои раскачивания и открыл глаза, — но это не мешает мне иногда потрахивать Даллона, — он проговорил это слишком быстро и задорно, затем обернулся на Уикса, который уже прикрыл ладонью лицо, подмигнул снова закатившему глаза Кеннету и, самодовольно улыбаясь, прикурил косяк.       Теперь уже Джош не знал как остановить ползущие вверх брови. — Серьезно? — Ага, — Брендон поморщился, выпуская первую затяжку в сторону, — только, разумеется, в тайне от наших милых дам. А что поделаешь? Если влечет.       В ответ Даллон только развел руками, соглашаясь с вокалистом. — И как я не замечал этого раньше? — Джош, немного расслабившись, приобнял Тайлера за плечи. — Так же, как и мы не замечали, что ты пидаааар, — снова высокая «А», — мы все отчасти пидары тут, кроме Кенни. Но он, возможно, слишком хорошо прячется. — Лучше бы вы как следует прятались, — Кен кивнул в сторону Уикса и Ури, и они втроем засмеялись, — в первый раз я застукал их в гримерной Брена, сразу после нашего концерта. Джош, ты тогда сразу ушел в душевую, кажется. Тем временем, Даллон стонал, как шлюха! Умоляли меня дать обещание, что утащу этот секрет с собой в могилу, и я дал, потому что готов был помереть раньше срока, от смеха. А затем они звонили и мурлыкали в трубки своим «зайкам», которые были дома — одна с детьми, другая со щенками. Это было года три назад, если не больше. — Но это вовсе не значит, что мы не любим своих «заек», — Даллон поспешил сказать это, потому что боялся прослыть изменником, предателем или кем-нибудь хуже, — любим, очень даже. Просто им не понять. В современном мире глупо запирать себя в рамках, запрещать себе любить того, кого хочется. — Не любить, а ебать в зад! — Брендон. Просто Брендон.       Репетиция, казалось, была обречена на срыв. Все парни смеялись и делились своими откровениями, подначивали Кеннета, дав ему прозвище «Стопроцентный Кенни» за то, что он слишком натуральный. Приступать к расспросам о том, как Джош и Тайлер познакомились, чем занимается Джозеф, кто из них в активной роли и так далее, никто не собирался.       Тайлер и Джош сидели бок о бок, стараясь как можно более незаметно обняться или погладить колени, плечи, пройтись ладонью по волосам друг друга. Джош периодически отвлекался от разговора, чтобы чмокнуть своего парня. Оба чувствовали, что все делают правильно. — Ладно, парни, пора приступать, — Кеннет звонко ударил себя по коленям и поднялся с дивана, призывая остальных пройти уже, наконец, к инструментам.       Каждый отыграл свою партию отдельно, они потратили около часа на то, чтобы покритиковать и похвалить друг друга, обсудить мнение открещивающегося якобы в силу непонимания в музыке Тайлера насчет звучания того или иного участника, затем все расположились по своим местам, чтобы сыграть несколько песен вместе.       Тайлер сидит на диване и нервно перебирает прядь волос пальцами левой руки. Он мечтает, чтобы эта репетиция скорее кончилась, благодарен, что в помещении слишком шумно, и никто не слышит, как он сдавленно мычит внутри. Счастлив, что никто на него не смотрит, потому что уверен, что выглядит сейчас не очень приемлемо.       Последняя на сегодня песня. Кеннет озадаченно уставился куда-то под ноги, вычисляя октавы, Даллон наблюдает за своим отражением в стекле, разделяющем репетиционную комнату и контрольную, а Брендон вовсе закрыл, даже зажмурил глаза, полностью сосредоточившись на поддержании гармонии звучания его голоса, ударного ритма Джоша, бэк-вокала и гитар Уикса и Харриса.       Джош Дан во всем своем великолепии — рваные джинсы, кепка козырьком назад, без футболки, мокрый. Херачит по барабанам, мозг отключен, работают только чувства. Кажется, что если сейчас на парковку за окном приземлится космический корабль, а в студию ворвутся высокие серокожие представители внеземных цивилизаций и откроют огонь из своих бластеров по участникам, даже это не сможет вырвать его из состояния тотального удовлетворения собой и своим делом. Подпрыгивает на стуле, трясет головой, в секундных паузах крутит палочки между пальцами. Запрокидывает голову, чтобы ручьи пота не затекали в глаза, дышит через приоткрытый рот, на несколько секунд закусывая нижнюю губу или просто изнеможенно оскаливаясь, пытаясь пересилить усталость рук.       