list of fifteen cases

Release me from the present, Iʼm obsessing all these questions, Why Iʼm in denial that they tried the suicidal session, Please, use discretion when youʼre messing with the message, man, These lyrics arenʼt for everyone, only few understand.

Джош знал, что его родители будут злиться, что он бросил колледж. Но ему сейчас было не до этого, он не собирается оставаться у них. Джош даже не выгружал свой чемодан из машины, он просто поприветствовал свою семью, услышал кучу неодобрения со стороны, и вышел на улицу, отправляясь пешком к офисам. Перейдя через высокий мост, на котором у Джоша часто могла закружиться голова, если посмотреть вниз. Но сейчас это чувство опьяняло, закручивая приятный узел в животе. Джош облокотился о перила, смотря на воду внизу. Лететь вниз было бы быстро. И смерть пришла бы тоже быстро. Он пошёл дальше, сунув руки в карманы куртки, медленным шагом направляясь в то место, которое он ненавидел несколько лет. Вероятно, мистер Гольдж помогал ему, но это не мешало Дану ненавидеть его всем своим сердцем. Он зашёл в офис, вызвал лифт поднимаясь на четвёртый этаж. В лифте играла ненавязчивая мелодия. Сзади Джоша было зеркало. Мама всегда прихорашивалась прежде, чем завести Джоша в кабинет, на котором было написано:

Д. Гольдж. Психолог.

Он стоял перед этим кабинетом и, если прислушаться, то можно было услышать спокойный мужской баритон и не самый весёлый женский, немного высокий, голосок. Джош не будет прерывать их сеанс. Сейчас он никуда не спешит. Джош присел на диванчик неподалёку от кабинета и просто ждал. Через полчаса дверь открылась, и мистер Гольдж провожал свою пациентку, невысокую женщину, которая попрощалась с ним, не дотрагиваясь до мужчины и скрылась в коридоре по пути к лифтам. — Джошуа? — заинтересованно произнёс мужчина. — Ты ведь ко мне? Джош кивнул. — У меня до следующего пациента ровно двадцать пять минут, — строго произнёс мужчина. Мистер Гольдж не выглядел миловидно, что ему хотелось раскрыться. Он, как и полагается психологу, всегда был одет по-деловому. Выбрит, причёсан, он не позволял себе выглядеть потрёпанным. Но все знают, что у психологов не самая радужная жизнь. Мистер Гольдж сам не открывал свои эмоции. — Проходи, Джошуа. Джош зашёл в кабинет, присаживаясь в кресло напротив мистера Гольджа, который секундой позже присел, уставившись на парня. Джош посмотрел на ежедневник, который лежал на столике, рядом с креслами, но рука психолога не потянулась за ним. — Ты не мой пациент, Джошуа, — твёрдо произнёс мужчина. — Поэтому я не буду записывать твой анализ. Я думал, что ты учишься в колледже. — Больше нет, — ухмылка легла на губы Джоша. — А почему вы меня тогда приняли, если я не пациент. — Я знаю тебя в течение нескольких лет, — ответил на вопрос он. — Ты бы не пришёл просто так, верно? Джош покачал головой в стороны, показывая, что он сомневается. — Я просто хотел с вами поговорить, — Дан откинулся в кресле. — В последний раз. — В последний раз? — приподнял брови Гольдж. — Я уезжаю. — Поэтому ты бросил колледж? — Да. Вы же, психологи, должны сохранять конфиденциальность, верно? — мужчина сдержанно кивнул. — У меня есть пятнадцать вещей, которые я должен выполнить. — Список на жизнь, значит, — снова кивнул психолог, выглядя немного заинтересованным. — И последнее в нём — умереть, — добавил Джош. — Я не жалею. Я жалею то, что я потратил столько времени на те разговоры, которые мне никогда не помогали. Я жалею, что мне приходится пить те таблетки, которые мне не дают полностью сойти с моего ебанного ума. Я жалею себя. Потому что я не хочу быть собой. Но быть вами ещё ужасней. Гольдж молчал, он не пытался успокоить монолог Джоша. Когда его пациенты начинали говорить больше, высказывая свои чувства, он даже мог радоваться этому. Люди начинают открываться. Им нужно выговариваться, а не хранить всё в себе. Джош мог говорить о том, как он ненавидит всё: себя, его, весь мир. Но это не затрагивало чувства психолога, на то он и психолог, чтобы не чувствовать того, что говорят его пациенты. — Ты долго мечтал это сделать? — просто спросил Гольдж. — Все время, пока ходил сюда. — Скажи то, что ты хотел сказать всё это время, — махнул рукой доктор, смотря в глаза тому самому парню, которому пришлось прийти сюда три года назад. Он всегда видел, что это не доставляет ему удовольствия, ему не становится легче переносить болезнь. И он ненавидел высказывать свои эмоции. — Идите вы нахуй, мистер Гольдж. Джош улыбнулся, вставая из кресла и выходя за пределы кабинета. Тринадцать вещей.

Огайо, Колумбус. 15:13 04.03.2008

You donʼt know my brain the way you know my name, You donʼt know my heart the way you know my face.