Змей Эквестрии. Обман

      Лежа на недавно созданном выступе в склоне самой центральной и по совместительству самой высокой горы на полуострове, я с любопытством аккуратно изменял себе в угоду фенотип дракона, который стал моим первым подопытным. До полного изменения всего генома я ещё не дорос, но вот играть с доминирующими генами я могу в полной мере, а через них — влиять на рецессивные. С момента внезапного подчинения целой расы прошло уже три дня, в ходе которых я с помощью Скипетра отправил по всему Эквусу свой Зов, что пробуждает у всех взрослых и/или магических драконов искусственный инстинкт, от воздействия которого они всеми фибрами души будут стремиться предстать пред очами Лорда.       Да и самим Кровавым Скипетром я научился более-менее управляться на примитивном уровне — отдавать приказы драконам (что происходит порой даже неожиданно, например когда я что-то прошу, а не требую), фокусировать все влияние на одиночной цели, накапливать силу для более мощного воздействия и тому подобные мелочи. Кстати, выявилось ещё одно любопытное свойство — при слишком частом использовании крупицы его энергии проникают в тело пользователя и изменяют энергосистему по какому-то шаблону. Видимо, именно благодаря этому убитый мною бывший Лорд — Торч — и был столь силён, хотя прожил в два раза меньше, чем Красный, да и Скипетром владел лишь полтора года. По словам моей ходячей энциклопедии, в роли которой и выступал очухавшийся Красный, обычно хозяины Скипетра за десять лет вырастают до неимоверных размеров, а про магическую мощь и говорить нечего. Но есть и минус — после ухода с поста Лорда, что сопровождается какими-либо испытаниями для выбора нового правителя, бывший хозяин может протянуть максимум год, после чего издыхает. Жаль, что Торч убил обессилевшего бывшего Лорда ещё полгода назад, мог бы получше разобраться в этой трансформации. Именно поэтому, как бы мне не было любопытно, я блокировал все влияние Скипетра на меня, тем более, что это могло ещё как-то негативно повлиять на моё развитие как Духа. Не хотелось бы стать ни на что не способным нематериальным калекой.       Но вернёмся к драконам и их телам. Я могу с уверенностью утверждать, что они были искусственно преображены до своего нынешнего состояния кем-то много-много тысяч лет назад. И если я даже теоретически не могу предположить что они из себя представляли ранее, то теперь любой начинающий биолог моего мира с полувзгляда на современных драконов может диагностировать тотальное вырождение. На это указывает все в их телах. Неправильное, иногда мешающее ходьбе или полёту, расположение шипов/гребней. Слишком длинные задние конечности, дающие возможность прямохождения и мешающие передвижению на четвереньках, но при этом слишком неприспособленный к такому позвоночник. Странное строение глаз, не подходящее для хищников, не способное ухватить даже вблизи какие-либо мелкие детали. Пропорционально к телу маленькие крылья, из-за чего при полёте затраты магии достигают просто неприлично больших величин. Выпяченные наружу острые как бритва зубы, из-за чего у подавляющего большинства драконов губы представляют собой искромсанные куски мяса, что иногда очень и очень сильно болят. Язык как у пони или человека, хотя им бы больше подошёл видоизменённый змеиный. И это только самое очевидное, внутри же у них творится вообще черти что. Не знаю последствия ли это вырождения или они просто были результатом труда какого-то недоучки-друида, но тела драконов сейчас крайне неэффективны. Хотя через тысячи лет эволюции со сменой поколений они может и достигнут пика своей формы.       Но вернёмся к изменяемому Красному, которого я в добровольно-принудительном порядке заставил стать моим первым подопытным. И конечно же в первую очередь я заключил с ним Контракт, требуя абсолютной преданности в обмен на мою частицу. Как же он мог не согласиться, особенно когда я пригрозил ему повторением участи Торча? И в итоге у меня появилась ручная по-настоящему преданная боевая машина, которую я не замедлил сначала по-полной изучить, а после и слегка модернизировать.       