Глава 7. Уют старого замка.
16 октября 2016 г., 00:48
Лира с волнением глядела на приближающиеся огни Каэр Морхена. Силуэт черного замка был до безумия похож на их школу в Повиссе. И казалось, что она действительно возвращается домой.
Откидной мост с грохотом упал на землю, цепи лязгнули и безвольно опали. Плотва заржала и понеслась быстрее, узнавая родные стены и желая скорее добраться к кормушке с сеном. Топот копыт по деревянному мосту, утопая среди гор и листвы, разнёсся округой, заглушая крик одинокого ворона, который слетел с вершины смотровой башни, стоило лишь путникам пересечь ворота.
Высокая фигура впереди замахала факелом, привлекая внимание.
— Геральт, — Эскель крепко обнял ведьмака и радостно похлопал Плотву по морде, — наконец-то!
— Я вижу, ты уже принял меры чтобы согреться, — белоголовый покачал головой.
От мужчины пахло алкоголем, да и стоял тот на ногах уже не так уж и прочно.
— Ох, ты просто не представляешь, что здесь творится!
Словно в подтверждение его слов, раскатистый взрыв сотряс стены замка и землю под их ногами. Закатив глаза, тот пояснил.
— Госпожи чародейки решили прочистить дымоходы, потому что, цитирую госпожу Мец: «Не желаю замёрзнуть в этих развалинах». Ну, ещё она надула губы, но это я делать ни-ни.
Последние слова заглушил ещё один взрыв, но уже меньшей силы, и пронзительный женский крик.
— А это, скорее всего, из трубы дымохода полезли пауки, — Эскель хитро улыбнулся, но внезапно его взгляд посерьёзнел.
— Неужели это действительно…
— Да, Эмиель Регис, — представил Геральт, и вампир низко поклонился.
— И Лира из Повисса, — продолжил Белый Волк, — мы встретились в корчме «Разные стороны».
Девушка улыбнулся и кивнула головой.
— Кошара, — медленно протянул черноволосый ведьмак, — удивительно! Давно я ваших не видел. Но, — мужчина ударил себя в лоб, — все разговоры потом. Пройдёмте, друзья, я припас ещё медовухи, наливки разной. Геральт, угадай в чьей комнате остановилась Меригольд…
Голос двух ведьмаков превратился в фон, Лира не могла оторвать глаз от окружающих её стен. Всё здесь ей казалось знакомым: повороты, тёмные коридоры и даже запах. Сырость, плесень и дерево.
— Святая Мелитэле, мы уже столько прошли, а Лира ещё и слова не сказала! Сокровище, а не баба!
От такого замечания девушка поморщилась, но вслух возражать не стала, Эскель продолжил.
— Не то что эти чаровницы. Как же голова от них болит.
— Скорее от выпитого, — Геральт легко ткнул друга в бок. Покачнувшись, тот уцепился за дверной проём.
— Жду всех в обеденном зале. Мне же надо срочно… Эх, — мужчина присвистнул и скрылся за поворотом.
Лиру провели по винтовой лестнице и она оказалась в одной из гостевых комнат с высоким и пыльным окном, небольшой кроватью, матрас которой просел под весом девушки, ольховым шкафом и стулом, который использовался в качестве тумбы. Горевший камин, создавал уют, скрашивая серость и затхлость помещения. Всё же, в нём давно никто не жил. Но ведьмачке было всё равно, она откинулась на кровать, позволяя немного расслабиться мышцам.
Спускаясь вниз, она замерла у двери Региса, но не решилась постучать. За дверью было тихо, а значит, скорее всего, он уже отправился вниз. По правде, идти одной ей было боязно. Всё ещё сказывались годы проведённые в одиночестве. Опасения, конечно, были беспочвенными, её и Региса приняли как старых друзей. Чародейка Трисс, которая устроилась рядом с Геральтом, оказалась светлой и доброй. Её смех весело звенел в большом зале. Чародейка Кейра была молчаливой, она меланхолично ковыряла еду в своей тарелке, периодически ругаясь на отсутствующего Ламберта, который отказался отправиться вместе с ней, ссылаясь на необходимость закончить дела.
Высший вампир сидел в другом конце стола. Ночные бездонные глаза стали теплее, когда встретились с подёрнутыми пеленой глазами ведьмачки.
