we keep taking turns

Воскресенье, 22 марта — Джакарта, Индонезия

Отыграв второй концерт в Маниле, они летят четыре часа до Джакарты. У каждого свой личный самолет, чему Луи не очень рад, поскольку в Индонезии приземляется с огромным стояком, и всё это из-за Гарри. Если подумать логически, то после того, как они покинули отель в Маниле, репетировали весь день на стадионе, бегали и прыгали вечером по сцене, в спешке приехали в аэропорт, долетели до Джакарты и обосновались в новом отеле, Луи должен чувствовать себя уставшим. Но у них постоянно такой график, и Луи, как и Гарри, за пять лет к нему привык. Да и он обещал мальчику сегодня весёлый вечер, чтобы компенсировать последние два провальных раза. Последнее, что ему хочется, это чтобы кудрявый думал, будто тот больше его не возбуждает. Преимущество перелёта в четырёх разных самолётов, размышляет Луи, в том, что он безмятежно может рассматривать фотографии Гарри, пока Альберто, Кэлвин и Оли спят. Он снова заходит в Тамблер, используя данные профиля кудрявого, но лента заполнена спорами о фотографиях с Элеонор и её собаки; о том, как Лиам прикрыл лицо Зейна; о тёмной зернистой фотографии, на которой предположительно изображены Гарри и Луи у бассейна в отеле; и о том, какой же смысл скрывается за фотографией, которую Гарри сделал для Всемирного дня воды. Откуда кудрявый берёт терпение, чтобы всё это просмотреть? Ничто не убивает стояк так сильно, как перепалки фанатов об очередной ерунде, поэтому Луи выходит из Тамблера. Несмотря на то, что им ни раз говорили не обмениваться компрометирующими или обнаженными фотографиями, особенно не сохранять их на телефон, галерея Луи заполнена именно такими фотографиями, которые сделал кудрявый, когда выполнял написанный шатеном список дел. Оглянувшись через плечо, чтобы убедиться, что парни точно спят, Луи открывает фотографию Гарри с кольцевым кляпом во рту. В паховой зоне тут же теплеет, и Луи чуть ли не прыгает от счастья — его член всё-таки работает. Когда Гарри изначально отправил ему эту фотографию, Луи отдыхал в ночном клубе, где было полно людей, и не смог полностью рассмотреть картинку. Сейчас же он может сколько угодно любоваться розовыми приоткрытыми губами парня, что сияют от слюны и зажимают металлическое кольцо. Гарри сексуально приложил один палец между губ, отчего Луи не может не представить, чтобы он ещё мог туда засунуть. Елозя в кресле, он решает, что им просто необходимо использовать этот кляп сегодня вечером. Оставшееся время полёта Луи рассматривает остальные десять фотографий с того же дня в Пхукете. Когда пилот объявляет, что самолёт начинает садится, Луи пытается найти способ скрыть свою эрекцию от лишних глаз. В конечном итоге, он просто натягивает кофту как можно ниже перед тем, как они приземляются и выходят из самолёта. Приехав в отель, Оли и Кэлвин, которые не привыкли к такому безумному образу жизни, сразу же заваливаются в свои номера, чтобы снова лечь спать. Луи же чувствует себя отлично и ни минуты больше не может ждать встречи с Гарри. Поэтому быстро прощается с Альберто, проводит картой-ключом в нужном месте, открывая этим дверь, и входит в номер кудрявого. Самолёт младшего прилетел за пол часа до самолёта Луи, поэтому Гарри уже успел заселиться в их с Луи новый номер. Помещение большое и красивое с белыми стенами и тёмным деревом. Луи поспешно кидает карточку на ближайший стул и зовёт парня. — В ванной! — кричит Гарри в ответ. Луи следует за источником звука, чтобы найти в этом огромной номере ванную комнату. Стеклянная дверь приоткрыта, Луи принимает такой жест за приглашение войти внутрь. — Гар… Слова