Огонь и Лёд

Маринетт была довольна собой. Сегодня ей удалось встать пораньше и основательно подготовиться к предстоящему ей, как она предчувствовала, нелёгкому дню. Девушка, глядя на себя в зеркало, подумала, что стоит немного изменить свой обычный стиль, подчёркивая перемены и настраивая себя на боевой лад. Надев чёрную плиссированную юбку чуть выше колена, чёрную блузку с целомудренным белым воротничком и чёрные туфли на невысоком каблучке, она чувствовала себя очаровательной и одновременно неприступной в этом скромном, но очень идущем ей наряде. Заколов шелковистые иссиня-чёрные волосы наверх и сделав лёгкий макияж — лишь слегка подчеркнув свои и без того выразительные глаза и покрыв прозрачным блеском губы, — девушка удовлетворённо смотрела на своё отражение в зеркале. От вчерашних слёз не осталось и следа, и это радовало. — Ты такая красивая, Маринетт, — нежно пропищала Тикки, окидывая восхищённым взглядом свою хранительницу. — Спасибо, — Мари лучезарно улыбнулась своей квами и надела на плечо чёрную, красиво инкрустированную бисером, сумочку. — У тебя сегодня новый домик, нравится? — Да, очень! — красная в чёрную точку квами радостно захлопала крошечными лапками, залетая в гостеприимно открытую сумку. Наскоро позавтракав и выслушав всевозможные комплименты от родителей насчёт своего нового образа, Маринетт взяла рюкзак и вышла из пекарни. Зажмурив глаза от яркого утреннего солнца, она, загадочно улыбаясь, сделала шаг навстречу новому дню и новой жизни.

***

До прихода Маринетт в школу, Алья поделилась с Нино и Адрианом своей тревогой насчёт лучшей подруги:  — Я не знаю, что с ней произошло, но вчера она вела себя ну очень странно! Нино, Адриан, никто из вас случайно не обидел её?  — Шутишь? — Нино недоумевающе смотрел на свою девушку.  — Да и я, вроде, ничего такого не сделал и не сказал, — Адриан в свою очередь развёл руки в стороны. — Скорее всего это из-за родителей… Маринетт же вчера говорила. Только вот я не понимаю, почему она отказывается от помощи. И кстати, я звонил ей вчера вечером, но она не взяла трубку…  — Почему-то меня беспокоит её состояние. Я очень хочу помочь, но пока не знаю как… Мари бывает такой упрямой! — Алья прекрасно помнила вечерний разговор с Маринетт и всё-таки подозревала, что дело не только в плохих отметках. Но доказательств не было, и Сезер не могла озвучить другую версию. — А вот и она, сегодня опять не опоздала. — Трагедия… Маринетт два дня пришла вовремя… — буркнул Лейф, уверенный, что его девушка сама придумывает проблемы. — Мою интуицию не обмануть! Вот увидишь, всё это неспроста… — шёпотом парировала Алья, потому что Маринетт уже приближалась к своей парте уверенным шагом.  — Привет! — обратилась она ко всем сразу. Адриан, взглянув на девушку, отметил, что ей невероятно идёт такой стиль одежды.  — Привет, Маринетт! Отлично выглядишь! — вырвалось у парня.  — Спасибо! — она мельком взглянула на него и прошла к своей парте. Адриан, продолжая пялиться на Маринетт, окончательно залип и автоматически повернулся следом за ней. Она вдруг напомнила ему о другой очень красивой девушке. Хотя… почему вдруг? Адриан частенько ловил себя на мысли, что они очень похожи. Алья говорила, что хочет помочь подруге, но Дюпэн-Чэн не выглядела так, как будто ей нужна помощь. Скорее наоборот. Про себя решив, что сегодня на перемене обязательно поговорит с подругой, парень всё-таки задал интересующий его вопрос: — Маринетт, я вчера вечером звонил тебе. Почему ты не ответила? — Я была в пекарне, а телефон оставила наверху, в своей комнате, — не моргнув глазом, соврала та. — Ну, а когда увидела пропущенные, было уже довольно поздно и я решила, что ты точно уже спишь. — Понятно, — Адриан свёл брови, сочувственно глядя на девушку и думая, что родители наверняка снова устроили ей головомойку. Он-то знал, как это бывает — Габриэль был недоволен малейшим неудачным действием своего чада, считая, что его сын всегда и во всём должен быть идеальным. Маринетт же восприняла этот его взгляд по-своему, ощущая поднимающуюся у неё внутри волну негодования. Он жалеет её! Он и дружил с ней всё это время потому что жалел и наверняка думал, что его присутствие в её жизни способно хоть немного скрасить то обстоятельство, что она влюблена в него, а он в неё — нет. Как же это гадко! Всё было ненастоящим — и дружба, и желание помочь. Да лучше бы он не строил из себя всепонимающую и добрую душу. Но нет, это не про Адриана! Дюпен-Чэн, не поднимая глаз, делала вид, что проверяет свою домашку, подавляя в зачатках желание сбежать от пристального взгляда Агреста, который сегодня видимо решил задушить её заботой и от этого ей было ужасно неловко и неудобно. Накатило воспоминание о том, как он вчера изливал свою душу какому-то неизвестному собеседнику, рассказывая, как он бедный страдает от того, что «не может так больше». С чего бы теперь так стараться?! Девушка непроизвольно, с силой, буквально до хруста сжала левую ладонь в кулак и стиснула зубы, стараясь преодолеть приступ неприязни и отвращения. Подлый обманщик!

