Ля Люмьер

***

      – Алло, да, это я... Ты там? Сними трубку, если ты там... Я чувствую себя совсем одинокой... Ты там? Видимо, нет... Сегодня я думала о том, что ты мне сказал, и я полагаю, что ты прав... Конечно, я верю в нас, но это не мешает напряжению и страху... Я бы не хотела, чтобы вся эта работа была химерой... Если бы публика не следила в этот раз, думаю, я бы ее плохо пережила... Я не люблю свою новую стрижку... Я не люблю свои руки... Я не люблю представление, которое обо мне имеют люди... С этой фотосессии я вернулась опустошённая. Я думала, что это не закончится никогда... У меня больше не было сигарет... Знаешь, я говорю тебе, что я боюсь, но, в то же время, это ожидание меня возбуждает... А ты, где ты? Ты думал о песне - bonus? Почему бы не записать её на английском?... E.T. на меня настойчиво смотрит. Думаю, она голодна. Позвони мне, когда ты вернёшься... Целую …

***

      Второй вечер выступления на поляне близ города N. Аншлаг. Эвелин ездит на одноколесном велосипеде, поставив на лоб длинный шест. Подбрасывает его головой и снова ловит лбом, но уже обратным концом. Сосредоточенность. Грация. Мало, кто знает, что улыбчивая девочка в этот момент испытывает настоящую боль одиночества. Вокруг столько людей, но она отвратительно одинока. Они восхищаются ей. Она презирает себя. Они любят ее талант, но не ценят ее саму. Никто из них, даже Элизабет. Особенно Элизабет. Единственная, с кем она была близка. Кто дарил ей минуты страсти, нежности и заботы. Если не вспоминать о наказаниях. Она ненавидит себя. Вспоминает Лайшу Миллер. Увидятся ли они снова? Хочет ли этого девчушка? Хочет. Этот взгляд. Уверенный. Направленный в самое сердце, охватывая его своей сильной ладонью. Сжимая и расслабляя, заставляя биться сильнее. Девушка удачно приземляется на ноги, не уронив шеста. Подкидывает его, ловит рукой. Выпрямляется, победно расставляет руки и широко улыбается. Все хлопают. Несознательно она ищет взглядом в толпе голубые глаза, надеясь.       Вход на территорию представлений. Элизабет собирает деньги, обещая зрителям невероятное шоу. Очередной раз протягивает руку за купюрой. Пытается взять. Но рука на другой стороне не выпускает деньги. Лиз и Лайша встречаются взглядами. Черный против синего. Зазывала узнает эти глаза. Глаза вчерашнего Месье, сегодня принадлежат весьма привлекательной мадам, одетой довольно неформально – белая рубаха, заправленная в черные кожаные брюки. Волосы распущены. Богачи могут себе позволить слоняться среди толпы в таком виде. Они смотрят друг на друга несколько мгновений.       - Нам нужно поговорить. – Произносит Миллер.       - Вам придется дождаться конца представления, Мадемуазель…?       - … Лайша Миллер, - заканчивает фразу.       - Очень приятно, Мадемуазель Миллер. – По взгляду Лиз этого не скажешь. – Через три часа я могу быть в Вашем распоряжении.       - Я вернусь. – Лайша отпускает купюру, но на территорию с представлениями не заходит. Возвращается к лошади. Скачет прочь. Элизабет презрительно смотрит ей вслед.       Представления окончены. Последние зрители расходятся. Эвелин относит реквизит к своей повозке. Складывает.       - Привет. – Снова этот голос. Девочка подпрыгнула, тяжело дыша.       - Прости, мне нужно хоть раз появиться нормально, - женщина улыбается. Девчушка закатывает глаза и продолжает складывать реквизит в повозку.       - Эвелин, я хотела…       - Так, так, таааак… Я смотрю, вы зачастили к нам, Мадемуазель Миллер или же Вы, все-таки, Мадам? – Прервала Элизабет. – Вы хотели поговорить, но, кажется, со мной, Лайша. Так о чем же?       Женщина шагнула вперед.       - Я бы хотела заказать представление этой девочки в своем поместье послезавтра. – Твердо сказала Лайша.       - Только этой девочки? А как же остальная труппа. Будет нечестно по отношению ко всем остальным артистам… – Элизабет не нравится предложение.       - Я заплачу Вам пять тысяч долларов. Прямо сейчас. – Отрезает Лайша, прерывая собеседницу.       Элизабет меняется в лице, с доброжелательного на убийственно злобное.       - Если Вы думаете, что меня можно купить, то глубоко заблуждаетесь Мадемуазель Миллер. – Проговаривает сквозь зубы. – Эвелин так же не продается. Она – живой человек. Дорогой мне человек, если хотите, и только потом, артистка моего цирка Ла Люмьер. Предложи Вы хоть сотню тысяч - этого не изменить. Думаю, наш разговор окончен. Приятного вечера, Лайша. – Заканчивает свою тираду Элизабет, кланяется, снимая шляпу и разворачивается, чтобы уйти.       - А ты когда-нибудь интересовалась, чего хочет Эвелин? – Бросила в спину зазывале Лайша.       - Пробовала. Но, как ты уже заметила, эта девочка немногословна. – Отбила Лиз с легкой ухмылкой и зашагала прочь, мягко подталкивая в спину Иви.       Девочка крайне удивлена поведением хозяйки. Не думала она, что Элизабет способна на поступок подобного рода. Отказаться от такой суммы. Значит, я нечто большее для нее, чем просто артистка ее цирка, думает девочка. Она знает, как сильно хозяйка любит деньги.       Закончив собирать реквизит, она подходит к шатру Лиз. Та не предлагает войти. Она совершает довольно смелый шаг и без приглашения входит внутрь. Элизабет сидит с бутылкой вина в руке и смотрит в одну точку, не реагируя на присутствие девчушки. Малышка подходит к хозяйке и садится на колени за ее спиной. Смотрит на ее черные волосы, плечи, спину. Поднимает руку и нерешительно кладет на плечо Элизабет, в страхе быть наказанной. Лиз накрывает ладонь девочки своей, крепко зажмуривая глаза. Иви, в порыве чувства, прижимается к спине хозяйки и крепко обнимает ее сзади, уткнувшись в шею. Девочка хочет отблагодарить хозяйку. Начинает тереться кончиком носа об ухо Элизабет. Та поворачивает голову и прижимается щекой к губам Эвелин.       - Малышка. Отдохни сегодня. Ты отлично поработала. Можешь лечь здесь. Только не уходи утром. – Сжав ладонь девочки своей, говорит девушка. И целует ее в щеку.       Девочка недоверчиво разглядывает Элизабет. Встает. Раздевается. Она обнажена. Ложится в мягкую широкую койку. Встречается взглядом с черными глазами Лиз. Гладит подушку. От всего этого зрелища у Элизабет сводит конечности. Она встает. Подходит к девочке. Садится на мягкую простынь рядом. Нежно проводит рукой по щеке малышки. Шее. Плечам. Груди. Девочка переворачивается на спину. Соблазняя. Впервые за долгие годы она по-настоящему хочет Элизабет. Стягивает с себя покрывало. Медленно. Берет ладонь Лиз и мягко, но сильно сжимает ей свою грудь. Хозяйка тяжело дышит. Она понимает, что желание, наконец, ответно. Всего лишь нужно было немного открыть свои чувства этой девочке. Лиз целует ее. Но в этот раз все по-другому. Не так, как раньше. Она чувствует ответную нежность. Благодарность в каждом прикосновении. Эта ночь будет не такой, как все остальные.