застревают в горле, когда его глаза привыкают к тусклому свету в помещении. Гарри стоит прямо по середине комнаты на мраморно-плиточном полу, а за ним находится круглая ванна размером с бассейн. Волосы его влажными кудрями обрамляют лицо, подбородок слегка опущен к груди, а тёмные татуировки контрастируют с идеально бледной кожей. Глаза Луи спускаются ниже по его телу, впитывая в себя каждый дюйм. Шатен глубоко вздыхает, когда его взгляд натыкается на член парня… который спрятан в чёрных кружевных женских трусиках. Сидят они низко, прямо под татуировками лавровых листов, идеально подчёркивая его попу, но сдавливая мужское достоинство. Из-за продолжительной тишины Гарри начинает нервничать, соединяя пальчики на ногах вместе и сцепляя руки за спиной. — Ничего? — спрашивает он тихим хриплым голосом. Рот Луи глухо открывается, слова не могут выйти наружу. Поэтому он начинает идти вперёд, подходя к Гарри почти вплотную и пробегаясь пальчиком вдоль пояса трусиков. По общему признанию, он никогда не думал, что ему могут понравится такие вещи, но теперь, когда он видит это перед своими собственными глазами… что ж, его стояк служит неплохим ответом на ранее заданный вопрос Гарри. — Блять, — это единственная связная речь, которую Луи смог из себя выдавить. Гарри застенчиво улыбается, смотря, как руки Луи гладят его бёдра и осторожно трогают кружевную ткань. Под вниманием шатена член кудрявого стремительно начинает твердеть, и поскольку эрекция растёт, из верхней части пояса выглядывает головка. Руки Луи блуждают вперёд и назад по его попе, легко сжимая ягодицы. Ткань трусиков чувствуется мягко и выглядит дорого, но сами кружочки довольно шероховаты, от чего Луи думает, какого там члену кудрявого. Когда он поднимает руки чуть вверх, то кончиками пальцев задевает что-то твёрдое между ягодиц. Нахмурив брови, он проскальзывает рукой под трусики, чтобы хорошенько прочувствовать объект, и понимает, что это анальная пробка. — Ты… почему? — выдыхает шатен. Гарри беспокойно облизывает губы и говорит: — Помылся и растянул себя в душе перед тем, как ты пришёл, — признаётся он, смотря вниз на пол. — Хотел быть хорошим для тебя. Желудок Луи переворачивается, но он пытается не показать этого у себя на лице. Чувствует он себя ужасно. Он так плохо вёл себя в кровати последнее время, что Гарри посчитал нужным растянуть себя и надеть трусики, чтобы попытаться вернуть прежнюю страсть. Если что, то это Луи должен был пойти на крайности в качестве извинений. — Детка, — шепчет шатен, и, когда Гарри не поднимает на него взгляд, он использует палец, чтобы приподнять его подбородок. Зрачки кудрявого настолько расширены, что почти не видно зеленого цвета, но глаза наконец-то встречаются с глазами Луи. Гарри проглатывает ком в горле. — Плохая идея? — шепчет он в ответ. Луи наклоняется и, приподнявшись на носочках, заключает парня в своих объятиях. Он обнимает его крепко, возможно даже слишком крепко, целуя в мокрые волосы и вдыхая аромат шампуня. — Нет… ты выглядишь великолепно. Ты такой великолепный. От этих слов Гарри тяжело выдыхает Луи в шею. Они стоят так пару минут, лишь держа друг друга в объятиях и игнорируя тот факт, что оба сильно возбуждены. Наконец, Луи опускает руку вниз по позвоночнику парня, по приятной ткани кружевных трусиков, пока не добирается до пробки и не надавливает на неё так, что Гарри издаёт стон. — Она большая? — спрашивает Луи, пытаясь понять размер пробки через трусики. Гарри кивает. — Самая большая из коллекции, — объясняет он. — А что, если я сам хотел тебя растянуть, хм? — дразнится Луи, двигая кончик пробки в разные стороны, отчего