В бесконечной Вселенной миллиарды звезд, но лишь одна будет твоей

Звезды такие спокойные, словно не ведали о приближающейся тьме, словно не теряли близких, тех, чей яркий свет погас в этой борьбе. Благодаря Серенити Хаос изгнан на самый край Вселенной, где непременно обретет могущество вновь и вернется, когда придет час. Именно поэтому каждый должен подготовиться к очередной схватке, еще более жестокой, чем прежде. А для этого необходим уголок на далекой планете, где будет возможность восстановить растраченные силы. Сквозь белую пелену света, рассекая просторы Вселенной, оставляя за собой лишь три длинных шлейфа, несутся метеоры, возвращая принцессу на родную ей планету. Ощущение долгожданного покоя и свободы мягко обволакивает тело, разум чист и не тревожен, а сердце где-то не с ним. Творец следует за госпожой лишь потому, что сейчас нужен ей больше, нежели на Земле. Там он оставил драгоценную жемчужину, чья слеза навеки растворилась в его теплой ладони. У каждого своя судьба, каждый прикован к своей владыке, и осознание того, что они, возможно, никогда более не свидятся, слегка волнует, но больше не пугает Йоши. Они попрощались, не давая друг другу клятву верности, к тому же, меркурианская нимфа не ведает о тех былых мгновениях слабости, которой они отдались на Луне много лет назад. А Творец не стал бередить юное сердце девушки сказками, которые она так любит. Это сладкая мечта, и ничего более. Ибо это будет неправильным - улететь и оставить ее наедине с воспоминаниями, которые не принадлежат ей. Если это судьба, она столкнет их еще раз. Миллионы миль, миллиарды звезд, крохи космического мусора, осколки метеоритов... все это бессмысленно, когда впереди засияла их планета. Черная магия, прилипшая к атмосфере Кинмоку в день падения, растворилась в миг, когда очистилась душа Галаксии, и теперь перед глазами метеоров открылась поверхность оранжевой планеты с сожженными пустынями, каменными развалинами и трещинами, простирающимися далеко за горизонт. Они медленно касаются свободной поверхности, и Йоши, наконец, ощущает твердую землю под ногами. Глубокий вдох наполняет легкие воздухом, от которого воины давно отвыкли, а глаз слезится от трепета возвращения. На Кинмоку опускались легкие сумерки. - Ну вот мы и дома, наконец, - с болью призвала принцесса Какую, и метеоры расцепили руки, отстраняясь от Её высочества, перенесенной через пространство и время в целости и сохранности. Девушка размеренным шагом обошла трех телохранителей, осматривая степень разрушения, взвешивая шансы собственной магии на восстановление королевского дворца, надеясь вернуть ему былую красоту с ярко-алыми стенами, широкими залами, просторными коридорами и множеством фигурных фонтанов, что когда-то рассыпали разноцветные брызги при легком дуновении ветра. Сгорели ли до тла семена вьющихся растений, распускающихся в весенний период, что цеплялись за стены замка, словно цепи, прикрывая кровавый оттенок камня, из которой строились стены? Не высохли ли реки пресной воды, коей они сумеют напоить будущих жителей? А, главное, уцелела ли хотя бы одна душа в том жестоком нападении? - Отдыхайте, мои верные воины, - спокойно произнесла принцесса, распустив волосы, ибо отдых предназначался и ей в том числе. Она растратила в полете немалую часть энергии, и на восстановление дворца оставшейся доли явно будет недостаточно. - Нас ждет много работы. - Да, Ваше высочество, - кланялись Воин и Целитель. - Творец, а ты? - обратилась к третьему Какую. Йоши стоял, как вкопанный, не шевелясь. Казалось, дыхание сжимала в тиски неведомая прежде сила, глаза устремлены в пустоту, их щипало, будто попала соль, а в голову будто влез некто и теперь запихивал в каждую извилину мозга толстый железный прут. Творец протяжно застонала, а после рухнула навзничь, содрогаясь в конвульсиях, конечности охватила сильнейшая дрожь. Некогда фиалковые очи потемнели, скрываясь за слизистой пеленой. Воин и Целитель в панике кинулись к Йоши, хватая за руки и ноги, прижимая конечности к земле, дабы умерить тряску, но становилось лишь хуже. Творец