1976: Мародеры и не только

Остатки голубого, ясного неба сжались на южной границе небосвода. Восточная, западная и северная части наливались свинцом, и темные тучи тяжелели над головами англичан. Откуда-то с северо-запада налетел едва ощутимый, но прохладный ветерок. Лили нахмурилась и подняла голову, устремляя сосредоточенный взгляд прямо в небо. Дом семьи Эванс находился на небольшом участке земли, огорожен он был невысоким деревянным заборчиком, большую часть которого обвивал ярко-зелеными путами садовый плющ. На переднем дворике раскинулся сад миссис Эванс, пестрящий разноцветными лилиями, розами и астрами. В углу у забора расположилась тесная и низенькая теплица Петуньи, где девушка выращивала помидоры и куда никому не разрешала входить без ее ведома. Задний же дворик был использован куда меньше, поэтому скромная беседка, даже располагаясь в самом затененном углу участка, первой цепляла взгляд оказавшегося здесь. Помимо беседки задний двор Эвансов был примечателен тем, что на него выходила единственная в доме терраса, которую вот уже полчаса подметала Лили. Все это время она думала о том, что с помощью магии убраться здесь не составило бы ей никакого труда. Она могла бы справиться с уборкой за секунду, легко взмахнув палочкой и прошептав довольно простое заклинание. Однако, на дворе стоял лишь август 1976 года, Лили было шестнадцать, и поэтому ей приходилось орудовать обычной магловской щеткой и совком. Ветер, налетавший то и дело, шевелил сухие листья и пыль, которую Эванс кропотливо собирала в небольшие кучки посреди террасы, и все это, словно дразня девушку, разлеталось по углам. Лили в такие моменты выпрямлялась, бросала грозные взгляды на тучи и, тяжело вздохнув, вновь принималась за работу. Так продолжалось до самого того момента, когда по козырьку над террасой забарабанили первые дождевые капли. Лили вздрогнула и оглянулась, прислушиваясь. Пару мгновений ей казалось, что слух подвел ее. Однако спустя несколько секунд до нее сново отчетливо донеслось: Кап-кап. Лили отставила щетку в сторону и сделала пару неуверенных шагов по направлению к ступеням. А потом сорвалась с места. Тонкий подол цветастого сарафана бил девчонку по коленям, пока она быстро пересекала двор. Задняя калитка легко поддалась, и Эванс выбежала на холм. Небо над головой рыжеволосой девушки окончательно посерело, некоторые особо темные тучи даже казались лиловыми, словно свежие синяки. Несколько капель разом разбилось о белые острые плечи. Дыхание сперло в груди, а локоны отчаянно били ее по спине, пока Лили бежала вниз с холма. Руками она чувствовала холодные прикосновения дождя и в этот момент была абсолютно счастлива. Она налетела бы на корявый ствол одинокого дерева у самого обрыва, если бы вовремя не выставила перед собой руки. Лили Эванс остановилась, окинула быстрым взглядом помутневшую реку, крону дерева, холм и только затем запрокинула голову, закрывая глаза. Блаженная улыбка показалась на лице Эванс. И лишь одна сокровенная мысль трепетала в ее голове. Скоро в Хогвартс. *** Дождь забарабанил по крыше Ночного рыцаря, и большинство волшебников и ведьм принялось с ворчанием захлопывать окна в попытке спастись от прохладных капель. На третьем этаже многоэтажного автобуса осталось отодвинутым лишь одно стекло, и дождь обильно поливал колени и руки девушки, высунувшейся в окно. Влажный ветер трепал ее длинные светлые волосы. Невидимый для маглов автобус несся по шоссе, преодолевая все скоростные ограничения. А шоссе неслось напрямик через английскую сельскую местность, пропахнувшую дождем. Девушка у открытого окна натянула на плечи кожаную куртку и слегка поежилась, но стекло не задвинула. Усталость пронизывала все хрупкое тело девчонки, а собственные веки казались ей небывало тяжелыми, и вскоре она опустила