Брак вслепую

      Сидя на диване в гостиной у Лисанны, Люси медленно отходила от своей истерики, попивая ромашковый чай и рассказывая ей все то, что она услышала из разговора Нацу с Греем. Штраус сидела и слушала, не прерывая ее никаким вопросами, внимательно вникая во весь смысл сказанного. Как ни странно, Хартфилия успокоилась, когда рассказала все, что у нее было на душе, и девушки некоторое время сидели в тишине и попивали теплый согревающий напиток.       Блондинка рассказала все без утайки, игнорируя тот факт, что Лис бывшая — ее уже бывшего — парня. Она поверила этой девушке, хотя знала ее гораздо меньше, чем ту же самую Джувию или Эльзу, но все равно доверилась и рассказала историю ее жизни, которая включала в себя Нацу. Хартфилия ощущала себя немного странно, зная, что некоторые аспекты о Драгниле пепельноволосая знала гораздо лучше, чем она сама, но тем не менее блондинка продолжала говорить о них, а собеседница и не перебивала.       — Так вы с Нацу женаты? — немного удивленно спросила Штраус, буравя стенку перед собой. Девушки не смотрели друг на друга, лишь сидели рядом друг с другом. — При том, что в это время он только бросил меня из-за тог, что был «неготов». И Игнил-сан знал об этом, — пепельноволосая горько усмехнулась; ее лицо немного исказилось в гримасе боли.       — Я не знала, — осознав свою оплошность, Хартфилия вздрогнула и посмотрела на знакомую. Или уже подругу? — О боже, прости меня пожалуйста! Я такая дура, — девушка прикрыла побагровевшее от стыда лицо.       — Нет-нет! Успокойся, все нормально, — попыталась успокоить Лисанна, беря две руки Люси в свои ладони и слегка сжимая их. — Папа у Нацу замечательный. Я уверена, что он видел, как развивались наши отношения и предрек то, что должно было случиться. Мы с Нацу просто привыкли быть друг с другом. Это была привычка, от которой мы не могли отказаться.       — Но это ничего не меняет, — прошептала Хартфилия, откидываясь на спинку дивана. — Я знаю, что мы с ним только переписывались, но это все равно чувствуется неправильно. Словно я встречалась с женатым.       — Люси, никто неидеален, — подметила пепельноволосая, слегка призадумавшись. — Как я уже сказала, мы с Нацу были вместе по привычке. К слову, я тоже не была святой. Не будем вдаваться в подробности, но поверь, я была как он. Потому что мы не считали нужным рассказывать кому-то друг о друге. Мы спутали «братско-сестринские» отношения с любовью и посмотри во что это вылилось. Он чуть ли меня не послал, когда увидел в университете!       — Просто он боялся, что я узнаю о его «тайне», — недовольно буркнула блондинка, скрестив руки на груди. Штраус засмеялась и тоже откинулась на спинку дивана, расслабляясь. Возможно, Лис именно такого разговора с кем-то, кто ее бы понял, ей и не хватало. Даже если и причиняло немного боли.       — Я ни в коем случае не хочу оправдывать его, — пояснила пепельноволосая, продолжая улыбаться, — но мне кажется, что он не хотел ранить твои чувства. Это то, что Нацу делал всегда — заботился о тех, кто ему дорог, не глядя на последствия. Он говорил, что лучше разгребать проблемы по мере их поступления.       — Посмотрим, как он будет разгребать эту «проблему», — ворчливо сказала Хартфилия, хмурясь недовольно. Лисанна посмотрела на нее и улыбнулась, понимая, что, похоже, она нашла соседку в свою квартиру на ближайшее время. При всем этом, по случайному стечению обстоятельств, они обе бывшие одного и того же молодого человека.