***

К окончанию учебного дня Адриан был растерян и окончательно сбит с толку — у него реально сложилось впечатление, что Маринетт всеми способами избегает его. Она всё время уходила от разговора, аргументируя это какими-то неотложными делами, а когда он шёл искать её — девушка частенько обнаруживалась сидящей на лавочке во дворе и как только видела его на горизонте, сразу же начинала звонить кому-то по телефону или резко вставала и уходила в здание лицея. Агрест подумал, что может Алья всё-таки права, и плохое настроение Маринетт не только из-за родителей. Но только в чём виноват лично он? Вроде бы ничего плохого не сделал, ничем не обидел — ни словом, ни делом. В итоге, он сам ужасно расстроился — у него пока не было абсолютно никаких идей, как можно помочь своей подруге, ведь она реально дорога ему. Алья же, наблюдая за тем, как Адриан в очередной раз ищет Маринетт, тихонько заметила, обращаясь к Нино: — Этот мир точно сошёл с ума… Убегающая Маринетт и нарезающий за ней круги Адриан. С этой вселенной явно что-то не так. Смотри, как она мастерски ускользает от него каждый раз, это неспроста, скажу я тебе… Когда прозвенел последний на сегодня звонок, ознаменовавший окончание уроков, Адриан обернулся к девушкам, не сдаваясь и пробуя попытать счастье ещё раз:  — Слушайте, у меня отца уже второй день как нет дома и не будет ещё столько же. Может, сходим ко мне, все вчетвером. Посмотрим фильм какой-нибудь, уроки вместе сделаем и просто приятно проведём время вместе. Такой шанс выпадает очень редко. Так что я вас всех приглашаю. Как вы смотрите на это? — Ну я своё согласие уже дал, я конечно же, за, — сказал Нино. — О, я с удовольствием! — обрадовалась Алья и посмотрела на Маринетт. — А я не могу, к сожалению, — Маринетт развела руки в стороны, по-прежнему избегая смотреть Адриану в глаза. — Но почему?! — этот вопрос, практически в один голос, задали все трое. — Я сегодня иду на танцы, — Мари старалась быть непреклонной. — Какие танцы?! — у Альи глаза полезли на лоб. — А почему я впервые об этом слышу? Ты скрыла это от меня? — Да ничего я не скрывала, я вчера вечером увидела рекламу и мне вдруг захотелось попробовать себя на новом поприще, я подала заявку через интернет — сегодня просмотр. Я пойду в студию танца после уроков, так что, как видите, к сожалению у меня не получится провести этот вечер с вами… — в этот раз Маринетт говорила чистую правду.  — Ну и что? А я иду на фехтование! Не вижу в этом проблемы — можно ведь пойти ко мне не сразу после уроков…  — Я не знаю сколько продлится просмотр— я ведь там буду не одна из желающих. — Маринетт на ходу придумывала отговорки, при этом избегая взгляда Адриана и делая вид, будто ищет что-то в своём рюкзаке. Она с удивлением чувствовала, что находится на грани того, чтобы всё-таки согласиться на предложение Адриана. Но тут же резко одёрнула себя, понимая, что ей всё это сейчас совсем ни к чему. Она же собирается помаленьку отойти от этой псевдо-дружбы. «Вот же пристал! — мысленно негодовала Маринетт, злясь на саму себя и на Агреста. — Просто оставил бы меня в покое! Радовался бы, что я начала отдаляться — он ведь этого хотел? Или, быть может, ему нравится, когда его любят? И Адриан хочет, чтобы