Let's be alone together

Итак, Мэри снова отличилась. У мамы было все хорошо. На работе Лиз встретила чудесного мужчину, у них, как утверждала Кэролайн, у которой с матерью сложились более близкие отношения, намечался роман. Женщина сразу словно расцвела, а ее детям оставалось только радоваться за маму. Нет, не было той ревности, которую обычно испытывают к ухажерам своих одиноких родителей, скорее даже наоборот. Элизабет Форбс действительно заслуживала счастья. С такими-то детьми, которые по-настоящему выносили бедной женщине мозг… Все хорошо было и у Кэролайн. Она все-таки сдалась и ответила на ухаживания Никлауса. Прекрасная из них пара получилась. Первородный и старшая Форбс словно были созданы друг для друга. Мэри слышала мельком, они, кажется, уже собирались в поездку. То ли Токио, то ли Рим, то ли Париж. Коварный злодей очень изменился рядом с солнечной блондинкой. Только одну тему они, вроде бы, еще не поднимали — обращение Кэролайн. Но Мэрилу была уверена, что старшая сестра согласится, не раздумывая особо. Хорошо все сложилось и у Фрэнсиса. После того, как он набрался смелости и признался Джереми в своих чувствах, их отношения стали намного проще. Они понимали друг друга с полуслова, с одного взгляда… Даже фразы договаривали, как в какой-то дешевой мелодраме. Мэри же оставалось только смотреть на младшего брата и сильно ему завидовать. Фрэнси, конечно, заслужил — слишком много дерьма он пережил за последнее время. Но все равно, смотришь на него, счастливого, влюбленного и определенно любимого, и так завидно становится невольно… У одной Мэри только в личной жизни полнейшее дерьмо. Даже слов не хватит, чтобы описать происходящее. Каждую секунду она старалась проводить с вредным Галеном, потому что просто-напросто за него боялась. Кол не появлялся, не звонил, не писал сообщений, но Форбс понимала — он просто выжидает. В любой момент Майклсон может нанести удар, и для Вона это ничем хорошим не закончится. Переубедить ревнующего Кола нереально. Сама виновата, конечно, но Мэри не хотела становиться собственностью первородного. А он, видимо, решил, что так и есть, что может решать, с кем быть Форбс. Поэтому Мэрилу старалась не оставлять охотника, и незаметно они сближались еще сильнее, из флиртующих друг с другом людей превращаясь в нечто большее. Влюбиться во вредного охотника из братства Пяти, который периодически рассуждает, как скоро он умрет — отстой. А когда при этом тебя ревнует первородный вампир с замашками психованного маньяка, то дело вообще дрянь. Мэри устала. Даже не так, Мэри просто задолбалась. Мэри отказывалась ходить в школу. Мэри, пока все родственники были на свиданиях, напивалась от безысходности. Дышала потом перегаром Фрэнсису в лицо, а брат вздыхал и твердил, что только он может дебилку такую терпеть. Затем всегда давал хорошенько выплакаться на его плече. Но это единственное, что мог сделать Фрэнси. В чертовски запутанном треугольнике он сестре не помощник. Только сама Мэрилу сможет разобраться с этим, а чужие советы в таком деле просто бесполезны. Бутылка, спрятанная под кроватью, стремительно становилась пустой. Странно, что ее до сих пор не нашли мама и вездесущая Кэролайн. А Мэри просто тошно от самой себя и этой проклятой любви. Издевалась раньше над Еленой, а теперь сама не лучше. Угораздило же так вляпаться! Однажды Мэрилу не смогла дозвониться Галену. Набирала его около пяти раз, никакой реакции. И ей это очень не понравилось — они договорились, что он не будет уходить без предупреждения. Гален, конечно, часто забывал зарядить телефон, но тут явно другой случай. Мэри набрала и Байрона, но вместо ответа получила унылые гудки. Младший Вон-то зависимый, никогда мобильник из рук не выпускал! Что-то точно случилось! Джер и Фрэнси на уже пятом свидании, Коннор и Сара празднуют годовщину свадьбы в ресторане, Воны же должны были находиться дома. Но тишина. И это плохо. Очень. И тут… Форбс вдруг… поняла. Дрожащими руками девушка снова взяла телефон. Не помня себя от охватившего ее страха, Мэри набрала номер Кола. Прошел всего один гудок — первородный сразу же ответил. Он ждал. — Неужели моей принцессе надоело спиваться в гордом одиночестве? Решила пригласить меня? — насмешливо поинтересовался Древний. Мэри осознала, что успела отвыкнуть от его голоса. — Что же, с удовольствием присоединюсь. Люблю пить в компании красивых девушек. Особенно таких засранок, как ты. — Кол, — выдохнула Форбс еле слышно, она даже разговаривала с трудом. Девушка пыталась взять себя в руки, но ничего не получалось. — Где. Ты. Сейчас. — Но она прекрасно знала ответ. И все-таки в глубине души надеялась на то, что произойдет чудо. Мечтала, что Кол сейчас отшутится, скажет «Я в баре, хочешь присоединиться?»… Проснись, Мэри. Ты, к сожалению, живешь в реальном мире. И он чертовски жесток к таким мечтательницам. — В доме, — мурлыкнул вампир в ответ. Мэри показалось, что время словно остановилось. — Но не в своем. Угадай с трех раз, кто хозяин? Подсказка — если бы ты не выебала мне все мозги одним фактом своего существования, я бы с удовольствием развлекся с его женой. Мэри плохо. Мэри села на кровать, потому что перед глазами все плыло. Мэри не могла нормально дышать. Мэри казалось, что сейчас она просто умрет. Мэри не могла поверить в то, что Кол действительно это сделал. — Не смей, — прохрипела она, даже не узнавая собственный голос. — Не смей. Кол, нет, пожалуйста… Он не мог так с ней поступить. Не мог же? Черт, если Мэри хоть немного Колу дорога… он же не посмел бы… Он же явно понимал, что этим просто разобьет девушке сердце! — Посмел. Уже как полчаса назад, — непринужденно отозвался Майклсон, как будто говорил о каких-то бессмысленных глупостях. — Напоил твоего милашку своей кровью, а потом свернул шею его братцу. И даже никакого проклятья, потому что убил я не охотника, а хранителя. Вот, жду, когда проснется. Посмеяться хочу над его выражением лица. Мэри трясло всю. Она думала, что Кол сейчас переведет все в шутку, скажет, что просто хотел над ней поиздеваться. Но Древний молчал, потому что… это действительно произошло. Кол, не раздумывая, убил человека, который был по-настоящему дорог Мэрилу. — Я ненавижу тебя, Кол Майклсон, — совершенно безжизненно прошептала Форбс. Сердце, кажется, раскололось на тысячу маленьких кусочков. — Не-на-ви-жу. — Как грубо, принцесса. Разве ты не хотела помочь малышу Гилберту стать охотником? Гален обратится ведь сейчас. Но для матушки-природы он мертв, — насмешливо откликнулся Кол. — И в конце концов. Я предупреждал твоего милашку о том, что чужое трогать — плохо. Он не послушался. Мэрилу отшвырнула телефон в стену, особо не заботясь о его сохранности. И нет, девушка не плакала. Мэри просто выла от боли, которая разрывала сердце. Это все из-за нее…