их, рефлекторно вжимаясь в сидение. Ветер продолжал играть волнистыми локонами, бросая их на лицо девушки, но та будто и не замечала. Она погрузилась в сон. На вид эта школьница ничем не отличалась от других девчонок-подростков. Вся фигура ее была слегка угловата, колени и плечи напоминали острые изломы каких-нибудь неправильных геометрических форм. У нее был маленький прямой нос и немного загнутый вверх подбородок, говорящий о природной капризности. Маленькое лицо обрамляли ломкие волосы, сейчас так небрежно свисающие на высокий лоб. Словом, она ничем не отличалась от обычной старшеклассницы в своих серых узких джинсах, клетчатой рубашке и ярко-красных кедах. Разве что тем, что из бокового кармана ее рюкзака торчала волшебная палочка. И возможностью путешествовать на сверхскоростном невидимом автобусе. Разбудил Аманду резкий толчок, подкинувший девушку на сидении. Дыхание на долю секунды перехватило, и она хрипло ойкнула, прежде чем поняла, что автобус остановился. - Остановка Королевский лес Дин, - объявил кондуктор сонным голосом. Очевидно, не одну Аманду клонило в сон из-за перемены погоды. Девушка подхватила свой рюкзак и, не успел помятый кондуктор объявить, что автобус готов к продолжению пути, слетела по винтовой лестнице и выпрыгнула из салона. А уже через секунду она стояла на опушке леса одна, и дождь безжалостно бил ее по макушке, пробиваясь сквозь листву деревьев. Оглянувшись, девушка шагнула вглубь леса. Вело ее какое-то странное чутье и усталость, ноги сами несли ее туда, где, она знала, будет тепло и сухо, спокойно и где можно будет на несколько секунд закрыть глаза. Чутье не подвело Аманду, и уже через несколько минут она услышала приглушенный смех и голоса. Вымученная улыбка тронула ее тонкие губы. Она собрала в кулак последние силы и зашагала вперед увереннее, чем прежде. Между деревьями мелькнул костер, в глаза ударила белизна палаточного брезента, а пару мгновений спустя слуха коснулось радостное: - Аманда! Аманда прислонилась боком к сухому стволу дерева и улыбнулась подскочившей к ней подруге. Девушки обнялись. Коротковолосая брюнетка была старше Аманды года на два-три и выше сантиметров на десять, но это не мешало девушкам общаться на равных и смотреть друг на друга искрящимися от радости глазами. На поляне, где очутилась Аманда было действительно сухо и тепло, как девушка и предполагала заранее. Дело, конечно же, было в магии, которой была окружена опушка леса. Дождь шумел вокруг, ветер шевелил кроны деревьев в чаще, но стихии не смели тревожить несколько квадратных метров, окруженных метеорологическими чарами. Ступив на сухую землю, Аманда тотчас же почувствовала себя дома. В тот момент она была готова поклясться, что еще никогда ей не было так хорошо и спокойно. Сквозь гомон голосов то и дело пробивалось слабое треньканье настраиваемой гитары или всполохи добродушного, искреннего смеха. Вся поляна пропиталась сигаретным дымом, запахом костра и жареного мяса. - Ты как раз к обеду, крошка, - услышала девушка прямо над своим левым ухом и повернулась, не сдерживая улыбки. - И я рада видеть тебя, Нил, - откликнулась блондинка, вглядываясь в хорошо знакомые черты своего давнего друга. Здесь было всего человек десять, но шуму они производили столько, сколько, кажется, Королевский лес Дин не слышал никогда прежде. Аманда продолжала уверенно продвигаться в сторону костра, где особенно шумная компания парней жарила котлеты и потягивала сливочное пиво прямо из бутылок. Стоило девушке протянуть руки к пышущему жаром пламени, как кольцо чьих-то крепких рук сомкнулось на ее бедрах, и Аманда, громко ахнув, под общий хохот повалилась назад. Едва оправившись от такой неожиданности, девушка осознала, что приземлилась она аккурат на чье-то острое колено. - Глупо было думать, что я не