Из-за серых глаз...

Пятеро против двоих, из которых одна была девочкой, — это явный перевес здоровой силы и мышечной массы. Хорошо, что они волшебники, подумал Гарри, нащупывая в кармане волшебную палочку. Хотя всё равно перевес, как ни крути. Парни остановились напротив них, буквально в паре шагов от подоконника, на котором сидели Гарри и Полумна. — Так, так, так, кто здесь у нас? Новоиспечённые Ромео и Джульета, — первым подал голос Забини, хотя Гарри ожидал в роли инициатора, как обычно, Малфоя. — Шли бы вы… по своим делам, — не очень вежливо отозвался Поттер. — А вот хамить при даме не надо, — наставил его на путь истинный слизеринец. — Пойдём отсюда, Полумна. Скоро урок, — отворачиваясь от компании, предложил Гарри. — Дезертируешь с поля боя? — Неужели Поттер струсил? — о, а это, наконец, ехидно встрял Малфой. Ага, сцепляться одному с кучей парней — ищи дурака, прикинул Гарри. К тому же, он ведь под действием заклятия (или зелья?), ему всё прощается, разве не так? — Мне запретили хамить при даме, — напомнил он, усмехаясь, и спрыгнул с подоконника, — Так что будь добр уйди с дороги. Пожалуйста, — насмешливо закончил Гарри. Не дожидаясь, пока Полумна тоже спрыгнет на пол, он подхватил её руками за талию и снял с подоконника. Задержав на секунду в воздухе, он опустил её на ноги рядом с собой. Девочка оказалось такой лёгкой и тонкой, что ладони Гарри чуть ли не полностью обхватили её талию. — Смотри-ка, кое-кто знает вежливое слово. Какими познаниями ты ещё нас порадуешь? — поинтересовался Драко, вопреки «просьбы» загораживая им проход. — А, может, он недостоин такой спутницы? — предположил Нотт, попытавшись дёрнуть за ожерелье из разноцветных больших бусин на шее Полумны. Но его рука наткнулась на Поттера, загородившего девушку собой. «А вот теперь, похоже, придётся воплощать рыцарские подвиги в реалии. Может план был не так уж и хорош?» — мысленно простонал он. — Руки убери от моего сокровища, — заявил же вслух парень, вспомнив о поддержании роли глупого влюблённого. «Что я несу?» Парни заржали. — А что, кажется, идеальная пара: отсталый и лунатичка! — Мне тоже, кажется, что мы идеальная пара. Но вот вы в нашу идиллию не вписываетесь, — согласился Поттер, одной рукой удерживая Полумну позади себя, а второй быстро доставая волшебную палочку… «Что я делаю?.. Ах да, изображаю придурка под амортенцией!» — И что ты сделаешь? — уточнил Малфой, даже не удосуживаясь достать свою. Зато за его спиной остальные вооружались. — Драка посреди школьного коридора это так неромантично. Уж лучше еще одна дуэль во имя любви, правда, дорогая? — поинтересовался Гарри у застывшей Лавгуд. Та перевела взгляд на него, отрываясь от наставленных друг на друга палочек. — Не надо, пожалуйста. Всё хорошо. Вздохнув, Гарри с видимой покорностью опустил руку с волшебной палочкой. Как же противиться своей возлюбленной? — Правильно, Поттер, слушайся девчонку. Не дожидаясь, пока Гарри снова вспылит и ответит, Полумна выскользнула вперёд из-за его спины и подошла вплотную к Малфою: — Пожалуйста, не надо, — повторила она, заглядывая ему в глаза, — Дайте нам пройти. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Драко удивлённо вглядывался в чистые распахнутые глаза девочки, смотрящие на него спокойно, без страха или мольбы. — Фу, не дотрагивайся до меня, — словно очнувшись, резко отстранился он, презрительно кривясь, когда почувствовал ладошку Полумны на своём запястье. Он сделал шаг в сторону, оправляя рукав мантии. Весело улыбнувшись, Полумна оглянулась на Гарри и на этот раз сама потащила его вперёд, проскальзывая мимо слизеринцев. Поттер едва успел подхватить свою сумку. — Драко, мы их просто так отпустим? — услышал он за спиной. — Пускай валят. Пока. — Эй, Полумна, — окликнул девушку Гарри, когда они прошли несколько пролётов коридора. — А? — Лавгуд шагала чуть впереди него, заложив руки за спину и разглядывая своды колонн. — Ты такая невозмутимая. Не обращаешь внимания, когда тебя пытаются обидеть. — Разве меня кто-то хочет обидеть? — недоуменно спросила она. — Те слизеринцы, — предположил