Massage man

      Рейс Дженны перенесли, и она должна была приехать не в воскресенье утром, как предупреждала, а в понедельник. Она даже не удосужилась оповестить Тайлера об изменении даты прибытия. Тайлер узнал об этом только когда сам написал жене в воскресенье вечером, чтобы узнать что произошло, потому что Эмма и Лола нервничали. Тай отнюдь не жестокий человек, но невольно поймал себя на ужасной мысли, что был бы рад, если бы самолет с супругой вдруг исчез с радаров. Это решило бы кучу проблем. — Пап, папа… — Лола осторожно потрясла Тайлера за плечо. — Что такое? — Парень вздрогнул, неожиданно выныривая из сна, нехотя открыл глаза и повернулся к дочке, стоящей у края его кровати, — приснился кошмар?       Как и всех детей, особенно в этом возрасте, девочек нередко мучили страшные сны. Лола или Эмма могли прийти среди ночи в комнату Дженны за успокаивающими объятиями с перспективой доспать в безопасности до самого утра, что неистово бесило Ника, но он мог лишь недовольно рычать, отворачиваясь на другой бок и зажимая ухо подушкой. К Тайлеру девочки не приходили ни разу после того, как он «переехал» слишком далеко от детской комнаты, в спальню на другом конце темного и, как казалось малышкам, страшного коридора. Но в этот раз, видимо, Долорес действительно нуждалась в помощи, раз проявила не дюжую храбрость и пришла к отцу за помощью. — Нет, просто не могу уснуть. — Можешь лечь со мной, — Тай отодвинулся от края постели, чтобы дочь могла сесть. — Не хочу, — Лола тряхнула пушистыми спутанными волосами, — сделай мне какао, пожалуйста.       Тайлер вылез из-под одеяла и встал, сонно потирая глаза, затем надел халат, подхватил дочку на руки, и они направились на кухню. Брюнет осторожно заглянул в детскую, чтобы проверить, спит ли Эмма. — Я слышала, что она плакала, — обеспокоенно прошептала Долорес. — Почему? — Наверное, потому что мы очень по маме соскучились.       Тайлер тяжело вздохнул. Дженна — хуевая жена, но хорошая мать, и девочки любят ее. Невозможно представить их жизнь без матери, но Тайлер абсолютно точно не намерен уступать ей право на опеку. Дочки должны жить с ним, и другого варианта он не допускает. Чертов тупик. Нет, это край ебанной пропасти. Даже если у Тайлера будет самый великий адвокат, даже если случится чудо, и суд признает право на опеку за отцом дочерей, общению девочек с мамой не воспрепятствовать никаким пунктом закона. — Ты же не любила какао? — Тай перехватил малышку левой рукой, чтобы освободить правую и открыть дверцу верхнего шкафчика. — Теперь люблю. Позавчера мне приснилось, что мама оставила нас с Эммой в автобусе. Я плакала и разбудила Эмму, она тоже испугалась, а Джош сделал нам какао, получилось вкусно.       Тайлер чуть не выронил коробку «Несквика», которую держал в свободной руке, изучая инструкцию по приготовлению на этикетке. — Вы пошли к Джошу? На первый этаж? Почему не ко мне?       Лола хихикнула, оттолкнулась от плеча папы и поболтала в воздухе ножками, давая понять, что хочет слезть с него. — В коридоре страшно. А на первом этаже было светлее. — Малышка села за стол и подперла голову руками, наблюдая за хлопотами Тайлера.       Парень погрузился в размышления, сонливость как рукой сняло. Значит, между Джошем и девчонками действительно установлена гармония, раз они могли обратиться к нему без малейшего стеснения. А Джош даже не пожаловался на то, что его разбудили среди ночи, да еще и заставили развлекать. До чего же он, блять, добрый и милый парень. Тайлер сглотнул, прогоняя подступающий к горлу ком отчаяния и растерянности от того, как сильно он скучает по Джошу, с которым не виделся всего-то чуть больше суток.       Тай попробовал уже готовое какао, отмечая, что оно действительно неплохо вышло, и поставил кружку напротив Лолы. — Спасибо, — девочка осторожно подула на напиток, сделала маленький глоток и слегка наморщила носик, — у Джоша было вкуснее. И еще там плавали маленькие зефирки. — О нет, — Тайлер закатил глаза и картинно схватился за сердце, изображая неистовые страдания, — пощади, принцесса, я же так старался! — Ну папа, — сквозь тонкий смех протянула Лола, — прости, я не хотела тебя обижать.       Тайлер усмехнулся и поцеловал дочь в макушку, затем вернулся к шкафчикам, чтобы найти те самые зефирки. — Пап… А когда вернется мама, Джош больше не приедет, да?       Вопрос ребенка заставил Тайлера сильно сжать челюсти, сдерживая рвущийся изнутри скулеж раненого зверя. Сердцебиение замедлилось, в животе застыл какой-то холодок и неприятно защипало в носу, парень провел рукой по лицу, как бы проверить, на месте ли оно вообще. — Не знаю, солнышко, — честно ответил он, — не знаю.

