Связанные поцелуем

Сонгю внимательно осматривает ребят, пока те садятся. - Кажется, кто-то чересчур вырядился, - он мягко журит Ухена. Сонель с любопытством смотрит на парня, ведь он давно привык к тому, что Ухен даже в продуктовый всегда идет при параде. - Кажется, кто-то пришел сюда прямо в пижаме, - огрызается Ухен. Сонгю одет в обычную толстовку. Хоть оба парня и совершенные противоположности, но они держатся за руки, и пальцы их переплетены, а это главное. Сонелю интересно, как они с Менсу смотрятся со стороны. - Простите за опоздание. Мы совсем забыли о времени, да еще Сонель никак не мог найти это место. - Не мог? – повторяет Ухен, немного расстроенный таким оправданием. Он пытается найти какие-то эмоции на лице Сонеля, но тот делает вид, что в этом нет ничего особенного, и поудобнее устраивается на сиденье. - На целых полчаса. Я уже был готов Ухена съесть! – жалуется Сонгю. – Давайте заказывать. - Что будешь, Ель? – Менсу обращается к нему, и Сонелю хочется ударить его за то, что тот сокращает его имя. Менсу сжимает его бедро. Сонель понимает намек: он должен придерживаться расчудесного плана Менсу. - Решил, что закажешь? - он откладывает свое меню и заглядывает в меню Менсу. – Я хочу вот это. Прижимаясь к плечу парня, Сонель тычет наугад в какое-то блюдо. - Ребят, раз уж мы пришли в корейское барбекю и проголодались, а Сонель даже не дал мне позавтракать... - Эй! - ... давайте закажем огромную порцию мяса? - Звучит неплохо, - соглашается Сонгю. - Ой, да ладно. Я уверен, что мама Сонеля накормила тебя перед уходом, - Ухен продолжает рассматривать меню. - Откуда ты узнал, что Менсу был у меня? - Я видел, как вы шли к тебе утром, а вы меня даже не заметили. Он явно хочет показать, как оскорблен этим фактом, поэтому Сонель подыгрывает: - Правда? Прости тогда. - Вот видишь, он извинился, поэтому будь хорошим мальчиком и перестань дуться, - Сонгю легонько подталкивает Ухена локтем, на что тот вздыхает и бормочет, что вовсе не дуется. - Вот и хорошо, раз все разрешилось... какое мясо будем заказывать? - Свинину! – одновременно произносят Сонель и Менсу, а потом смотрят друг на друга и смеются, потому что они сделали это, не сговариваясь. Сонгю хмыкает. - Пусть будет свинина. - Но Ухен не любит свинину, - возражает Сонель. – Лучше заказать что-нибудь с говядиной. - Теперь я люблю свинину! - Ты же всегда орешь на нас с Хоей, когда мы заказываем свинину. Сонель понимает, что сказал что-то не то, потому что Ухен избегает взгляда Сонгю и чешет затылок. - Просто закажите, что хотите сами. Мне все равно. По взгляду, который Сонгю бросает на своего парня, Сонель понимает, что тот наверное не говорил ни слова против, когда Сонгю заказывал свинину. И это бесит его до ужаса. Ухен всегда такой эгоист; он когда-то бросил девчонку только из-за того, что пока он был в туалете, она заказала им обоим свинину. Но, видимо, с Сонгю у них все по-другому. Сонель пытается не злиться, но у него плохо получается; для Ухена он – лишь как одна из ничего не значивших бывших, тогда как к Сонгю он относиться по-особенному, он важен для него и ему действительно хочется, чтобы Сонгю отвечал ему взаимностью. У него всегда были такие невзаимные отношения с девушками. Именно они подходили к нему, купали его в своей любви, и они же оставались с разбитым сердцем и обливались слезами, когда он бросал их. Также, как и любая из них, Сонель думал, что он особенный; хотя он также бегал за Ухеном, терпел все его вспышки гнева и раздражения и в конце концов остался у разбитого корыта, а Ухен продолжил жить как ни в чем не бывало. - Ладно, давайте закажем всего понемногу... – Менсу все еще изучает меню, раздумывая, чтобы взять. Сонель снова напоминает себе, что