Хаос в Бэт-семье

Маленький Ричард Грейсон сидел на офисном столе, размахивая своими короткими ногами туда, сюда, при этом радостно жуя леденец. Его приемный старший брат, Джейсон Тодд, сидел в нескольких футах от него на стуле. В его руках была последняя модель портативной игровой консоли от Уэйн Тек. Его пальцы летали по кнопкам в удивительно быстром темпе, и он же пытался одним глазом смотреть за младшим братом. Брюс Уэйн оставил своих сыновей на попечение доверенного секретаря, который преподавал восьмилетнему ребенку, как сделать оригами. Это заняло всего лишь небольшое количество времени, чтобы тому освоить искусство складывания бумаги. Каждый раз он успешно создавал что-то новое и после этого подбегал к своему старшему брату и, толкая его в лицо, Ричард ожидал одобрение брата. Но по-прежнему тот был занят своей игровой консолью, поэтому Тодд кивал в ответ, а акробат только увидя небольшую улыбку, каждый раз вспыхивал от радости. — Можете ли вы научить меня, как сделать бумажное сердце для папы? — Дик попросил своим чрезмерно прелестным и невинным голосом. — Я не вижу никаких преград. Почему бы тебе не подождать здесь с твоим братом, пока я принесу еще бумаги? — брюнетка сказала, положив руки на колени и присев на корточки, чтобы смотреть прямиком в лицо мальчика. В ответ Дик улыбнулся, соскользнув со стола и взявшись за руку своего брата, который в свою очередь уныло вздохнул, Грейсон начал ждать девушку, которая ушла, чтобы найти материал для последнего развлечения сына её босса.

***

— Какого черта, нет! — суровый голос раздался через деревянную дверь, эти слова напугали бедного Ричарда до полусмерти. — Джейсон? Я слышал, что папа говорил, он в порядке? — Дик спросил, глядя на брата своими мерцающими глазами. — С Брюсом все хорошо, Дик, — Джейсон был спасен секретарем, который только что вернулся с белой бумагой в руках. — Вы двое поедите мороженое с мистером Уэйнов в любую минуту. Теперь, как насчет того, чтобы сделать новые фигурки, да? — сказала она, похлопав Дика по носу легонько, заработав небольшой смешок и кивок в ответ.

***

«В любую минуту» закончилось спустя три часа, в течение которых Дик заснул на коленях у Джейсона. Его только недавно завершенное сердце было у него на коленях, в то время как все остальные фигурки оригами лежали на полу вокруг стула. Прошел еще один час, прежде чем деревянная дверь наконец-то со скрипом открылась. Двое мужчин в блестящих черных туфлях выскочили вместе с громкими возгласами, из-за которых проснулся Дик. — Я отказываюсь соглашаться! Подумайте о всех тех невинных людях, которые будут страдать! — Брюс завопил от возмущения. — Наука требует жертв мистер Уэйн! Подумайте о возможностях! — заявил сенатор, но Брюс не собирался соглашаться, поэтому он начал собирать свои вещи. — Кто пустил ребенка сюда?! Вы знаете правила и положения! — мужчина до конца разбудил Дика и, прежде чем Брюс успел сказать хоть слово, он высоко поднял мальчика за воротник его рубашки, а на упавшие оригами, сенатор просто наступил. Дик заскулил от страха, его детские голубые глаза посылали умоляющий взгляд в сторону Брюса, чьи кулаки были плотно сжаты вместе. — Убери. Свои. Руки. От. Него. Сейчас, — на удивление, Джейсон был единственным, кто сказал это, оградив Брюса от удара в чужое лицо. Почти-подросток позволил одному из своих многочисленных скрытых ножей оказаться в ладони. — Отпусти его, иначе я тебя выпотрошу! — глаза сенатора расширились от шока и удивления, но его хватка на рубашке Дика только усилилась. — Джейсон! Что я говорил о ножах? — Брюс воскликнул, игнорируя удивленный взгляд своего помощника. — Эй! Ты ничего не говорил про ножи, ты только сказал не стрелять! — Джейсон защищался, заставляя Брюса сделать паузу, это было правдой что он сказал, что нет ружья, но правильно ли было оставить все, как есть? Тодд не мог оставить своего брата.  — Сенатор, я рекомендую вам отпустить моего сына сейчас же, если нет, то я не буду так сильно держать моего второго сына, - мужчина отпустил Дика на землю. Восьмилетний мальчик позволил себе начать плакать, ведь он понимал, что его бумажное сердце, которое он делал так много времени, чтобы дать его отцу, было сломано  — Дик, ты в порядке? Поговори со мной, братишка, — Джейсон быстро опустился на колени перед своим братом. — Джей-Джейсон! Он сломал мое сердце! — восьмилетний мальчик начал срываться, прижимая останки своего творчества к груди. Старший всегда ненавидел видеть брата грустным, поэтому он обнял его, пытаясь утешить и успокоить. Брюс хотел сделать так, чтобы этот парень заплатил за то, что сделал. Брюсу лучше сделать так, чтобы этот парень заплатил. — М-мистер Уэйн! Задержитесь на м-ми-нуту. Мы можем п-поговорить об этом, — сенатор попятился от разъяренного миллиардера, спотыкаясь о стулья и столы, так он пытался ускорить свое отступление. — Джейсон. Убери Дика отсюда. Мне нужно немного поговорить здесь с нашим другом. Хочу рассказать ему, почему я не люблю, когда люди связываются с моими сыновьями. Просто дайте мне минутку. — Брюс сказал, приятно улыбаясь все время, выводя двоих из комнаты. Джейсон взял своего брата со стула, который он когда-то занимал, все еще прижимая его к груди. — Т-ты думаешь, я могу исправить это? — Дик спросил, переходя своими глазами от фигуры брата и обратно. — Не волнуйся, все можно исправить. Они не называют тебя вундеркиндом, но зря ведь, — Джейсон шутил, игриво подталкивая своего брата. Маленькая, робкая улыбка танцевала на губах мальчика. — Может быть, мы сможем уговорить Альфреда, чтобы он сделал нам мороженое, когда мы вернемся, — акробат пробормотал, прижимаясь к шее Джейсона и через несколько минут мальчик уснул. Садистская улыбка распространилась по выражению Джейсона, когда крики ужаса наполнили воздух, отпугивая любого работника, стоявшего вокруг. Джейсон не мог дождаться, пока он не получит свою очередь.