все влюблённые девушки оставались у него на крючке? Поганый ловелас! Собака на сене!» Приступ отвращения снова накрыл девушку с головой. И как она могла столько времени быть влюблённой в него — в такого самодовольного, гадкого, для которого неважны чувства других людей! Агрест хочет, чтобы все вокруг были влюблены в него, а он при этом будет со всеми так трогательно дружить, строя из себя невинного агнца. И говоря: «Ну я не виноват, что я так нравлюсь вам всем. Я ведь такой офигенный!» Это очень сильно напоминало Маринетт Кота Нуара, что сейчас пришлось очень кстати. Ей нужно научиться относиться к Адриану, как к Коту, по-дружески, но близко не подпускать. — Мы зайдём за тобой, а если нужно — подождём, — продолжал настаивать Адриан и Маринетт аж передёрнуло, потому как она уже успела порядком накрутить себя. — Да, пойдём, Маринетт! — поддержала Алья. — Ну чего ты? Все равно твои проблемы никуда не денутся, а отдыхать тоже надо. Кроме того, мы сделаем уроки у Адриана и это будет намного интереснее, чем корпеть над ними поодиночке.  — Я же говорю, что не могу пойти!  — Решено, мы зайдём за тобой после твоего просмотра! Где там твоя студия находится? — Адриана, похоже заклинило. — После смотра я встречаюсь с Лукой, — Маринетт прибегла к последнему доводу, наконец взглянув на парня и лучезарно улыбаясь. — Мы договорились раньше. Адриан теперь вообще ничего не понимал. Её улыбка была способна растопить и глыбу льда — настолько она была очаровательна, но он почему-то внезапно уловил в ней холод. Агрест тут же решил, что скорее всего просто накручивает себя. Но он обязан всё-таки понять, что означает такое необычное поведение Маринетт — не сегодня, так завтра… или послезавтра. Что-то случилось с их милой и всегда дружелюбной подругой, ему нужно было узнать, что именно и как он может ей помочь. Маринетт ужасно не хотела видеть Адриана рядом. Боль от его вчерашних слов до сих пор невыносимо жгла и мучила! И она понимала, что он до сих пор продолжает жалеть её, но его жалость была ей не нужна. Она не собиралась отыгрывать для него «девицу в беде», чтобы он мог дальше торжественно жертвовать собой, но и явно демонстрировать свою неприязнь, она тоже не могла — тогда было бы слишком много ненужных подозрений. «Если бы я раньше разула глаза и посмотрела бы на него со стороны, сразу же бы поняла чего стоят все эти его слова про «дружбу» и про «помощь». И если бы не тот подслушанный разговор до сих пор бы продолжала питать насчёт него нелепые иллюзии.» — О… — как-то беспомощно обронил Агрест. — Что же ты сразу не сказала… — Адриан смущённо почесал затылок. — Хотя… может приходите к нам? Мы будем ждать вас у меня. — Нет, спасибо. Давайте в другой раз, — Маринетт всё ещё не сдавалась, снова глядя на Агреста, как она думала, с успокаивающе-тёплой улыбкой. Адриану показалось, что так смотрят на больную собаку перед усыплением. — Хорошо. Но знай, что я ужасно расстроен из-за того, что ты не придёшь, — фраза Адриана прозвучала как-то двусмысленно и Дюпен-Чэн еле сдержалась, чтобы не поморщиться от его лицемерия. — Мне пора, — Мари резко вскочила со своего места, затем, порывисто собрав свои вещи в рюкзак, пошла к выходу, помахав друзьям рукой. — До завтра!