издала сильнейший вопль, схожий по краске с ревом раненного зверя. Принцесса медленно опустилась на колени подле метеора и, коснувшись рукой лба Творца, резко убрала ее, сдавленно пискнув. - Воин, ты ловчее меня, сними брошь с груди Творца, скорее! - приказала Какую, и Ивер беспрекословно исполнил приказ. Схватив звезду, он резко дернул ее на себя, отрывая брошь от нагрудной части костюма звездной воительницы. В то же мгновение тело Творца прекратило дергаться и начало менять облик с женского на мужской, наконец, оставив Йоши в родной форме. Темная пелена оставила глаза, возвращая благородный лиловый цвет, но тут же скрываясь за упавшими веками. Целитель отпустила руки брата, где-то рядом послышался облегченный выдох Воина. - Ч-что это было? - дрожащим голосом спрашивает Ивер, с ужасом уставившись на принцессу. Какую лишь грузно вздохнула. - Боюсь, об этом вам двоим еще рано судить. Но я обещаю поведать вам истинную причину подобной реакции тела Творца. Её высочество взмахнула огненно-алыми локонами и, не проронив более ни слова, двинулась вниз по тропе, туда, где раньше журчал ручей. Обескураженные Воин и Целитель переглянулись и, решив не бросать вызов судьбе, также вернулись к привычным обликам. Послышался тихий стон, и фиалковые очи Йоши медленно задвигались, осматривая обстановку. Юноша собирает в кулак последние силы и пытается встать, но практически тут же оказывается прижатым к земле. - Не двигайся, брат, - скомандовал Миканор, удерживая шатена за плечи. - Со мной все в порядке, - отмахиваясь от блондина, ответил Йоши приподнимаясь, усаживаясь на твердом камне. - Что за чертовщина с тобой была? - в недоумении интересуется Ивер, опускаясь на корточки рядом с остальными. - Я... я не знаю, - задумался шатен. В самом деле, никогда прежде с ним не случалось ничего подобного. Он всегда стойко переносил перелеты и любое проявление обращенной в его стороны темной магии. Он силен духом, а вот с телом порой имеет разногласия. Быть может, это потому, что он ненавидит облик Творца? - Но меня будто разрывало надвое. Голова раскалывается, - юноша обхватывает лоб руками, которые тут же скидывает с головы Миканор и, пробормотав какое-то магическое заклинание, касается своей ладонью больного места. Пульсирующая боль, готовая разбить череп напополам, начала отступать, оставляя за собой тягучую пелену туманности. - Ох..., - простонал Йоши, - ты святой, брат! Он медленно поднимается на ноги с помощью Ивера и озирается по сторонам. Разумеется окружающая обстановка не радует его глаз. Все кажется пустым, заброшенным и столь бессмысленным. Но, коли их принцесса решилась вернуться на родную планету, восстановить порядок, то он последует за ней, как и всегда следовал, поверит, как верил всю юность. Но ему непонятно, отчего лунная наследница не столь же решительна. Отчего она поселилась на Земле, планете своего избранника, не помышляя о восстановлении Серебряного тысячелетия? Её магия сильнее, нежели Её высочества Какую, а воля еще не властнее сбивающим с толку напорам темной энергии. Остается лишь догадываться. Метеоры последовали за принцессой, которая уже шла навстречу, неся в руке сосуд с водой. - Не все так дурно, как я предполагала, - улыбается Какую, вручая кувшин шатену. Тот сделал несколько жадных глотков и, умыв лицо, передал сосуд братьям. - Но тебе следует быть осторожнее. - Да, Ваше высочество, - ответил Йоши. На Кинмоку темнеет медленно, каждая секунда казалась вечностью, но, поскольку было принято решение отдохнуть после тяжелого пути до рассвета, метеоры разбили лагерь и разожгли костер, устроившись на вершине холма. Отсюда были видны руины, в которые обратился замок в день нападения Галаксии. Йоши помнит сей момент. Мощный взрыв уничтожил разом все несущие стены и колонны. Хрустальный купол рухнул, погребая заживо прислугу, Воин успела вывести принцессу из рушащегося дворца, в то время как Целитель и Творец помогали оставшимся в живых горожанам бежать в лес. Неизвестно, добрались ли туда прислужники темного. Но малая надежда еще брезжила в груди, что кому-нибудь