Менсу – намного интересней происходящего здесь, и это срабатывает. У Менсу такое беспечное выражение лица, и он сидит так, что когда моргает, со своего места Сонелю видно, как трепещат его ресницы. Пока они ждут заказ, Менсу кладет свою руку на талию Сонеля, и оба оживленно болтают об игре, в которую они играли. Разговаривая, Сонель специально касается его руки, локтя и груди. Он настолько поглощен своими собственными действиями, прикосновениями Менсу и всем этим спектаклем, что почти не замечает Ухена и Сонгю. Потом к их разговору присоединяется Сонгю; похоже, что некоторых друзей Менсу он знал и ненавидел. Короче, какая-то бредятина про школьных друзей. Бла-бла-бла и тому подобное. Ухен пинает Сонеля под столом, когда замечает, что тот совершенно не прислушивается к разговору. Он строгим взглядом показывает, что Сонель должен внимательно слушать, но Менсу выглядит напряженным. Видно, что ему не хочется продолжать обсуждать своих друзей. А Сонеля совершенно не интересуют друзья Менсу, потому что он занят изучением частей тела парня, которые реагируют на его прикосновения. Таких, как затылок. Или кожа за ухом. Он вздрагивает от прикосновений пальцев Сонеля прямо на середине предложения. Его так легко отвлечь, от чего Сонелю очень весело. Менсу поворачивается к нему, когда наступает очередь Ухена говорить, и утыкается носом в шею Сонеля. Сонель не уверен, что они в действительности пытаются сделать, но это определенно срабатывает. - Я в туалет! – Ухен бросает палочки на стол. Только когда наконец приносят еду, они меняют тему разговора. Ухен и Сонгю вспоминают песни, которые нравятся им обоим, и Менсу, кстати, тоже, но в основном они кормят друг друга с этими по уши влюбленными выражениями на лицах, от чего Сонеля тошнит, пока он не замечает, как Менсу подает ему знак, кивая головой на парочку. - Нет, - Сонель шепчет ему. - Да. - Мне начинается казаться, что ты от всего этого получаешь удовольствие. - Сделаем это, Сонель. - Нет, я предупреждаю тебя. Но Менсу уже протягивает к нему палочки. - Я не хочу вести себя также неприлично, как эти дедульки..! – он отодвигается как можно дальше, пока не стукается затылком об окно позади себя. Менсу ведет себя как скотина, самодовольно улыбается и пытается его рассмешить, говоря фразочки типа: «Смотри, а там вертолет!» и «А не самолет ли там идет на посадку?». Но Сонель не двигается с места и плотно сжимает губы, пока Менсу пачкает их жирным мясом, пытаясь запихнуть его ему в рот. В качестве мести он бросает в Менсу кимчи, но тот умудряется поймать еду ртом. - Кажется, нас только что обозвали, - Сонгю находит это забавным. - Мне тоже так кажется, - соглашается Ухен, но его это явно не радует. ~ Поев, ребята болтаются по торговому центру. Если до этого в ресторане они не очень открыто проявляли эмоции, то сейчас Менсу просто из кожи вон лезет. Он держит его за руку, пока они гуляют, разглядывая витрины. Ему немного неловко, потому что все вокруг пялятся на них, но не так сильно, как в школе, поэтому он терпит. - Смотри, какая красивая, - Сонель говорит, нагибаясь, чтобы лучше через стекло рассмотреть вещицу. - Тебе всегда нравятся самые дурацкие штуки, - комментирует Ухен, проходя мимо них с Сонгю (все еще болтающим с кем-то по телефону), которому, похоже, до лампы все эти ювелирные украшения. - Где? – Менсу тоже наклоняется. - Вот это, - Сонель указывает на витрину, где находится украшение. - Подвеска со знаком бесконечности? Выглядит дешево и по-девчачьи. Сонель гневно смотрит на него, и Менсу хмыкает. - Эй, у тебя нет сережек, - внезапно восклицает Сонель и касается мочек ушей Менсу. У самого Сонеля около пяти сережек в ухе, и ему кажется странным, что у Менсу вообще нет ни