Связанные поцелуем

“Что значит, ты не пойдешь?” – он опускается на кровать. До вечеринки Сонгю остались считанные часы, и Сонель уже успел принять ванную и поугрожать брату, что разболтает маме какую-нибудь гадость про него, если он откажется уложить Сонелю волосы. “Сонджон остается дома. Поэтому я тоже никуда не пойду.” “Да ладно тебе, Менсу…” – ноет Сонель. Сложно поверить, что он вообще намерен пойти на вечеринку Сонгю, а если еще и Менсу откажется, то и ему там делать будет нечего. “Он – мой лучший друг.” “А я хотел похвастаться тобой перед всеми… тем более ты такой сексуальный с этим порезом на губе…” С другого конца провода слышится хмыканье. “Значит, ты только из-за этого хочешь, чтобы я пришел?” “Ну… да. Я всем расскажу, как ты спас меня от монстра… и какой ты смелый…” Он удостаивается еще одной серии смешков. “Тогда надо придумать другой сюжет, чтобы наши версии не расходились.” “То есть, ты все-таки пойдешь?” Сонелю слышно даже сквозь телефонные помехи, как парень тяжело вздыхает. Ему не хочется приплетать к разговору тему денег. И не то чтобы он не хотел их платить, наоборот, он считает, что Менсу справился со своей работой просто исключительно. И честно заработал свои деньги. И пусть даже их отношения – ложь, и он не знает, что с ними дальше будет, перспектива выплатить Менсу оставшуюся сумму пугает его, хотя он даже точно не уверен, почему. Теперь он не может представить себе вечера, когда не будет переписываться с Менсу, или дни, когда не будет встречать Менсу в школе. Он просто не знает, чем сможет заполнить все то время, что сейчас он проводит с Менсу, и не понимает, как раньше жил без него. “Ты же вроде не работаешь. И по дому тебе делать ничего не надо. И ты наверняка в плохом настроении и шатаешься без дела. Давай вместе бездельничать и скучать, и портить всем настроение на вечеринке Сонгю?” “Так не честно. Я не могу тебе отказать”, - хихикает Менсу. “Супер. Я встречу тебя у станции метро?” Не дожидаясь очередного вздоха от Менсу, Сонель цокает языком. “Не волнуйся, я точно знаю, как убедить Сонджона.” “Если он не согласился со мной, сто процентов тебе тоже не удастся переубедить его. Если только ты не планируешь вытащить его из дома за волосы – в таком случае хочу тебя предупредить, что у него не ногти, а когти.” “А кто говорит обо мне?” “Тогда как именно ты хочешь…” “Я встречу тебя у станции метро?” Еще один вздох. “Ладно. Увидимся там.” Как только Менсу кладет трубку, он набирает другой номер. Когда кто-то поднимает трубку, слышно только громкий смех Дону. “Алло”, - наконец отвечает Сонгю. “Хен…” “Где вас носит, черт возьми? Перепутали адрес, что ли? Сонджон должен знать, где я живу; он уже был у меня в гостях три раза!” – Сонгю рявкает в трубку, явно взбешенный чем-то. Не успевает Сонель ответить, как слышит очередной взрыв смеха, сопровождаемый нелепым айгу Ухена. Потом Сонгю не выдерживает. – “Хоя, пожалуйста, не мог бы ты закрыть этих двоих в отдельных комнатах? А то мы так никогда ничего не подготовим!” С чего вдруг Хоя тоже там? “Ну так что?” – он возвращается к разговору. – “Вы потерялись или нет?” “Ты сказал, что вечеринка начинается в девять.” “Да, но это для остальных гостей. Вы должны были прийти помочь!” Кто их записал бесплатной рабочей силой? “И как, блин, мы должны были узнать об этом? Догадаться?” – он спорит. “Я еще в столовке сказал, что приглашаю вас!” “Ну, значит, мы тебя не расслышали!” Сонгю раздраженно цокает языком. “В любом случае”, - он делает паузу. – “Сонджон не хочет идти на твою вечеринку, хен.” “Почему, черт возьми?” Сонель чуть ли не слышит, как парень хмурит брови. Стоит ли говорить, что на подходе к станции, Сонель обнаруживает рядом с Менсу Сонджона, одетого в симпатичный кардиган и брюки пастельного тона. Он выглядит даже лучше Менсу. - Сонгю пригрозил позвонить моей маме и сказать ей, что как мой