Пожалуйста, Грейнджер.

Гермиона Грейнджер, рассматривая слишком неожиданного гостя, молчала, не выходя на крыльцо, но и не приглашая мужчин в дом. — Мисс Грейнджер? — нарушил затянувшуюся тишину Люциус, почтительно поклонившись, чем ещё больше удивил и даже смутил Гермиону. — Это розыгрыш что ли? — выдавила темноволосая женщина, не отводя взгляда от старшего Малфоя. — Малфой, это ещё одна твоя попытка к тому, что ты обещал закончить? — Нет, на этот раз всё действительно произошло само, — посмотрев на отца, ухмыльнулся Драко. — Одиннадцать лет назад я вёл себя ужасно, напугал вас, расстроил и своими действиями побудил к побегу из дома. Позвольте же сейчас мне исправить ошибки прошлого, которые довольно-таки давно давят на моего сына, который ни в чём не виноват. Скептический взгляд Гермионы не внушал надежды, но ведь Малфои не сдаются, верно? — Уверяю, это не шутка, не розыгрыш, не попытка Драко исправить не свои ошибки с помощью меня. Приход сюда — истинно моё решение, а Драко появился здесь случайно. Несколько минут Грейнджер молчала, но потом полностью открыла дверь и лёгким кивком головы пригласила двух мужчин войти. — Я готовила завтрак, поэтому здесь немного не прибрано да и к чаю пока ничего нет… — растерянно проговорила кареглазая женщина, заходя на кухню. — Да и вообще, у меня сегодня выходной, поэтому я в таком виде… — Не волнуйтесь, Гермиона, — обратился к ней Люциус, вызвав ещё одну вспышку удивления на невероятно милом женском лице. — Не удивляйтесь, что я называю вас по имени, все мои предрассудки давно в прошлом. Также не беспокойтесь насчёт десерта: Драко захватил с собой чай с булочками. На этих словах Малфой-младший поставил на кухонный стол пакет с чаем и булочками, заметив искру некоего потрясения в карих глазах хозяйки дома. Лёгким взмахом волшебной палочки, которую любезно одолжил старший из Малфоев, вскоре кухня сияла чистотой, а на столе дымились три кружки ароматного чая, принесённого Драко, на тарелке аккуратной горкой лежали булочки. Все трое расселись за столом и уставились в свои чашки, явно не зная, с чего начать. Люциус, чувствуя всеобщую неловкость, всё же решил начать рассказ, методично помешивая чай маленькой серебряной ложечкой. Одиннадцать лет назад Из невероятно красивой церкви готического стиля вышла молодая пара. Невеста была облачена в белое платье, а жених — в идеально отглаженный черный костюм. Правда, этих молодоженов от все других отличала одна маленькая деталь: когда они смотрели друг на друга, в их взглядах не было тех ярких огоньков, обычно загорающихся в глазах по-настоящему влюбленных людей. Астория повернулась к Малфою и протянула ему левую руку, на которой тускло блестело обручальное кольцо. Которое, в принципе, ничего не поменяло в её жизни. — Найди ту девушку, Драко, — мягко сказала девушка, легонько пожимая руку юноши. — И будь счастлив с ней так, как планировалось. — Спасибо, — серьёзно произнёс Малфой, отвечая на рукопожатие. — Будь счастлива и ты, Астория. Двери церкви снова распахнулись, выпуская на прохладный сентябрьский воздух Нарциссу в длинном плаще нараспашку. Светлые волосы женщины, искусно завитые в честь такого, казалось, грандиозного события, лишь немного растрепались, пока она подходила к молодым людям. — Фотографы уже ушли, в газете будет маленькая заметка о вашем браке, — слегка нахмурившись, сообщила миссис Малфой. — Надеюсь, они не раздуют из этого целую историю, и ваша фотография не будет красоваться на первой полосе «Пророка». Машина скоро подъедет и отвезёт Драко в его дом, а тебя, Астория, — в аэропорт, скоро будет