Гарри. — Нет, не думаю. — Почему? — опешил парень. Полумна с интересом посмотрела на него: — Зачем им это? Мы даже не знакомы, у них нет повода меня не любить. — Иногда людям не нужен повод. — Глупости, — улыбнулась девочка, — Мне нужно бежать, у меня Трансфигурация сейчас. — А, ладно… Полумна! — остановил её Гарри, опомнившись, — Давай я тебя провожу. — Не надо, я сама доберусь. — Тогда встретимся вечером, после уроков? — Зачем? Гарри немного вновь опешил. Действительно, странная девчонка. Пять минут назад она спокойно говорила с ним о любви и не выказывала никаких возражений. — Ну… — замялся он. Звать девушек на свидание ему еще не приходилось, — Погуляем. — Хорошо, — удовлетворившись таким скромным пояснением, согласилась Полумна, — Пока! — крикнула она на бегу, размахивая приоткрытой сумкой. *** Стоило Гарри зайти в класс, как разговоры стихли, и все присутствующие уставились на него; благо профессора Стебль ещё не было. С невозмутимым лицом (читай: морда кирпичом) он прошёл к своему месту и принялся с необыкновенной скрупулёзностью доставать учебник и письменные принадлежности. — Гарри, — к нему бочком придвинулась Гермиона, перед этим шикнув на однокурсников, — ты как? — Нормально. Не так давно виделись, — заметил парень. — Даа… на обеде… Так вот насчёт обеда. Всё в порядке? — снова уточнила она. — Да, Гермиона. Ты что-то хотела спросить? — В общем-то, да… — Чувак, ты реально с Полоумной Лавгуд встречаешься? — не выдержав, как девочка тянет кота за хвост, влез Рон. — С Полумной Рон хотел сказать, — мигом поправила его Грейнджер. Гарри отвлёкся от сумки и долгим взглядом окинул ребят, а потом утвердительно кивнул. «Помирать так с музыкой» — решил он. Гермиона вскрикнула, закрыв рот ладошками. А Рон расплылся не верящей улыбкой. — Ну, чё… круто, конечно…, а чего именно с ней? Тебе ж любая девчонка бы не отказала. — Полумна хорошая, — вновь прервала его Гермиона, пиная под столом ногой, — Джинни мне как-то рассказывала о ней. Они ведь обе на третьем курсе… Ох, да, Джинни. Она так расстроилась после обеда. Гарри пожал плечами: — Ничем не могу помочь. — Ничего, переживёт, — тут же заверил его Уизли, относившийся со скептическим вниманием к увлечению своей младшей сестры, — Расскажи лучше, как вы познакомились. Как всё… ну, ты понимаешь. Завертелось. — Да вы всё видели, — отмахнулся Поттер. — Как?! Это ваше первое знакомство было?!.. Мы думали, ты отлично скрывал всё. — Ничего я не скрывал. Просто это любовь с первого взгляда. Почти с первого, — поправился Гарри, прикидывая, что за три года обучения в одной школе взглядов было предостаточно, — Просто заметил и понял, что она та единственная. — Гарри, — понизив максимально голос, начала Гермиона, смущённо теребя локон волос, — А как же твои чувства… В смысле их отсутствие… Поттер раздражённо уставился на неё, могла бы и повежливей. — Прости, я совсем не тактичная, — ещё тише, едва слышно, признала Гермиона, — Но я волнуюсь. Такие разительные перемены. — Со мной всё хорошо, Гермиона. Как никогда раньше, — Гарри постарался, чтобы его голос прозвучал как можно убедительнее. В конце концов, он ведь хотел выбить себе несколько дней, а если повезёт, то и недель, спокойствия. *** Как только Малфой зашел в Большой Зал позавтракать на следующий день, сразу стало ясно — их план работает, да еще как. Первая знаменитость школы, Избранный, Мальчик-который-выжил сейчас превратился в обычного влюбленного парнишку. Он даже сейчас сидел рядом с Полумной, не отпуская ее руки (интересно, он и ночь провел у двери ее факультета или все-таки пошел спать?). Та смущенно пыталась их вырвать, аргументируя это тем, что она хочет есть, а для этого нужны руки. Гарри же, нисколько не смущаясь, порывался сам покормить ее с ложечки. Малфой удовлетворенно хмыкнул про себя, переглядываясь с Ноттом. Даже реакция окружающих превзошла все его ожидания, сплетни не то, что не утихли, сегодня парочку обсуждали еще больше. Гриффиндорцы, надеявшиеся, что за ночь страсть Гарри поутихнет, позабыли про еду и молча наблюдали за разворачивающимся действом, староста