хен, он обеспокоен, что я слишком мало общаюсь со сверстниками. Прикинь, как мне неловко было бы?! – объясняет Сонджон. ~ - А ты говорил, что у меня дом большой. Они стоят с открытыми ртами. Дом Сонгю выглядит как шикарный особняк – да что уж там, как пятизвездочный отель. У входа даже есть работающий фонтан. - Только не говорите мне, что не были здесь, - Сонджон морщит нос, видя на их лицах идентичные восторженные выражения. – Хотя, думаю, это очевидно, ведь каждый раз, когда Сонгю-хен приглашал нас, вы терлись друг о друга, прячась по каким-то темным углам. - Мы не целовались в темных углах, - возражает Сонель, почесывая голову. – Мы разговаривали. - Разговаривали и целовались, - обобщает Менсу. - Ну, давайте уже зайдем. Хоя-хен пообещал припрятать для меня вкусненького пунша. Сонджон устремляется вперед. Громкая музыка сотрясает крышу, а через открытую дверь постоянно снуют туда-сюда люди. У входа уже скопилась кучка пустых банок из-под пива. Девчонки курят во дворике. Кого-то тошнит. - Никогда не был на вечеринках богатеньких… но выглядит как самая обычная вечеринка, только более крупномасштабная. - А ты думал, мы слушаем классическую музыку и попиваем вино? – возмущается Сонель. Менсу пожимает плечами, скрывая улыбку. - Типа того. Сонель закатывает глаза и делает глубокий вздох. - Ну, сделаем это. Гостиная просто огромная и заполнена людьми, которых Сонель даже в школе никогда не видел. Из комнаты убрали всю мебель, превратив ее в танцпол. Музыка почти что оглушает. - Вау, размером чуть ли не со всю мою квартиру, - горько резюмирует Менсу, оглядываясь. Сонель игнорирует его. - Куда ушел Сонджони? Он не может найти ни одного знакомого лица в толпе. Они следуют за потоком людей следующую комнату, напоминающую еще одну гостиную. В ней еще есть мебель, несколько диванов и стеллажей или кофейных столиков, которые в основном уставлены пустыми стаканчиками и пивными бутылками. Здесь столько людей, общающихся друг с другом стоя или сидя, что он сразу же проталкивает Менсу в кухню. На кухне намного спокойнее. Людей здесь нет, но она под завязку наполнена закусками и выпивкой, и еще здесь стоит огромный автомат с тремя вкусами пунша на выбор, на котором приклеено предупреждение, что напиток содержит алкоголь. Сонель с легкостью узнает почерк Ухена. Он замечает дверь, ведущую на симпатичную веранду. Какая-то парочка уже обнимается там. - Теперь мы знаем, почему Ухену нравится приходить домой к Сонгю. Здесь так много укромных уголков, где можно пообниматься, - он говорит. - Это единственное, о чем ты думаешь, а? – Менсу тянет его за рубашку, и Сонель автоматически улыбается. - Уверен, это единственное, о чем ты вообще думал. - Я думаю, нам стоит опробовать некоторые из этих укромных местечек. Раз уж мы сюда пришли… - Стоит, - соглашается Сонель. Они сладко целуются, и Менсу сразу прижимает его к стойке. - Наконец-то, блин! – кто-то бросается обнимать их обоих, и они быстро отходят друг от друга. – Всего два часа сюда ехали, но все равно опоздали! Сонгю выглядит пьяным. В руке у него наполовину пустой стаканчик, а на голове – шляпа с леопардовым принтом. - Мы уже хотели было подумать, что попали не на ту вечеринку, - приветствует его Менсу. - Пффф, ага, я так смотрю, думали вы языками во рту друг у друга! Где Сонджон? – он оглядывается, словно Сонджон может внезапно появится из ниоткуда. - Где-то… здесь. Мы как бы потеряли его. - Мне нужно познакомить его с одной телочкой… У них одинаковые волосы, клянусь! К черту, он не выглядит пьяным. Он однозначно пьян. - А где остальные? – спрашивает Сонель, изо всех сил пытаясь не заржать. - О! – Сонгю оборачивается. – Ухен-а! Секунду назад он был здесь… маленький негодник… Вот, подержи, - он протягивает стакан с пивом Менсу. – Я знаю, где он прячется… И скрывается в толпе. -Ла-адно… Он пьяный в стельку, - Сонелю приходится