Пожалуйста, Грейнджер.

Примерно в четыре часа утра, в воскресное утро, Малфоя разбудило настойчивое пиликанье его мобильного, который лежал на тумбочке. Гермиона пошевелилась, поэтому Драко быстро схватил телефон и нажал на кнопку принятия вызова, стараясь делать всё как можно тише, чтобы не разбудить Грейнджер. Он поднялся с кровати и выскользнул в коридор, прижимая к уху прохладную металлическую телефонную трубку. На том конце провода послышался голос Забини, который уже начал что-то говорить, но Малфой перебил его, попросив начать всё сначала. — Сейчас не время медлить, Малфой, — Блейз, казалось, был не на шутку встревожен. — Они сбежали из Азкабана, понимаешь? Они сбежали, чтобы отомстить тебе. — Кто они? — переспросил не до конца проснувшийся Драко. — Пожиратели, Малфой. Те, кого забрали мракоборцы после Битвы из Большого зала. Те, кого не придавило глыбами. Они сбежали несколько минут назад и тут же скрылись. Если ты сейчас у Грейнджер, уходи оттуда и постарайся как можно быстрее прийти сюда. Если мои предположения верны, они попытаются найти тебя и отомстить за твоё предательство, но Министерство сможет выдержать их нападки, а домишко Гермионы и двое взрослых да ещё и ребенок — нет. — Какие Пожиратели на свободе? — серьезно спросил Драко, нервно осматривая коридор, словно он мог найти там решение вдруг навалившихся проблем. — Алекто и Амикус Кэрроу и Нотт-младший, — перечислил Блейз. — Поторопись. После чего отключился, оставив Малфоя на давящей на уши тишиной пустого коридора. Он вернулся в спальню Гермионы, быстро поцеловал его в лоб, задержав ненадолго взгляд, схватил свою одежду и выскочил из комнаты, бросаясь по коридору к лестнице, не заскакивая в спальню Мил. Малфой боялся, что, увидев свою дочь ещё раз (кто знает, может, в последний?), он уже не сможет уйти. Он выбежал на улицу в распахнутом пальто. Промозглый ветер тут же затеял игру с его светлыми волосами, а кожа покрылась мурашками от холода и… волнения. Вынув палочку из кармана, Драко трансгрессировал, оставляя дом номер семь по-прежнему спать. Оказался Малфой в кабинете Блейза, который нервно ходил по своему кабинету, глядя себе под ноги. — Наконец-то, — завидев светловолосого мужчину, проворчал Забини. — Грейнджер и Мил в безопасности, пока я здесь? — встревоженно спросил Драко, глядя на друга. — Очень надеюсь, что да, — мрачно заметил Блейз. — Мы ждём их с минуту на минуту. Их не видно на магических радарах и картах, мы не можем вычислить их местоположение, даже примерное. Они могут появиться в любую секунду. — Не спрашиваю, как они сбежали, потому что это не важно, — сказал Малфой. — Они должны вернуться обратно в Азкабан. — Это и так понятно, — потёр переносицу Забини. Напряженную тишину кабинета прервал судорожный стук дверь, заставивший двух мужчин повернуться. В кабинет заглянула женщина и, найдя глазами Блейза, зашла в помещение, сжимая в руках какую-то папку. — Что там, Саманта? — нетерпеливо спросил мулат. — Блейз, кажется, они не собираются нападать на Министерство или мистера Малфоя, — слегка дрожащим голосом начала женщина. — Они… — Они что? — сквозь зубы прорычал Забини. — Мы нашли кое-что в районе Шафтсбери, — выдавила Саманта. — Они движутся по направлению к Клеверной улице Мгновение — и в кабинете остались только Блейз и рыжеволосая женщина, прижавшая свою папку к груди. — Решили отомстить побольнее, мерзавцы, — почти простонал мулат, проводя рукой по волосам. — Как будто ему и так проблем в последние годы было мало…