удалось выжить. - А вам пошла на пользу жизнь на Земле, - с улыбкой заметила принцесса, с аппетитом поедая сочного прожаренного кролика с черничным соусом, виртуозного приготовленного Йоши. Сказалось общение с Макото Кино. - Из тебя вышел бы недурной королевский повар, Творец. А вот Целитель вполне мог бы замещать целый оркестр. Миканор держал в руки гитару, из которой от каждого прикосновения тонких пальцев к струнам, лилась красивая мелодия. Йоши усмехнулся про себя. Неужели братцу так по нраву пришлась жизнь японского певца, что он решил не оставлять ее стезю? Впрочем, в ситуации, в коей они оказались теперь, музыка лучшее лекарство. И кому, как не Целителю об этом знать лучше? - А что же Воин? - послышался вопрос принцессы. - А я буду вести переговоры с другими галактиками, - Ивер хитро улыбнулся. - Ну а что? Я красив, обаятелен, умен... Миканор тихо захихикал, Йоши подавил смешок. - Лучше скажи, что тебе уже не терпится увидеть Лунную принцессу. - Загляни к себе в душу прежде, чем рыться в чужой, - больно уколол словом Творца. Юноша глубоко вздохнул, представляя, что на Земле сейчас утро, и Амелия только-только распахнула синие очи, сладко потягиваясь в постели. Потом она смотрит в окно, выходящее к востоку, и любуется розовой дымкой, мурлыка под нос какую-нибудь веселую мелодию. От мысли о синевласке на щеках парня выступил румянец, и Йоши вдруг вспомнил о подаренной девушкой открытке. Пошарив внутри кармана пиджака, руки ловко вытащили его содержимое - серебряный кулон, открыв который, юноша столкнулся с портретом Мидзуно. Она выглядела серьезно, но легонько улыбалась, словно приветствуя Творца. Шатен отчетливо помнит, что девушка просила не читать содержимое открытки, покуда он не настигнет Кинмоку. Время пришло. Не обращая внимания больше ни на что вокруг, юноша погрузился в чтение. Начертанные на страницах строки сжали грудь цепями от невыносимой боли.

- В бесконечной Вселенной тысячи грез, Я не в силах в глазах удержать капли слез, Уготована наша встреча судьбой. Этой ночью позволь мне остаться с тобой…

Далее Йоши читать не смог. Эти четыре строчки врезались в душу, царапая пером, вычерчивая буквы чернилами из крови. Глаза упускают тонкие ручейки слез, тут же размазанные по щекам холодной рукой. Ему трудно поверить, что Ами написала именно эти строки. Когда-то она поймала его игру в понимание мечты в стихотворной форме, подарив эти красивые рифмы лишь ему. И эти слова нашли отражение в сладком первом поцелуе. И теперь, когда он вернулся на Кинмоку, а Амелия осталась на Земле, Йоши не остается ничего кроме воспоминаний и единственного вопроса: неужели она вспомнила его? Иначе, стоили ли эти строки столь тайной просьбы? Впрочем, Ами всегда отличалась рассудительностью. Вряд ли бы она сделала это нарочно. Ибо сложно игнорировать воспоминания такой силы. Но ее слезы в миг прощания сказали за девушку больше. Она будет скучать за ним. - Ты чего? - Ивер заглядывает в открытку из-за плеча и недовольно фыркает. - Вот везучий человек. Ему на память красивые письма написали! - А ты бы не влюблялся в ту, чье сердце тебе не принадлежит, - деловито замечает Миканор, не отрываясь от музыкального инструмента. - От кого это я слышу? - изумляется Йоши, обратившись к блондину. - Думаешь, я не видел, как ты совал язык в рот Минако? Каждый из нас имеет право поселить в груди кого-то и беречь его всем сердцем, пусть даже не найдя ответа на свои порывы. Уж кому как ни мне судить об этом. - Довольно! - резко прерывает спор метеоров принцесса. - Прекратите. Это личное дело каждого из вас, и влезать я в ваши сердца не намерена. Прошу приберечь любовные стенания до лучших времен и впредь не поднимать сию тему в моем присутствии! Она никогда не позволит свободно расправить крылья и взлететь навстречу мечте. Ибо сама еще не вкусила истинной любви. Йоши надеется, что, когда планета будет восстановлена, и королевство Какую вернет былую славу, Её высочество, наконец, познакомится с согревающим грудь чувством и поймет, каково это - оставить милого сердцу человека столь далеко.