***

      Выходя из такси, Дженна счастливо улыбнулась стоящим на пороге дочкам, а те радостно галдели, протягивая вперед руки, чтобы скорее обнять маму.       Тайлер нервно перекатывал во рту потерявшую вкус жвачку с одной стороны челюсти на другую, размышляя, как и когда лучше начать разговор о том, что уже пора бы обратиться к адвокату по бракоразводным процессам. — Почему на такси? — Тайлер достал чемодан жены из багажника. — Нику нужно быть в офисе, он не смог меня встретить, — девушка не смотрела на мужа, спокойно забирая ручную кладь из салона автомобиля. — Могла позвонить, мы бы с девчонками встретили тебя. — Нет. Мне нужно было заехать к Нику на работу. Оу, чуть не забыла сказать — тебе лучше переночевать сегодня где-нибудь в другом месте. — Ты советуешь мне не приходить в свой же дом? — Тайлер злобно усмехнулся и подошел ближе к супруге, чтобы говорить как можно тише, — это еще почему? Истосковались по сексу и боитесь, что я вдруг, спустя долгое время, решу вам помешать? Мне похуй, главное, оградите от этого детей. А лучше сами валите к нему домой. — Какой же ты мудак, Тайлер, — Дженна положила ему руку на грудь, отстраняя от себя, и окинула его язвительным взглядом, — Ник. Он кое-что заметил. И мне пришлось ему кое-что рассказать.       Глаза Тайлера переметнулись на шею девушки, но следы его пальцев и зубов сошли, и ничто не могло его выдать. — Что ты несешь? Следов не осталось. — Они были не только на шее.       Тайлер задумался на секунду, вспоминая, сколько времени требуется для рассасывания легких гематом на особо мягких тканях (на коже бедер, живота, ягодиц), и размышляя, при каких обстоятельствах Ник мог увидеть эти части тела, если он был на работе. Тай помотал головой, вытряхивая противные и ненужные мысли из головы. Вообще похуй, что там мог увидеть Томас, и что ему наплела эта идиотка. — Мне насрать на все это, — уже вслух фыркнул Тайлер, — разбирайся сама. Я только хотел сказать тебе, что нам пора подавать документы на развод, так что найди себе адвоката до следующей недели, пожалуйста.       Тайлер скрылся в доме, Дженна усмехнулась и пожала плечами. Что ж, по крайней мере, она предупредила.