Тай не может наглядеться на него, и он уже уверен, что их ближайшей ночью Джошу еще предстоит попрыгать так, но уже не на стуле. Тайлер нервно трясет ногой, слишком часто облизывает пересыхающие от частого дыхания губы, трет ладони друг о друга, сгибает пальцы и хрустит суставами. Он чувствует себя одержимым, маньяком, психопатом, потому что не может перевести взгляд и организовать мысли в порядок — Джош сводит его с ума одним своим видом. Брендон тем временем быстро запрыгал на месте, дотягивая ноту, заканчивающую куплет. Пересилив себя, Тайлер закрыл глаза, откинул голову на спинку дивана и начал тихо подпевать Ури, потому что несложные слова и мотив припева он уже выучил. Он закинул ногу на ногу, быстро провел рукой по джинсам в районе ширинки и поправил вставший член, переживая, что кто-то из парней может это заметить.       Забавно, что заметил это только ничего не видящий вокруг себя барабанщик.       Вот только Джошу нихуя не забавно, потому что он даже вздрогнул, когда отвлекся на миллисекунду и заметил какое-то движение на диванчике. Теперь взгляд Джоша был прикован к массажисту: прикрытые, как прошлой ночью, от удовольствия глаза, мягкие губки расслабленно произносили слова песни, нежная кожа шеи бесстыже манила своей открытостью, и вот он перекидывает одну ногу на другую и… потрогал себя за член? Очень быстро, почти незаметно, но Джош все это видел будто в замедленном действии. Непонятная тревога пулей пронзила пах Дана и, казалось, навылет вышла через сердце, он пропустил один удар по тóму и сдуру решил его нагнать, не попал в ритм, за что получил несколько колючих стрел негодования из глаз Даллона и Кенни и средний палец от Брендона.       Не считая этого нестрашного инцидента, песня была отыграна великолепно и довольные парни засобирались каждый по своим делам.       Джош помахал им рукой, не желая пока вылезать из-за своей установки, потому что ему нужно было привести дыхание в норму и немного обсохнуть. — Тайлер, очень рады были познакомиться, приходи к нам еще, — парни жали руку Джозефу, покидая комнату, а Ури даже плюхнулся на диван, чтобы звонко чмокнуть брюнета в щечку на прощание, за что был послан Даном к хуям. — Я бы на твоем месте не выебывался, милашка, ты сегодня умудрился запороть элементарный парадиддл, и то, что я уведу твоего парня, послужит отличным наказанием! — Брендон был уже у выхода, но остановился и обернулся, чтобы проорать это. Джош показал ему средний палец, а Ури в ответ закатил глаза, поднес кулак ко рту и поиграл языком за щекой, изображая минет, после чего громко закрыл за собой дверь. — Спасибо, что привел меня сюда, я в восторге от вашей музыки. И особенно от того, как ты звучишь… и выглядишь, — Тай, потупив взгляд и мило улыбаясь, уже стоял напротив Джоша и водил пальцем правой руки по самой большой тарелке. Левая рука была в кармане, и барабанщик вовсе не обратил на это внимания, но рука была там не просто так — она удерживала стоящий колом член, чтобы его не было так видно в этих дико узких джинсах.       Джош смущенно улыбнулся, затем глянул на настенные часы. — До конца нашей сессии полчаса, так что мы можем побыть здесь, пока не придет другая группа. Хочешь попробовать? — Он кивком указал на барабаны. — Хочу, — Тайлер обошел установку, толкнул Джоша к стене, положил руку на его мокрую грудь и жарко поцеловал в губы. Джош слегка опешил и тут же отстранил от себя парня, за что Тайл непонимающе уставился на него. — Я же весь потный...       Тайлер нахмурил брови и медленно провел языком по своим губам, растянутым теперь в соблазнительно-озорной ухмылочке. — Мне нравится. — Фу.       