одной. – Если так подумать, ты даже особо не носишь колец и браслетов. Он раскрывает ладонь Менсу другой рукой, как будто проверяя наличие украшений. Ему кажется, что глаза Менсу готовы просверлить в нем дырку, и он вдруг стесняется интимности его прикосновения к парню. Звонок телефона наконец заставляет их отвернуться друг от друга. Хоя прислал ему сообщение. - Пошли, а то потеряем их. - Подожди. Сонель отвечает на сообщение лучшего друга. Менсу приобнимает его и кладет голову ему на плечо, подталкивая в сторону Сонгю и Ухена. - Ты переписываешься с лучшим другом во время свидания с ненастоящим парнем, которого ты нанял, чтобы отомстить другому лучшему другу? Я начинаю думать, что у тебя какие-то фетишистские наклонности. Сонель хихикает. - Думаю, он обижен, что мы не позвали его с нами, но не хочет это признать. - Ага, - с сарказмом отвечает Менсу. Сонель бросает взгляд на Ухена и Сонгю, идущих перед ними. Единственное, что указывает на то, что они встречаются – это ладонь Ухена на пояснице Сонгю, которой он как будто направляет его в нужную сторону. - Тебе не кажется, что мы слишком усердствуем? – шепчет он. Менсу склоняет голову набок. - Что ты имеешь в виду? - Честно говоря, меня тошнит от всех этих прикосновений. Разве настоящие пары действительно так липнут друг к другу? Ну, не то чтобы его и вправду тошнит. И не то чтобы ему неприятно – наоборот, руки Менсу осторожные и нежные. Но, конечно, он не сказал бы, что ему нравится это. Он просто пытается настоять на своем. - А почему бы и нет? – голос Менсу звучит обиженно, хотя он и пытается не показывать этого. Сонель чешет затылок и думает, что сказать помимо очевидного: «Посмотри на Сонгю и Ухена!». Но в голову ничего не приходит, и Менсу продолжает: - Если хочешь, я перестану. Но ты ведь сам начал все это, и теперь будет странно, если мы вдруг будем вести себя холодно. - Что? Когда это я... - В ресторане, ты всего меня облапал... - Я делал так, как ты мне сказал! - Ну так продолжай делать тоже самое, потому что это работает. С этим он не может поспорить, потому что Ухен и правда злится. Они идут в зал с игровыми автоматами и играют на паре из них. Сонелю не особо хочется признавать, что ему весело, но это действительно так. Ухен по жизни фигово играет в игры, но в нем есть дух соперничества, Сонгю проигрывает специально, потому что не хочет, чтобы Ухен был единственным проигравшим. Вообще Сонгю – довольно веселый парень, и хотя сам по себе такой весь правильный, но с Ухеном он совершенно расслабляется. Из Сонеля и Менсу получается хорошая команда, и они ведут по очкам, но тут случается нечто совершенное странное. Сонель соревнуется с Ухеном в гонках на машинах, а Сонгю отходит в туалет. Сонель твердо намерен победить его, но Менсу наклоняется к нему и советует стараться не сбивать препятствия, потому что от этого замедляется скорость. Сонель поднимает на него взгляд, и понимает, что ему нравится, как уложены волосы парня, ему нравится запах его сильного одеколона, ему нравится, как он смеется. Само собой, его машина выезжает на железнодорожные пути, разбивается, и Ухен побеждает. Он торжествует из-за своей победы всю дорогу к парку, несмотря на то, что Сонель выиграл остальные двенадцать партий. Он тычет этим в нос Сонелю, но тот только смеется над тем, что Ухен не умеет проигрывать достойно и не хочет признавать, что не умеет играть в игры. Сонгю с Менсу идут за ними, разговаривая. - Сонгю, ты должен купить мороженое своему парню, прирожденному победителю, кстати! – Ухен повисает на руке Сонгю, указывая на палатку с мороженым. - Ну-ну, прирожденный победитель! - И это мне говорит парень, который даже не может победить меня в гонках! - Ты даже ударить точно не можешь! И