игрушка входит дальше. — Всё ещё можешь, — выдыхает Гарри сквозь стиснутые зубы. Луи одобрительно хмыкает, перемещая руку обратно к трусикам — действительно трусикам, чёрт возьми, — и поправляет пояс, чтобы они снова идеально сели. — Надеюсь, ты купил ещё парочку, а то боюсь, что эти вечер не переживут, — говорит шатен, смотря на длинные ноги парня и как маленькая чёрная ткань делает их ещё длиннее. В голове Луи мелькают горячие образы тела Гарри во всех видах нижнего белья, отчего шатену физически приходится потрясти головой, чтобы вернуться в реальность. Гарри дарит ему кривую улыбку, глаза его светятся. Он протягивает руку вперёд, чтобы потрогать Луи через ткань спортивок, которые парень надел в самолёте, и улыбка его становится шире, когда он находит член парня в боевой готовности. — Видишь, что ты со мной делаешь? — спрашивает Луи, слегка покачивая бёдрами, когда пальцы кудрявого сильнее сжимают его орган. Гарри вертит головой. — Мог бы, если бы ты был голый, — указывает он. Луи фыркает. — Тогда пойдём в кровать, — говорит шатен, заставляя себя отойти от Гарри на шаг и найти выход из ванной, беря по пути свежее полотенце с полки. Когда Луи берёт их сумку с игрушками в руки и несёт на кровать, он думает о том, что нужно ещё раз спросить у кудрявого, точно ли он хочет сегодня заняться сексом. Но вспомнив, что тот специально помылся, растянул себя, вставил анальную пробку и надел женские трусики, Луи понимает, что ответ очевиден. Гарри готов на все сто десять процентов. Поставив сумку на пол, Луи решает подготовить кровать: срывает с неё одеяло, простынь, подушки складывает ближе к изголовью и стелет на матрас большое полотенце. — Давай, — говорит он Гарри, который нервно стоит у кровати с другой стороны. Когда кудрявый собирается снять трусики, Луи резко выдыхает: — Ах-ха! Оставь их. Гарри забирается на кровать и ложится на кучу подушек, отчего спина его приподнята и сам он почти сидит. Луи достаёт из сумки две длинные толстые, но мягкие верёвки и встаёт рядом с кроватью. — Колени вверх, — инструктирует он. Он замечает, как двигается адамово яблоко кудрявого, когда тот сглатывает, но подчиняется Гарри без единого слова, прижимая колени к груди и тяжело налегая спиной на подушки. Луи обматывает верёвку вокруг его бедра чуть выше колена и привязывает другой конец к углу деревянной спинки кровати. Затем он повторяет то же действие с другой его ногой, и вот Гарри лежит с согнутыми, немного разведенными ногами в стороны, выставляя на показ скрытую под кружевными трусиками анальную игрушку. Луи не специалист в узлах, но сейчас уверен, что верёвка выдержит. — Мой хороший мальчик, какой же ты горячий, — бормочет Луи, обдумывая, что теперь сделать с его руками. Идея приходит внезапно, и он слезает с кровати, копается в сумке и возвращается с ошейником. Последнему нравится такой выбор, отчего он отклоняет голову назад, выгибая шею. Луи быстро надевает на него ошейник, после чего берёт кожаные наручники и, заведя руки парня за голову, застегивает их у него на запястьях. — Так нормально? — спрашивает Луи. — Зеленый? Гарри кивает. — Зеленый. Луи удовлетворен его ответом, поскольку один взгляд на твёрдый член парня говорит всё, что ему нужно знать. Он наклоняется, чтобы подарить головке члена — что покраснел и прижимается к животу, виднеясь из-под пояса трусиков — маленький поцелуйчик. Гарри вздрагивает, испуская скулёж. — Упс, — выдыхает Луи, осознавая, что в таком положении, в каком находится Гарри, он не сможет снять с него трусики. Что ж, в любом случае, ему всегда хотелось порвать на ком-нибудь нижнее бельё, как это делают в