***

      Несмотря на то, что Тайлер не посещал салоны неделю, все финансовые и тому подобные управленческие показатели были стабильны. Он справлялся и из дома, а часть его обязанностей, как всегда, с удовольствием взвалил на себя Эдди. Но в этот понедельник Тай собирался сидеть на работе до позднего вечера, потому что ждал первые наброски важного маркетингового проекта, который он обсуждал в прошлую пятницу, и нужно было сосредоточиться. Дома было бы лень, его бы отвлекали дочки или Дженна со своим Ником. Джош сотню раз спрашивал Тайлера, не хочет ли он приехать, но понятное дело, что в присутствии Дана поработать вообще не представлялось возможным. Брюнет не спеша выводил на мониторе какие-то графики, сидя в кресле в своем просторном кабинете салона на Окстон-драйв, фоном слушал «Death Cab», пил кофе, приготовленный администратором, был абсолютно спокоен и расслаблен.       Завибрировал мобильный, и Тай улыбнулся, когда на экране отобразилась фотография Эммы, Лолы и Джоша: они стояли возле припаркованного на обочине у загородного поля минивэна, широко улыбаясь и сложив пальцы рук в жесте «Виктория». Это была их единственная совместная фотография, и Тайлер любил ее всей душой. — Привет, как прошла тренировка? — Привет. Отлично, ох, — голос Джоша прервался блаженным выдохом, потому что парень рухнул на кровать, — что у тебя? Дождался письма? — Нет, маркетолог обещала доделать план к концу рабочего дня, а работает она до 9 вечера. — Ясно. Устал? — Нисколько. А ты? — Очень. Не отказался бы от массажа… если ты будешь в настроении, конечно. — Ну что ж, — Тайлер улыбнулся, прикусив губу, — ты можешь заехать ко мне часам к 11, как раз уборщик уже уйдет. — А потом ко мне? — Джош спросил это в тысячный раз за сегодня. Он был в курсе, Тайлер рассказал ему об утреннем разговоре с супругой. Джош писал, что очень хочет, чтобы парень ночевал у него, но Тайлера словно магнитом тянуло домой, чтобы специально попасться на глаза Нику и узнать, почему Дженна пыталась запугать его.       Тайлер был уверен, что если он действительно не придет сегодня вечером в свой дом, Ник (если дело действительно в нем) одержит победу, и это будет неким признанием, что Тай зассал или что-то в этом роде.       Но, услышав голос Джоша, Тайлер растаял. Когда он увидел эту фотографию на экране, он ощутил в груди приятное тепло и бодрящее рвение продолжать делать все, чтобы были счастливы его любимые люди и, наконец, стать счастливым тоже. Поэтому он сейчас же отправит письмо в знакомое юридическое агентство с просьбой связаться с ним завтра. Драмы подождут. — Потом к тебе, Джош. — Согласился Тайлер, — Боже, я так соскучился. — И я скучаю. До встречи. Позвоню, когда буду выезжать.