зомби убить! Ты ни одного не смог убить! - Ладно, ладно. Я тоже тебе куплю мороженое, ладно? – Менсу треплет волосы Сонеля. Сонель скрещивает руки на груди. - С крошкой. - С крошкой, - обещает Менсу и, хмыкая, идет за Сонгю. - Они понравились друг другу, - вдруг произносит Ухен, наблюдая, как Менсу и Сонгю становятся в очередь; Сонгю объясняет что-то, показывая Менсу какие-то странные движения рукой. Затем Менсу тоже показывает Сонгю странные движения рукой, и Сонгю кивает с такой важностью, как будто они обсуждали что-то очень серьезное. - Но еще ведут себя неприязненно, - добавляет Сонель. Ухен смеется, а затем поворачивается лицом к нему, и только тогда до Сонеля доходит, что он остался с ним один на один. Без Менсу он чувствует себя уязвимым. Ухен закусывает губу и вздыхает, изучая выражение лица Сонеля, и Сонель чувствует себя беспокойно, потому что знает, что Ухен сейчас ляпнет что-нибудь неприятное. Он не выглядит раздраженным или ревнующим, и хотя где-то в глубине души это задевает его, Сонель больше боится того, что Ухен начнет извиняться. Он пока не хочет прощать его. Ему комфортно в его теперешнем состоянии: злиться на Ухена, быть лучшими друзьями с Хоей, который действительно старается поддержать его, и с Менсу, парнем, который без сомнения стал частью его жизни. Заметной частью его жизни. Пока Ухен не успевает ничего сказать, Сонгю спасает положение. - Ухена-а, я покупаю тебе ванильное мороженое! – кричит он. - Я не хочу ванильное! – кричит тот в ответ. - Тогда шоколадное! Ухен цокает языком. - Я хочу с корицей! - Но у них нет корицы! Менсу, уже с двумя стаканчиками мороженого в руках, смотрит на это перекрикивание между парнями, а потом говорит что-то Сонгю, тот кивает ему и идет к парням. Он выглядит разозленным и орет: - ЙА, ты маленькая скотина, иди сам и выбери себе чертово мороженое с каким хочешь вкусом! - Ни хрена не может без меня сделать, ну правда, - шепчет Ухен и бредет к палатке. Его заменяет Менсу и протягивает стаканчик с мороженым Сонелю. Оно шоколадно-клубничное, как раз как он любит. - Ты не добавил крошку, - он фыркает достаточно громко, чтобы его смог услышать Ухен. Менсу хмыкает и садится на скамейку, наблюдая за тем, как Сонгю дает тумака Ухену. - Между прочим, за мороженое ты прибавишь мне к зарплате 5,000 вон. А если бы я еще положил крошку, то это было бы 5,500, а я ведь заботливый парень, поэтому решил сделать, как лучше. - Значит, 1,205,000. Ничего страшного, - Сонель ухмыляется и садится на скамейку поперек, к нему лицом. - Ты забыл о ресторане. - 1,225,000. Невелика разница. Менсу гневно смотрит на него, и Сонель пытается не заржать со ртом, полным мороженого. - Ностальгию навевает, не находишь? Сонель удивляется, что уже закат. Они сидят на скамейке с мороженым в руках. - Ты имеешь в виду наше первое свидание? - Ага. - Похоже на то, - Сонель пожимает плечами. – Если это мороженое окажется каким-то образом на мне, я тебя прибью. Менсу смеется. - Тебе не о мороженом стоит беспокоиться, - он прислоняет свой лоб к его, и в течение миллисекунды Сонель напрягается и чуть ли не роняет мороженое. - Что ты... делаешь? - Удостоверяюсь в том, что получу свои деньги. Они смотрят на нас. Сонель даже не знает, что сказать, потому что дыхание Менсу смешивается с его собственным. - Ну? - Что, ну? – он пытается посмотреть вниз, на трясущийся стаканчик с мороженым, чтобы избежать столкновения с взглядом Менсу. - Поцелуй меня. Сонель еще сильнее вцепляется в стаканчик, потому что мир вокруг него как будто вращается, и этот стаканчик – единственное, что может удержать его в устойчивом состоянии. - Разве мы уже не обсуждали это?! - Если ты сейчас не сделаешь этого, будет весьма подозрительно. - Мне