порно. Он лишь никогда не думал, что нижним бельём окажутся женские кружевные трусики, которые наденет его парень. — Обещаю купить тебе три новые пары, — произносит Луи, прежде чем подцепляет пальчиками дырочки трусиков и со всей силы рвёт. — Эй! — кричит Гарри довольно поздно, с открытым ртом наблюдая, как Луи уничтожает трусики, которые отобрали у него все крупицы мужества, чтобы он смог их надеть. (Конечно, Луи сразу предупредил его, что трусики не переживут эту ночь, но ему казалось, что они продержатся хотя бы пять минут.) Когда Гарри хочет сказать, что желает не три, а десять новых пар, Луи, скомкав порванную ткань, проталкивает её Гарри в рот. — А теперь тихо, — дразнится он, на что Гарри строит смешную рожицу. Кудрявый с лёгкостью может выплюнуть сухую ткань, но Луи уверен, что тот не станет этого делать, пока ему не скажут. Луи устраивается на кровати, садясь на полотенце, на второй половине которого лежит Гарри. Теперь, когда трусиков нет, Луи видит между ягодиц парня огромную чёрную пробку и протягивает руку, чтобы прикоснуться к нему. Как и было сказано ранее, Гарри выбрал самую большую пробку из их коллекции. У парня, должно быть, ушло много времени, чтобы растянуть себя и затолкать её внутрь. — Давай вытащим её из тебя, — бормочет Луи, поворачивая основание игрушки, отчего связанные ноги кудрявого дёргаются. — Надави чуть-чуть. Гарри кивает, а Луи усиливает хватку на основании и начинает тянуть. Тело кудрявого не хочет её выпускать, несмотря на то, что парень прилагает усилия и давит, как может, поэтому требуется много движений, прежде чем мышцы Гарри сдаются и игрушка выходит. Луи шумно выдыхает, когда наконец видит, каких на самом деле размеров была пробка внутри кудрявого. — Блять, малыш, ты точно сам её протолкнул? — удивляется Луи вслух, рассматривая чёрный силикон, что сияет от смазки. Гарри снова кивает, и Луи слышит, как он тяжело дышит через нос из-за потери пробки. Луи вытирает игрушку о полотенце на кровати, успокаивающе потирая бёдра парня. Когда дыхание Гарри приходит в норму, Луи тянется к краю кровати за набором анальных шариков… и кольцевым кляпом, который позже им пригодится. — Я тут смотрел все фотографии, что ты мне когда-то присылал, — объясняет Луи, когда снова садится на матрас и проводит пальчиком по мягкой, скользкой дырочке Гарри, слушая, как парень скулит с трусиками во рту. — И мне понравилась та, где ты сфотографировал себя с кольцевым кляпом. Мы же его толком никогда и не использовали, да? Гарри вертит головой, и его ресницы трепещут, когда Луи проталкивает в него два пальца. Они легко проскальзывают внутрь, поскольку Гарри идеально растянул себя пробкой, и Луи быстро разводит пальцы в стороны, выходя и снова входя. — Скучал по такому тебе, — произносит Луи, пытаясь говорить, чтобы Гарри не начал переживать. Вторую руку он устраивает на эрекции кудрявого и дрочит ему в том же ритме, в котором двигает пальцами. — Ты хоть представляешь, как сексуально выглядишь в такой позе — с привязанными и разведенными в стороны для меня ногами? Щёки Гарри покрываются светло-розовым румянцем, и сквозь заткнутый рот он издаёт тихий стон. Луи выливает на руку немного смазки и добавляет третий палец, замедляя темп руки на члене Гарри, чтобы не довести его до оргазма. Луи не хочет, чтобы парень кончил до того, как в нём окажутся все шарики. — Блять, какой же я счастливчик, — бормочет Луи, наблюдая за тем, как его пальцы исчезают внутри Гарри. Последний так сильно себя растянул, что у Луи получается запихнуть в него даже мизинец. — Знаешь, сколько людей представляют тебя в своих фантазиях? А ты достался