***

Снова оказавшись во дворе седьмого дома, Драко со всех ног бросился в дом, плечом вышибая дверь и взлетая по лестнице наверх. Он забежал в спальню Грейнджер и, присев рядом с ней на корточки, мягко потряс женщину за плечо. — Грейнджер, просыпайся, — севшим голосом просил Малфой. Женщина открыла глаза и немного затуманенный взглядом посмотрела на бывшего слизеринца. — Малфой? — сонно спросила она, стараясь сфокусировать взгляд. Вдруг мужчина почувствовал такую любовь к ней, глядя на её растрепанные после сна волосы, что ему ещё больше захотелось спрятать Гермиону и дочь подальше отсюда, спасти, увезти. Только бы успеть. — Бери Миллисенту и трансгрессируйте в Министерство, — торопливо заговорил Драко. — Если все пройдет удачно, я сам объясню вам позже. Если нет…то Блейз всё объяснит вам. — Что происходит? — теперь и Грейнджер казалось встревоженной. — Тебе угрожает опасность? — Вы в опасности из-за моих оплошностей в прошлом, — невесело усмехнулся Малфой. — Пожалуйста, поторопись. Гермиона быстро поднялась с кровати и побежала в комнату к Миллисенте, чтобы быстро собрать её. Как только она убежала, снизу раздался грохот. Драко громко выругался и бросился за Грейнджер. Они обе стояли посередине комнаты и смотрели на него. — Они уже здесь, — каким-то безэмоциональным голосом произнёс Малфой. — Уходите немедленно, спасайтесь, прячьтесь. Он наскоро поцеловал дочь в лоб, а Гермиону — в губы, стараясь запомнить этот момент навсегда, будто прощаясь. Затем, не оглядываясь, он вышел из комнаты. Внизу, осматриваясь, стояли трое Пожирателей — Теодор Нотт, Алекто и Амикус Кэрроу. Последние ушли на кухню и уже опустошали холодильник, чем вызвали бешенство Нотта-младшего. — Перестаньте сейчас же! Вы сюда не за этим пришли, — прошипел Теодор, вскидывая палочку. — Ты нам не командир и не мамочка, Нотт! — грубо отозвалась Алекто, доставая из холодильника бутылку молока. Секундная тишина, ухмылка Нотта, а затем — крик Алекто, извивающейся на полу. — Невербальные заклинания, дорогая, — осклабился Теодор, убирая палочку в карман. В это время вниз спустился Малфой, держа свою палочку наготове. — Мой старый друг, — широко улыбнувшись и разведя руки в сторону, воскликнул Нотт-младший, делая шаг вперед. Драко тут же вскинул палочку, нацелив её прямо в грудь мужчины. — Разве так встречают гостей? — обиженно спросил Нотт. — Но мы пришли не к тебе, поэтому ты прощён. Где Гермиона и её малышка? Я бы очень хотел их увидеть… — Этому не бывать, Нотт, — жестко оборвал его Малфой. — Их здесь нет, поэтому придется тебе довольствоваться моим обществом. — Думаешь, ты мне нужен? — ухмыльнулся Теодор, поигрывая палочкой. За его спиной выросли оба Кэрроу, со злорадными усмешками наблюдая за Драко. — Твоя мелочная душонка мне задаром не нужна, Малфой. Я хочу тебе отомстить, но гораздо изощренней, чем просто убив тебя. Гермиона! — вдруг крикнул мужчина. — Заткнись, — прорычал Драко, по-прежнему целясь в Нотта-младшего.

***

— Мама, кто эти люди, что разговаривают внизу? Почему Драко сказал нам уходить? — засыпала мать вопросами Миллисента, сидя на кровати. — Они хотят сделать ему больно, потому что много лет назад он поступил правильно и не дал сделать им одну очень ужасную вещь, — объяснила Грейнджер, гладя дочь по волосам. — Тебе страшно? — Нет, — ответила девочка. — Но, мама, мы не должны сидеть здесь и ждать, пока всё закончится! Мы должны помочь Драко выгнать этих жестоких, злых людей из нашего дома, понимаешь? — Я должна увести тебя отсюда, потому что находиться здесь — очень опасно, понимаешь? В Министерстве ты будешь в безопасности. — Мама! — зазвенел голос Мил. — Я не могу быть где-то далеко отсюда в тот момент, когда ты рискуешь своей жизнью и ради меня тоже. Не могу! Гермиона молчала, стараясь придумать выход из положения. Зная, что Дамблдор уже успел научить смышленую малышку трангрессии в тайне даже от МакГонагалл, женщина допускала такую мысль, что её дочь сможет спокойно вернуться обратно, если она попытается сейчас отправить её в Министерство. — Ты должна остаться здесь, слышишь? — серьезно сказала Гермиона. — Я пойду вниз, а ты останешься здесь. Не пойдешь за мной, не спрячешься за углом, не будешь стоять там, поняла? Это очень опасно, ты должна быть здесь и ждать нас. — Но… — Пожалуйста, милая! Один раз в жизни послушай меня! — почти взмолилась темноволосая женщина. — Хорошо, — сразу поникла девочка. — Будь осторожна, мама. — Обязательно, — тихо сказала Гермиона, поцеловала дочь и тихо вышла из комнаты.

