Глава 6. Жертва и охотник.
10 октября 2016 г., 22:25
***
— Возможно, что ты ошибся? — ведьмак подошёл чуть ближе к своему собеседнику. Времени у них было немного, Лира отошла наполнить флягу водой из реки. — Нет, Геральт, увы. Но неужели ты сам не видишь изменений? — вампир повёл головой куда-то в сторону, словно прислушиваясь. — Во всяком случае, она до сих пор не всадила тебе осиновый кол в спину, — Белый Волк улыбнулся и натянул капюшон плаща, отгораживаясь от колючего ветра. — Что, конечно, не причинило бы мне вреда, — глаза высшего смотрели почти равнодушно, но ведьмак слишком давно его знал и понимал, что внешнее безразличие не является гарантией его внутреннего спокойствия. — Но это уже другой вопрос. Регис, может, тогда нет смысла и дальше придерживаться мер конспирации? — Боюсь, это не способствует дружеской атмосфере… Мужчина замолк на полуслове: из-за деревьев показался силуэт их спутницы.***
И действительно, не заметить изменения в ней было невозможно. Лира стала молчаливей, ночных, да и любых, разговоров с Регисом она избегала, ссылаясь на усталость или желание посидеть в тишине, а от любой попытки поговорить по душам она уворачивалась. Но тогда оставался лишь один вопрос. Почему она продолжила с ними путь? Почему не оставила их? Геральт хмурился, напряжение было плотным, как жижа в болоте. И единственное, что его радовало в этом молчаливом противостоянии — по перевалу ещё можно было двигаться, а оставшийся пусть с каждым часом становился всё меньше. Ещё один ночлег и к следующей ночи они уже смогут разглядеть огни Каэр-Морхена. Дом, наконец-то. Хоть ему и нравились тепло и вечный дух праздника Туссента, он с радостью покинул его лишь бы снова вдохнуть горный ледяной воздух и смотреть на это раскинувшееся белое безмолвие. Вот только настроение путников было вовсе не по душе. И с этим действительно нужно было разобраться. Ой как ему не хотелось видеть продолжение этой драмы и в стенах самого замка. Поэтому, остановившись на ночлег, Геральт в спешке отправил в рот несколько кусков мяса и свернул себе тёплую шкуру. — Мне кажется вам двоим есть что обсудить, — подхватив под руку мечи и накинув плащ, Геральт поднялся и вышел из здания мельницы, скрепя лестницей и хлопнув дверью. Последняя со скрипом закрылась, отгораживая оставшихся гостей от бушующей непогоды зимы. — Он удивительно тактичен, не находите? — Регис слегка улыбнулся, подкидывая поленья в огонь. Ответом ему была тишина. — Лира, ну что вы. По правде, вы ведёте себя неразумно. — Да, — девушка равнодушно согласилась. Голос её был тих и спокоен. На лице не было и тени эмоций. — Лира, вы же сами мудро отметили, что в друзья к Геральту абы кто не попадёт. Надеюсь, я смог максимально дословно передать ваши слова. — Да, даже такой как вы. — Как я? Чудовище, — Эмиель Регис демонстративно загнул один палец, — монстр, — второй палец, — упырь. Да. Я был им всё это время и остаюсь. Лира вновь замолчала, напоминая сейчас упрямое обиженное дитя. Высший попробовал снова. — Тогда почему вы отправились с нами дальше? Девушка не отрывала глаз от тёплого пламени огня. Да и не могла же она сказать, что всю чёртову ночь вспоминала классификации и разновидности вампиров, что до самого утра порывалась уехать, седлать Звёздочку и скакать прочь, пока бы не околела. Что всю ночь проклинала себя за наивность и за не исчезнувшее чувство из сердца, что билось маленькой глупой птицей. Она, конечно, могла соврать, сказать, что хочет перезимовать в тёплом замке среди таких же, как и она сама. Могла соврать и сказать, что вернулась, чтобы… убить? Но этот ответ казался ей более чем смешным. Да и вся эта ситуация казалась комичной и странной. — Мне нечего вам ответить, — Лира поправила деревяшку в огне и её поглотило пламя. Всё в этом месте имело тень. Всё. Кроме одного существа, что находилось прямо перед ней. — Лира, — мужчина выдержал паузу, — тогда в селе… — Не стоит, — ведьмачка перебила его, только сейчас решаясь поднять на него глаза и встречаясь с ним взглядом. — Стоит, я считал, что вначале вы должны узнать правду. Называйте это как пожелаете. Высший сделал шаг. — Не надо, — и тихо добавив, — пожалуйста, — Регис не мог отказать её просьбе. — Хорошо, пусть так, — вампир поднял руки вверх, сдаваясь, и решая выбрать другую тактику. — Вы знаете, когда я встретил Геральта… — и Эмиель Регис начал рассказ о своём знакомстве с Белым Волком, об испытаниях, которые они прошли вместе. Он поведал ей и о себе, о таких же как он — об их роде и их с Детлаффом клане. Рассказал и о том, что Геральт сделал для него в Боклере. Он опустил только один единственный момент, который Лире с её профессией был бы наиболее интересен. — Неужели я действительное такое чудовище? — чёрные угольные глаза смотрели пытливо. — Нет. Вампир медленно