мне, связанный на моей кровати. Щёки Гарри краснеют сильнее, и Луи уверен, что парень сдерживает улыбку. Луи оставляет поцелуй на подколенной ямке, после чего моментом разводит все четыре пальца в стороны, услышав резкий вдох парня через нос. — Думаю, что ты готов, малыш, — говорит Луи спустя ещё пару минут растягивания. — Зелёный? Гарри кивает, но открывает рот и отчаянно смотрит на шатена. — Если не трусики, то кольцевой кляп, — предупреждает Луи, давая Гарри право выбора. Ни секунды думая, Гарри выталкивает трусики языком, отчего те падают ему на грудь. Ухмыляясь, Луи бросает кружевную ткань на пол и берёт кляп, который специально заранее положил не так далеко от себя. Он встаёт на колени и, оперевшись о тело парня, помещает между его зубов немаленькое кольцо, а ремешок застёгивает на затылке. Из-за того, как связаны его руки, он с лёгкостью сможет расстегнуть ремешок кляпа, но опять же, Луи уверен, что делать он этого не будет. Усевшись на пятки, Луи дарит Гарри улыбку. — В разы сексуальней, чем на фотографиях, — произносит он, смотря, как двигается язык и губы кудрявого, который пытается привыкнуть к новому внедрению. Серебряное кольцо во рту такое большое, что Луи даже видит слюну, которая начинает скапливаться у горла парня. — Жду не дождусь узнать, смогу ли я туда войти, — добавляет он, отрывая взгляд ото рта Гарри и переводя на широко открытые зеленые глаза. Снова ухмыляясь, Луи берёт в руку набор шариков. — Но всё по порядку. Сложно идти по плану, когда Луи хочется просто сидеть и смотреть на Гарри. Какой же прекрасный вид: эти длинные ноги, что согнуты в коленях, расставлены в стороны и привязаны, руки сведены за голову и, конечно, кольцевой кляп во рту. Но смысл во всём этом заключается в четырёх анальных шариках, которые должны побывать в Гарри. Луи осознаёт, что до сих пор ходит в одежде, которую носил в самолёте, поэтому он быстро снимает с себя спортивки, худи и футболку, оставаясь так же, как и Гарри, в чём мама родила. Его член продолжает стоять — слава Богу — и он проводит по нему лишь пару раз для полной уверенности. На Гарри он смотрит как раз в тот момент, когда первая капля слюны скатывается с его губы вниз по подбородку. — Ладно, — объявляет Луи, смазывая самую маленькую бусинку; все четыре шарика соединены тонкой чёрной нитью. Самый маленький похож размером на шарик для пинг-понга, и как только он достаточно покрыт смазкой, Луи приставляет его к анусу кудрявого. — Готов? Гарри уверено кивает, пытаясь смотреть с не очень удобного положения, в котором находится, как Луи начинает толкать шарик. Сконцентрировавшись, шатен прикусывает нижнюю губу, постепенно увеличивая давление. Мальчики в унисон выдыхают, когда дырочка кудрявого внезапно сдаётся, открываясь вокруг чёрного шарика и впуская его внутрь. Луи чувствует прилив возбуждения в животе, наблюдая, как шарик исчезает в Гарри и колечко мышц сжимается теперь вокруг чёрной нити. — Вот так вот, — бормочет Луи, целуя Гарри в ягодицу. Он не останавливается, двигаясь губами к его яичкам, немного их посасывая, после чего целует место, где только что исчез первый шарик. Гарри тихо скулит, пытаясь держать во рту слюну, которую не может проглотить, когда Луи проводит языком по его дырочке. Не отрывая языка от колечка мышц, Луи берётся за нить и начинает тянуть на себя, двигая кончиком языка по анусу, который расширяется, когда шарик выходит наружу. Луи выпрямляется, стоит шарику упасть на кровать, и проводит по члену Гарри пару раз в качестве вознаграждения, после чего снова вводит игрушку внутрь. — Посмотри, как легко ты его принимаешь, — говорит шатен, одной