признать очевидное. Кто знал, что хомяк Ким Сонгю тот еще любитель вечеринок. Менсу хихикает, когда Сонель наливает себе пунша и пробует его, гримасничая. - Что это? Водка с розовым пищевым красителем? Менсу берет стакан из его рук. - Это соджу, - сообщает он, попробовав содержимое стаканчика. Сонель все-таки делает выбор в пользу более привычного ему пива. - Слишком крепко для тебя, трусишка? - Ты просто хочешь, чтобы я напился. - Не скрою, такая мысль приходила мне в голову. - Знаешь, ты не сможешь воспользоваться преимуществом надо мной. Я старше и выше. И все такое, - продолжает Сонель, когда они идут обратно в гостиную. Менсу обхватывает его рукой за талию. - Ты пей, пей пиво, Сонель, - он хихикает. Сонелю нравится этот расслабленный флирт, и он отпивает пиво из своего стаканчика. - Сонель! Хоя машет ему рукой из другого конца комнаты. Их друзья расположились на диване, с которого прекрасно видно весь танцпол. Сонджон уже о чем-то хихикает с Дону. А еще они окружены несколькими их одноклассниками. Хотя в основном это одноклассницы. Сонель кивает им. - Вы все-таки пришли! Вы пропустили половину вечеринки, и я думал, вы даже не появитесь! – Хоя пытается перекричать оглушающую музыку. - Половину вечеринки? Вечер только начался! – кричит кто-то, и все согласно поднимают свои стаканы и пьют. Они болтают о том, насколько огромный дом у Сонгю и как быстро он сам напился, и как они еле-еле успели подготовиться к началу вечеринки. Он не совсем уверен, когда именно компания вокруг них рассеивается, и они остаются одни. Возможно, большинству девчонок не интересен Сонгю или они его просто не особо хорошо знают (зачем они вообще тогда пришли на его вечеринку, выше понимания Сонеля). К тому же, Сонджон умеет намного лучше развлекать, особенно если учесть его женственные движения и прямо-таки магический талант делать любой рассказ смешным (было смешно, даже когда он рассказывал о том, как за ним с Менсу гналось стадо злобных коров). Он осознает, что Менсу нет рядом с ним, когда Хоя как раз объясняет, что встретил Дону в андерграундном танцевальном клубе. - Мы сразу же приспособились к движениям друг друга, - он бережно держит Дону за руку, пока тот смеется, и Сонель в глубине души не может не порадоваться за Хою в этой небольшой победе. Кажется, они двигаются в правильном направлении. - Совсем не как ты, Сонель. Хен, ты должен увидеть этого неуклюжего недотепу на танцполе. Такое чувство, что у него обе ноги – левые. - Это неправда! – возмущается Сонель. – Мы всегда выигрываем, когда ты притаскиваешь меня с собой. За исключением того раза когда мы пошли с Ухеном, мы были совершенно великолепны! - Мы были сравнительно великолепны благодаря как раз-таки Ухену, который танцевал еще хуже тебя. Умудрился перепутать все движения и потом еще попытался сделать вид, что так и надо было. Должен отдать ему должное, импровизировать он умеет. Под конец Дону уже не может удержать дикого ржача, и Хоя гордится, что смог его рассмешить. Сонель быстро осматривает комнату в поисках Менсу. Его и Сонджона облепила кучка девиц. В руке Менсу держит очередной стакан с пуншем, только другого вкуса. Сонелю кажется, что он мучается – по сравнению с ним его лучший друг чуть ли не светится от женского внимания. Сонджон сопровождает свои реплики активной жестикуляцией, заставляя всех вокруг него заходиться от смеха, тогда как Менсу просто сидит со скучающим видом, потягивая напиток и изредка потирая лоб. Менсу бросает на него взгляд, чуть суживая глаза, когда замечает, что Сонель пристально смотрит на него, и отпивает пунша. Явный крик о помощи. А Сонелю хочется немного поиздеваться, поэтому он широко ему улыбается и тоже глотает пиво. Если ему так скучно, мог бы встать и подойти к нему сам. Он поворачивается обратно к Хое и Дону. По правде говоря, ему кажется, что он мешает их общению; но с другой