***

Когда Джорданы вернулись домой, то не обнаружили ни намека на присутствие Кола. Кое-кто искуссно замел следы за собой. А потом начался настояший хаос. Сара заперла Коннора в спальне и честно пыталась его успокоить. Получалось так себе, с появлением новообращенного вампира в доме Джордан словно слетел с катушек. Фрэнсис был с Джереми — новоиспеченному охотнику тоже оказалось трудно пережить Деймона в доме. И, судя по напуганному голосу звонившей Елены, дело дрянь. Как бы до убийства старшего Сальваторе дело не дошло! Оставалось только надеяться, что Фрэнсис Джера успокоит. Мэри же боялась даже просто посмотреть в глаза Галену. Она, бесстрашная Форбс, тряслась на пороге, не в силах взглянуть на совершенно убитого Вона, который за один день потерял младшего брата и стал самым ненавистным существом. Совсем недавно он убивал вампиров, а сегодня… стал одним из них. Мэри боялась посмотреть на него, но и оставить в таком состоянии не могла. Какая же она все-таки сволочь… — Не ной только, — совершенно безэмоционально произнес охотник, даже не посмотрев на девушку. Мэрилу стояла на пороге его комнаты около пяти минут и все не решалась пройти дальше. — Сара заставила выпить крови. Можно поздравлять меня, обращение завершил. Начало новой жизни, все дела. А Мэри и слова сказать не могла. Только думала о том, что тело Байрона, который так хотел жить, уже сожгли — странные охотничьи традиции. До сих пор не укладывалось. Он строил планы, искал любовь, радовался жизни, а в итоге… Это все из-за нее. — И не смей винить себя. Я знал, на какое дерьмо иду, когда только услышал от Коннора, кто положил на тебя глаз. Только не подумал, что от тебя так трудно отказаться. Прости. И она снова сломалась. Заревела, уткнувшись носом в плечо бывшего охотника, почему-то совсем не боясь его, еще не умеющего контролировать страшную жажду, мучавшую всех вампиров. Мэри плохо. Мэри не такого ждала, ввязываясь в глупую игру с Колом только ради собственного развлечения. Девушка почувствовала, как по телу Вона прошла дрожь. Да, ему явно трудно себя контролировать, но Мэри не отстранилась. Она Галена не боялась совсем. — Прости меня… — прошептала Мэрилу, не понимая, что говорит. — Прости-прости-прости… — Прекрати, — попросил Вон. Он едва заметно наклонился чуть ниже, но тут же отстранился, потому что с трудом боролся сам с собой. Это неудивительно даже, наверное. — Тебе нельзя здесь быть, малышка. Уходи, пожалуйста. Я не хочу сделать тебе больно. А, поверь мне, я могу. — Знаешь, дать тебе попробовать своей крови — это меньшее, что я могу сделать… — начала было Мэри, совершенно не задумавшись о том, к чему это все приведет. Но Гален начал медленно подталкивать ее к двери, и тогда… Форбс его поцеловала. Отстраниться не давала, обнимая его за шею. И нет, это не был один из тех безумных поцелуев, которые обычно случались с Колом. После них губы всегда оставались кровавыми. Сейчас получилось как-то по-своему нежно, но одновременно страстно… Да только Галена, едва державшего себя в руках, это сломало окончательно. Честно признаться, когда клыки впиваются в твою шею, то даже особой боли не испытываешь. Даже приятно. Немного. Мэри ни о чем не жалела.