рукой стирая слюну большим пальцем с подбородка кудрявого, а другой смазывая второй шарик. Смазка почти повсюду, но Луи наплевать; именно для этого он поверх матраса постелил полотенце. Второй шарик больше первого, и когда Луи подносит его ко входу парня, мышцы живота кудрявого напрягаются, поэтому Луи наклоняется, чтобы поцеловать в местечко рядом с пупком, чуть выше головки твёрдого члена. — Малыш, расслабься, — шепчет Луи. Гарри снова скулит, поэтому Луи садится и начинает толкать второй шарик. Как и ожидалось, давить ему приходиться сильнее, чем в первый раз, отчего Гарри издаёт тихие звуки. — Блять, — резко произносит Луи, когда шарик ускользает с пальцев и исчезает в теле парня. Удивительно наблюдать за тем, как дырочка кудрявого растягивается вокруг шарика, а после плотно сжимается, когда два шарика оказываются внутри. Луи прижимает губы и язык к местечку у яичек парня, отчего Гарри стонет, посылая рой мурашек вниз по позвоночнику Луи. Устав работать ртом, Луи заменяет губы на пальцы и давит на дырочку так, что шарики задевают простату. — Тебе хорошо? — дразнится Луи, сильнее надавливая и смотря, как Гарри отчаянно кивает головой. Подбородок парня мокрый от слюны, а лоб и верхняя губа — от пота. — Готов к третьему? Глаза кудрявого прикрываются, и он снова кивает. Луи останавливается. — Зеленый? — добавляет он, чтобы убедиться, что не перешёл черту. Не открывая глаз, Гарри кивает третий раз подряд, поскольку не может ответить вербально. Луи смачивает третий шарик смазкой, ладошкой чувствуя размер сферы. Он впечатлен тем, что Гарри смог протолкнуть его в себя в одиночку в Лос-Анджелесе… да и эту огромную пробку он с лёгкостью протолкнул в себя. Может быть, Луи пора перестать недооценивать своего парня. — Ладно, вперёд, — говорит Луи и начинает вводить третий шарик в Гарри. Он так сильно давит, что костяшки белеют, а Гарри начинает тяжело дышать через нос. Секунда, и третий шарик так же исчезает внутри, отчего глаза Гарри закатываются, а глаза Луи расширяются, когда он видит, как дырочка растягивается вокруг шарика. Луи тянет за веревочку, чтобы шарик вышел на половину и Луи смог восхититься его размером. — Чёрт возьми, детка, ты бы только видел, — шепчет Луи, позволяя шарику снова исчезнуть внутри Гарри так, что дырочка полностью сжимается. Она такая мокрая, розовая и растянутая, что Луи, кажется, никогда не видел её в таком состоянии. Гарри открывает глаза, но взгляд его расфокусирован. Луи успокаивающе улыбается и сильнее давит пальцами на третий шарик, чтобы освободить место для четвёртого. Гарри чувствует дрожь в костях от ощущений, но продолжает молчать. — Последний, — говорит Луи, хватая в руку четвёртый шарик, что свисает с ниточки, которая в свою очередь торчит у Гарри из ануса. Последний шарик, возможно, чуть меньше, чем теннисный мячик, и, честно признаться, Луи не уверен, что вообще сможет его протолкнуть в Гарри. Шарик может оказаться слишком большим и может причинить Гарри боль. Прикусывая нижнюю губу, Луи берёт бутылочку смазки и, не жалея ни капли содержимого, смазывает каждый сантиметр четвёртого шарика. — Расслабься, — произносит Луи и начинает толкать. Он толкает. Толкает, пока не появляется боль в пальцах. Толкает, пока Гарри не начинает кричать, но шарик так и не хочет входить. Луи поглаживает ногу Гарри, чтобы тот расслабился, так как, судя по кубикам пресса и дрожащим бёдрам, он слишком сильно напряжён. Поэтому Луи нужно ещё сильнее его возбудить. Он отпускает шарик и встаёт на кровать. Несфокусированный взгляд кудрявого пытается следить за шатеном, который разводит ноги в стороны, чтобы не упасть, и