замечу тебя, Амми, - ласковый шепот опалил ухо девушки, и та блаженно закрыла глаза. Тепло разливалось внутри нее сладкой патокой, приятно обволакивая внутренности и даря ощущение умиротворенности. За этим она и приехала сюда. - Макс, - выдохнула Аманда, расслабляясь и заводя руки назад, будто в попытке проснуться. Ее ловкие пальцы быстро нашли затылок возлюбленного и теперь зарывались в его шевелюру, отчего парень издавал приглушенные звуки, больше всего похожие, как это ни парадоксально, на довольное мурчание котенка. Аманда запрокинула голову, и они встретились взглядами. Она ждала этого момента все лето, с того самого дня, когда вернулась из школы. Этой весной Аманда закончила пятый курс в Академии магических наук Шармбатон, и была готова отправиться в Англию сразу же после заключительного ужина, но семья настояла на том, чтобы девушка задержалась во Франции. Аманда до сих пор не знала, почему Друэлле захотелось, чтобы ее младшая дочь провела два летних месяца в скучной летней резиденции в Провансе. Да, сложно было отрицать красоту и величественность французского поместья Блэков-Розье, однако заняться там было решительно нечем. Поначалу Аманда много читала, и часами просиживала в ослепительно-белой библиотеке, потолком которой служил высокий стеклянный купол. Там Аманда Блэк проводила наиболее жаркие дневные часы, когда солнце стояло в зените и беспощадно жгло все живое, что не пряталось в тень. Утренние и вечерние часы девушка посвящала одному из своих любимейших занятий - рисованию. С одного из балконов особняка открывался потрясающий вид на виноградники, граничащие с лавандовыми полями. На этом балконе мисс Блэк устанавливала свой мольберт, окружала себя красками, кистями и палитрами и уходила в транс на несколько часов. Очевидным преимуществом девушке сначала показалось то, что в доме помимо нее находилась лишь армия эльфов-домовиков. Аманда чуть не возопила от радости, когда узнала, что ей не придется делить дом с сестрами: вспыльчивой Беллатрисой и чересчур внимательной Нарциссой. Однако уже через месяц Аманда не была уверена в том, что одиночество - это хорошо. Ей стало откровенно скучно без мелочных перепалок с Цисси и странных прихотей Беллы. Эти месяцы она активнее обыкновенного переписывалась с Максом, ее, вроде как, парнем. Они никогда не встречались, что называется, официально. Они не отмечали годовщин и не были ни на одном свидании. К этому следовало добавить еще и неприлично редкие встречи, обусловленные расстоянием в лице Английского канала. Однако вот уже несколько лет они были вместе, и в головах всех их общих друзей, которых, к слову, было немало, уже прочно засел шаблон под названием Флинт и Блэк. Блэк и Флинт. По-другому, казалось, и быть не могло. Теперь она внимательно смотрела в его черные, чуть прищуренные глаза, пытаясь запомнить его как можно лучше. И Макс, казалось, делал то же самое, хотя с ним никогда нельзя было быть уверенным наверняка. Флинт не был бы самим собой, если бы в нем не было некой загадочности и непредсказуемости. Иногда Аманда думала, что в этом и заключается его сила притяжения, так сильно на нее влияющая. Ему было двадцать, и выглядел он на двадцать, но Аманде всегда нравилось, что ее молодой человек старше ее. Флинт происходил из такой же до мозга костей чистокровной семейки, что и Аманда. Он, наверное, был единственной причиной, по которой Друэлла до сих пор не пресекла любые контакты Аманды с ее английскими друзьями. Родители всегда знали, что в компании «сомнительных личностей», коими Блэки считали друзей своей младшей дочери, присутствует светлый лик Максимилиана Жозефа Флинта, парня с французским именем, английской фамилией и одной из самых влиятельных в чистокровном обществе семей. Аманда была уверена, что ее мать спит и видит свою дочь