факультета Перси поперхнулся, и его сосед растерянно хлопал его по спине. Когтевранцы старались сохранить внешнюю невозмутимость, но даже там кто-то постоянно хихикал, более благоразумные студенты шикали на них, призывая к спокойствию, но как тут можно было успокоиться? Зато слизеринцы ни в чем себе не отказывали, в открытую потешаясь над Поттером. Больше всего мелькал курносый нос Пэнси Паркинсон, разнося слухи по всему столу. Малфой удовлетворенно плюхнулся на скамейку, в отличие от других любовная мелодрама Поттера его аппетиту не мешала. Так что он преспокойно принялся за еду, оценивая новую кричалку, которую Пэнси только что изобрела «Полоумная и очкарик — король и королева школы»! Только он собирался разделаться с ростбифом, как кто-то настойчиво начал дергать его за рукав. -Эй, — этим кем-то оказался Нотт, — они выходят. Проследим за ними? -Давай, — с радостью согласился Малфой, предвкушая, что они могут увидеть. Поттер упадет перед ней на колени? Или захочет ее поцеловать? Драко мельком прочитал, как может действовать амортенция, и, хотя ее последствия зависят от конкретного человека и качества приготовленного зелья, результат все равно обещал быть интересным. За парочкой следом двинулись не только они, что было даже на руку. Унижение Поттера — это, конечно, прекрасно, но не подобает наследнику благородного семейства прятаться за углами, пытаясь не спалиться, а так можно с успехом и затеряться в толпе. К сожалению, из-за стоящего шума не было ничего слышно, а Поттер лишь вел куда-то Полумну, благопристойно держа ее лишь за руку. «Ну, ничего. Скоро начнется что-то поинтереснее», — думал Драко, чувствуя, как злость начинает охватывать его. Да, он предполагал, что его коварный план может затянуться, но он хотел своей мести сейчас, прям в данную минуту, но не знал, что такого должно произойти, чтобы он перестал ощущать мимолетный привкус разочарования. В голове одна за другой вспыхивали картины унижения. «Вот Поттера, обнимающегося с Полумной, оскорбляют собственные сокурсники. Даже Рон смеется над ним, а почему-то безумно влюбленная в Гарри Гермиона дает ему пощечину и убегает в свою спальню в слезах». «Вот разъяренный Дамблдор ломает палочку Гарри и выгоняет его из школы. Макгонагалл строго покачивает головой, снимая у Гриффиндора сто очков. Хагрид вытирает скупую мужскую слезу, смотря в след Поттеру, который уходит от Хогвартса куда-то вдаль». «Вот профессор Снейп лишь смеется в лицо Гарри, когда тот, умоляя его на коленях, просит приготовить противоядие, а учитель лишь разводит руками — мол, какой яд, юноша, просто умерьте свои пылкие чувства, ничем помочь не могу». Конечно, Драко понимал, что ничего подобного не будет, по крайней мере, не сегодня и не в ближайшее время. Сейчас же он просто наблюдал картину, как Гарри с Полумной мило воркуют на ступеньках лестницы. Парень заботливо подстелил свою мантию на ступеньку, и сжимал ладошку девушки, как нечто драгоценное. Они неспешно о чем-то разговаривали, причем Поттер улыбался во все свои 32 зуба, да и Полумна, кажется, наслаждалась их беседой. Если бы не неожиданность и странность ситуации — они бы вполне сошли за обычную влюбленную парочку. -Ты только посмотри на них, — гоготнул Нотт, тыча своего друга локтем. — Ну, голубки. Как будто с первого курса встречаются. Интересно, Поттер скоро решиться на первый поцелуй или амортенция не настолько сильно действует? -Может, он у них вчера был, — буркнул Драко, отчего-то становясь мрачнее тучи. И не желая больше ничего о них слушать, направился в гостиную. Но и там, конечно, разговоры были только о придурке-Поттере. Да — над ним потешались, да — Драко именно этого и хотел. План не был хорош только в одном — нельзя получить полное удовлетворение от унижения врага, если враг не может почувствовать себя униженным. «И что я сделал?» — в отчаянии думал Драко. — «Поттер в последнее время ходил вечно отстраненный и угрюмый, сам на себя не похож. А сейчас только посмотрите — да он же счастлив! Чертова амортенция, легче было чесоточное или блевотное зелье подлить, и то толку