***
— Какого х…? — Я чуть не выронила полотенце, прикрывающую всю мою наготу. — Ты еще кто? Миловидная брюнеточка в коротеньких шортиках и топике с сиськами на выкат, грациозно встаёт с моей постели и приветливо улыбается. — Извини, что напугала тебя. Меня зовут Кара. Я твой куратор, Кларк. — С каких пор у проституток появились кураторы? — Натянув белое махровое полотенце аж до самого подбородка, я недоверчиво рассматриваю новую знакомую. — Кларк, мы не проститутки, а Аулетридес. Пора бы запомнить, это совсем разные вещи. Быть одной из нас вовсе не означает, что тебе придется удовлетворять клиента физически, тебя могут нанять в качестве спутницы на какое-нибудь мероприятие или банально представить родственникам, чтобы отвести подозрения от своей сексуальной ориентации… — Или трахнуть, что наиболее вероятно. — Прерываю её, и вообще, не хочу слушать весь этот бред, хочу вина и спать. — Или трахнуть. — Соглашается. Ещё бы… Отрыв в гардеробе какой-то шелковый халатик, поспешно накидываю его на себя, следя за тем, чтобы брюнетка не пялилась на мои прелести. — Я понимаю, что моя компания может быть тебе не совсем приятна… — Я рада, что ты это понимаешь… — Огрызаюсь… Что поделать, я сегодня не в духе. — В любом случае мне, как и тебе меня, недолго терпеть. За эти три дня я должна обучить тебя всему, что знаю сама… Оу, всего три дня… — Прости за нескромный вопрос… — А она даже ничего такая… — А спать ты где будешь? — Не переживай, не с тобой. — Жаль… — Чёрт, я сказала это вслух? Сажусь рядом, не стоять же. Тем более я привыкла общаться с людьми на одном уровне. — Так чему ты будешь меня учить? — Ох, моя фантазия, в голове всплывают картинки сексуального содержания с её и моим участием… — Так как сейчас время ужина, я научу тебя составлять свой рацион питания. — Она улыбнулась, видимо оттаяла. — Мы продолжим в буфете. Ты пока одевайся, а я подожду тебя за дверью. Буфе-е-ет. От этого слова у меня потекли слюнки. И вообще, я даже не помню, когда ела в последний раз… Кажется, утром… — Ты можешь остаться, я не из стеснительных. — Серьёзно? А кто натягивал до бровей на себя полотенце пару минут назад? Подумаешь… Она одобрительно кивает и остаётся, а я, войдя в образ сексуальной тигрицы, скидываю с себя халатик и иду к гардеробу… Ох уж это шестое чувство… Оборачиваюсь на дверь в номер и шокировано замираю. Вудсон! Стоит в дверях и разглядывает всё, что я не успела спрятать за своими крохотными, как мне кажется сейчас, ладошками. — Я не вовремя или как раз таки наоборот? — Ох уж это её голос… Сказала бы она им «Кларк, прыгни с крыши», я бы прыгнула. Завораживает и гипнотизирует одновременно… — Да нет, смотри, раз вошла. — Убираю руки и с вызовом смотрю на неё. Она удивленно вскидывает бровь и закрывает за собой дверь, проходя ко мне в номер. — Смотреть тоже входит в перечень услуг? — Я обращаюсь к Каре, тем самым дав понять боссу, что мы не одни. Кара одобрительно кивает, а я возвращаюсь взглядом к растерянному лицу босса. — Так сколько мне теперь должна мисс Вудсон? — Тысячу, не меньше. — Отвечает Кара. Ох, чувствую, из нас с этой деткой выйдет отличная команда. Проигнорировав нижнее бельё, натягиваю на себя первое попавшееся под руку платье. И вообще, знала бы я заранее, что столько барахла, приберегла бы свою «свинку» к более подходящему моменту… Какая-то неловкая тишина. Слышно как я «скребу» на голове расчёской мокрые спутавшиеся волосы, в то время как Лекса что-то ищет в кармане. Нашла, бросает в ноги. — Держи. — Что это? — Смятые купюры. Сука. А-а, я, кажется, поняла… Тебе не понравилось, что я опустила тебя при постороннем? — Твой первый заработок. — Холодно отвечает она, направляясь к выходу. — Вот так? Как последней шлюхе? — Бросаю вслед. — Как шлюхе. — Подтверждает она. — А как же весь этот бред о благородности Аулетридес? Вы противоречите сами себе, мисс Вудсон. Ох, чует моя задница неладное. Она резко поворачивается ко мне на каблуках и, метнув грозный взгляд на куратора, процедила сквозь зубы: — Выйди. Кара поспешно ретировалась, оставив меня с злобным боссом наедине. Предательница… — Что…ты… — Она в два шага оказывается рядом, впечатывая меня в стену. — себе…позволяешь? Зрачки расширены, желваки бегают — босс в бешенстве, но, чёрт, она такая милая сейчас. Вообще, мне должно быть сейчас страшно за своё прикрытие, ведь выгони она меня сейчас, всё накроется медным тазом, но я почему-то стою и улыбаюсь… — Я слишком снисходительна с тобой… — Голос более менее становится спокойным, она останавливается взглядом на моих губах. Что ты задумала, чертовка? Нервно сглатываю, понимая, что она сли-и-ишком близко… — Я… — Голос, хоть ты меня не подводи, сука-а-а, подвёл. — Я…не просила тебя об этом… — Хочешь, чтобы я относилась к тебе как ко всем? — Она возвращается взглядом, образуя зрительный контакт. — Тебе разве не нравится этот номер? — Нравится. — Сейчас или никогда, Кларк! Нужно что-то сделать, чтобы не поддаться желанию поцеловать её пухлые губы, когда она так призывно облизывает их язычком. — Но… Что могут подумать другие девочки? — Что ты не такая, как они. — Спокойно парирует она. — Или то, что я сплю с боссом… — Боже! Сказала, а потом подумала. Румянец в один миг прилип к лицу. — Но не спишь же. — Ни капли смущения, стойкость и хладнокровие с её стороны. Мне бы так… — Пока не спишь… Сердце пропустило удар… потом ещё один. Мой рот самопроизвольно открылся от услышанного. А она засмеялась, сделав шаг назад. — Расслабься, Кларк. Я не сплю со своими девочками. Сука! Вот же сука-то! Актриса с погорелого театра! Так всё разыграть! Сволочь… Так всё это по доброте душевной? — В таком случае я могу вздохнуть свободно и не закрывать по ночам дверь в свой номер. Рада, что всё разрешилось, мисс Вудсон. — Холодно отвечаю, удивляясь твёрдости своего голоса. Один-один! Да-а, так держать, Гриффин… Она резко останавливается, улыбка моментально стирается с её самодовольного лица… — Приступаешь к работе завтра же. — Строго отвечает босс, прежде чем выйти из номера, громко хлопнув дверью. — Можно? — Кара робко заглядывает в номер, одобряюще киваю. На душе отчего-то гадко, то ли от осознания того, что все мои домыслы и предположения насчёт Лексы ими же и остались, то ли от того, что завтра мне придется плюнуть на свои убеждения и работать с клиентом… — Ты готова идти в буфет? Душевные переживания душевными переживаниями, а вот чувство голода никто не отменял. Взяв себя в руки, я выдавила из себя самую милую улыбку, на какую когда-либо была способна и ответила: — Идём…Часть 4. По доброте душевной.
21 сентября 2016 г., 00:44
Примечания:
Вот теперь можно со спокойной душой идти спать =)