леди Флинт. Однако все это ее не слишком волновало. Куда больше девушку сейчас заботило то, как мало у них осталось времени. За пределами огороженной магией площадки шел дождь, унылый вестник осени, что означало, что уже скоро им придется расстаться вновь. Правда, теперь расстояние обещало быть куда более милостивым к ним. Аманда не знала, что повлияло на Друэллу этим летом, но результаты этого влияния были девушке более чем на руку. Младшая Блэк вернулась из Франции в середине августа и с порога отчего дома получила новость о том, что ее обучение в Шармбатоне подошло к концу. А это означало, что последние два года ей предстояло проучиться в Хогвартсе. Сперва Аманда растерялась. Первая же ее мысль была о подругах, вкусных блинчиках на завтрак и шелковых мантиях нежно-голубого цвета. Она уже распахнула рот, чтобы запротестовать, но спустя мгновение закрыла его, так ничего и не сказав. А дело было в том, что Аманда Блэк всегда неплохо соображала. Так уж вышло, что она привыкла сначала думать и анализировать, а потом уже говорить. Поэтому-то девушка быстро вспомнила все, что она знала про Хогвартс. Во-первых, там когда-то учился Макс. Флинт любил рассказывать ей о своей школе, и потому Аманда уже давно привязалась к холодным стенам средневекового замка. Кроме того, Хогвартс находился на самой южной границе Шотландии, что означало сокращение расстояние между Амандой и ее возлюбленным в несколько раз. Во-вторых, большинство знаменитых во всем мире волшебников оканчивало Хогвартс, который испокон веков славился своими преподавателями. А в настоящий момент пост директора занимал Дамблдор, который считался самым мудрым и сильным волшебником современности. В-третьих, здание школы находилось в одной из самых красивых частей страны, да и сам замок являл собой то еще произведение искусства как снаружи, так и изнутри. Учитывая любовь Аманды к живописи, не сложно догадаться, что это обстоятельство стало для нее одним из решающих. И, наконец, в-четвертых, Хогвартс славился среди всех волшебных школ своей отпетой недисциплинированностью. Среди студентов разных стран мира ходили разнообразные слухи о том, что творится за древними стенами Хогвартса, и все они заставляли иностранных школьников буквально слюнями обливаться. Аманда пять лет проучилась в Шармбатоне, который, наоборот, всегда имел заслуженную репутацию самого строгого учебного заведения в Европе, и поэтому если и было что-то, окончательно захлопнувшее для Аманды Блэк двери в Шармбатон, то этим чем-то была жажда Хогвартских приключений. Аманда отвела взгляд, рассмеявшись, и вовремя, чтобы увидеть протягиваемую ей одним из парней сигарету. Девушка благодарно кивнула, принимая ее, и с удовольствием затянулась. Во Франции сигарет было не достать. Администрация Шармбатона контролировала своих учениц так, что о контрабанде не могло быть и речи, однако в последний вечер кое-кому из студенток удалось-таки протащить в школу пачку тонких ментоловых сигарет. Правда, Аманде было сложно назвать их сигаретами - они почти не имели запаха и вкуса, и Блэк с трудом заставила себя скурить целую. В Королевском лесу Дин все было иначе, по-настоящему. Здесь ее окружали настоящие люди, настоящие сигареты и сливочное пиво, от которого Аманда так отвыкла. Постепенно вся компания подобралась ближе к костру. Дождь за пределами заколдованной опушки усиливался, как и навязчивый аромат жареного мяса, расплавленного сыра и специй. Аманда лениво затягивалась и периодически отпивала из бутылки Макса, сквозь дым наблюдая за друзьями. Светловолосый Нил отнял у Стива Джонсона гитару и, подмигнув Аманде, заиграл какую-то смутно знакомую девушке мелодию. Эрика, та самая брюнетка, первой заметившая Аманду, заливисто смеялась над шутливой перепалкой Ричарда Макфлайра и его девушки, Энни