***

— Доброй ночи, мистер Джозеф! — Уборщик выключил основное освещение, оставив только приглушенное свечение в нишах у потолка, и вышел, направляясь к своему старенькому скутеру.       Тайлер не стал запирать входную дверь. Скоро все равно приедет Джош, зачем делать сто лишних дел, когда у него и так одно важное простаивает. Письмо от маркетолога пришло ровно в девять вечера, и прошло уже почти полтора часа, как Тайлер изучал план проекта, потирая пересыхающие от напряжения и недостатка моргания глаза, устремленные в экран ноутбука. В кабинете воцарилась тишина, так необходимая Тайлеру для сосредоточения сейчас, и были слышны только клацанье мыши, тиканье часов и слабое жужжание кулера ноутбука.       А теперь еще и звук останавливающегося около входа автомобиля. Тай откинулся в кресле, сладко потягиваясь в ожидании своего парня. Правда, странно, что Джош не позвонил, когда выезжал. Придется ему подождать, пока массажист подготовит кабинет.       Хлопок водительской двери. Как-то слишком громко. Наверное, Джош нес с собой что-то, руки заняты, и ему пришлось толкнуть дверь ногой. Хоть бы это была какая-нибудь еда, потому что брюнет проголодался.       Громкий хлопок входной двери. Да чего он такой нервный?       Тайлер привстал, чтобы выйти навстречу Джошу, но услышал стук тяжелых, чужих шагов и невольно опустился обратно в кресло, сосредотачиваясь на звуках.       Кто-то открывал двери в каждое помещение, включал свет и, кажется, осматривался, пока приближался к концу холла, к той самой деревянной двери с табличкой «Офис».       Это не Джош. Ведь он знает, где находится кабинет.       Блять, тогда кто? Жутковато.       Рука Тайлера сама потянулась к правому ящику стола. В этом ящике было потайное дно, а там сейф, в котором парень держал пистолет с одним патроном. Совершенно обычный, какой-то из серии Беретта 92, он особо не разбирался и не прикасался к этому оружию с момента случайной покупки, когда Джозеф переживал очередной срыв из-за поведения Дженны. Тогда он спустил два магазина на стрельбу по пустым банкам из-под «Рэд Булла» и пивным бутылкам, отмечая, что слишком толстая рукоятка совсем не лежит в его руке, но зачем-то оставил один патрон. И всего лишь раз в тот вечер, будучи сильно пьяным и подавленным, он почесал стволом висок перед тем, как закинуть этот кусок стали в ящик.       Едва он коснулся холодной ручки ящика кончиками пальцев, как дверь распахнулась. — Вот ты где, сука.       Тайлер усмехнулся, откидываясь обратно на спинку кресла и, расслабленно выдохнув, поднял руку, щелкнул парой клавиш на своем ноутбуке, а затем захлопнул его. — И тебе привет, Ник.       Томас преодолел расстояние от двери до стола в два шага, схватил Тайлера за ворот рубашки и, легко подняв брюнета, швырнул его тело на стол вниз лицом. Джозеф больно ударился об край столешницы грудью. Он не мог сделать вдох, чтобы выпрямиться, и уже планировал опасть на пол, но мощные руки снова подняли его за шкирку и толкнули, но уже с такой силой, что он перелетел через стол.       Слыша, как грохает об пол его телефон, как гремят падающие карандаши, как бьется стекло в рамке с фотографией девчонок, Тай забеспокоился о ноутбуке, который, к счастью, стоял на другом конце стола и пока остался не задетым. Крича что-то бессвязное, Ник обошел стол, снова подхватил быстро поднявшегося на ноги Тайлера за грудки, протащил его по полу до стены возле двери, сильно впечатывая напряженное тело в жесткий бетон. Затем Томас поднял его на ноги, чтобы заглянуть Тайлеру в глаза. — Ты пытался изнасиловать ее? — Что? — Тай подавил смешок.       Блять, какой же тупой этот мужик. Его любимая, кажется, напиздела ему, что синяки появились от того, что Тайлер лез к ней. А она, якобы, отбилась и сбежала в Нью-Йорк? Да, конечно. Конечно, Ник, блять, так все и было! Но Джозеф не станет оправдываться и пытаться опровергнуть ложь супруги. Он также не станет рассказывать хоть что-то о том, как они с Дженной жили, что они делали, когда Ник уезжал. Рано или поздно все тайное становится явным, так пусть Томас прочувствует все на себе, а свой язык Тайлер утруждать не намерен.       