больше!» -Друг, ты чего такой угрюмый? — спросил подошедший Нотт, плюхаясь рядом с ним на диван. — Все же как по маслу идет. -Ага, конечно, — расстроенно буркнул Драко, но тут же осекся и изменил тон на более высокомерный, собирая остатки своего слизеринского достоинства. — Этого мало. Он чуть не применил ко мне Круцио. А я ему какое-то любовное зелье подлил. -Да, но он же думает, что ты наколдовал Империус, разве нет? -Вот именно. Я же его не применил на самом деле. Да и что-то этот «Империус» совсем ему не в тягость. Нотт внутренне хмыкнул, задумавшись, чем неподействовавшее Круцио Гарри и точно также несработавшее Империо Драко отличаются друг от друга, но спорить не стал: -Не понимаю, чем тебе этот результат не нравится? Бесконечные унижения до конца всего обучения Поттеру обеспечены. Ну, можем еще что-нибудь придумать. -Именно этим я и занимался, пока ты не пришел, — съязвил Драко, немного успокаиваясь. — Есть тут у меня одна идейка. *** — Империо! Ничего. Драко утомленно выдохнул, взъерошив идеально уложенные волосы. Закрыл глаза, сосредотачиваясь, представил образ и вновь: — Империо… Чёрт, — выругался он, разозлившись, и принялся мерить шагами комнату. Нотт мрачно провожал его передвижения взглядом, подпирая собой стенку. — Дурацкая затея, — наконец, выдал он. Малфой оглянулся на него, на время забыв о чьём-либо присутствии. — Ничего не дурацкая, — ощетинился мигом он, — У меня получится. — Я это последние два часа слышу. Мы так ужин пропустим. — Сам бы попробовал, если такой умный! — огрызнулся Малфой, срывая узел галстука, и вернулся опять на середину комнату, поднимая палочку. — Увольте, — отказался Теодор, — Вот именно, я — умный. И могу отличить невыполнимую задачу от выполнимой. Мне непростительные еще много лет не освоить, пока не войду в полную силу… Да и не спешу я их изучать, если честно. — Тогда не мешай, — отрезал Драко, — Империо! У Крэбба даже насморк не начался, хоть он и стоял под прицелом волшебной палочки. — Тео прав, — зашевелился Блейз, уютно устроившийся в кресле преподавателя и развалившийся на столе. Ученики нашли старый класс и обустроились в нём после обеда, — Сейчас, ко всему тому же, ты ещё и выдохся. Идёмте в Большой Зал. Умираю, как хочу пудинг. — Ну, и валите. — А тренироваться ты на ком будешь? — беззлобно отозвался Нотт. — Винсент с Грегори переживут без ужина. — Хорошо ты ценишь соратников. У них же первых слюнки текут при одном упоминании о еде. Малфой не ответил, на что Нотт закатил глаза. Истинный друг просто… С одной стороны, на Гойла и Крэбба все так смотрели, как на эксплуатируемую физическую силу, но с другой — подобное обращение с ними наталкивало на мысль, что и к самому душке, Нотту, могут отнестись так же. Пережив ещё парочку «империо», Теодор резво подскочил к блондину, становясь перед ним так, что палочка чуть ли не упиралась ему в грудь. — Завязывай… Хотя бы на сегодня, — поправил предложение он, заметив горящий взгляд Драко. Тот гипнотизировал Нотта несколько минут и, наконец, махнул рукой: — Завтра продолжим. Парни дружно застонали. Это же надо быть таким упёртым. — Не хило тебя Поттер достал, что ради него столько тренировок. — Не ради него, а из-за него, — хихикнув, поправил Нотта Блейз. — Если есть идеи лучше, предлагайте. — Меня и так всё устраивает, — заявил Теодор, — Сегодня видел, как Поттер с Полумной опять обжимались у кабинета зельеварения. Как их Снейп только не прищучил. — Мы же вместе там были. Они просто рядом стояли, — недовольно прогудел Гойл. — Ну, да… А кстати, никому не кажется, что действие амортенции должно быть сильнее? — Зелье амортенции создаёт видимость любви. А как её проявлять — это уже зависит от человека, — как по учебнику отрапортовал Забини, возведя палец к потолку, а потом, хихикнув, добавил, растеряв весь свой учёный вид, — Наверное, у Поттера всё впервые. Бедняжка не знает как вести себя с девушкой. — Вы зато больно опытные, — буркнул Драко, — Умирали только что с голодухи, идёмте уже. — Драко, ты что, засмущался? — налетая на него сзади и приобнимая за плечи, прошептал Блейз, давясь