Саваду обижать - Хибари не бояться

      Тихое безмятежное утро в маленьком японском городке Намимори началось как обычно: осенний ветер неустанно дул, заставляя пешеходов ежиться и прятать руки в карманах, горожане медленно тянулись на свои работы, в школы и университеты, периодически позевывая и натягивая шапки посильнее, будто надеясь спрятаться от холода. Наша героиня не была исключением: - Мамочка, я пошла! – радостно выкрикнула малышка, которой едва ли минуло десять. Светло-каштановые волосы забавно торчали во все стороны, несмотря на разноцветную полосатую шапку с помпоном, большие карие глаза радостно светились, а сама девочка весело и любопытно оглядывалась вокруг себя. Желтая курточка, из-под которой выглядывала идеально выглаженная юбка, делала ее похожей на маленькую птичку. - Береги себя, Тсу-чан, - Савада Нана обняла дочку и поцеловала в лоб на прощание. Та крепко прижалась к матери и замерла на пару минуток. Как бы женщине не хотелось прерывать такую трогательную ежедневную традицию, но Тсунаеши может опоздать, если не поторопится. - Тебе пора бежать, а то Кея-чан опять будет тебя ждать, - напомнила Нана и нежно потрепала девчушку за щечку. Та испуганно пискнула и тут же унеслась в сторону младшей школы Намимори.       Хозяйка вернулась на кухню, чтобы приготовить очередной маленький кулинарный шедевр. Женщина улыбнулась своим мыслям и принялась за дело, параллельно включая телевизор для фонового шума. Ей всегда так было проще и увлекательнее, ведь в ближайшие пару часов поговорить было особо не с кем.       Савада легко и непринужденно создавала очередное кулинарное творение. Фальшивые нотки в голосе какой-то молодой певицы заставили ее поморщиться и переключить канал с музыкального на новостной.       «Ой, какая местность знакомая, - пронеслось у Наны в голове, прежде чем она поняла, одну важную вещь, - минуточку…это же Намимори!»       Дальнейшее сообщение, зачитываемое диктором, звучало у нее в голове, будто сквозь толщу воды:       «…Младшая школа Намимори сейчас находится в огне. Пожарные проводят спешную эвакуацию. Причины возгорания пока не установлены. По последним данным, есть пострадавшие, в том числе дети. Оставайтесь с нами для выяснения подробностей…»       Несчастная стремительно сорвалась с места, не в силах рационально мыслить и банально выключить электричество и запереть жилище. Она не знала подробностей и не собиралась терпеливо дожидаться дома, когда совсем недалеко, возможно, задыхается в огне ее девочка.

***

      А пока вокруг вышеупомянутого школьного заведения стоял шум и гам, никто не увидел группу людей, незаметно выскальзывающую из окна вместе с дымом и буквально растворяющуюся в воздухе.       Ямамото Такеши и Сасагава Реохей не бросали попыток проникнуть внутрь, ведь там остались их друзья, Тсуна и Кея; они не могут их там бросить, плевать на собственное состояние. Они спортсмены, хоть и маленькие, ничего, выдержат. А эти глупые взрослые постоянно оттаскивают их за шкирку от дверей. Как же раздражает! Но они не должны сдаваться. Надо лишь притвориться паиньками и подождать, когда на них перестанут обращать внимание…       Такеши помнил все довольно смутно: вот появился его отец, перехватил детей покрепче. Из его хватки точно не выбраться, на побег можно было больше не рассчитывать. Потом кто-то особенно громко завопил, привлекая внимание к тем самым входным дверям. На пороге показался Хибари Кея (этого грозного малыша и страстного любителя дисциплины и насилия знал в лицо весь город), пошатывающийся из стороны в сторону, прикрывающийся рукавом (но все равно надрывно кашляющий), осторожно транспортируя на спине еще одного ребенка.       Это была Тсунаеши. Нана, только пробившаяся сквозь толпу репортеров и зевак, шумно выдохнула и, с трудом сдерживая слезы и панику, побежала помогать парнишке. На первый взгляд можно было утверждать, что девочка легко отделалась, но после в глаза бросалась ее школьная форма, намокшая и пропитанная ее собственной кровью. Трудно было назвать реальную степень повреждений малышки.        Женщина прижала дочь к себе покрепче и двинулась в сторону машин скорой помощи. Ей навстречу уже бежали медбратья с носилками. Реохей, Такеши и Кея молчаливыми тенями следовали за подругой. У них даже в мыслях не было разойтись по домам или обработать свои раны, пока не было точных известий о состоянии Тсунаеши.       Ямамото Тсуеши решил, что не имеет права оставлять сына и его друзей, поэтому поспешил следом за ними, чтобы поддержать и помочь в нужную минуту.

