Брак вслепую

      Люси вышла из такси, стоя на подъездной дорожке дома семьи Фуллбастер. В ее голове словно на повторе проигрывались слова Нацу о том, что же на самом деле произошло тогда. Девушке трудно было поверить, что окажись это все правдой, то она сама виновата в своей депрессии и в том, что причинила боль Драгнилу. Ну и, соответственно, буквально напросилась к Лисанне, рассказала всем подругам о том, какой же ее бывший — говнюк и так далее.       Хартфилия быстро подошла к двери и позвонила, не позволив себе передумать и уехать домой к Лис, потому что ей было жизненно необходимо знать правду. Сердце учащенно забилось в груди, когда она услышала неторопливый топот по ту сторону двери. Грей неспешно открыл ее, не отрываясь от смартфона в его ладони.       — Привет, Грей, — начала девушка, слегка улыбаясь. Фуллбастер дернулся, выронив из руки телефон и в неверии уставившись на блондинку. Она не знала, чем была вызвана такая его реакция хотя, может быть, он просто не ожидал ее появления? Значит Нацу не успел ему позвонить и предупредить.       — Привет, Люси, — ответил учтиво брюнет, отходя в сторонку, приглашая ее войти. Хартфилия, поблагодарив, прошла внутрь, начиная разуваться. — Я уже и не ожидал увидеть тебя. Джувия говорила, чтобы я и не пытался тебя искать.       — А зачем ты хотел меня найти? — недоуменно спросила девушка, посмотрев на молодого человека. Было довольно странно, что в данной ситуации парень улыбался, глядя на нее.       — Как зачем? Мой лучший друг страдал и мне как-то хотелось облегчить ему участь, — ответил он, ведя блондинку на кухню. Судя по всему, Джувия сегодня была на факультативах, раз ее не было дома.       — Я тоже не радовалась жизни, знаешь ли.       — А откуда мне знать, если мне никто толком ничего не рассказывал? — саркастично подметил он, скрещивая руки на груди. Он прожигал ее взглядом, и Хартфилия поерзала на месте от неприятных ощущений. — Я не экстрасенс.       — Ты вообще здесь не причем, — просто ответила она, осмелившись посмотреть в его глаза. — Я сегодня виделась с Нацу. Точнее, он пришел ко мне в кафе. И мне нужно узнать кое-что.       — М?       — О чем разговаривал ты с Нацу три недели назад, когда вы поругались с Джувией?       — Много о чем, — начал молодой человек, опираясь бедром о стол. — Сначала о том, какой же я говнюк, потом — об алкоголе, затем — о свадьбах…       — Ты знаешь, что я имела в виду, — прервала она его перечень, желая поскорее перейти к делу. — Ты видел меня, так? Ты не мог меня не заметить, потому что смотрел в упор. О чем вы тогда говорили?       — О девушках, — честно ответил Грей, смотря прямо в ее глаза. Чтобы Люси убедилась, что он не лжет. — Он говорил, как ему было плохо в отношениях с Лисанной и что он нашел свой идеал — тебя. Я только спросил его, как он понял, что ты — «та самая» для него.       Хартфилия уставилась на него, не веря своим ушам. Неужели Нацу не соврал? Ее сердце пропустило удар, когда она осознала свою оплошность. Девушка загнала не только себя в депрессивное состояние, но и парня, который этого, по сути, не заслуживал. Она чувствовала как стыдливый румянец начал медленно заливать ее щеки. Но все же, как-то слишком складно говорил брюнет, тем более, что тогда он был пьяный.       — Это было три недели назад, — заявил девушка, слегка хмурясь. Она, конечно, на память не жалуется, но уж точно бы запамятовала подробности разговора такой давности. — Неужели ты так хорошо помнишь, о чем вы говорили? Да еще и после выпитого виски?       — Во-первых, — Грей негромко засмеялся, искренне улыбнувшись девушке, — у меня высокая сопротивляемость к алкоголю. Я могу пить бутылками в одиночку и практически не пьянеть. Во-вторых, я все время прокручивал этот гребаный разговор в своей башке, что могу его чуть ли не наизусть пересказать. Я все пытался понять, что же тебя так расстроило, даже выпытывал у Джу то, что ей рассказала ты, но она упрямо продолжала молчать и злиться на меня.       