объявлена посадка на твой рейс. — Спасибо вам, — сердечно поблагодарила несостоявшуюся свекровь по-прежнему Гринграсс. — Драко, машина уже здесь. Малфой-младший с благодарностью кивнул матери и отправился вместе с девушкой в белом к машине, которая уже ждала их у дороги. Приехав к дому, который перешёл ему по наследству от какой-то дальней и ужасно богатой бабули, которая не чаяла в нём души (сам Драко, конечно же её не помнил), поэтому и оставила ему в наследство этот небольшой, но очень красивый дом, на подъездной дорожке к которому сейчас находился светловолосый юноша. Бывший слизеринец, едва зайдя в холл, снял с себя пиджак и расстегнул воротник рубашки, от которого ему почему-то стало трудно дышать. Пиджак нашёл свое пристанище на диване, а хозяин дома скрылся за одной из нескольких дверей на втором этаже, к которому вела широкая дубовая лестница. Он подошёл к столу, стоявшему у большого окна и схватил телефонную трубку, приспособление, которое за несколько дней уже стало неотъемлемой частью его жизни. Следующим движением Драко раскрыл довольную пухлую тетрадь, пестревшую телефонными номерами всех людей, который каким-то образом могли знать, где сейчас находиться потерянная Гермиона Грейнджер. Несколько наборов цифр уже были перечеркнуты жирными чёрными линиями, словно оборванные ниточки, ведущие к Грейнджер и её местоположению. Слегка дрожащими пальцами юноша набрал очередную комбинацию цифр и стал ждать, когда до скрипа в зубах ненавистный голос ответит на звонок. Ожидание измерилось несколькими гудками, прежде чем в трубке раздался немного сонный голос Рональда Уизли: — Алло? — Уизли? — Кто это? — Догадайся с трёх раз, — начал понемногу терять терпение Малфой. — Малфой? — сонливости в голосе как не бывало, теперь её заменила жгучая ненависть. — Десять очков Гриффиндору, — усмехнулся Драко. — Мне нужно узнать, где сейчас Гермиона, и я уверен, что ты знаешь, где это место. — Рассчитываешь, что я скажу тебе, куда она уехала, чтобы быть как можно дальше от такого подонка, как ты? — издевательски спросил Рон, видимо, почувствовавший некое превосходство, связываясь с Малфоем лишь посредством линий электропередач. — Да, рассчитываю, — твёрдо сказал юноша, но надежда, появившаяся было в его душе, моментально погасла. — Зря. Я никогда не скажу тебе, где сейчас Гермиона, потому что ты больше никогда не приблизишься к ней. Оставь её в покое, Малфой. Она больше не твоя девушка, не твоя будущая жена, не твоё счастье, ты никогда не имел на неё прав, и если ты думаешь, что купив её букет безобразно дорогих цветов и бутылку лучшего шампанского, которое, она, кстати, ненавидит, то она тут же простит тебя и примет обратно? Послушай меня, Малфой. Ты никогда больше её не увидишь, ты исчез из её жизни, а она — из твоей. Будь добр, забудь этот номер, наши имена и тот факт, что мы когда-то были знакомы, — ледяным тоном, в котором чувствовалась плохо скрываемая ярость, выдал Рон. — А теперь ты послушаешь меня, Уизел. Не тебе решать, что мне делать, куда идти и у кого спрашивать. Гермиона не является твоей собственностью, поэтому ты не можешь распоряжаться её решениями и всем остальным. Если ты по-прежнему, так по-детски влюблён в неё, нужно было действовать решительней. Я найду её даже без твоей помощи, — стальным тоном ответил Драко, но слушали его только телефонные гудки. Юноша в бешенстве бросил трубкой, а ещё один телефонный номер был перечёркнут особенно жирной чёрной линией. После того, как рассказ Люциуса был дополнен комментариями Драко, на кухне снова воцарилась тишина. Чай был не тронут и давно остыл, а