все равно, - шепчет он, пытаясь удержать под контролем свой голос. Мороженое кажется ему сейчас таким интересным. Практически захватывающим. О, боже, да этому стаканчику с мороженым стоит присудить номинацию идола года. - Трусишка, - дразнит его Менсу шепотом. - Тогда сам виноват. Он очень нежно касается пальцем его подбородка, и Сонель хочет воспротивиться, но просто не успевает среагировать. Мягкие губы Менсу соприкасаются с его, до боли медленно, заставляя его сердце биться громко и с такой безумной скоростью, что Менсу наверняка тоже может услышать стук. Он не планировал этого, ему просто хочется произнести его имя, чтобы он остановился, но его собственные губы раскрываются, и Менсу принимает это за намек углубить поцелуй. Это совсем непохоже на поцелуй с Ухеном. Менсу в сотни раз лучше Ухена, и кажется, как будто точно знает, что делает; он придвигается так близко, что они касаются друг друга коленями, а носы горят от их горячего дыхания. Он чувствует себя так, как будто проглотил стайку бабочек, которые царапают его живот изнутри, пытаясь выбраться. Сонель настолько поглощен происходящим, что даже не знает, куда пристроить свои руки, поэтому просто неловко держит их в воздухе, боясь пошевелиться. К счастью, Менсу ухватывается за них и кладет себе на плечи. Когда он наконец решается придвинуться ближе, Менсу подается назад. - Боже мой, ты просто ужасно целуешься! - восклицает он, немного задыхаясь. Он говорит это таким тоном, как будто это какое-то невероятно важное откровение. Сонель уже как с минуту не дышит вообще, а его глаза похожи на блюдца. - Ты, наверное, худший из тех, с кем мне приходилось целоваться, - он продолжает. - Заткнись, - Сонель вновь овладевает своим все еще немного дрожащим голосом и подносит ко рту мороженое, чтобы заесть им сладость губ Менсу. Его рука еще немного подрагивает. - Не смотри сейчас на парней, Ухен закатил истерику. - Правда? – ему безумно хочется посмотреть, но сначала он хочет привести в порядок сердцебиение. - Ага. Хотя я не знаю, с чего он так бесится; это было ужасно. Если ты так с ним целовался, то я понимаю, почему он ушел от тебя. - Заткнись! – Сонель хочет наградить его гневным взглядом, но Менсу наблюдает за ним с ухмылкой на лице, а его губы все еще блестят после поцелуя, и Сонель отворачивается, как будто обжегшись. Он трет лицо в смущении, пытаясь спрятаться хоть где-то. – Я тебя сейчас так сильно ненавижу. Менсу встает. - Пошли, и хватит раздувать из мухи слона. Мы ведь все время целуемся, помнишь? Разумеется, следующий час он ест свое мороженое, кипя от злости. Менсу постоянно успокаивающе поглаживает его руку, но это не помогает. Сонель хочет, чтобы Сонгю и Ухен свалили как можно дальше, чтобы он смог от души побить Менсу. Он решает, что сначала даст ему пощечину, просто для драматичного эффекта, а затем выплеснет на него волну самых грубых ругательств. Когда он планирует, где бы сжечь Менсу заживо и похоронить, рука Менсу вдруг оставляет теплый след на его руке. Он выжидающе смотрит на парня. - Что? Кажется, как будто Менсу сдерживает себя, чтобы не засмеяться. - Я сказал, что отойду в туалет. - Я тоже пойду, - встревает Сонгю. – Ухен сказал, что ты тоже хотел. - Мне не надо, - Сонель роняет стаканчик из-под мороженого, над которым он издевался, планируя медленную смерть Менсу, когда видит, что Ухен не отрывает от него взгляда. - Ч-что? - Должно быть, ты считаешь меня идиотом, думая, что я куплюсь на этот дермовенький поцелуй. - Что? – повторяет Сонель. - На секунду, - он указывает на него пальцем, как обычно это делает мама. – Всего лишь на одну жалкую секунду я мог бы поверить, что вы по-настоящему встречаетесь! - Только не надо опять за свое! - Сонель, прекрати