стороны он вроде как обеспечивает Хою темами для разговора, поэтому не хочет уходить и оставлять их в неловком молчании. Хоя выглядит неуверенным, словно он боится отпустить Дону. Сонелю очень хочется хоть раз совсем обнаглеть и столкнуть их вместе – но это было бы по-детски, и Хоя наверняка ни за что его бы не простил после такого. Да и вообще, пусть у них все идет, как идет. Медленно и ненавязчиво. Менсу таким же образом добился своего. Он снова бросает взгляд на Менсу. Если бы эта вечеринка была около трех месяцев назад, и если бы на месте Менсу сидел Ухен, окруженный девчонками и будто бы раздающий каждой желающей бесплатные любовные зелья, Сонель наверняка бы кинулся к нему и устроил сцену ревности. Но сейчас у него нет ни малейшего желания сделать что-то подобное. На самом деле впервые в своей жизни он чувствует, что полностью доверяет человеку. Менсу никогда не сделает ничего, что могло бы причинить Сонелю боль. Он абсолютно уверен в этом, словно это общеизвестный факт, а не какая-то интуиция, которую он внезапно обрел. Со своего места он видит, как Менсу объясняет что-то, надувая щеки. Он видит его движения, его недовольные взгляды, хотя парень пытается не показывать своего раздражения. Вообще его поведение так естественно и знакомо Сонелю. И хотя они никогда не обсуждали, что будет с их отношениями, и что будет с контрактом (если он еще продолжает действовать), Сонель уверен, что Менсу знает, с кем ему следует быть. С ним. - Пойду схожу за выпивкой, - Хоя прерывает ход своих рассуждений. – Хен, будешь что-нибудь? - Фиолетовый пунш,- решает Дону. - И мне еще пива! – Сонель кричит вслед Хое, но тот исчезает в толпе, и Сонель почти уверен, что он не услышал его просьбу. - Такое чувство, что меня проигнорировали, - сообщает он Дону, хихикающему в ответ. - Мне кажется, он опьянел. - Хоя никогда не напивается. Ну, кроме одного раза… - не стоит дальше уточнять, особенно не при Дону, который как раз и является причиной слез Хои. – Вообще он умеет пить… не то что мы с Ухеном. - Могу представить, как Хоя тащит вас обоих домой… - Дону, смеясь, начинает предложение, но внезапно замолкает, задерживая взгляд на танцующих. С его лица сразу слетают эмоции, и уголки глаз и губ опускаются. Он делает большой глоток пунша, опустошая стаканчик. Сонель поворачивается, чтобы посмотреть, из-за чего счастье на лице друга так резко сменилось печалью. Кажется, Сонгю нашел Ухена, и теперь они танцуют, прижимаясь друг к другу лбами и переплетая руки. Со стороны может показаться, что они оба напились или под кайфом, но по большей части они просто выглядят счастливыми. Они выглядят так, словно они созданы друг для друга. Словно они искали друг друга в темноте, и, наконец, нашли. При слабом освещении Сонелю кажется, что у них двоих будто есть нечто большее, чем они сами; нечто удивительное и восхитительное. Ему больно признавать, что они вдвоем смотрятся прекрасно и что он сам немного завидует. Но вскоре его ищущий взгляд натыкается на Менсу (все еще облепленного девчонками, со стаканом, прижатым к губам), и он понимает, что причина его зависти – другая. Он не хочет заменять Сонгю и вместо него танцевать с Ухеном. Он хочет точно также смотреться рядом с Менсу. - Ненавижу их за то, что они так идеально подходят друг другу, - выпаливает он прежде, чем осознает, что рядом с ним стоит Дону, и поспешно проверяет его реакцию. - Я тоже, - внезапно произносит Дону, и Сонель переводит взгляд обратно на танцпол, закусывая губу. Он смутно догадывается, кто может быть безответной любовью Дону. Все-таки, Ухен и Сонгю и правда подходят друг другу. - Я вернулся! – Хоя возвращается, как и ожидалось, с двумя стаканчиками и всовывает один из них в руку Дону. - А мне пиво? – Сонель изображает обиду. - Ой, извини… Я не знал, что ты хотел пива, - по крайней мере, Хоя проявляет порядочность, пытаясь