Наибольший интерес для меня представляли три особенности данного вида: Огненное дыхание, полная невосприимчивость к сверхвысоким температурам и сопротивление магии. И если сопротивление магии и огнеупорность объяснялись всего лишь напитанной до критических отметок чешуей и образовывающемуся благодаря этому слабенькому защитному полю, а также несколько интересным способом взаимодействия магии драконов, магии мира и воздействующего на них огня (антимагией тут и не пахнет), то вот с первым у меня возникло наибольшее количество вопросов. И естественно, дыхание оказалось полностью завязано на магию. Важное уточнение: не на энерго-органы/систему, а именно на эту эфирную энергию. В лёгких и трахеях находятся лишь энерго-органы, что являются точками выхода маны, проходя через которые энергия «зажигается» словно бензин от искры. Но на практике их магия настолько «горюча», что драконы способны зажигать ее мыслью, было бы сильное желание и воля, так что и подобные придатки (кстати, тоже явно искусственные) им были даже вредны, так как были своеобразными костылями.       Исследовав в подробностях через частицу остальной его организм, я наметил особо проблемные участки и принялся за их изменение. Изменил строение нервной ткани, самую малость приблизив её к той, что использую я сам. Также перестроил глазные яблоки по подобию своих, только с ориентировкой на дальние расстояния и яркие цвета, все же они созданы не для земли, а для небес. Немного модернизировал мышечный каркас, существенно перестроил скелет, убрал ушные раковины, спрятав ухо под чешую, и вырастил крепкие рога, прикрывающие их. Увеличил и перестроил крылья, особо уязвимые места прикрыв подобием своей чешуи, что на гибкости никак не сказалось, зато существенно увеличило защищенность. Перестроил челюсть, убрав по-идиотски выпяченные зубы. Добавил подвижности в закостеневший позвоночник и поддержал все это дело связками, иначе бы Красный мог при движении вывихнуть несколько позвонков. Существенно изменил чешую, несколько понизив защищенность, но опять же существенно увеличив гибкость и скорость. Вырастил на конце хвоста раскладывающиеся и обтянутые плотной нечувствительной грубой кожей горизонтальные гребни-плавники, что должно существенно увеличить маневренность при полете. И самое глобальное изменение мною было внесено в… дыхательную систему. А вы что думали? Всю эту систему необходимо поддерживать кислородом, именно поэтому я и не изменял красные мышечные волокна на розовые — тогда бы расход энергии был необъятным. А все завязывать на магию… Это резерв маны у драконов астрономический, восполнение же на уровне обычных живых. И при такой перестройке расход будет минимум в полтора раза больше прихода. Да еще и это огненное дыхание… Штука мощная, но уж сложная система энергоканалов (Помимо самого огонька необходима еще и защита от него, а внутренности ведь такие нежные и хрупкие образования…) существенно ограничивает возможности изменения. Так что пришлось изворачиваться. Но даже так Красный стал сильнее в три раза своих сородичей даже по физическим показателям. А вот при модернизации энергетики я разошелся на полную, ведь дракоша-то теперь фактически мой раб и навредить мне при всем желании не сможет.       Слишком мало энергоканалов в крыльях? Увеличить количество! Система получается слишком сложная и хрупкая? Слить несколько крупных каналов в единую магистраль! Идёт конфликт с энергоорганами огненного дыхания? Разграничить! И подобных нюансов ещё тьма-тьмущая, причём большинство из этих дефектов были у Красного ещё с момента вылупления. Но самая большая проблема заключалась в закреплении всей этой красоты не только в генах, но и в магической составляющей. Приходилось буквально по капле стирать его врождённую информацию и в то же мгновение заменять её созданной мною. Хотя многое (~60%) я оставил нетронутым.       