***

Маринетт, настраиваясь на предстоящий просмотр, ужасно волновалась, понимая, что для танцев она, наверное, чересчур неуклюжа. Но тут же подумала, что это идеальный вариант для отвлечения, кроме того у неё в итоге должна будет улучшиться координация движений. Главное желание. Но, несмотря на её сомнения, главный тренер был восхищён девушкой и сказал, что у неё отличное чувство ритма, к тому же Маринетт достаточно гибкая и ловкая. Кроме того, нельзя было не заметить восторженный огонёк в глазах девушки, который говорил о том, что ей не терпится приступить к занятиям. — Если будешь стараться, станешь одной из лучших моих учениц, — сказал ей тренер, месье Бернар, — у тебя очень хорошие данные и огромный потенциал, поверь. Уж я-то знаю, о чём говорю. Так что я жду тебя на первое занятие, которое состоится ровно через неделю. Если у тебя есть знакомый парень, желающий позаниматься в танцевальной группе, можешь привести его с собой, а если нет — поставим кого-нибудь из новичков тебе в пару. — Хорошо, — просияла Маринетт, но тут же сникла, потому что первая мысль была об Адриане, чёрт бы его побрал! — Я спрошу, может кто-то и захочет. Спасибо Вам и до следующей недели. — До свидания, Маринетт! — тепло улыбнулся ей мужчина, радуясь тому, что похоже у него появилась очень перспективная ученица. «Ну почему я подумала именно о нём?! Есть куча достойных парней, тот же Лука… Он уж точно не жалеет меня и он мой друг — потому что нам приятно вместе проводить время. Кстати, а это идея, нужно сегодня спросить у него…» — досада за воспоминание об Агресте быстро сменилась воодушевлением от превкушения приятного вечера с Лукой. Он всегда был рад ей, с ним было хорошо и спокойно, кроме того, он никогда не задавал ей никаких глупых вопросов и, казалось, понимал с полуслова. Куффен словно ждал её, находясь на палубе «Либерти» и наигрывая приятный мотив на гитаре. — Привет. Я почему-то чувствовал, что ты придёшь, — радостно улыбнулся он Маринетт, и она искренне улыбнулась ему в ответ. — Привет! Я ужасно соскучилась! Ты написал новую песню? — Да. Я почти закончил альбом. Осталось совсем немного, — голубые глаза Луки прямо-таки засияли, когда он заговорил о любимом деле. — Хочешь послушать? — Конечно, ты же знаешь, — Маринетт устроилась в раскладном кресле, приготовившись получать наслаждение от качественной музыки. Присутствие Луки всегда успокаивало и умиротворяло, поддерживало и давало уверенность, она любила приходить к нему и всегда была рада видеть парня у себя дома. «Вот какой должна быть настоящая дружба!», — подумала Маринетт, хотя на самом деле давно уже знала, что со стороны Луки это больше, чем дружба — он никогда не скрывал своих чувств к ней. Она же никогда не врала ему и не давала надежды на то, что у них может что-то получиться, хотя, если быть совсем честной, на этот счёт у неё порой возникали сомнения… «Может и Адриан просто перестарался с дружелюбием?» — она чуть не рыкнула посередине лирической баллады, кляня себя за бесхребетность, потому что снова искала Агресту оправдания. Глядя на то и дело меняющееся выражения лица подруги, Лука даже выдал фальшивую ноту. — С тобой всё в порядке? Что-то ты какая-то… нервная? Может лучше по чашке какао и историю того, почему тебя сегодня не трогает ни одна из моих мелодий? — осторожно предложил Куффен. — Твои мелодии трогают меня всегда. Просто сегодня… Можно какао, но без истории? — извиняюще-обезаруживающе улыбнулась Мари, ей совершенно не хотелось рассказывать, как это — внезапно осознать, какой чудовищной дурой ты была. Лука улыбнулся, отложил гитару, и внезапно обняв её, утыкаясь в волосы, прошептал: — Тебе можно всё… — Маринетт так и не поняла, как ей удалось не разрыдаться у него на плече, а потом они действительно пили какао и говорили о совершенной ерунде, вроде той, на что похожа проплешина от облезшей краски. И ни о чём более важном. Когда Лука провожал Мари домой она вдруг вспомнила, что хотела предложить другу. — Совсем забыла… Я записалась на танцы. Хочу попробовать себя в чём-то новом. Я тут подумала, может, ты согласишься? Я знаю, что танцуешь ты очень хорошо, — Маринетт просяще заглянула ему в глаза. — А что, неплохая идея… Давай попробуем, — ласково улыбнулся Куффен. — Думаю, у нас будет отлично получаться. — Спасибо! — Мари радостно обняла Луку. — Ты потрясающий! — Мне самому интересно, что получится. Ну и конечно, меня радует, что мы больше времени будем проводить вместе, — многозначительно сказал он, и щёки Маринетт покрылись нежным румянцем. Она стыдливо подумала, что часть упрёков брошенных в Агреста, кажется заслуживала и сама. — Вот мы и пришли… — Спасибо, что проводил. Я сегодня же свяжусь со своим тренером, а потом перезвоню тебе — возможно уже завтра тебе нужно будет показать себя, — протараторила Маринетт. — Хорошо, буду ждать звонка, — ответил ей Лука, легко касаясь ладонью её лица и убирая за ухо выбившуюся из причёски прядку. — Давай, увидимся! — на прощание чмокнув Луку в щёку, девушка вошла в дом. — До встречи, Маринетт… Друзья так и не заметили, что на протяжении всей дороги до пекарни, кто-то скрывался в тени, следуя за ними шаг в шаг и улавливая каждый жест и каждое слово.