Нападающего не устроило это зловеще ухмыляющееся лицо с небольшой ссадиной на лбу, поэтому он, снова держа ворот рубашки Тайлера левой рукой, несколько раз ударил его в челюсть правой. От первого удара Тайлер увернулся, но следующие два пришлись точно в цель. — Отвечай, тварь, ты лез к ней? — Орал Ник, и из его рта брызгали слюни, оседая на лице жертвы. — Есл… — Тайлер приоткрыл рот и вытолкнул языком свои слюни, смешавшиеся с кровью из разбитой губы, — если ты пришел п-поговорить, то я должен предложить тебе чаю.       Ник перехватил горло Тайлера другой рукой, чтобы врезать ему с левой. Тайлер, инстинктивно, снова попытался увернуться, но тут же подавил желание обороняться и принял удар в правую скулу. Никто и никогда не узнает, что Тай способен парализовать противника, всего лишь надавив на одну нужную точку на шее, но он не собирался использовать этот прием. Он не собирался сопротивляться вообще. Не потому, что не умел драться, нет. Не потому, что Ник был выше на целую голову, его фигура шире раза в два, и он занимался кик- или хуй-знает-каким-то боксом.       Сейчас Тайлеру было нужно, чтобы Ник Томас отпиздил его.       Вот, правда, желательно не здесь.       Дверь совсем рядом, нужно лишь вырваться в холл.       Тайлер набрал побольше воздуха в грудь и, когда Томас снова занес руку, чтобы нанести очередной урон, резко присел, заодно вырываясь из цепких пальцев, которые держали его за воротник. Кулак противника влетел в стену, и Ник зашипел, потерявшись на долю секунды. Тайлер воспользовался этим моментом и, несильно оттолкнув парня от себя, прошмыгнул в дверной проем.       Бежать было легко из-за адреналина, несмотря на то, что воздух в легкие просто не поступал, как бы Тайлер ни вдыхал — носом или ртом, не важно. Сворачивая к холлу, он случайно задел стену и испачкал тепло-бежевые обои своей кровью.       Томас бежал за ним, догоняя, когда тот намеренно замедлился, уже оказавшись у входной двери. — Иди сюда, блядь! — Ник схватил его за шею и сильно одернул назад.       Тайлер упал на кафель, ударился головой об ножку ресепшн, и… Расслабился. Ник не спеша превращал его лицо в фарш, а он лишь слабо отмахивался. Брюнет просто кричал и шипел от боли, улавливая сквозь звон в ушах яростное рычание и дерьмовые прозвища, которые вполне могли бы довести прежнего Тайлера до самоубийства. Когда Джозеф начал захлебываться кровью, забивающей носоглотку, Томас встал, утягивая податливое тело за собой. — Я ведь могу убить тебя, Джозеф. И я клянусь, я сделаю это, если ты еще хоть как-нибудь засветишься в нашей жизни. — Ты такой м-мудак, Ник… — еле выдавил из себя Тай.       Где-то на полу в кабинете вибрировал телефон, на разбитом экране светилась фотка барабанщика известной группы и двух девочек-близняшек. Он звонил и звонил, пока Джозеф принимал удары в живот, сгибаясь пополам и стискивая окровавленные зубы. — Что-то еще хочешь вякнуть, сука? — Томас жутко запыхался, его рубашка была насквозь мокрая от пота и чужой крови.       Тайлер и рад бы как-нибудь съязвить еще, но он уже начал терять сознание. Он чувствовал себя бескостным мешком с болью, когда Ник бросил его на пол, не забыв напоследок пнуть ногой в правый бок, прямо под почки, и плюнуть на свернувшееся в клубок тело верного друга детства. — Надеюсь, ты все-таки сдохнешь, — прошипел Ник и вылетел из здания.       Круто развернувшись и взвизгнув тормозами, его автомобиль поспешно скрылся.       Тайлер слышал, как набухают синяки на его теле, как кричат его открытые раны, как течет его кровь.       Он собрал все оставшиеся в его теле силы, чтобы взглянуть на включенную, четко направленную на него камеру видеонаблюдения последний раз перед тем, как потерять сознание.