от хохота. — Да ну тебя, — лёгким тычком локтя отлепляя от себя приятеля, отмахнулся Малфой, — Просто слушать противно… И смотреть. — На что смотреть? — уточнил Теодор. — На довольного Поттера. Он же страдать должен был по плану… А, чей план? — Ну, мой, мой, — пробурчал Блейз, — По плану да. А это корректировки на реальность. — Тебе б за такие корректировки по шее дать. Получается, мы ему же и помогли. — Но над ним ведь действительно все смеются теперь, вся школа, — виновато хлюпнул носом Забини. — А его это волнует?.. Да и положим не вся школа. Гриффиндорцы только нос гордо задирают. А его неразлучные друзья так вообще чуть ли не со свечками вокруг него бегают. — Между прочим, это странно, — заметил Нотт, спускаясь по лестнице — После всех слухов… Они как-то быстро смирились с проснувшимися чувствами Поттера. — Я не верю в эти слухи, — пожал плечами Малфой. — А я верю, — тут же влез Забини и, поймав на себе удивлённый взгляд, затараторил, объясняя, — Что, никто кроме меня не заметил, какой странный он стал? Рассорился с гриффиндорцами, слова из него не вытащишь, даже не кидается на защиту своих дружков. И всё это в один момент произошло, раз, и приехал после каникул на третий курс другой человек. На кого — на кого, а на героя он больше не смахивает… Это с учётом того, что перед этим дважды спасал школу. — Блейз, — тихо окликнул его Драко, — Я тебя сейчас с лестницы этой скину. — А? Чего? — растерялся Забини. Нотт задавленно хрюкнул от смеха: — Школу спас? Блейз, да ты в фанаты Мальчика-Который-Выжил записался. На Гриффиндор надумаешь переводиться, свистни: я тебе прощальную вечеринку устрою. — Ага, как же, бегу, — оскорблённо фыркнул парень и попытался достать Тео подзатыльником, но тот резво отпрыгнул на безопасное расстояние, — Просто я не сторонник закрывать глаза на правду. — Это какую правду? — поинтересовался Крэбб, до этого момента с любопытством слушая откровения однокурсника. — А по-вашему василиск и куча застывших тел учеников сами собой рассосались, как мигрень? — Нет, это второкурсник убил змею в пятьдесят футов, — саркастически ответил Малфой. На это Блейз пожал плечами, оглядываясь на затихнувшего, наконец, Теодора словно за советом. — А зачем бы Дамблдору такую сказку придумывать? — неуверенно спросил он. — Понятия не имею. Чтобы ещё больше прославить маленького героя. Домохозяйки обрыдаются, а малолетние школьницы создадут фанклуб в честь обожания Гарри, — имя Малфой выдохнул противным сюсюканьем. — Тогда кто убил василиска? — А он был вообще?.. Ну, может сам Дамблдор. — Его же в школе не было! Твой отец с советом его выгнал. — Мало здесь что ли профессоров-волшебников? — Ага, причем у профессора Локонса, единственного свидетеля, память отшибло. — Может это как раз трагические последствия после победы над василиском? — Локонс — победитель? Ты на уроках этого шута вообще был? — Был, но спал, по большей степени, — честно признался Драко. — Вот то-то и оно. Этот красавчик и собственное отражение не победил бы. — Красавчик, говоришь? — уточнил Нотт, прерывая разгорячившегося Блейза. Тот бросил на друга сердитый взгляд и не сдался: — А философский камень? — А что с ним? — Ну, на первом курсе… — Ещё одна выдумка Дамблдора вместе с Поттером. — Но профессор Квирелл реально умер… — с каким-то суеверным ужасом проговорил Гойл. — То есть вы думаете, что нас целый год учил дух Того-Кого-Нельзя-Называть в теле Квирелла? — уже по-настоящему разозлившись, спросил Драко, — Бред. — Бред, — согласился Нотт, — Драко, а что ты думаешь по этому поводу? — Ничего не думаю. Наверняка все факты притянуты за уши, и всё сплошная выдумка. И Поттер… — И Поттер чемпион Турнира, четвертый несуществующий чемпион, — перебил его Тео, — Тут не факты, а целый ворох проблем на его голову притянут за уши. — Ты его ещё пожалей. Пойди, расскажи о наших планах. — Успокойся, Драко; конечно, не расскажу. Просто всё, что творится в нашей школе да еще и вокруг Поттера, странно… Кстати говоря, а что ты собираешься внушить ему под империо? — Посмотрим. Я хочу найти то, что его действительно волнует.