***

Две недели спустя

      — Лис, я тут кексы принесла для наших посиделок, — лучезарно улыбаясь, Джувия приподняла коробочку, в которой была красиво сложенная выпечка. — Надеюсь, ты не сидишь на этой своей дурацкой диете больше, Люси.       Девушки, находившиеся в комнате в этот момент рассмеялись и принялись расчищать место на заваленном едой столе, чтобы Фуллбастер могла поставить десерт. Различные блюда, которые заполонили все пространство на большом овальном столе, все еще были теплыми и замечательно пахли, вызывая аппетит. Каждая посчитала своим долгом принести свое фирменное блюдо: Эльза принесла замечательный карамельный чизкейк, украшенный клубникой в белом шоколаде, Мираджейн принесла салат из рисовой лапши с креветками и овощами, Люси приготовила сашими из угря под соусом терияки, а Лисанна, на правах именинницы, решила порадовать подруг мисо-супом с шиитаке.       Небольшая гостиная в которой сейчас находились все, была красиво украшена воздушными шариками, ленточками и открытками, которые было решено повесить на стены, чтобы усилить атмосферу праздника. «Куда еще сильнее-то?» — думала про себя Люси, но, пожив с Штраус, она поняла, что пепельноволосая могла сделать праздник из чего угодно.       — Если ты называешь депрессию диетой, то я могу сказать, что нет, — усмехнулась Хартфилия, улыбаясь. — И могу вас уверить, что в ближайшем будущем возвращаться к ней не планирую. Спасибо, мне хватило. Несмотря на сарказм в ее высказывании, девушки обеспокоенно переглянулись, но не стали поднимать больную тему. Все они понимали, что если даже Люси и ведет себя нормально, она все еще была немного расстроена. А может и не немного, никто не был в этом уверен, но раз она все еще отказывалась ходить в университет и включать телефон, то возможно, не все так радужно, как Хартфилия хотела бы. Было заметно, что предательство любимого человека глубоко ее ранило.       — Кхем, ну ладно, если все готовы, то можно садиться за стол! — хлопнула в ладоши младшая Штраус, и села во главе, как и положено в день ее рождения. — Мне все не терпится попробовать сашими, что приготовила Люси. Они пахли просто невероятно!       — Ты мне льстишь, — смущенно пробормотала блондинка, краснея. Девушки снова залились смехом, но потянулись за угрем, чтобы оценить кулинарные возможности подруги. Соус терияки придавала блюду приятный сладковатый привкус, который нисколько не портил угря.       — А что, пить мы ничего не будем? — поинтересовалась Эльза, оглядывая стол. Ничего кроме воды и сока не было, но ведь они уже не были детьми, так? Можно было бы повеселиться и по-взрослому.       — Зная, как вы пьете, а я так вообще не люблю алкоголь, то было решено сделать свежевыжатый сок и несколько молочных коктейлей. А потом можно будет и чай с кексами, — Лис нисколько не удивилась этому вопросу, поэтому отрепетировала ответ заранее. Она не хотела портить себе праздник играми в бутылочку или «правду или вызов».       — Я «за» безалкогольные праздники, — согласно кивнула Джувия, наслаждаясь салатом. — Мне кажется, алкоголь переоценен. Ведь веселиться можно и без него.       — Конечно, никто не спорит с этим. Плюс, любые крепкие напитки очень калорийны, — подметила Мира, улыбаясь. Иногда Люси поражалась тому, как сильно сестры Штраус были похожи. Особенно их улыбки — в этом определенно было что-то очень милое и в то же время жуткое. Хотя, возможно Хартфилию это смущало лишь потому, что она была единственной в семье. — Поверьте мне, бармену со стажем.       Девушки захихикали и продолжили приятную беседу, периодически делясь тем, что происходит в их жизнях. К примеру, Джувия и Грей, после их ссоры, были намного ближе друг к другу, чем когда-либо и даже не появлялись на занятиях два дня, явно «наверстывая» упущенное время. Эльза с Жераром все еще встречались, но аловолосая упомянула, что некоторые вещи оставила у парня дома, а то когда она там остается, ей приходиться пользоваться мужским гелем для душа.       Люси была искренне за них рада и открыто улыбалась, пока ее сердце было разбито, и она не знала, как можно было его исцелить. Блондинка и сама понимала, что нельзя страдать вечно, но ничего не могла с этим поделать — боль от предательства любимого человека была очень сильной, хотя ранее Хартфилия была уверена, что ни один парень не сможет этого добиться. Похоже не стоило говорить заранее, ведь никогда не знаешь, что может случиться в любой момент. Как это произошло с ней. Хотя она была благодарна Драгнилу за такой замечательный жизненный опыт — теперь она будет более внимательной по отношению к другим.       — Нацу выглядит паршиво, — внезапно заметила Скарлет, смотря на Люси, которая, от упоминания данного имени, вздрогнула. Четыре пары глаз уставились на блондинку, пока она бездумно смотрела в тарелку.       — Эльза! — внезапно отдернула ее Джувия, одновременно с Лисанной. Но голубоволосая на этом не остановилась и продолжила: — Нельзя так. Когда ты страдала по Жерару, мы выдохнуть его имя боялись, неужели у тебя нет ни капли сочувствия?       — Просто, — вздохнула аловолосая, проведя рукой по своим длинным распущенным волосам, — он каждый день спрашивает, все ли с тобой хорошо и похоже, что он плохо спит. Я же не могу просто перестать волноваться и за него тоже, — Эльза была словно сестра для него. Они росли вместе, дружили с садика, и девушка действительно не могла ничего с собой поделать. Но и Люси причинять своими словами боль не хотела.       — И что? Мы с Греем уже ругались на этот счет, — заявила Фуллбастер твердо. — Он так хотел знать где ты, потому что он видел тебя тогда дома. И ты уже плакала, но он подумал, что ему показалось! Пьяный придурок, — с горяча проворчала голубоволосая, и все шокировано на нее посмотрели. Обычно, она всегда говорила о том, что ее муж самый хороший и замечательный, но она явно была недовольна его привычками.       — Я считаю, что с ним надо поговорить, — вставила свои пять копеек Мираджейн, молчавшая до этого момента. Лисанна шикнула что-то в сторону сестры, и Штраус-старшая лишь горько улыбнулась. — Мне иногда кажется, Нацу даже не знает, что произошло. Он искренне не понимает, что он сделал не так. Я думаю, это все недоразумение и вам стоит поговорить, чтобы прояснить всю эту ситуацию.       — Простите, но я не готова, — со всей уверенностью ответила Хартфилия, привлекая внимание всех девушек, сидящих за столом. — Я не готова услышать, что он готов сказать. Если он повторно скажет мне все то, что я услышала, возможно, из депрессии я уже выбраться не смогу. Пора бы мне позаботиться о себе в первую очередь, итак слишком часто отодвигала себя на второй план.       Подруги согласно закивали, понимая всю ситуацию и зная, что на это потребуется время. Душевные раны не так просто залечить; они гораздо хуже, чем какие-то физические повреждения. Эльза, пережившая подобную ситуацию, всем сердцем поддерживала Люси и хотела выбить из Нацу все дерьмо, как только узнала о произошедшем, но когда она появилась у порога в его дом, аловолосая, увидев его состояние — синяки под глазами, бледная кожа и отстраненный взгляд — она отказалась от этой затеи и выслушала друга. Он ничего не сказал про разговор, а Скарлет и не поднимала эту тему, так как понимала, что он узнает, кто ей об этом рассказал. Его лишь волновало, чтобы с Хартфилией все было хорошо.       Джувии же было больно смотреть, как Грей разрывался между своим другом и Люси, которой он тоже хотел помочь, но она отказывалась выдавать ему хоть какую-нибудь информацию. Фуллбастер считала себя отчасти виноватой в произошедшем, ведь в тот день, когда все это произошло, они с мужем были в ссоре. И жаль, что голубоволосая никак не могла помочь и поддержать ее так, как это сделала Хартфилия в тот день; девушка не могла сказать ей то же самое, что и ей говорили, потому что не могла быть уверена в хорошем конце. Ссоры между ней и Греем были обычной вещью, и они все-равно бы помирились, а ситуация с Нацу была совершенно другой.       — Зато я нашла работу, — радостно объявила Люси, натягивая маску радости и вселенского счастья. Она не могла позволить, чтобы праздник подруги был испорчен ее дурацкой историей, так что надо было быстро придумать, как сменить тему. Заодно и повод немного похвастаться. — Теперь я официантка в «Сладкой Вишне»! Боже, они разрешают мне есть на обед любое блюдо из их меню.       — Есть повод ходить туда почаще, — усмехнулась Скарлет, отрезая кусочек чизкейка. Девушки посмеялись и продолжили болтать, будто неприятной темы и не было, но Лисанна заметила, какими взглядами обменялись Мира и Эльза. И это отнюдь не планирование посиделок со сладостями в кафе.       Нет, Штраус-младшая точно знала, что ее сестра, на пару с Эльзой, даже если и волновались за Люси, но отступать от задуманного, а именно помирить этих двоих, они уж точно не собирались.