Теперь Хартфилия чувствовала себя еще более неловко; она не только напрасно мучила себя и Нацу, но еще и Джувию с Греем, которые были вообще не причем. И как ей теперь всем объяснить, что это она — дура, которая извратила все в своей голове, вогнала себя в подавленное состояние, страдала из-за этого, а этого всего и не было? Она никогда в жизни себя так не вела. Ни один парень не мог вызвать у нее таких эмоций, как сейчас. И Люси осознала, что она любила Нацу. Ни влюбленность, ни страсть не сравняться с тем, что она испытывала к нему, это было ясно как божий день. Осознание пришло внезапно, и девушка застыла на месте, словно ее громом поразило. И Фуллбастер это заметил.       — Если ты любишь его, то вернись домой, — начал парень, разворачиваясь к девушке всем телом. Он подошел ближе и положил руку ей на плечо, привлекая ее внимание. — Мы все видим, что между вами двумя происходит, и я с уверенностью могу сказать, что он никогда в жизни не был таким, какой он сейчас с тобой. Ты знаешь совершенно другого Нацу; спроси кого угодно, да ту же самую Лисанну. Они все скажут то же самое.       — Я, — начала было Люси, но опустила голову пристыженно. Когда она ее подняла, чтобы посмотреть на Грея, то по ее глазам уже текли слезы. Парень слегка поморщился; не любил он женские слезы. — О боже, прости меня пожалуйста! Ты и Джувия — вы были не при делах, а я своими действиями разделила вас! — она захныкала громче, прикрывая руками лицо.       — Эй, эй, не плач, — немного неумело, Фуллбастер приобнял ее, похлопывая по спине. — Ты ничего такого не сделала! У нас с Джувией все хорошо. Самое лучшее, что ты можешь сейчас сделать, это прекратить страдания этого идиота. Меня бесит видеть его полуживым.       Люси улыбнулась ему, быстро кивнула и, схватив сумку со стола, ринулась на выход, параллельно прощаясь с ним. Когда она быстро напялила обувь и вышла за дверь, она нос к носу столкнулась с Джувией и быстро бросив через плечо, что Грей ей все объяснит, помчалась на всех парах домой. Хартфилия даже не пыталась стереть слезы, которые все еще текли по ее щекам, но уже не от горя, а от радости. И она не могла их остановить, как бы не старалась.       Оказавшись перед коттеджем, она увидела машину Нацу, припаркованную перед домом. Не останавливаясь ни на секунду, она подошла к двери и постучалась в нее, улыбнувшись, когда услышала тихое бормотание где-то в глубине дома. Она стояла совсем недолго, прежде чем дверь распахнулась, а перед ней стоял Драгнил с повязкой на руке. Его недовольный взгляд сменился удивленным, когда он увидел, кто стоит на крыльце. Девушка переводила взгляд с его лица на повязку и обратно.       — Привет, Люси, — розововолосый опустил голову, посмотрев себе под ноги, но потом медленно поднял свой взгляд на ее лицо. — Ты что, плакала? Что-то случилось? — спохватился парень, протягивая к ней руку, боясь даже прикоснуться к ней.       Блондинка ничего не ответила; она лишь обняла его за шею и прильнула своими губами к его. Медленно и нежно она целовала его, наслаждаясь ощущением крепких рук вокруг нее, тепла его тела и мягкости губ. Драгнил гортанно простонал, но не брал инициативу на себя, позволяя девушке самой контролировать поцелуй.       Они остановились всего на секунду, чтобы перевести дух, прежде чем Люси поцеловала его в щеку, а затем повторно припала к губам, углубляя поцелуй. Она приподнялась на носочки, чтобы быть немного выше, но это практически не возымело эффекта; Нацу крепко обнял ее за талию, приподнимая над землей, чтобы ей было удобнее. Хартфилия неспешно подняла руку и провела рукой по мягким розовым волосам, запоминая этот момент.       