поднялся, так же медленно сокращая расстояние между ними. Во время его повествования Лира встала и начала отмерять шагами верхнюю площадку мельницы. — Я не причиню тебе вред. Аккуратно он протянул к ней руку, медленно обхватывая пальцами её кисть. Жертва дёрнулась, не сдаваясь, пытаясь высвободиться. — Ты не задала мне один вопрос и ты знаешь какой. Словно зачарованная она не могла оторвать взгляд от чёрных глаз. — А разве он имеет значение? — ведьмачка грустно улыбнулась и перестала сопротивляться. — Пожалуй, действительно — нет. Высший вампир сделал шаг навстречу, нежно касаясь её губ, выжидая ответа. Он чувствовал, как каждая мышца её тела напряглась. Чувствовал внутреннюю борьбу, слышал стук сердца, движение крови. Лира опустила руку ему на спину и подалась вперёд. В какой-то момент Регис решил, что сейчас она вонзит тот самый кол ему в сердце. Но он почувствовал лишь тепло её ладони. Девушка запустила пальцы в седые волосы, вдыхая аромат и утыкаясь мужчине в шею. Сдалась? — Дай мне время привыкнуть. Это сложно. — Конечно, — пальцы с длинными ногтями бережно перебирали пряди волос, — конечно. Его голос шепотом забирался в душу, его руки крепче обняли её, отрезая возможные попытки к бегству. Губы коснулись её щеки, спускаясь к шее, нежно целуя место недавнего укуса экиммы. Ведьмачка дёрнулась, но сильное кольцо рук не дало отстраниться. — Ш-ш-ш, всё хорошо, — голос убаюкивал, успокаивал. Её глаза глядели взволнованно, а на щеках был такой же румянец, как и той зимней ночью в селе. Поленья потрескивали в огне, половицы скрипели, заполняя тишину ночи. Мужчина приподнял её подборок, вынуждая посмотреть себе в глаза, желая убедиться в том, что она не играет. Потому как он имел случай убедиться в человеческой сложной натуре. В подёрнутых пеленой глазах была лишь растерянность, но ни тени обмана. Когда Лира сама потянулась к нему, целуя жадно, с порывом, высший вампир улыбнулся, позволяя себе углубить поцелуй и целовать так, как уже ему давно хотелось. — Вернёмся ближе к огню. Он потянул её на себя, опускаясь на подстилку из сена и тёплых шкур, вынуждая сесть ему на колени. Его пальцы с особой нежностью коснулись её щеки, спустились к плечам, находя застёжки доспехов. С лязгом её камзол упал на пол. Лира потянулась к пуговицам его сюртука. — Я сама, — желающий помочь вампир лишь кивнул, покорно дожидаясь пока она справится. Возможно, она ждала страсти, животной ярости, но Регис был нежен, терпелив и внимателен. Его губы невесомо касались кожи, а руки его успокаивали, ласкали. Лишь когда он расстегнул рубаху, девушка дёрнулась, но дело было не в нём. Её усеянное безобразными шрамами тело. И мужчина склонился и поцеловал её ключицу, от которой тянулся длинный рубец, разводя её руки, которыми Лира словно хотела прикрыться. Девушка слегка надавила ему на грудь, и мужчина послушно откинулся назад, увлекая её за собой. Ведьмачка нежно коснулась его виска, поцеловала скулу, шею, спускаясь ниже к груди, руками расправляясь с завязками на штанах. Регис поднял руку и хотел притянуть её к себе для очередного поцелуя, но она перехватила его кисть, целуя каждую её косточку. Прогнившие доски недовольно скрипнули, когда вампир перевернул её на спину и сам оказался сверху. Она улыбнулась, притягивая его ближе, не желая сейчас отпускать, полностью отдаваясь наполнившему её желанию. И потому, обхватив бедра вампира ногами, с её уст сорвалось его имя. В нём было всё: и просьба, и согласие. И вновь, он не мог ей отказать. А потому, приподняв её бёдра, он подался вперёд, и она прижалась к нему сильнее. Её горячее дыхание обжигало шею, а безумный стук сердца оглушал. Регис крепче сжал девичью фигуру, позабыв о хрупкости человеческого тела, но Лира не возражала, продолжая целовать его шею, гладить спину и бёдра, подаваясь ему навстречу. Позабытый костёр догорел, отдавая последнее тепло двум не-людям. Высший обнимал её со спины, делая вид, что спит, прислушиваясь к девушке рядом. Ведьмачка же ни на секунду не позволила себе провалиться в сон. И Эмиель Регис дал себе обещание, что когда-нибудь она сможет крепко спать в его объятиях.***
— Холера, — дверь со скрипом открылась, впуская вихрь снега и солнечный свет. Скрипя и стуча зубами, злой и помятый ведьмак продолжил: — Всю оставшуюся дорогу, ты, — он указал рукой на Региса, — и ты, — теперь взгляд упал на девушку, что сидела укутавшись в меховой шкуре у огня, — готовите еду и заботитесь о нашем дорожном комфорте. Накер вас побери. Блять, до чего же холодно, — но бормотание ведьмака больше никто не слушал, да и он попросту замолчал, уплетая хлеб, ломтики козьего сыра и пробуя уже разогретое Регисом вино. Про себя Геральт отметил, что он, безусловно, всё правильно сделал. Ведь когда он вошёл, эти двое сидели рядом, беседуя о предстоящей дороге.