Линдер. Всех этих людей Аманда знала очень хорошо, и к каждому была привязана всей душой. Она даже всерьез подумывала над тем, чтобы после окончания шестого курса бросить школу и проводить все время с ними, в этой шумной, уютной компании. Разговоры тем временем становились все громче, а песни все более веселыми, и Макс предложил показать Аманде палатку. Нил проводил парочку быстрым взглядом и с новой силой ударил по струнам. Брезентовая палатка занимала крошечную часть поляны, но, благодаря наложенным на нее чарам невидимого расширения, изнутри казалась просто огромной. Больше всего палатка походила на квартиру-студию, разделение на комнаты было весьма условным, но зато места и света в помещении было хоть отбавляй. Пол был устелен необъятным белым ковром, посреди комнаты стоял низенький столик, покрытый толстым слоем пепла и сплошь заставленный бутылками из-под пива и пакетиками сушеной тентакулы. Тут и там, в разных частях палатки располагались низкие кровати с отдернутыми пологами, по полу и полкам были разброшены чьи-то вещи, рюкзаки и пустые бумажные пакеты. Макс уверенно пересек комнату и с разбегу прыгнул на одну из кроватей, стоящих в самом дальнем углу палатки. Молча извлек из-под нее очередную бутылку пива и, легко взмахнув палочкой, избавил ее от крышки. Сделав глоток, Флинт прищурено посмотрел на Аманду и неопределенно мотнул головой, как бы указывая ей на место рядом с собой. Блэк в ответ на этот развязный жест беззвучно рассмеялась и медленно двинулась к Максу. Ей было странно ощущать дрожь в собственных коленях. Аманда никогда не считала себя особенной скромницей, поэтому сама себе она объясняла свое волнение тем, что она просто отвыкла. Отвыкла от Макса и от его лукавого прищура, от тепла его тела и уверенных движений его рук. - Ты боишься меня, Блэк? - наконец усмехнулся парень, делая еще один глоток из бутылки, но не отрывая взгляда от Аманды. - Еще чего, Флинт, - принимая вызов, откликнулась девушка. Она чувствовала, как кровь прилила к лицу, и была готова провалиться сквозь землю, осознав, что покраснела. Также медленно девушка влезла на кровать и попыталась выдавить улыбку. Макс вскинул брови, будто удивившись, и отставил бутылку на комод недалеко от постели. А уже через секунду его рука нежно, но при этом властно ласкала ее скулу. Некоторое время он внимательно рассматривал ее лицо, после чего легонько потрепал девушку по щеке и резко придвинул ее к себе, самозабвенно засасывая ее губы. От неожиданности Аманда сдавленно ойкнула, ей пришлось сильно податься вперед, а уже через мгновение Флинт повалил ее набок рядом с собой. Несколько минут они лежали и целовались, изредка разрывая поцелуй на доли секунды, чтобы набрать в легкие побольше воздуха. Чувство необъяснимой тревоги, поначалу сковывавшее Аманду, начало постепенно отпускать ее, и девушка сама прижалась к возлюбленному, обвив рукой его талию. Однако спустя какое-то время Максу надоели поцелуи и он, издав звук, больше всего похожий на тихое рычание, припал к тонкой девичьей шее. Внутренности Аманды сделали кульбит, сладко отзываясь на умелые ласки Флинта. Аманда не была девственницей. Ее первый секс был именно с Максом Флинтом, два года назад. Она тогда едва закончила третий курс, и жизнь только открывала для нее свои светящиеся врата. Флинта она знала уже давно, и со второго курса тайно сохла по нему. Ей исполнялось четырнадцать, и ее старшая подруга из Шармбатона, Эрика, дружбой с которой Блэк очень гордилась, привела ее во «взрослую компанию», в которой Аманда, несмотря на свой возраст, удивительно прижилась. Здесь она впервые познакомилась с Нилом, Ричардом, Энни и другими ребятами, которые навсегда стали для нее домом. В первую же осень их знакомства ребята начали ей писать, чаще даже, чем мать, и это обстоятельство