аккуратная горка булочек развалилась. — Значит, никакой свадьбы не было и не должно было быть? — глухим голосом, не поднимая головы, спросила Гермиона. — Именно, — кивнул Малфой-старший. — Я сам какими-то неизвестными мне методами, которых, я просто-напросто, уже не помню, создал этот фальшивый документ, скреплённый фальшивой печатью. Асторию я нашёл там, где лечился. Она мне приглянулась, и я подумал, почему бы и нет. Я действительно очень сожалею, что разрушил вашу уже начинавшуюся счастливую жизнь, молодые люди. Вы потеряли столько времени, обижаясь на друг друга, что я больше не мог жить с этим спокойно. — Драко… Драко искал меня? — слегка дрожащим голосом вновь спросила Грейнджер. — Все эти годы, — кивнул бывший слизеринец, бездумно мешая своей ложкой чай. — Никто не хотел говорить мне твой адрес, потому что я считался настоящим негодяем, и я ощущал себя таковым каждый чёртов день из этих лет. Он усмехнулся, но усмешка вышла невесёлая. — Но как вы смогли найти мой адрес, ведь я наложила на него чары? — подняв глаза и слегка нахмурившись спросила женщина. — В этом мне помогла случайность. Вы, накладывая чары на дом и адрес, допустили ошибку в моём втором имени. Меня зовут Люциус Абраксас Малфой, а вы, видимо, произнесли, как Люциус Абракас Малфой, поэтому настоящий Люциус Абракас Малфой, если такой существует, не может видеть вашей биографической карточки в картотеке Министерства, а я, как оказалось, могу. Поэтому я оказался здесь. Поймите меня, мой разум был замутнен травмой после Битвы, мне пришлось скрываться, лечиться, спешка, переживания, постоянный страх только усугубили моё положение, поэтому я поступал вопреки самым обыкновенным законам приличия. Чтобы заставить сына жениться на той девушке, которую была выбрана ему, я даже угрожал своим близким самоубийством… — О да, — подхватил Драко, вспоминая тот мрачный, дождливый день. Одиннадцать лет назад. — Милый, немедленно слезай оттуда! Ты можешь выпасть и разбиться! — дрожащим от волнения голоса воскликнула Нарцисса, протягивая к стоящему на широком подоконнике открытого окна мужу. — Люциус, пожалуйста! — Здесь не ценится моя личность, мой выбор или советы! — визгливо отозвался Люциус Малфой, крепко держась за оконную раму. — Пусть вы будете мучаться, когда моё тело будет лежать на земле уже без движения! — Отец, дай руку, я вытащу тебя оттуда, — крикнул Драко, осторожно подходящий всё ближе и ближе к отцу. — Не делай этого! — Уйди, предатель крови! Предатель отца своего! Я воспитал тебя, дал своё имя, любовь, передал положение в обществе и уважение многих и многих волшебников, а ты так отплатил мне, мерзкий щенок? Убирайся из этого дома! — выплюнул старший из Малфоев, скривившись при виде сына. — Если я женюсь на Астории, ты слезешь оттуда? — стараясь перекричать вой уличного ветра, врывающегося в комнату через распахнутое настежь окно прокричал Драко. Люциус тут же успокоился и, повернувшись к сыну, утвердительно кивнул. Следы его недавней истерики исчезли с бледного лица, и мужчина без посторонней помощи спустился с окна, закрыл его и с победным видом вышел из комнаты. — Ты действительно сделаешь это? — с непониманием спросила Нарцисса у сына, как только глава семейства скрылся за дверью. — Нет, — вздохнул Драко, взъерошивая светлые волосы. — Мы сделаем совсем по-другому… — Ему пришлось согласиться, иначе я бы точно выпал из этого окна, — виновато закончил Малфой-старший. — Мисс Грейнджер, это помутнение рассудка бесследно исчезло, Драко рассказал мне о том, как они смогли провернуть эту свадьбу, одев на пальцы друг друга обычные