Научи меня любить

***

...И сильный хук откинул Кирка назад на подушки. ...Кирку снилось, что он лижет пальцы Спока. Его длинные красивые пальцы. Он делал это медленно, с наслаждением, посматривая из-под ресниц на крепость, что должна была скоро вывесить белый флаг. Беспристрастие на лице коммандера таяло; он закусил губу, запрокинул голову, стрелы бровей взлетели ещё выше... Джим проснулся, чертыхаясь. Мокрые сны? Это что-то новенькое. И тут на него обрушились воспоминания о том, что было вчера, а глаз и часть щеки потянуло знакомой болью. Чертов Спок! Чертова идея дебильной помощи! Выражение лица Боунза вчера было бесценно. - Кто это был? - Об косяк ударился! - Ага. Конечно! Ладно, не хочешь говорить - я у Чэпел спрошу, она всегда все знает! Конечно, знает! Ещё бы ей, раскинувшей стройные ножки рядом с ним, не знать! - Спок это был. - Да ладно? Наша ледышка оттаяла? Если бы я не знал его и тебя, я бы подумал, что он... гм! Это что ж такое надо было сотворить, чтобы... Молчу, молчу! Ха! Надо будет шоколадку ему подарить. - Погоди, я не понял, ты чей друг: мой или его?!...Твою мать! - Тихо, не шипи, сейчас пройдёт. Так это был Спок. Чёрт, ты сделал мой день! - Чему ты радуешься, придурок? Доктор послушно состроил печальную рожицу, но, уже выходя из отсека, остановился: - Ну должен же был кто-нибудь научить тебя уму-разуму. И, злорадно хихикнув, сбежал, дрянь такая. Кирк откинулся на койку и застонал. Член стоял колом, это первое. Щека болела, это второе. И вообще... Чэпел разболтает. В этом капитан был уверен на сто восемьдесят процентов. Ещё бы, такой кайф! То никакой личной жизни, то - бах! - секс с капитаном, драка... Неужели Спок ревновал?.. Да нет, бред. На секунду Кирк вспомнил влажный узкий задний проход и длинный, длиинный до умопомрачения член коммандера. Так, держаться, капитан! Джим застегнул последнюю пуговицу на форме, посмотрел в зеркало. Хорош! Красавец просто! Наполовину сине-зелено-желтый. На его нежной коже такой сильный удар проявился через секунду! Особенно, если бьют с вулканской силой. Прикоснулся осторожно к месту удара, зашипел. Заживает хорошо, у Маккоя прекрасные лекарства, но все равно не скроешь. Он вздохнул, грустно улыбнулся и вышел из каюты. Ничего, как-нибудь смену он отстоит, а потом, в увольнительной, на тёплой ласковой планете, освещённой солнышком, доберет своё! Оторвется по полной. Натрахается, как... Что за чёрт! Возле его каюты задумчивым памятником самому себе расположился Спок. Капитан от неожиданности отшатнулся. Не то, чтобы он боялся своего же помощника. Он вообще никого и никогда... Просто... После вчерашнего. Он никогда не видел столько ярости. Даже когда в своё время обвинил его в эмоциональной скомпрометированности. А это о многом говорило! В этих обсидиановых чёрных глазах определенно плескалось какое-то чувство. - Вы ко мне, коммандер? - тон капитана был сух и официален. - Утвердительно. - Пошли к лифту, а то на смену опоздаем. По дороге Кирку пришло в голову, что вечно пунктуальный Спок прекрасно знал, во сколько капитан выходит из каюты и во сколько начинается смена. И тем не менее, не постучался, не вошёл. Ждал. Это было странно. - Так о чем Вы...- Кирк нажал кнопку лифта и вопросительно- холодно посмотрел на помощника. - Приношу свои извинения за вчерашний инцидент. Готов подвергнуться любому дисциплинарному взысканию. Своими действиями, хоть и совершенными в личное время, я подрывал авторитет командования и способствовал распространению слухов. Мне нет прощения! Ресницы опустились и челка упала на лоб. Это было предсказуемо. По - споковски. Логично. Хорошо. Кирк еле слышно выдохнул сквозь зубы, стараясь игнорировать знакомый еле слышный пряный аромат тела вулканца. Слава Богу! А то он после вчерашнего уже стал бояться, что ему помощника подменили. Он повернулся и взглянул на коммандера. Криво улыбнулся: - Расслабься, Спок! Я тебя прощаю. Залепил ты мне, конечно, знатно. Какая муха тебя укусила?.. Подумаешь, секс! И тут, подняв глаза на капитана, эта зеленокровая гадюка продолжила: - Я прошу прощения ещё и за то, что совсем упустил из виду разницу в воспитании, эмоциональной зрелости и традициях. Для нас, вулканцев, первый секс - одно из высших проявлений Любви. Высшим даром партнёру. Если тот не принимает Дар, последствия могут быть весьма... впечатляющими. Но я сам виноват, повторяю, мне нет прощения. Я не учел эмоциональную незрелость выбранного объекта, восхищенный его навыками в технической стороне вопроса. Некоторых... гм... особей научить любви невозможно. И ушёл, сукин сын, вперёд. Это что ещё сейчас такое было?.. Они были уже на мостике, вокруг были люди, да и Кирк, будучи совой, плохо соображал с утра. Только приняв из рук йомена золотистую чашку с кофе со знаком " дельты" и сделав пару хороших глотков, Кирк расшифровал послание вулканца. Это что, он сейчас его так оскорбить хотел!? Или и правда прощения просил? Зная Спока, его ум и характер, Кирк понял, что ударом не отделается. Вздохнул. Сам виноват. Гуру секса, мать вашу. Отдав распоряжения и проверив расчёты Чехова, проложившего курс к вожделенной планете отдыха, Кирк покосился влево - там неподвижно торчал невозмутимый зеленокровый гад. Сексуальный умник. Любимый... э, нет! Стоп! Никакой любви. Мало ему последствий секса. Вон Ухура сидит, бесится (надо поставить её в другую смену), кусает полные губы и бросает на них со Споком взгляды; на него - издевательские, на Спока - страстно-бешеные. Джим её понимал. Испробовав секса с вулканским мачо, он теперь знал, ЧТО девушкой было потеряно. И самодовольно усмехнулся. И тут же скривился: от боли в щеке и от мысли о невозвратности отношений. Он же ещё многому мог научить Спока! И сам попробовать этот нежно-зеленый, длинный... Так, надо отвлечься. - Ухура, свяжите меня с командованием! - Есть, капитан! - выплюнула она с ненавистью. Сзади кто-то хихикнул. Все смотрят с любопытством, думают, что он не замечает... Спок ещё стоит сбоку немым укором и памятником упущенным возможностям. Нет, поскорей бы отдых. Кирк завозится в кресле, мечтая о конце смены.