***
Эмиель Регис медленно поднимался по ступеням кручёной лестницы. Лишь на мгновение задержавшись у окна башни, на котором кружевом висела многолетняя паутина. Там за стеклом был укрытый снегом двор крепости, залитый тёплым солнечным светом. Мужчина дошёл до нужной двери, не стучал, знал, что его ждут. Яркий свет из окна ударил в глаза, заставляя прикрыть их и попытаться загородиться рукой. Свет был холодным. Вампир щурился, но не мог разобрать, что за силуэт стоит у кровати. А когда сделал шаг — проснулся. Эмиель Регис поднялся и подошёл к окну. Там за стеклом лежала глубокая ночь, безжизненные черные ветви деревьев вальяжно тянулись за ветром. Липкое чувство, навеянное сном, который повторился уже не первый раз, растворялось. Беспокойство чёрной смолой плескалось на дне его глаз. Он понимал кому грозит опасность, но не мог разобрать от кого.***
Прошёл почти месяц, с тех пор, как они переступили порог крепости. И высший считал, что прошло достаточно времени, чтобы привыкнуть к новой обстановке и к окружающим. Но Лира всё так же была настороженной и просыпалась от любого более громкого слова. Вслушивалась и всматривалась в темноту комнаты и только после этого вновь засыпала. А ещё, она всё так же не смыкала глаз с ним, если он оставался у неё до утра. Чувства страсти, тепла и чего-то большего после проведённой ночи становились слабее всё ближе к рассвету, а затем и вовсе исчезали. И потому каждый раз высший вампир уходил, тихо прикрыв за собой дверь, оставляя напоминанием лишь неизменный запах трав. Непонимание неприятно скреблось на душе. После завтрака, когда все занялись делами по замку, ведь Эскель детально продумал, как можно использовать прибавившуюся рабочую силу, вампир уловил краем глаза, как Геральт подхватывает на руки рыжеволосую чародейку. Как рядом с ней он становится кротким и мягким, и как она рядом с ним становится тише. С грустью высший вампир вновь перевёл взгляд в окно. Там в сугробах Лира помогала Ламберту с покраской ворот, которые несколько дней назад были восстановлены. Нет, она не сторонилась его, но ничто утром не могло послужить доказательством того, что то, что происходит с ними ночью, было не иллюзией или дурманом. Тень сомнения отразилась на лбе глубокой морщиной. Ведь он искал не телесных забав, простой физической радости. Он чувствовал к этому человеку, к этой девушке, и нежность, и желание окружить заботой, и поделиться всеми знаниями, что у него есть, и просто быть… Рядом? Но нужно ли это было ей от него? Вначале, её поведение казалось ему чем-то временным. Регис упорно считал её диким котёнком, который должен вначале привыкнуть к рукам. Затем считал, что это результат ведьмачьих мутаций. А затем задал себе вопрос, а может это всё обман? Минутная слабость? Вспышка, погасшая так же внезапно? — Не поможешь? — вампир вздрогнул, фокусируя взгляд на подошедшем к нему. — Да, конечно, — Регис повёл плечами, словно разминая их. — А то от него, — ведьмак махнул рукой в сторону Геральта и Трисс, — сейчас ничего не добьёшься. Пусть радуется. Вампир ещё раз глянул в окно, но у ворот больше никого не было. Лишь свежая краска блестела на солнце.***
Острый слух уловил едва различимое постукивание по раме стекла. Подойдя, вампир увидел ворона, который беззвучно каркнул, повернул головой и, сложив крылья, прыгнул с карниза, но лишь для того, чтобы взлететь. Дверь на террасу скрипнула, и седовласый гость замка, с толикой беспокойства, обернулся туманом. Он обогнул шпиль одной из башен, коснулся веток деревьев и понёсся вниз по течению реки, не находя в ней своего отражения. У заброшенной хижины тёмно-фиолетовый туман сгустился, приобретая человеческий облик. — Не ожидал встретить тебя здесь, брат мой, — Регис приблизился к мужчине в чёрном плаще с золотой брошкой. — Здравствуй, Регис, рад видеть тебя. — Что привело тебя сюда? Тебе нужна помощь? — вампир озадаченно посмотрел на друга, с которым не так давно простился на окраинах Новиграда. — Нет. Только беспокойство о тебе. Старые друзья сделали несколько шагов к реке, кромка которой покрылась льдом и треснула под их весом. — Детлафф… — Если она причинит тебе вред… Вампир хотел покрепче перехватить ремешок сумки с травами, запоздало вспоминая, что не носил её в замке. Ведь ему не было от кого прятаться. А потому просто скрепил руки в замке за спиной. — Мне? Высшему вампиру? — мужчина легко улыбнулся, пытаясь перевести вопрос в шутку. Голубые глаза, что смотрели сейчас прямиком на него, были похожи на вековой лёд, укрывший вершины здешних гор. — Ты понимаешь о чём я, — сухо ответил он. — Мне приятна твоя забота, поверь, но… — Не повторяй моих ошибок, — красный туман упал на снег и устремился в ночное, затянутое тучами, небо. Разговор оставил тяжёлый осадок, но во всяком случае объяснил причину, ставшего почти регулярным, сна. Регис тяжело выдохнул и после некоторых раздумий двинулся в сторону замка. Когда он вернулся, все уже крепко спали.