наклоняется вперёд, чтобы опереться о спинку кровати. Ему приходится согнуть ноги, чтобы поднести свой член ко рту Гарри, хоть это и не очень удобно. — Будь хорошим мальчиком для меня, Хаз, — говорит Луи сквозь стиснутые зубы, засовывая свой член сквозь кольцо Гарри в рот. Глаза Гарри расширяются и резко зажмуриваются, когда головка члена ударяется о стенки горла. Парень громко и сильно давится. Луи двигает бёдрами назад, затем снова дёргает вперёд. — Да, малыш, вот так, — стонет Луи, напрягая мышцы тела, чтобы не упасть, будучи в неловкой позе. Он полностью выходит, смотря, как с члена капает слюна, и резко толкается, попадая в щёку парня. Гарри слабо выдыхает, поднимая взгляд на Луи, его ресницы мокрые и чёрные от слёз. — Могу поспорить, ты думал об этом, когда фотографировал себя с пальцами во рту, — говорит Луи, толкаясь вперёд. Ощущения не крышесносные, поскольку Гарри не может закрыть рот и сосать, но Луи тепло и мокро, и этого достаточно, потому что удовольствие шатена сейчас не главное. — Думал, как я буду трахать тебя в рот, как сейчас, да? Гарри снова давится, когда Луи толкается по самое его горло, а всё тело дёргается. Глаза застилает пелена слёз, которые текут по покрасневшим щекам. Ещё пару раз Луи толкает бёдрами, пока Гарри не выглядит полностью разрушенным, затем он выходит и яростно начинает себе дрочить. Смысл его оргазма состоит не в его собственном удовольствии, а больше в том, чтобы Гарри не потерял настроение сабмиссива, поэтому Луи быстро себя доводит, толком не заостряя внимание на ощущениях. Вместо этого он концентрируется на губах кудрявого, которые пачкает спермой, пару раз стреляя ему прямо в горло. Гарри почти сошёл с ума. Кажется, Луи никогда его таким не видел. Связанным, с кляпом во рту, капли белого семени текут с губ по подбородку. Глаза бледные, зрачки расширенные, щёки мокрые от слёз, четвёртый шарик висит между ягодиц. Тяжело дыша после оргазма, Луи снова падает на колени и берёт в руку шарик. Убедившись, что игрушка всё так же обильно смазана, он повторно начинает толкать шарик в Гарри. Шатен не может сдержать громкий вздох, когда тело Гарри, наконец-то, проглатывает последний шарик. Если ранее Луи думал, что то, как третий шарик проникает в кудрявого, является невероятным, то теперь с четвёртым шариком не сравнится ничего. Он такой большой, что тело парня дрожит, когда дырочка сжимается. — Боже мой, — произносит Луи, смотря на один лишь кончик нити. Теперь все четыре шарика находятся глубоко в кудрявом, и эта мысль сводит с ума, потому что раньше такого они никогда не делали. — Гарри, я так тобой горжусь. Луи потирает местечко у основания члена Гарри, смотря, как от чувствительности дёргается эрекция. Гарри начинает бороться с наручниками, желая как можно быстрее кончить, отчего Луи улыбается, хватаясь за внутреннюю сторону его бедра. Он наклоняет голову и берёт всю длину парня в рот. Гарри выпускает гортанный стон, руки, что заведены за голову, дёргаются вперёд. Луи сосёт быстро и активно, так же желая, чтобы Гарри поскорее кончил. Стоны кудрявого становятся громче, когда оргазм подходит к краю, и Луи вдавливает пальцы ему в бёдра, принимая его член по самое основание. Луи чувствует, как оргазм кудрявого пробивает всё его тело, ноги дрожат под пальцами шатена, а член пульсирует у него во рту. Сложно проглотить всю сперму, но Луи старается изо всех сил — по крайней мере, он задолжал это парню. Он продолжает сосать чувствительную головку после оргазма, отчего анус сжимается вокруг шариков. Только когда Гарри издаёт особенно болезненный стон, Луи прекращает. — Ты потрясающий, — бормочет