***

Планета была хороша. Нет, правда. Медово-желтые закаты, тёплый климат, много лесов, пять морей. Лениво лёжа в шезлонге рядом с Боунзом и потягивая коктейль, Кирк впервые подумал о том, что ещё лет пять - и он может позволить себе выйти в отставку и спокойно жить на такой вот тихой, экологически чистой планетке. Ну а что? Купить бунгало, поселить рядом с собой Боунза... Встречать рассветы и закаты... Ловить рыбу... И... И умереть со скуки в итоге. А как же... Спок? " А он женится на Ухуре, - съязвило подсознание, - что, завидно?" - И вовсе нет! - он спохватился, что сказал это вслух. - Ты уже сам с собой разговариваешь? - приподнял солнечные очки непохожий на себя, расслабленный Маккой, - я, как доктор, резко протестую против психов на корабле! - Слушай, Лен, - оживился и сел Джим, - тут Спок извинялся с утра. Ну, за удар. В своей излюбленной манере, знаешь, как он умеет, и извиниться и в дураках оставить... И вот сказал он мне... - Постой! - Маккой окончательно спустил очки с носа, - что, было у вас что-то? - Перевернусь - ка я на спину, а то сгорю.... - Поняятно! - Маккой в лучших традициях греческих театров поднял руки к небу и возопил, - ну почему ты сначала трахаешь все живое и неживое, типа Спока, а потом бежишь к дядюшке Лену за советом?!!! - Тише, Боунз! - Кирк оглянулся. На них обращали внимание, - это была дружеская помощь. - Ага. Угу. Точно. - Я правду говорю. Вот что ты завелся!.. И он мне утром такую странную фразу сказал... про последствия... И Джим пересказал другу отповедь Спока после извинения. Лежащие на пляже стали свидетелями и слушателями гомерического хохота доктора. - Пошли в воду, ну его, - Кирк потянул Боунза в воду, - ты не умеешь тихо разговаривать. Вода была горькой и тёплой, нежно-бирюзовой. - ...! - выдал Боунз уже в воде. И продолжил, - такое впечатление, что ты о вулканцах в Академии ничего не учил! - Ну...там зачёт автоматом поставили... Преподаватель симпатичный оказался. - Вот! Джим Кирк во всей красе! - опять воззвал к народу Маккой. - Да тише ты. Ну, и что такого страшного... - Прежде чем член ему в задницу засовывать, не худо было бы освежить в памяти основы сексуального поведения вулканцев! - наставительно произнёс доктор, - вы с ним переспали, а это значит, ты для него был важен эмоционально, он влюблен в тебя! У вас произошёл спонтанный мелдинг, связь! - Ну и что? - А то! Вулканцы с кем попало в постель не ложатся! И он думал, что ты это знаешь. Он отдал тебе часть себя. Сексуальный подъём чувствуешь? - А как же! Перетрахал бы все живое. Доктор хрюкнул: - Не сможешь, детка. Сначала ты почувствовал прилив энергии; это вступила в силу ваша с ним сексуальная связь. А сейчас у тебя начнётся эмоциональная ломка и трахаться с кем-то, кроме него, ты не сможешь. Не встанет просто. - Но вчера же встал. На Чэпел!.. - Гм... Ты поосторожней с ней. Сексуальная связь просто формируется быстрее, чем эмоциональная. Ты, по сути, его муж теперь. - Мы в презервативе... Что за муж еще! Что за дурацкие законы. А Спок... ээ... сможет с другими? - Он был инициатором связи... Теоретически... скорее да, чем нет! Он может её разорвать. Ты - нет. Кирк нервно выходил из моря. Волны бурлили у его ног. Он обернулся к Боунзу: - Я сейчас переоденусь, пойду и трахну первое, что встретится на пути. Что ещё за бредятина вулканская? Два паукообразных гуманоида среднего пола поспешно убегали от него, оглядываясь с опаской. Но Кирк был вне себя. - Удачи, псих! - догнал его голос друга. У бассейна отеля, где остановился экипаж, было полным-полно народа. И Сулу в пестрых коротких плавках. И Скотти. И... Спок. Кирк разом остановился, будто натолкнувшись на стену. Спок лежал во всей красе своего мускулистого длинного тела. Нигде ни волоска - лишь извилистая дорожка мягких чёрных волос, убегающая в ничего не скрывающие плавки. Мокрые волосы. Мокрые губы и лицо. И Ухура в белом купальнике, делавшая ему массаж рук. И сестренки Отти - близнецы - из научного отдела - справа и слева от вулканца, смотревшие на своего начальника восхищенным взглядом. - О, капитан, - наверное, впервые Джим видел хищную улыбку на лице помощника, - присоединитесь к нам?...