извиниться. – Я принесу тебе… - Да все нормально. Я сам схожу. Заодно спасу моего парня. Ему практически приходится отталкивать девушек, чуть ли не пробивая локтями путь к Менсу и Сонджону. Сонджон находится в процессе рассказа о том, как Менсу провалился в дыру, упав лицом прямо в грязь, и ему, маленькому, но смелому, пришлось вытаскивать его оттуда – причем он даже не испачкался. (Это излюбленная история Сонджона о том, как здорово позорить вечно неуклюжего Менсу, и хотя Сонель слышал ее уже дважды, все равно не отказался бы еще раз послушать.) Когда он, наконец, добирается до них, то протягивает руку своему парню, который сразу же хватается за нее. - Ты, кажется, заскучал, принцесса. - Долго же ты шел ко мне, лягушонок. - Ты мне какие-то непонятные сигналы посылал, и я не знал, стоит ли подойти к тебе или лучше дать тебе насладиться этой компанией. Ты выглядел так, словно тебе было безумно весело. - И что же это были за сигналы, позволь мне спросить? – он дергает его за руку, и Сонель наклоняется для поцелуя. На его губах сильный привкус алкоголя. Большинство девчонок, стоящих рядом, взвизгивают от увиденного и бросаются врассыпную. Остаются только самые настойчивые. - Фу, вы, молодожены, лучше идите найдите себе комнату! – Сонджон отталкивает их. Сонель хмыкает и помогает Менсу подняться с дивана. Парня немного пошатывает. Его щеки немного порозовели, и он опускает голову на плечо Сонеля. Сонель понимает, что Менсу не стремится прижаться к нему ближе, просто, наверное, у него сильно кружится голова. Сонель оглядывается вокруг, и внезапно ему приходит в голову, что все его одноклассницы разбились на группки по всей комнате, и толпа, окружающая их, состоит в основном из старшеклассниц. И некоторые из них злобно смотрят на него. Сонель хмурится и забирает стакан из рук Менсу. Очевидно, это не второй и даже не третий его стакан. Они его напоить пытались что ли? - Сколько ты выпил, принцесса? – он допивает оставшееся в стакане. Брр, ему жутко не нравится соджу. - Эй, это мое было, - жалуется Менсу. - Ты можешь идти? До кухни добраться сможешь? Менсу рассерженно смотрит на него. - Ты недооцениваешь мои силы. - Тогда пошли, добудем мне еще пива. - А мы будем целоваться на кухне? Я хочу целоваться, - дуется Менсу. Сонель смеется, пока они протискиваются сквозь толпу, держась за руку, чтобы не потерять друг друга. Менсу даже не пытается приложить усилия, чтобы не споткнуться о свои же ноги. - Вот тебе и воспользовался преимуществом надо мной. Сам взял и конкретно напился. - Зато теперь ты можешь воспользоваться преимуществом надо мной, - сообщает Менсу. – И я сделаю вид, что даже не замечаю твоих поползновений. И ты сможешь делать со мной все, что тебе угодно. Не смотря на то, что в комнате полно людей, Менсу все равно обхватывает его руками со спины. Сонель задумчиво постукивает пальцем по губе, когда они заходят в почти пустую кухню. - Все, что угодно? На кухне обнаруживается несколько болтающих друг с другом парней, которые сразу сваливают с наполненными стаканчиками. Менсу отпускает его и садится на одну из стоек. - Даже если мне в голову придет какой-нибудь извращение, типа пристегивания тебя наручниками к кровати? - Что же ты за порно такое смотрел? – издевается Менсу над идеей Сонеля. - Я ничего не смотрел. - Смотрел, смотрел. Такие мысли из ниоткуда не появляются. - Я честно-пречестно клянусь, что ничего не смотрел! – он открывает пиво. Менсу не удовлетворен ответом, поэтому Сонель быстро целует его. - И кто тут у нас ревнивый парень? - он сюсюкает с ним как с ребенком, обнимая его. - Я, - хмыкает Менсу, касаясь его носа своим, а затем углубляет поцелуй. Живот Сонеля закручивает узлом, и он точно не может определить причину; может, в этом виноват алкоголь, или ему непривычно, что Менсу выше него, потому что он сейчас сидит на стойке. В любом случае, он