точка не возврата

      Бартон смотрел на Зимнего с непроницаемым видом, словно перед ним не живое оружие, на протяжении пятидесяти лет которым совершались самые масштабные политические (и не только) убийства, а рядовой, который только пришёл на службу. Клинт, если подумать, видел себя замороженным во времени и под воздействием. Только ему не позволили роскошь в виде стёртой памяти. А оружию, наверное, поэтому и позволили. Бартон смотрит непрерывно, пока тот смотрит на него, но в его глазах пустота. Никакой осмысленности, словно так и должно быть.       Брок присматривает за ними по ту сторону клетки, в которой они находятся. Даже халатов здесь нет, потому что слишком опасно. Не для Бартона или Агента. Для них же. Оружие разумное и автоматическое. Кажется, Пирс не может дождаться, когда сможет выпустить их обоих против Мстителей. Ведь это растопчет в хлам сразу двоих, далеко не слабых противников. Наталью Романову и Стивена Роджерса. Потому что Пирс — не дурак и знает, что каждый из этих двоих глотки будет рвать, лишь бы вернуть напарника и друга.       Бартон думает — мысль быстрая и почти незаметная, — что видит своё отражение, только чуть более неправильно собранное. Поэтому каждый раз, прежде чем выстрелить, им надо выжечь ему остатки мозгов, этому оружию. Бартону почти повезло, и его рассудок при нём. Он сел на корточки, так, чтобы смотреть на Агента снизу вверх, качнулся с пятки на носок и улыбнулся почти жутко. Зимний лишь проследил за ним, опустив голову, и часть его лица скрылась за длинными волосами. Он не боялся. — Кажется, — тянет Клинт почти безразлично, — мы с тобой похожи, — и улыбается этой своей жуткой улыбкой, напрягая лицевые мышцы, но глаза его, яркие и безжизненные, всё так же безразличны и холодны.       Брок не видит, но догадывается, и ему самому почти жутко от этого. Два живых оружия, один из которых пришёл сам, а второго заставили. Он готов в любой момент ринуться вперёд, чтобы разнять их. Внутри Рамлоу всё застывает, когда тот видит, как Агент протягивает руку, левую, металлическую, больше по привычке, и ведёт холодными пальцами по волосам, спуская вниз и аккуратно очерчивая скулу, видя, как Бартон тянется к этой ласке. Брок готов поспорить, что Барнсу Клинт понравился, хотя эмоций у него нет. Не предусмотрены.