зачастую навевало на младшую Блэк тоску. Здесь же она впервые напилась. Ей и прежде наливали бокал шампанского на Рождество, когда они с семьей гостили в доме на Гриммо, но такие напитки как пиво, огневиски, магловский ром и абсент стали для четырнадцатилетней девчонки открытием. А вот сигаретами юная мисс Блэк баловалась и раньше, в том же доме на Гриммо. Вообще она любила редкие визиты к тетушке, но отнюдь не из любви к Вальбурге или к стряпне ее домовых эльфов. Друэлла возила дочерей в лондонский дом дважды в год - на Рождество и Пасху, и каждый раз поездка на Гриммо означала встречу с кузеном. Впервые Аманда и Сириус встретились, когда обоим было по восемь, и оба тогда остались недовольны друг другом. Однако полноценное знакомство двоюродных брата и сестры состоялось спустя три года после первой встречи. Тогда и Аманда, и Сириус только поступили в школы: Аманда в Шармбатон, а Сириус - в Хогвартс. Большую часть рождественской вечеринки младшие Блэки провели в комнате Сириуса, разговаривая о школах, о друзьях и родителях, о любимых книгах и даже музыке. А уже через месяц Аманда получила от брата первое письмо. Так у них наладилась переписка, а за ней и теплые, дружеские отношения. Вернувшись неделю назад из Франции, Аманда узнала и о том, что Сириус сбежал-таки из дома. Выяснилось это, когда девушка решила навестить кузена на Гриммо, едва поздоровавшись с родными сестрами. Друэлла, конечно, младшую дочь никуда не пустила, прочитав ей нотацию о том, что с момента своего побега Сириус вообще не считается членом благородного семейства Блэков. Мать долго говорила что-то о предательстве «в такое непростое для всех нас время», но Аманда, конечно, ее не слушала. Все ее сознание на тот момент занимал другой вопрос - почему он ничего не написал? Весь этот год они переписывались так же активно, как и прежде, однако с наступлением лета кузен неожиданно пропал с горизонта. Еще в июне Аманда объяснила себе это тем, что Сириус наверняка «ушел в отрыв», что, собственно, и обещал сделать на протяжении нескольких месяцев. Однако теперь младшая Блэк была уверена в том, что двоюродному брату было не до отрыва. И она совсем не могла взять в толк, почему он не счел нужным оповестить сестру, хоть и не совсем родную, о таком важном решении, как уход из дома. Что и говорить, обида снедала Аманду изнутри и периодически влезала в ее мысли подобно мелкому, но ядовитому паразиту. Даже теперь, охотно подаваясь навстречу властным прикосновением Макса Флинта, юная Блэк не могла окончательно избавиться от тревоги за кузена. Но помимо объяснимого волнения за Сириуса существовало и другое, непонятное, но ощутимое «но», мешавшее Аманде забыться в объятиях возлюбленного. На протяжении вот уже нескольких минут девушке казалось, что что-то шло не так. И если сперва она пыталась гнать неуместные сомнения, то спустя некоторое время она пришла к выводу, что просто не может игнорировать свое внезапно проснувшееся чутье. - Макс, - окликнула парня Аманда, откидывая с лица волосы и едва заметно отстраняясь от Флинта, который явно не терял времени, пока его девушка пребывала в состоянии тяжелой задумчивости. Рубашка сползла с левого плеча Блэк, а на ключице ее красовался свежий засос. Парень же и вовсе успел избавиться от футболки и теперь недоуменно смотрел на блондинку. Аманда неловко кашлянула и поправила рубашку, стараясь не уводить взгляд, несмотря на то, что это было довольно трудно. - В чем дело? - придя наконец в себя хрипло поинтересовался Макс. - Не знаю, - честно призналась Аманда, понимая, что подобный ответ его вряд ли устроит. Как она и предполагала, ответ Флинта не удовлетворил. Пару секунд он гипнотизировал девушку взглядом, после чего сдавленно фыркнул и поднялся с постели. Аманда почувствовала себя виноватой. Макс