стоит между разведенных ног Менсу, и ему кажется, что это очень эротично, отчего по спине бегут мурашки, а в пальцах ощущается легкость, когда он медленно перемещает их вверх по рубашке Менсу. - …И я ему сказал типа вести себя нормально, раз он на моей вечеринке, - голос Сонгю раздается где-то рядом с кухней. Сонель и Менсу отлипают друг от друга, только когда Сонгю уже держит в руке новый стакан. Вместе с ним пришли обеспокоенный Дону и явно веселящийся Хоя. - Но он ничего особо не сделал, - говорит Дону. - Конечно, сделал. Он подкатил к моему парню…- он резко поворачивается к Сонелю с Менсу. – Вы, ребят, продолжайте, я не против. Просто имейте в виду, что мы с Ухеном занимались сексом на этом самом месте, так что если вам не противно, не стесняйтесь. Хоя тут же начинает смеяться, не в силах сдержать себя, а Сонель с Менсу – явно испытывающие отвращение – становятся подальше от стойки. - И вообще, кто, блин, в здравом уме назвал бы себя Ки? Какое его настоящее имя? Хоя решает разъяснить ребятам ситуацию: - Ухен разговаривал со своим одноклассником, а потом ушел в туалет, и Сонгю успел публично себя опозорить. - Я не позорил себя, ясно? У меня все было нормально, пока вы не вмешались. - К тому времени, как мы пришли, ты описывал с помощью рук, какой у Ухена большой член. Для меня такое поведение как раз и приравнивается к публичному позору. Сонгю подносит ко рту стакан, но все еще обеспокоенный Дону приостанавливает его. - Может тебе хватит на сегодня, м-м? – он воркует, но Сонгю игнорирует его и все равно делает большой глоток. - Публичный позор – это, когда ты танцуешь голым на столе, ясно? А я просто напомнил Ки – или как там, блин, его имя – короче, почему вообще у него такая клевая кликуха, а меня называют только Сонгю или Гю? И вообще это как-то все подозрительно, блин. Может, он изменяет мне? - Ему не впервой, - Сонель отпивает пиво, и все переводят на него взгляд (включая Сонгю, выпучившего глаза). – Без обид, - он добавляет. - Не думаю, что ты особо помогаешь делу, - шепчет ему Менсу. И как раз Сонджон и Ухен, смеясь, торжественно входят на кухню. - Вау, все собрались, - Сонджон изящно облокачивается на Сонеля, который стоит ближе всех к выходу, и сразу забрасывает всех информацией о двух парнях, которых он встретил – они близнецы, кстати говоря – и они такие классные, потому что учатся в колледже, и у них классные волосы (ну и всякая другая классная фигня, которую Сонель уже пропускает мимо ушей, потому что Менсу щекочет его ухо своим носом и губами). К середине своего рассказа Сонджон начинает беситься из-за причмокиваний Ухена, который пытается подмазаться к Сонгю (который, однако, хладнокровно отклоняет все поползновения, припечатывая бутылку пива к лицу Ухена). - Ваши отношения отвратительны, - сообщает Сонджон, и Ухен делает вид, что оскорблен до глубины души. - Давайте, ребят, вы должны с ними познакомиться, - он тащит парней обратно в шумную гостиную, оставляя парочку на кухне. Когда они знакомятся с Сорёном и Дэрёном, Менсу обнимает Сонеля со спины, а Дону и Хоя сразу узнают близнецов по их андеграундной тусовке – и беседа переходит к танцам и состязаниям. Менсу, однако, не стремится к общению, он занят тем, что зарывается носом в местечко между лопаток Сонеля, и вдыхает его запах, осторожно скользя рукой по его талии, а затем забираясь под рубашку. - У меня начинает возникать такое чувство, что мы ничуть не меньше Сонгю и Ухена липнем друг к другу, - Сонель сообщает парню. - Ну, ты же не пользуешься преимуществом надо мной, поэтому я решил взять все в свои руки. - Обтираться об меня не значит воспользоваться преимуществом, - смеется Сонель. - Тогда почему ты возбуждаешься? – на его лице появляется самодовольная ухмылка, и Сонель улыбается. - О, принцесса протрезвела? Или ты так делаешь вид, что ничего не замечаешь? - Ну-у, ты такой не