***

— Гермиона, — протянул Нотт, завидев на верхней ступеньке лестницы хрупкую фигурку бывшей гриффиндорки. — Я уже подумал, что ты не спустишься к нам. Малфой обернулся и посмотрел наверх. Ему вдруг стало больно оттого, что она не послушалась его и осталась здесь, подставляя себя и дочь под удар. — Я почти такая же невежливая, как Драко, — резко ответила Грейнджер, спускаясь. — Ну зачем так грубо? — притворно надул губы Теодор. — Почти вся семейка в сборе, не хватает только вашей прелестной дочурки. Где же она? — Поверь, тебя это не касается, — вскинув голову, сказала Гермиона. Вместо ответ Нотт-младший лишь опять ухмыльнулся, склонив голову набок и едва заметно кивнул. Раздался хлопок. За спиной Нотта остался только Амикус, гнусно хихикавший в свой грязный кулак. — Раз вы не хотите по-хорошему, тогда будет по-моему, — сказал Теодор, складывая руки за спиной. — Кто это у нас здесь такой милый? — послышался сверху сладкий голос Алекто, которая, видимо, нашла Миллисенту. Следом за этим послышался приглушенный звук удара и глухой крик бывшей Пожирательницы. На лестнице появилась Миллисента со своей волшебной палочкой в руке. Её разноцветные глаза горели яростным огнём. — Мил, нет! — выкрикнул Малфой, вложив в этот крик весь свой страх за дочь. — Убегай! — Ты так глуп, Малфой, — покачал головой Нотт-младший. — Ей некуда бежать. За спиной юной Грейнджер выросла мощная фигура мисс Кэрроу. Лицо этой мерзкой женщины было залито кровью, хлеставшей из разбитого носа. Гермиона и Драко почувствовали гордость за свою малышку, благодаря которой и без того огромный нос Алекто стал ещё больше. Но их минутную радость тут же сменил ужас: бывшая Пожирательница схватила девочку за плечи, нещадно сдавив их, отчего лицо Миллисенты скривилось. Маленькая волшебница пиналась, даже пыталась кусаться, чем вызывала только усмешку на губах мисс Кэрроу, которая крепко держала свою пленницу. — Хорошая работа, — снова кивнул Теодор, приказывая рыжеволосой женщине спустится с лестницы. — Отпусти её, — рыкнул Драко, бросаясь на Нотта, но был отброшен назад магическим полем, которым был окружен Нотт-младший и Амикус. — Не так просто, Малфой, — вновь осклабился мужчина. Когда Алекто, держащая Миллисента, заняла своё место рядом с Ноттом и братом, Малфой снова попытался ринуться к ним, но вновь был отброшен назад. — А теперь, — почти торжественно начал Теодор Нотт, глядя прямо на светловолосого мужчину. — Выбирай, Малфой: кто умрет на твоих глазах первым: твоя дочь или женщина, которую ты любишь? Кстати, я всё ещё не забыл, как ты избил меня, когда я похитил тебя ещё будучи Эдди Уэллсом. Драко тяжёлым взглядом смотрел на своего врага. Потом он перевёл взгляд на свою дочь, на лице которой не было ни единого следа слёз, её глаза горели и словно давали почти отчаявшемуся Малфою сил. Девочка шевелила губами, и Драко смог прочитать слово, которое без конца повторяла Миллисента. «Папа.» Радость, смешанная с болью в душе бывшего слизеринца. Ускользающее счастье в руках темноты. — Я могу сделать так, — скучающим тоном начал бывший Пожиратель, наставляя палочку на девочку, отчего Грейнджер едва не бросилась к нему, рискуя тоже быть отброшенной магическим полем. — Империо. Гермиона и Малфой вскрикнули, но в последний момент Теодор перевёл палочку в другое направление и заклятие попало в дверь. — Я контролирую, — гадко улыбнувшись, явно