кольца, не скрепленные магией, как переодели Пэнси в женщину, которая обычно читает эти клятвы, которые занимают целую уйму времени. Скорее всего, она выпила Оборотное зелье, но в целом, их задумка прошла как по маслу, я ни о чём не догадывался, пока не прошло несколько лет, а сын с женой ни разу не появились у нас в доме. Но тогда же началось и восстановление моего разума. Позже Нарцисса и Драко мне всё объяснили, и я понял, насколько был не прав, так жестоко обращавший с вами, мисс Грейнджер и с собственным сыном, стараясь выдать своё мнение под видом его собственного. Это был подлый, нечестный поступок, и я прошу вас простить меня и дать моему сыну ещё один шанс, который он заслужил, — немного торжественно закончил Люциус, глядя на Гермиону, которая сидела абсолютно тихо, только слушая. Через несколько минут тишины раздался её тихий голос: — Столько неправильных мыслей и предположений, — сказала она, и едва слышный всхлип прервал её фразу. — Столько невысказанных слов, столько обид… Этого слишком много для одного утра, не находите? — по её губам скользнула совсем невеселая улыбка. — Я вижу, что всё, что вы говорили, было искренне, но я прошу дать мне время, чтобы все понять и как следует обдумать, потому что сейчас ещё слишком сложно принять окончательное решение. — Целиком ваше право, — с видимым облегчением кивнул Люциус, поднимаясь. — Мне пора возвращаться к Нарциссе. Вас оставить вдвоём? — Нет, — в один голос сказали Драко и Грейнджер, после чего быстро посмотрели друг на друга и, смутившись, замолчали. Наконец, Малфой-младший заговорил снова: — Мне нужно ехать домой, снова много работы, а Гермионе нужно побыть одной, — и, пересилив свою нерешительность, бывший слизеринец бережно погладил темноволосую женщину по плечу. На этот раз она не отстранилась. Поймав взгляд отца, Драко кивнул, и они вместе с Люциусом покинули кухню, оставив Грейнджер наедине с тремя полными чашками ароматного, но уже остывшего чая. — До свидания, мисс Грейнджер, — сказал напоследок старший из Малфоев и вышел из дома, оставив смотрящего на Гермиону Драко стоять в коридоре. Кареглазая женщина подняла глаза и встретила взгляд младшего Малфоя. Она слегка улыбнулась и подняла ладонь в знак прощания. Мужчина облегченно улыбнулся и тоже поднял ладонь, прощаясь. После чего тоже покинул дом с медной семеркой на двери, закрыв на собой дверь. — Спасибо, что решился на это, — искренне сказал Драко, протягивая отцу руку. — Сам бы я ещё долго с этим справлялся. — Я и сам этому рад, — заметил длинноволосый мужчина, с удовольствием пожимая сыну руку. — Теперь остальное в твоих руках. И, если всё пройдет успешно, мы с матерью ждём вас на ужин в Малфой-мэнор. — Мы не заставим вас ждать, — усмехнувшись, заверил Люциуса Драко. Люциус трансгрессировал, взметнув в воздух несколько пожухлых листьев. Малфой в последний раз оглянулся на кухонное окно, за которым тут же промелькнул силуэт женщины, прячущейся за занавесками. Драко улыбнулся и тоже трансгрессировал, заставив почти умершие листья в последний раз станцевать свой вальс. Оказавшись рядом со своим домом, Малфой почувствовал настоящее облегчение. Всё встало на свои места, и теперь окончательное решение было за Гермионой, но почему-то бывший слизеринец верил, что его закадычная подруга Фортуна вернулась к нему. Вдруг мужчина заметил какое-то движение в своём саду. С тревожным предчувствием, он открыл калитку и зашёл в сад, крепко стиснув в руке волшебную палочку. Тут из-за небольшой вишни вышла светловолосая женщина и, заметив Малфоя, широко улыбнулась ему. — Драко! — Астория?