Джош поморщился, но после того, как столкнулся взглядом с парой очаровательных черных глаз, уже не смог спрятать свою улыбку. Он снял кепку, затем притянул Тайлера за талию, позволяя тому поцеловать его снова. Тай в самом деле наслаждался соленым вкусом своего парня, и это наводило на него некий ужас, потому что ему казалось, что он понемногу, но уверенно становится действительно одержимым этим сукиным сыном, который даже не старался казаться горячим. Он, блять, просто был собой. — Я, вообще-то, имел в виду игру на барабанах, — Джош заметно расслабился, когда Тайлер нежно поцеловал его в висок. — Ты хочешь упустить такую возможность? — Тай посмеялся про себя над тем, как похоть завладела его мыслями, но вслух ничего не сказал. Вместо лишних слов, он провел руками по горячей влажной спине, ощупывая упругие мышцы, а потом, переместив руки на плоский крепкий живот, он медленно повел ладони вверх, пересчитывая кубики пресса большими пальцами, дошел до ребер, двигался выше. Осторожно поглаживая грудь, безымянными пальцами коснулся твердых сосков, отчего по телу Джоша пробежалась мелкая дрожь. Затем Тайлер снова обнял плечи Джоша и повел дорожку возбуждающих мурашек кончиками пальцев вдоль позвоночника, от затылка до края джинсов.       Джош слегка прогнулся в спине и выдохнул, выпуская негромкий разочарованный стон, когда пальцы массажиста дошли до ямочек на пояснице. — У нас нет презервативов. — Подозреваешь меня? — Тайлер был абсолютно спокоен за себя, он проверялся чаще рекомендуемого, потому что не предохранялся с Дженной. — Нет, а ты меня? — Господи, Джош, давай просто трахнемся здесь и сейчас, хватит ломаться, — Тайлер рассерженно простонал это, между словами жадно целуя соленую шею. Он отстранился, в секунду стянул через голову толстовку и футболку, отбросил их куда-то в сторону. Тут же вернулся к шее партнера, прижался грудью к его груди и резко опустил руку вниз, чтобы крепко сжать член барабанщика через штаны. — Ты ведешь себя, как подросток, — Джош, уже тяжело дыша, прислонился затылком к стене, еще раз глянул на часы, затем закатил глаза в удовольствии, полностью поддавшись желанию и напористости массажиста. — А ты ворчишь, как занудный папаша. — Просто хватит сводить меня с ума, Тайлер. — Просто заткнись.       В ответ на этот невежливый приказ, Джош подался вперед и грубо присосался к губам Тайлера. Он отчаянно притягивал стройное тело массажиста к себе за пуговицу на его джинсах, пытаясь расстегнуть их, и толкался в его сильную руку. Джозеф только ухмылялся в поцелуй, мучительно медленно перемещая ладонь от члена к пряжке ремня, хотя сам буквально сгорал от желания еще с того момента, как наблюдал за Джошем за барабанами.       Тайлер расстегнул ремень, и пока просто подцепил двумя пальцами пуговицу, другой рукой теперь снова поглаживая грудь музыканта. — Ну же… — Дан уже справился с джинсами массажиста, но тот все еще дразнил его короткими прикосновениями. Будто бы у них было время. Его-то, как раз, было мало.       Но Тайлер затеял это не просто так — он хотел попробовать как можно сильнее возбудить Джоша, чтобы тот не помнил сам себя. Джозеф уже сам постанывал в унисон со своей жертвой, он через ткань терся своим членом о бедро партнера, чувствовал его руки на заднице, на талии, на груди, в волосах, где только можно. Он снова целовал его губы, хотя Джош уже и не пытался отвечать на поцелуи, он просто тонул в бездонном море желания. — Тайлер, пожалуйста… — Джош мог бы продолжить умолять, но внезапно ощутил, как с него одним движением стянули, наконец, штаны и боксеры, оставив их на уровне середины бедра. Он открыл глаза и наткнулся на прожигающий взгляд Тайлера.       Тот поднес к своему рту два пальца, смочил их слюной, медленно опустил руку, а затем осторожно прикоснулся к нежной коже между ягодиц Джоша. Все это время между парнями держался зрительный контакт, и барабанщик заставлял себя закрыть глаза, отвернуться, что угодно, блять, но не мог. Тайлер не оставил выбора, и Джош отдал ему всего себя, все тело, теперь и сознание.       Все же глаза закрылись сами, когда Джош почувствовал первый палец внутри себя и сильную руку на члене. И снова Тай был настойчив и уверен, и снова ему не составило труда найти точку наслаждения. К этому еще нужно привыкнуть. Накануне ночью, в квартире, Джош опасался быть громким, чтобы не привлекать внимания соседей, которых особо и не встречал, и это его устраивало. Здесь, в студии с отличной звукоизоляцией, которая не пропускает рев гитар и оглушительный звон тарелок установки, он мог себе разрешить дать волю чувствам, выходящим через голос. Он все еще немного стеснялся быть таким с Тайлером, но он и сам не звучал стесненным.       