***

      А помощь определенно нужна была: несмотря на мгновенный отклик спасателей жизни, сейчас же начавших сложную и долгую операцию, мужчине пришлось продолжать удерживать маленьких пронырливых парнишек, чтобы не позволить им проникнуть туда, где они уж точно ничем не могли помочь. Получилось, конечно, не сразу, но разговор «как со взрослыми» лучше всего помог угомонить сообразительных детей.       Нана спешно направилась в сторону маленьких, но очень верных друзей Тсуны, по-прежнему упрямо ждущих свою подругу. Ей вдруг подумалось, что хотя она и поступила правильно, когда подала на развод с Савадой Иемитсу около года назад, сейчас она нуждалась в любой имеющейся поддержке. Сама женщина и не представляла даже, что таким образом она отсрочила страшную судьбу своей маленькой, но очень храброй дочки.       Тсунаеши не совсем помнила момент, когда спокойная школьная обстановка после громкого хлопка сменилась на крики, слезы и панику. Внезапно стало трудно дышать и видеть впереди себя дальше, чем на три-четыре шага. Девочка побежала туда, где, по ее мнению, находился выход. Однако она зацепилась за что-то рукавом и резко полетела на спину. После соприкосновения затылка и пола, сознание стало спешно покидать ее, не мешая услышать последние внятные слова: - Ну надо же, похоже, сопротивления оказано не будет. Тебе же лучше, маленькая Вонгола. Arrivederci, Савада Тсунаеши.       А затем наступила темнота.

***

      Тсуне снились глаза. Вначале это были добрые и ласковые светло-оранжевые солнышки, добро смотревшие на нее и располагающие к себе, окутывающие теплом и уютом. Потом промелькнули мамины, Кеи, Реохея, Такеши…       А дальше, будто специально задерживаясь подольше, появлялись переполненные злобой и ненавистью мрачные взоры. Некоторые вроде даже улыбались, слегка прищуриваясь, но так мерзко становилось на душе, что хотелось отвернуться или опустить веки. Но такой возможности, увы, не предоставлялось.       Когда из-за подобного хоровода у малышки закружилась голова, она, наконец, стала потихоньку приходить в себя.       Как ни странно, у нее ничего не болело, а состояние было вполне сносное после всех перенесенных страданий.       Кожей рук она почувствовала под собой жесткую простыню, а нос уловил запах медицинских препаратов. Неудивительно, она в больнице. Тсуна приоткрыла глаза и увидела одеяло на ногах. Она нахмурила лоб и начала попеременно прислушиваться к ощущениям и тому, что было перед ее глазами:       «Вроде я накрыта чем-то…но тепло совсем не чувствуется…я легонько шевелю ногами, но в основном благодаря движениям покрывала понимаю, что это происходит. Так быть точно не должно. Что-то тут не так…       Ах, что со мной? Где же мама? Мама придет и все станет как прежде! Мне страшно. Где же ты, мамочка? Кея, Реохей, Такеши…мне так сейчас вас не хватает…»       Но, увы, ее молитвам, таким искренним и наивным, не суждено сбыться: сейчас она провалится в тревожный глубокий сон, а через полтора часа доктор обсудит с ее самыми близкими людьми ее неутешительный диагноз, способы лечения и противопоказания, отметит необычность ситуации и силу духа отважной пациентки, которая вскоре станет его приемной дочерью.       Когда она проснется, ее друзья и мама обязательно будут рядом. На протяжении пяти долгих лет она сквозь пот и слезы будет стремиться жить как все. Сколько раз пронесется в ее голове мысль о ее бесполезности и никчемности, что это лишь вопрос времени, когда она останется совсем одна. К счастью,она ни разу не утвердится в своих убеждениях.       Ведь Сасагаве Реохею, Ямамото Такеши и Хибари Кее вовсе неинтересно, как относятся к этой ситуации остальные. Парни рассуждали просто, но очень правильно и благородно: у них была подруга, попавшая в беду, и они просто обязаны ей помочь всеми возможными способами. А иначе, какие же они друзья?       Разве кто-то из них мог тогда представить, что же послужило причиной подобных ужасов, и чем же все обернется?..