врать мне! Это сводит меня с ума! Я твой лучший друг, ради всего святого! - Тогда просто признай, что ты ревнуешь. - Я не ревную! У меня есть Сонгю, и с чего бы мне ревновать из-за этой жалкой попытки изобразить пару? Он попадает прямо в точку, и Сонель встает, стараясь симулировать обиженный вид. - Мне кажется, на этом наша встреча окончена. Я иду домой. - Не пытайся сбежать из-за того, что знаешь, что я прав! Я не слепой; я прекрасно видел, что ты не хотел целовать его! - Ты не можешь говорить такие вещи, потому что не твое чертово дело, реально он мой парень или нет, потому что ты с Сонгю! - Как это связано?! Сонель не имеет ни малейшего представления, как это связано, и не знает, что ответить, потому что совсем не ожидал такого. - Я беспокоюсь о тебе, и мне, конечно, не наплевать на тебя! – продолжает он. - Я иду домой! – он стремительно разворачивается и уходит, и Менсу немедленно присоединяется к нему, поспешно прощаясь с новым другом-старшеклассником; кажется, они даже не успели дойти до туалета. - Что случилось? – он спрашивает, как только они скрываются из вида парней. - Он полностью раскусил нас. Менсу еле поспевает за его быстрым шагом. - Ты должен был сделать вид, что тебе наплевать, что он думает; своим поведением ты только подтверждаешь его догадки. - А что я мог сделать? Все шло хорошо до тех пор, пока ты не решил поцеловать меня. - Я не знал, что ты так плохо целуешься. - Это моя вина, что ли? Они в глубине парка. Темно, и уже не разглядеть садик, где они сидели с Сонгю и Ухеном. Менсу хватает его за руку и держит так, чтобы он обернулся, и Сонель останавливается. - Мы придумаем что-нибудь, ладно? Его плечи уже не такие напряженные, и он вздыхает. Не то чтобы он злился, он просто устал. Он кивает, и Менсу изучает выражение его лица. - А теперь отведи меня к станции. Я не могу ориентироваться в вашем фешенебельном районе из-за огромных домов. Эта фраза заставляет его задуматься, действительно ли Менсу настолько беден. И как ни странно, он улыбается. - Если так подумать, Менсу, ты как Золушка, только без туфельки. А Сонджон – твоя фея-крестная. - Почему-то я действительно могу представить Сонджона в ярко-розовой пачке. Его настроение улучшается, и он смеется. - Красивый принц – это деньги в банке. А ты – злая мачеха, которая мешает мне получить их. Сонель идет к выходу из парка. -Не-е-е-т, ты все портишь. Я – красивый принц, а ты - принцесса, потому что я выручаю тебя из твоего бедственного положения с помощью моего бескорыстного денежного пожертвования. - Ты проиграл мне уже на слове “принц”, потому что принцы не могут быть некрасивыми. Насчет этого должно быть установлено негласное правило. - Ты такая сволочь, ты в курсе? - Ты мог бы быть принцессой. Страшненькой принцессой. Или… ты мог бы быть Принцем-лягушкой… хотя, при поцелуе ты красивее не становишься. - Я ненавижу тебя. - Я знаю. - Я нормально целуюсь… просто ты застал меня врасплох,и все. - И поэтому ты целый час парился на этот счет. Я чуть ли не слышал, как работали твои мозги. - Ухен никогда не жаловался! - Спорю, что жаловался, только ты не понимал намеков. Ты немного бестолковый. - Я бестолковый? Сам ты бестолковый! Я конкретно сказал тебе: “Никаких поцелуев…” Они выходят на улицу, и Сонель внезапно замечает, что люди сморят на них, потому что Менсу все еще держит его за руку. Они разрывают прикосновение и смотрят куда угодно, только не на друг друга, и Сонель чувствует, как горит его лицо. Он, должно быть, привык. Они ведь весь день ходили так. Да, он просто привык.

*** http://s005.radikal.ru/i212/1301/1b/77b1a5b4aca3.jpg Не могу не поделиться - чуть не умерла от фапа, когда переводила сцену поцелуя! Что же дальше тогда будет? *_*