Довольно прищуриваюсь на низкие серые тучи, что закрыли столь надоедливое солнце. Раздражают меня его лучи. Слишком ярко. Никаких существенных проблем, но чешуя почти всех драконов имеет свойство слегка поблескивать при ярком освещении. А уж когда их в небе сотни, они буквально всех цветов радуги и все драконы хаотично перемещаются, обсуждая столь неоднозначного Лорда и его слова, то становится даже неприятнее, чем в оживленных местах Артума. Слишком много информации с моих органов чувств я получаю.       — Просыпайся, Красный, — незаметным усилием мысли пробудив закончившего свои метаморфозы дракона, тихо сказал я, любуясь моим творением.       Теперь он хоть выглядит так, как я представляю для себя драконов. Европейских драконов. Между кончиками его перепончатых, укутанных в мелкую темно-багровую чешую, крыльев, было около пятидесяти пяти метров, да и в длину его поджатое тело, покрытое полудраконьей-полузмеиной чешуей, было, пожалуй, не меньше. Голова была защищена двумя парами толстых загнутых к затылку рогов. Вдоль узкого хребта шел гребень из острых загнутых зубьев, по форме напоминающих клыки. На загривке они достигали двух метров в высоту, но постепенно уменьшались и на кончике хвоста были не длиннее лезвия ножа. Шипы были алые, шкура же дракона имела насыщенно-красный цвет, но с золотистым отливом. В его узких глазах бушевало зеленое пламя моей Жизни, периодически вырывающееся такого же цвета туманом. Просто частички моего энергетического тела, в нем их девятнадцать, слишком бурно взаимодействуют со столь горючей маной дракона, что проявляется в том, что те области физического тела, где они прикреплены, люминесцируют всеми оттенками зелёного.       Извернув голову на длинной шее, Красный окинул взглядом своё новое тело и после этого уставился на меня с непередаваемой палитрой эмоций. Чувствуется, что он многое хочет мне высказать, но поражение сначала его, а потом и Лорда ещё не выветрилось из памяти алого дракона. Для пробы пройдясь по своду небольшой пещеры, что располагалась рядом с моим уступом, на котором я и наблюдал за окрестностями, Красный убедился в более-менее удовлетворительном контроле тела и сел, прижав лапы к телу и обернувшись непривычно большими для него крыльями как плащом, благо их размеры позволяли спокойно такое проворачивать. Что-то тихо рыкнув себе под нос, он царапнул обсидиановыми когтями стену пещеры и выдавил из себя невнятную, из-за непривычной для него формы челюсти и языка, фразу:       — Зачем все это надо?       — Вы вырождаетесь. Через полтысячелетия вас даже пони смог бы победить в одиночку. Я же возвращаю вашей расе истинный облик ваших предков. Я стал Лордом, владыкой драконов, и я не хочу быть во главе слабаков, — объяснение в духе этих репт… разумных, чьё общество построено исключительно на праве сильного. Все-таки называть их рептилиями было бы столь же неправильно, как называть траву тополем. Дернув ухом, улавливаю в Песне дракона эмоциональные нотки некой эмоции, что утягивает его словно трясина. Наблюдал неоднократно подобное, обычная депрессия.       — Что случилось? — слегка прикасаюсь к связующей нас духовной нити Контракта и Красный явно нехотя поясняет причину своего недовольства.       — Я же теперь совсем не похож на настоящего дракона. Даже встать на задние лапы нормально не могу. Меня же начнут презирать и насмехаться надо мной, — а какие эмоции-то всколыхнулись! Гнев, печаль, страх, бессилие, апатия… Песнь дракона на это мгновение обрела огромное количество полутонов, став похожей на настоящий буйный и полный эмоциями оркестр, но потом все вновь вернулось к стандарту.       — Во-первых, ты в несколько раз совершеннее себя-прошлого, только с телом совсем не освоился. Сила стоит подобных изменений. Во-вторых, я совсем не запрещаю тебе вбивать эти насмешки обратно в глотки наглецов. Ну и в-третьих, теперь все драконы будут выглядеть как ты. Скоро я изменю всю твою расу, — опасение моих возможностей, злорадство, страх за свой род, беспокойство за будущее.       — Но зачем эти изменения? Мы и так сильны!       — Было бы любопытно посмотреть на то, как ты повторяешь эту фразу над трупом Торча. А ведь если бы он был изменён мною, то победить его было бы гораздо сложнее, — одернул я начавшего распаляться Красного. Насмешливо глянув на насупившегося дракона, я подправил пару выявившихся дефектов в мышечном каркасе поясницы, до этого упущенных мною.       — Многие это не примут просто так. Солнечная не может не заметить этого, так же как и её слуги-букашки, — привёл ещё один довод в защиту природы нынешних драконов Красный.       — Конечно же она обратит внимание на произошедшее. И именно поэтому я и изменил тебя первым. Не думал же ты, Красный, что я и вправду так подставлюсь? Нет, я не собираюсь в ближайшее время контактировать с Селестией. Но если уж она сюда заявится, то ты должен будешь сыграть роль Лорда, — подправляю один дефект в нервной системе его крыльев, что только что проявился.       — Но… Скипетр же у вас… Солнечная сразу поймёт, что тут что-то не так… Да и другие драконы могут рассказать правду… — как-то потерянно проблеял Красный.       — Скажешь, что спрятал Скипетр, вот и все. Она поймет, что ты врёшь по всем пунктам, но давить на тебя вряд ли будет. А другим драконам я отдам приказ во всем тебе подчиняться, пока я отсутствую. Но, — усмехаюсь, — для начала нам необходимо обсудить те приказы, которые ты не сможешь отдавать драконам. Тем временем в Империи Заката       В маленькой деревушке близ столицы царила ночная тишина, разбавляемая шелестом листьев деревьев и стрекотом насекомых. Двадцатишестилетняя кобылка в одном из деревянных домиков сладко посапывала в объятьях мужа после бурной ночи, пребывая в ночных грезах и даже не догадываясь о том, что скоро произойдёт.       Внезапно, без какой-либо причины, стрекочущие звуки насекомых единомоментно стихли. Кобылка, словно что-то почуяв, разлепила глаза и посмотрела сквозь мутноватое окно на мерцающую луну и, ничего подозрительного не заметив, вновь сомкнула веки. Она так и не заметила странной длинной розовой нити в десятки раз тоньше волоса, берущей своё начало из брюшка мелкого насекомого, отдаленно напоминающего паука, только без головки. Несколько секунд оно было неподвижно, но потом резко прыгнуло, приземлившись прямо на грубую широкую кровать. Быстро перебирая лапками, паукообразное существо добежало до кобылки и, забравшись к ней на нижнюю часть живота около вымечка, начало забираться в запутавшуюся шерсть. Достигнув заветной кожи, тварь резко вонзила жало, истекающее обезболивающим веществом, в тело кобылки. Беззвучно от паукообразного паразита оторвалась розовая нить и медленно втянулась в тело спящей. Во многих соседних домах с происходило то же самое. Существо же, выполнив свою задачу, умерло. Через минуту абсолютную тишину на улице вновь прервали звуки жизни ночных насекомых. А проснувшиеся зебры так ничего не обнаружат, ведь по размерам существо даже меньше блохи.

***

      В то же время монарх Эквестрии — Принцесса Солнца и Луны Селестия — подписывая указ о разрыве торговых морских сообщений с Республикой Оленей, прервалась и дернула левым ухом, словно к чему-то прислушиваясь. Прикрыв глаза, она начала разбирать свои ощущения. Через несколько секунд она смогла охарактеризовать свои чувства:       — Найтмер? Нет… Звездный Падальщик начнет подавать знаки через семьдесят с лишним лет. Наверное опять зебры доигрались в демонологов. Не столь важно… — через несколько секунд в просторной комнате Кантерлотского Дворца вновь раздались звуки скрипа письменного пера по желтоватому свитку.