Тай прижимался к парню всем телом, он уже стянул свои штаны и ласкал оба их члена одной рукой, другой ублажая Джоша сзади. Дан не мог нормально вдохнуть, в помещении и так было душно, но теперь Тайлер будто хотел довести его не до оргазма, а до смерти, Джошу казалось, что он уже видит белые блики ангельских крыльев, когда закрывал глаза. — Тай, время, десять минут, скорее, нам нужно… — будь Джош в нормальном состоянии, он посмеялся бы над своей способностью строить предложения в такой момент, и это чудо, что его массажист смог расшифровать этот сигнал о бедствии.       Тайлер прекратил массаж, помог Джошу развернуться лицом к стене и мягко надавил на поясницу парня, чтобы найти нужную позицию, быстрее и легче войти в него. У них нет ни масла, ни смазки, поэтому Тайлер слегка втягивает щеки, пытаясь увеличить секрецию во рту, наклоняет голову и позволяет накопившейся слюне опасть с кончика языка на головку его члена, уже отчаянно готового для проникновения в тело друга. Джош замирает, ощущая легкую прохладу, но затем приходит долгожданное чувство наполненности, и он физически не может сдержать стона.       Тайлер начал движение в самом нужном темпе, и они обязаны успеть кончить до того, как истечет законное время аренды, и кто-то может их застукать. Тай одной рукой удерживает Джоша за талию, прижимается уже не менее мокрой грудью к его спине, почти рычит, и Джош запрокидывает голову, сквозь стоны просит еще. Тайлер убирает руку от его члена, позволяя ему самому трогать себя, и теперь Тай осторожно сжимает пальцы вокруг длинной крепкой шеи Джоша, за что получает награду — глубокий сладкий стон с твердым «да» в заключении.       Когда снова становится сухо, Тайлер снова плюет, но промахивается, не обращает на это никакого внимания, и, не прекращая фрикций, тут же растирает слюну по коже парня. Джошу плевать на сухость, значит и Тайлеру тоже, и ему точно так же плевать на то, что происходит сейчас в его жизни, что творится на всей этой ебанной планете. Есть только Джош, его тело, его задница, его голос. — Быстрее. Нет голода, нет войн, нет болезней. Нет врагов, нет политиков, нет убийств. Нет холода, нет ненавистного снега, нет дождей. Нет землетрясений, нет наводнений, нет пожаров. Нет нацизма, нет богатых и бедных, нет натуралов и геев. Нет бесплодия, нет измен, вообще нет предательства. Нет сильных и слабых. Нет, как и не было никаких Дженны и Ника. К сожалению, Лолы и Эммы тоже нет, но только потому, что детям запрещено смотреть такое.       Тайлеру, как и Джошу в самом начале, пришлось упереться руками в стену, потому что они оба рисковали упасть от таких сильных ощущений. Тай сходит с ума от запаха пота и синтетического дезодоранта — так сейчас пахнет Джош, и таким он запомнит этот быстрый грязный секс в душной студии. У Джоша жутко дрожат колени, его сперма попала на его же джинсы, и он чувствует, как Тайлер кончает прямо в него.       Натянув нижнее белье и штаны, парни все еще не могут вернуться в чувства. Тайлеру щиплет губы от соленого пота. Перед тем, как выбежать из студии, он нарочно, но не отдавая себе отчета зачем, ударил рукой по той самой большой тарелке и зажмурился от громкого раскатистого звука. Джош, на ходу вытирая мокрые руки и грудь собственной майкой, чувствует, как из его зада вытекает воплощение чувств Тайлера. Они оба видят себя безумно грязными, мерзкими и окончательно сумасшедшими. Кроме них в помещении никого нет, за ними никто не гонится, но они бегут вниз по лестнице, держась за руки и нервно хихикая. К более-менее нормальному состоянию они вернулись только когда оказались на улице. Тайлер отдал Джошу его же нормальную футболку, а сам надел толстовку на голое тело.       Уже после душа, сменив одежду и пообедав, они решили, что за дочками в Бексли поедут вместе.