Девушка не знала, сколько времени они так стояли, но чувствовалось, словно прошла вечность, прежде чем они закончили свой поцелуй. Прерывисто дыша, Люси прислонилась своим лбом к его, лучезарно улыбаясь. Драгнил тихо хохотнул, вздохнув удовлетворенно. Он чмокнул ее в кончик носа и поставил на землю; широкая улыбка озарила его лицо.       — Значит ли это, что ты узнала правду? — счастливо спросил он, смотря прямо в ее карие глаза. Хартфилия лишь кивнула, обнимая его за талию. — Так ты возвращаешься домой?       — Да, — блондинка хихикнула, глубоко вдыхая запах, свойственный только ее любимому. Он гладил ее по спине, периодически целуя в макушку. — Я возвращаюсь домой.       — Наконец-то Хэппи успокоиться, — пробормотал Драгнил, недовольно фыркнув. — Он будто бешенство подхватил, когда ты ушла; кусается и царапается все время. Постоянно творит неведомую хрень, типа того, что сейчас опрокинул цветок и начал разносить грязь по всему дому.       — Что я могу сказать? Он ведь любит свою хозяйку, — Люси подмигнула ему, проходя в дом.       — Эй! Так-то я его хозяин, — наигранно проворчал Нацу, закрывая дверь. Хартфилия видела, каким счастливым он стал в отличии от того, что было сегодня в ресторане. Он выглядит расслабленным и радостным; вся нервозность покинула его в одночасье.       — А вкусно его кормила я, — быстро ответила блондинка и они оба рассмеялись.       Обняв ее за плечи, они прошли вглубь дома, попутно беседуя о том, что же случилось за те три недели, что они не виделись. Люси рассказала, как она жила с Лисанной и какой же милой она была; всегда радостная, веселая и никогда неунывающая. И она пожурила своего парня за то, что он так нелестно отзывался о Штраус перед Греем, на что Нацу лишь рассмеялся и сказал, что она не знала пепельноволосую так, как он. В свою очередь, Драгнил не стал говорить, как ему было плохо без нее, потому что ему не хотелось портить настроение; да это уже было и неважно, она сейчас здесь с ним и все замечательно.       Хэппи пришел через полчаса и тут же бросился в объятия девушки, попутно немного расцарапав ее ногу, по которой он взбирался, но кажется она даже не обратила внимание. Люси даже могла поклясться, что видела слезы на его мордочке, но ей вполне могло и показаться. Как только розововолосый приближался к девушке, кот тут же ерепенился и начинал шипеть в сторону хозяина, выпуская коготки. Хартфилию позабавила такая реакция; будто Хэппи пытался ее защитить и знал, что Драгнил был виноват в ее уходе.       Они вдвоем распланировали весь завтрашний день, чтобы провести его только вдвоем. Ну точнее, сначала они перевезут вещи блондинки от Лисанны, а затем уже сходят в ресторан и погулять по вечерней набережной, и на фейерверки посмотреть в парке, и побывать на полуночном фестивале. Хартфилия отправила смс’ку Штраус-младшей, что с ней все хорошо и кратко описала, где она и почему. Девушка надеялась, что подруга на нее не разозлиться. Потом ответила на смс Джувии с поздравлением и пошла переодеться в то, что у нее здесь осталось.       Когда она вошла в спальню, то увидела, как Нацу снимал заляпанную белую футболку и остался в одних только пижамных штанах, которые были низко посажены на его бедрах. Хартфилия уже не думала о переодевании, а лишь о своем внезапном желании. Сердце слегка участилось, также, как и дыхание; после столь долгой разлуки она не могла больше ждать. Особенно, когда ее парень был сексуален.       