Луи, выпрямляясь и принимаясь развязывать Гарри. Начинает он с изголовья, медленно опуская затёкшие ноги парня на матрас, а после развязывая верёвки вокруг бёдер. Затем он снимает с рук наручники, а с шеи ошейник. Напоследок он оставляет кольцевой кляп. Луи покрывает поцелуями его челюсть, даже в том месте, где стекает слюна со спермой, на ушко бормоча похвалу, пока Гарри приходит в себя. Вытащив полотенце из-под их тел, Луи использует его, чтобы вытереть лицо парня. С освободившимися конечностями Гарри ложится на подушки, мягко хныкая, тяжело дыша и слабо держась за запястье Луи. — Шарики? — шепчет он, через силу заставляя себя открыть глаза, чтобы посмотреть на Луи. Тот дарит ему успокаивающую улыбку. — Хочешь, чтобы я их вытащил? Гарри кивает и стонет, когда сгибает ноги в коленях. — Так тесно… мне так тесно… Луи понимает, что скорей всего Гарри сейчас чувствует боль в теле, так как долгое время был связан, и хочет, чтобы последняя часть сегодняшней сцены прошла быстро, но в тоже время осторожно. Ведь шарики могут навредить при выходе так же сильно, как и при входе. — Не напрягайся, — твёрдо говорит Луи, подняв одну ногу Гарри и положив себе на плечо. Для успокоения он целует его в колено и берётся за нить, что торчит из дырочки между ног. Дождавшись, когда Гарри глубоко вздохнёт, он начинает тянуть. Из-за давления у Гарри на висках появляются капли пота. Луи обматывает нить вокруг пальца, чтобы вытянуть самый большой шарик, и Гарри нервно выдыхает, когда он наконец выходит. Луи нежно щипает его за внутреннюю сторону бедра, пытаясь отвлечь от неприятных ощущений, продолжая тянуть, пока не выходит следующий шарик. — Два, осталось два, — шепчет Луи, на что Гарри кивает. Два последних шарика выходят легче, чем первые, и вот все четыре лежат у Луи в руке. Они кажутся слишком большими в сравнении с телом Гарри, отчего оба парня шокировано ни них смотрят. — Прошу, — хрипит Гарри, опуская ногу с плеча шатена и хватая его за руки, чтобы потянуть к себе на кровать для объятий. Луи тут же обнимает Гарри за талию и ложится сзади, скидывая грязное полотенце с кровати и забираясь под холодные, чистые простыни. Он ритмично гладит Гарри по его мокрым от пота волосам, шепча слова гордости и целуя в шею. Спустя примерно десять минут тишины Луи не сдерживается и говорит: — Тебе понравилось? Гарри сонно елозит. — Да, — бормочет он, так как челюсть всё ещё болит, чтобы открыть её полностью. — Было… потрясающе. Люблю тебя. — И я тебя люблю, — не до конца убеждённо отзывается Луи. — Ты… уверен? Чувствуя беспокойство шатена, Гарри использует последнюю энергию и переворачивается на другой бок, чтобы они лежали лицом к лицу. — Да, — повторяет он, горячо целуя Луи в губы. — Я не перешёл черту? — Нет, всё было идеально. — Уверен? — Да, — Гарри прикусывает нижнюю губу шатена, желая выкинуть из его головы дурацкие мысли. — За исключением того, что ты порвал мои трусики. Луи стонет и смеётся одновременно, пряча лицо в ладонях. — Они были чертовски сексуальные, — признаёт он, поглядывая на Гарри через щель между пальцев. — Что ж, ты обещал купить мне много новых, — напоминает Гарри, а голос его становится медленным и низким, поскольку он продолжает бороться со сном. — Куплю, — обещает Луи, целуя Гарри в веки, которые закрылись. — Спи, малыш. У нас есть пару свободных деньков до следующего концерта. — Мгм, — счастливо хмыкает Гарри. Пока он стремительно засыпает у Луи на руках, в голове шатена мелькают раздумья по поводу их следующего концерта, и тут к нему неожиданно приходит осознание, что они до сих пор не понимают, что именно происходит с Зейном.