тем временем нервно закурил и прошелся туда-сюда по палатке. Ссутулившись, он явно крепко задумался о чем-то. Померив шагами палатку, парень все-таки вернулся к кровати, с которой за ним молчаливо наблюдала Блэк. - У тебя кто-то появился? - глядя прямо в глаза девушке, спросил он. - Ч-что? - дрожащим голосом переспросила Аманда. Она сильно выпучила глаза и уставилась на Флинта с выражением абсолютного шока на лице. Мысль о том, чтобы встречаться с кем-нибудь кроме Макса никогда не посещала Аманду. Сама идея, такая новая для девушки, казалась дикостью. Наверное, это было потому, что она знала его слишком давно, а может быть потому, что он был ее первым во всем: первой привязанностью вне семьи, первым настоящим другом-парнем, не считая Сириуса, отношения с которым скорее можно было отнести к семейным привязанностям, первой любовью и первым мужчиной. Блэк никогда даже не смотрела в сторону других парней и, несмотря на редкость встреч с возлюбленным, ни разу даже не задумывалась об измене. Конечно, это можно было списать на тот факт, что Аманда всю жизнь обучалась в академии для девочек, но ведь в Шармбатоне было немало преподавателей-мужчин, многие из которых были довольно молоды и привлекательны, о чем частенько шептались в коридорах и спальнях однокурсницы Аманды. Помимо этого были каникулы, которые почти всегда сопровождались зваными ужинами в ту или иную честь и потоком юных английских аристократов, ни один из которых ни разу не пробудил в Аманде желания хотя бы обернуться вслед. - Ты нашла кого-то в Провансе? - выдвинул еще более сумасшедшую догадку Макс, все больше распаляясь. Сигарета медленно тлела в его пальцах. - Например, домового эльфа? - усмехнулась девушка, наконец взяв себя в руки. - Амми, я серьезно, - Флинт вдруг сосредоточенно сдвинул брови. - Лучше скажи. - Макс, прекрати, - девушка протянула к своему возлюбленному обе руки, однако тот не спешил возвращаться в объятия Блэк. На его лице ясно читалось подозрение. - Я бы ни за что… В общем, ты же знаешь, что я люблю тебя. Флинт снова хмыкнул и отвернулся. Поднес к губам сигарету и затянулся последний раз, после чего смял окурок о пластиковую тарелку, стоящую на близлежащей тумбочке. Аманда же продолжала наблюдать за ним и заранее продумывать дальнейшие объяснения, которые, к слову, никак не складывались в логические цепочки. Тем временем Макс вернулся из очередного рейда по палатке и резко плюхнулся на кровать. Пружина где-то под матрасом жалобно застонала. - Ладно, - выдохнул парень и медленно вытянул из кармана небольшой пластиковый пакетик. Аманда, продолжая неотрывно следить за каждым движением Флинта, красноречиво вскинула бровь. - Эге-гей, малышка, совсем ты от нас отвыкла! - шутливо-разочарованно протянул Макс, поймав взгляд девушки. - Да ладно тебе, со мной приличную шармбатонку можешь не изображать. С этими словами парень приподнялся на локтях и протянул собеседнице только что скрученный косячок. Аманда усмехнулась, но приняла подарок, а уже через несколько секунд осторожно затягивалась едким дымом, изо всех сил стараясь не закашляться с непривычки. Они лежали на мягком матрасе, уставившись в цветастый полог над их ложем, и по очереди затягивались косяком с сушеной тентакулой. Картинку перед глазами заволокло плотным сизым дымом, и в носу периодически щекотало. И хотя они молчали, между ними не было никакой неловкости, а Аманда подумала, что это большое счастье - встретить человека, с которым не нужно разговоров, который и молча может быть и музыкой, и любимой книгой, и всей Вселенной. А за брезентовыми стенами палаты осень набирала обороты, и ветер где-то вдалеке подхватывал с дорог прибитую дождем пыль. И лишь одна тревожная мысль била набатом в висках Блэк, пробиваясь сквозь тишину, уют и тентакулу. Скоро в Хогвартс.