Блондинка подошла к парню и, обняв его за шею, мучительно медленно начала поцелуй. Ощущения внезапно обострились, и она отчетливо чувствовала все в ярких красках. От нестерпимого желания девушка потерлась бедрами о него, чтобы хоть как-то снять напряжение, но это не помогло. Грудь внезапно стала тяжелее и ей хотелось освободиться от лифчика, чтобы ощутить горячую кожу Нацу уже не через ткань.       Оторвавшись от его губ, Люси провела губам по его шее вниз до того места, где у него был небольшой шрам. Драгнил негромко простонал, задирая майку девушки и мягко трогая ее грудь. Хартфилия резко отпрянула, опускаясь на колени перед ним, проведя ладонями по крепким мышцам пресса.       — Люси, что ты…? — розововолосый не успел договорить, как девушка опустила его штаны и взяла его в рот.       Парень буквально проглотил окончание предложения, когда она провела языком по головке его члена, слегка сжимая ладонь вокруг основания. Его колени едва не подогнулись, когда она начала медленно двигаться в такт со своей рукой, даря ему невероятное наслаждение. Он понимал, что если Хартфилия продолжит его мучить, то он долго не продержится. Взяв остатки силы воли, он сквозь зубы пробормотал:       — Вставай.       Девушка победно улыбнулась и послушно встала, снимая с себя футболку, а затем расстегнув и лифчик. Нацу прижал ее к себе, покрывая поцелуями ее шею и скулы; он медленно проводил руками по груди девушки, периодически дергая затвердевшие соски, получая в ответ тихие стоны удовольствия.       — Нацу, ты нужен мне, — прошептала Хартфилия, переминаясь с ноги на ногу. Все ее тело мелко подрагивало в ожидании большего. — Скорее, поторопись и возьми меня уже.       Розововолосый улыбнулся напротив ее кожи и, опустив руки, зацепил пальцами резинку ее шорт вместе с трусиками и спустил их вниз, помогая девушке освободиться от остатков одежды. Она стояла перед ним абсолютно обнаженная с томной улыбкой на лице в ожидании.       Подтолкнув ее к кровати, он положил ее животом на мягкий матрас, приподнимая ее бедра и слегка раздвинув колени. Он вошел в нее медленно, чтобы она привыкла к нему после небольшого перерыва, останавливаясь и наслаждаясь ощущениями. Люси выгнулась навстречу его движению, всхлипнув в подушку от удовольствия. Нацу крепко держал ее за бедра, не давая блондинке двигаться как ей хотелось.       Спустя пару секунд он начал ритмично двигаться, проведя рукой по гладкой коже ее спины. Не переставая двигаться, он нагнулся и мягко прикусил плечо девушки, проведя рукой по ее животу вниз. Когда Хартфилия поняла, где он ее коснулся, она негромко вскрикнула, инстинктивно поддаваясь ближе к телу Нацу. Он лишь продолжил свою медленную пытку, пока девушка буквально не была уже на грани.       — Ох, Нацу, — протяжно застонала она, кончая; мелкая дрожь пробрала ее, и она опустила лицо на матрас, тяжело дыша.       Через пару толчков парень прошептал ее имя и последовал за ней, опершись о руки, чтобы не придавить блондинку своим весом.       Сладкая нега растекалась по всему ее телу, и Люси блаженно улыбнулась, не желая шевелиться. Драгнил медленно поднялся и ушел в ванную, учтиво захватив с собой полотенце для нее.       Они оба легли в кровать, и парень притянул ее к себе, обнимая рукой. Блондинка посмотрела на его расслабленное лицо и, не удержавшись, поцеловала в щечку. Нацу лишь хмыкнул и повернулся к ней, целуя в лоб. Они наслаждались тишиной и моментом, который только что произошел. Им не нужны были слова, чтобы понять чувства друг друга.       — Я скучала по тебе, — шепотом произнесла девушка, вслушиваясь в спокойное сердцебиение молодого человека. — Эти три недели были адом.       — Да, я тоже очень скучал, Люси, — он кивнул напротив блондинистой головы, вдыхая запах лаванды, исходящий от ее волос. — И понял кое-что, пока тебя не было.       — И что же? — поинтересовалась она, желая унять свое любопытство.       — Я хочу настоящую свадьбу. И чтобы ты была моей.