***

      Джош так и не смог дозвониться Тайлеру, но особо не нервничал. Возможно, массажист готовил комнату, а телефон забыл в кабинете, да ерунда. Джош позвонил еще раз, когда остановился на заправке, чтобы узнать нужно ли заехать за едой. Не дозвонившись на этот раз, он напрягся, предчувствуя что-то неприятное, но решил не портить себе настроение всякими дурными выдумками, поэтому сделал музыку громче и продолжил свой путь к салону.       На повороте, почти перед самым въездом на территорию элитного квартала, в лоб его машины чуть не въехал какой-то уебок, и Джош выругался вслух, вытягивая средний палец в открытое окно. Водитель-мудак гнал слишком быстро, чтобы заметить это.       Джош помнил, что Тайлер в прошлый раз запирался изнутри, поэтому громко постучался. Никто не открывал дверь уже несколько минут, и Джош нервно переминался с ноги на ногу, пытаясь прислушаться к звукам, но внутри было тихо. Он попробовал дернуть ручку двери, и та поддалась, дверь была открыта. — Блять!       В холле чуть дрожал мягкий тепло-желтый свет, но перед глазами Джоша — черная пелена, наброшенная паникой. Сердце словно поднялось к горлу, и его стук эхом отзывался в висках. Перемазанные свежей кровью ладони дрожали, поворачивая жутко разбитое лицо к жутко напуганному.       «Он теплый. Он дышит. Он жив», — Джош слышал свой голос в голове, возможно, он действительно произносил это вслух. — Я здесь, Тай, я сейчас… блять… — Дан пытался унять сильную дрожь, он не знал, как лучше схватить тело парня, чтобы поднять. Заплывшие веки Тайлера дрогнули, но так и не смогли подняться. Окровавленные губы приоткрылись, между верхней и нижней тянулась тонкая, кроваво-слюнявая ниточка. Сиплый, тонкий звук свидетельствовал о том, что Джозеф вдохнул немного воздуха, собираясь сказать что-то. — Д… ш… Мой… ноут. — Что? Господи, прости меня, Тай, прости меня, — Джош чувствовал, что еще немного, и он сам потеряет сознание. — Офис. Иди… — снова тяжелый, громкий, мучительный вдох, — Мой ноутбук. Забери. Сейчас же. — Резко, на выдохе выпалил Тайлер.       Джош подскочил и рванул в сторону кабинета. Стараясь не смотреть на беспорядок на полу, он схватил ноутбук со стола, и почувствовал, как что-то хрустнуло под его ногой. Невольно глянув вниз, он увидел телефон Тая, на ходу поднял его и побежал в холл.       Тайлер, почувствовав, как сильные руки подняли его, улыбнулся. Не факт, что это выглядело именно так, не факт, что его губы вообще хоть как-то дрогнули, но он улыбнулся. И позволил себе отключиться снова.

***

— Джошуа Дан? — осторожно спросил незнакомый мужской голос.       «Господи, блять, сейчас же самое время, чтобы раздавать автографы и делать счастливые селфи в больничном коридоре у отделения реанимации» — подумал Джош, оборачиваясь на звук. — Эдди? — Воспаленные от отсутствия сна и частого трения глаза барабанщика удивленно распахнулись — эм… Привет? — Вы помните мое имя? Ох, впрочем, неважно, — парень выглядел не многим лучше Джоша, разве что его одежда не была перепачкана кровью, — позвольте принести Вам кофе? — Я… да, спасибо.       Парень вернулся с двумя стаканчиками и, присев на диванчик рядом с Джошем, отдал один ему. — Я указан как контактное лицо в страховке Тайлера. Он сам меня попросил. Не думал, что когда-нибудь мне действительно могут позвонить.       Джош слабо кивнул, перекатывая стаканчик между ладоней.       Парни сидели в полной тишине, но она не была такой напряженной, как час назад, когда Джош сидел один. Эдди нервничал, но от него веяло чем-то успокаивающим, теплым, и при том он не собирался лезть к Джошу с разговорами.       Спустя еще час, к ним вышел доктор и сообщил, что состояние Джозефа в норме, и утром его перевезут в палату.       Джош поблагодарил своего нового знакомого еще раз, и вот они с Эдди, выпивая по третьему стакану кофе, непринужденно разговаривают о музыке.       Эдди заполняет какие-то бумажки, когда сообщают, что Тайлер пришел в сознание.       Джош держит Тайлера за руку, когда тот смотрит на него заплывшими, но все такими же красивыми глазами.       — Мы сделали это, — еле слышно произносит Тайлер, немного отводя в сторону нижнюю челюсть. Его брови хмурятся, потому что он ее почти не чувствует, от ударного количества обезболивающего.       Джош грустно усмехается и гладит темные волосы его парня. — Кто мы и что это? — Я все объясню, Джош. — Обязательно, когда выспишься, — Джош наклонился к ладони массажиста и мягко поцеловал слегка сбитые костяшки его пальцев.       Тайлер улыбнулся. Заметно улыбнулся, после чего провалился в сон.