наслаждаясь страхом, написанным на лицах бывшей гриффиндорки и Драко Малфоя. — А, может, Круцио? Ещё один крик Грейнджер, ещё одно попавшее в дверь заклятие. Последняя опасно повисла на петлях. — Я пытаю, — ещё одна жуткая улыбка. — И, наконец, Авада Кедавра. Тут Гермиона не выдержала. Она бросилась прямо к Нотту, который снова увёл палочку от Миллисенты, и заклятие опять попало в дверь, которая с диким грохотом упала на пол. — Я убиваю. Грейнджер не отбросило назад, наоборот, она прошла сквозь барьер* и оказалась схваченной цепкими руками Амикуса Кэрроу. Малфой взвыл. — Теперь, мой дорогой друг, выбирай, — снова склонив голову, сказал Нотт. — Кто умрёт первым: твоя дочь или твоя любимая женщина? Я досчитаю до десяти, после чего они умрут на твоих глазах. На этот раз за спиной мучителя твоей Грейнджер не стоит твоя мать, готовая убить его.** На этот раз у тебя нет защитников, Малфой. Поэтому, раз. Драко напряженно думал. Он знал, что решения нет, потому что он не сможет пробить барьер или обезоружить противников, не сможет защитить свою семью. В нём поднимался липкий ужас, сковывающий горло и лишающий разума. Драко Малфой понял, что проиграл. — Два. Что-то промелькнуло за окном, привлекая внимание Малфоя. Серебристое. — Три. Нотт не мог видеть оленя, который стоял во дворе, так как стоял к нему спиной. Патронус Поттера. Мальчик-Который-Выжил снова пришёл спасать остальных. В душе бывшего слизеринца вновь зародилась надежда. — Четыре. Широко распахнутые глаза Миллисенты, в которых уже появился детский испуг. Боль в карих глазах Гермионы, понимающей, что в этот раз выхода нет. — Пять. Шесть, Малфой, время ускоряет свой ход. Неясная тень за окном. Гулко бьющееся под рёбрами сердце. И животных страх. А вдруг не успеют? — Семь. Входная дверь с треском слетела с петель***, падая прямо на Кэрроу, держащего Гермиону. В проеме появляются две фигуры. Одна из них долговязая, чьи волосы взъерошены, словно никогда не знали расчёски, а у второй волосы отливают золотом. — Десять, Нотт, — резко сказал Рон Уизли, взмахом палочки заставляя Алекто замереть без движения. — Сегодня никто не умрет. Малфой, воспользовавшийся всеобщей суматохой и удивлением Теодора, послал ему в спину Остолбеней, от которого главный Пожиратель рухнул на пол, как подкошенный. — В яблочко, — одобрительно заметил Уизли, помогая Гермионе и Миллисенте встать. — Вы вовремя, — дрожащим от пережитого волнения голосом сказала Грейнджер, хватая дочь за руку. — Спасибо Министерству за верные координаты, — усмехнулся Гарри, связывая бывших Пожирателей. Рыжеволосый мужчина подошёл к Малфою, стоящему у лестницы. — Хочешь ударить меня и обвинить в том, что я даже сейчас ничего не смог сделать сам? — невесело спросил Драко. — Предоставь это мне. Вместо ответа Рон протянул ему руку. — Не в этот раз, Малфой. Через несколько мгновений наступившую тишину разорвали многочисленные хлопки прибывших мракоборцев, которые забрали Нотта и обоих Кэрроу обратно в Азкабан, поблагодарив за содействие Поттера, Уизли и Малфоя. — Да обнимитесь уже, — махнул рукой Рон, заметив поглядывающих друг на друга Драко и Гермиону, стоявших рядом, но явно опасающихся реакции вспыльчивого Уизли. — Мы с Гарри не будем смотреть. Малфой тут же прижал к себе Грейнджер и Миллисенту, зарываясь лицом в волосы первой и сжимая худое плечико второй. Кажется, тогда Гермиона плакала.