отзывчивый, - Менсу дуется. - Ага, - хихикает Сонель. – Поэтому вспомни изначальный план и заставь меня напиться. Он протягивает Менсу свою пустую бутылку. - Ладно-ладно. Только не обвиняй меня, если вдруг проснешься в моей квартире голым и прикованным к постели, - Менсу опять ухмыляется. - А-а, значит ты у нас по «этой» части. - Может быть. Менсу легонько целует его в губы и направляется на кухню, а Сонель закусывает губу, прислушиваясь к тому, как Дону описывает девчачьи танцы Сонджона. Сонджон в смущении закрывает лицо руками. - У него прирожденный талант, - утверждает Хоя. – Его будет очень легко научить некоторым полезным движениям. - Хватит издеваться над ним, - Сонель взъерошивает волосы Сонджона. - О чем разговор? – Сонгю присоединяется к ним, освобождая себе место между Сонелем и Дэрёном. – Давайте поговорим о бойфрендах-предателях. - О-па, кто у нас тут напился, - смеется Сорён, встряхивая Сонгю за плечо. - Я не напился. Я просто говорю, что это хорошая тема для разговора. - Согласен, значительно лучше, чем разговор о величине члена Ухена, - Хоя отпивает из своего стакана, пытаясь не захихикать под злобным взглядом Сонгю. А Сонель не сдерживается, и к нему присоединяется еще более громко смеющийся Дону, а Сонджон оживляется, настроившись на пикантные подробности, но Хоя не считает нужным продолжать. - О, это еще ничего. Однажды мы пошли вместе на одну вечеринку, и он… - Дэрён не успевает договорить, так как рука Сонгю закрывает ему рот. - Он снял рубашку и начал танцевать на столе, - продолжает Сорён за брата. – Тазовые движения прилагались. Выглядело, словно он воздух трахал. У Сонеля на лице возникает выражение глубочайшего сожаления о том, что у него нет под рукой тетрадки, чтобы записать все это. - Вранье! Не было такого. Правда. Они просто несут этот бред, чтобы понравится вам, - пытается выкрутиться Сонгю. Сонель хихикает, а потом замечает, что партнера Сонгю рядом с ним не наблюдается. Ухена вообще нет в гостиной. Тогда он бросает взгляд в открытую кухонную дверь. Менсу с Ухеном стоят прямо возле автомата с пуншем, и рука Ухена лежит на плече Менсу. Ухен что-то говорит, а Менсу смотрит в пол, держа в руке открытую бутылку пива для Сонеля. По какой-то непонятной причине, мозг сразу посылает ему красный сигнал тревоги, и он, даже не извинившись, бросается через толпу на кухню. Но не успевает он добраться до места, как Менсу резко открывает рот и произносит что-то, отчего торжествующее выражение на лице Ухена мрачнеет. Менсу уходит, громко захлопывая за собой дверь на веранду. Ухен несколько мгновений смотрит на дверь и, вздыхая, возвращается в гостиную. Они сталкиваются на полпути, и Сонель совершенно его игнорирует, намереваясь последовать за Менсу, но Ухен хватает его за руку. - Дай ему успокоиться, - Сонель еле слышит Ухена из-за громкой музыки. – Это все ради тебя. Он вырывает руку из захвата Ухена. - Что ты ему сказал? - Только то, что ему нужно знать. Сонель разворачивается, и его сердце обрывается от понимания, что это явно нечто, что Менсу не нужно знать. Он резко бросается на эту дурацкую веранду, но целую минуту он тратит, безуспешно пытаясь открыть идиотскую дверь. На веранде находятся несколько парочек, но Менсу не видно, и дверь, ведущая в сад, открыта. Он ведь не ушел домой? Быстрый шаг Сонеля замедляется, когда он заходит в сад. Мама Сонгю, наверное, тратит много денег и времени на него, потому что он – невероятно красивый, даже ночью. Здесь есть небольшой прудик с проточной водой, ухоженные цветы самых разных расцветок и кусты разной формы. Менсу сидит на садовых качелях, одной ногой медленно раскачивая их. На улице довольно холодно и влажно, и тихо – шум вечеринки слышен только отдаленно. - Привет. Менсу чуть ли не испуганно поднимает глаза. - Сонель, - он произносит его имя так, словно он – последний, кого Менсу ожидал увидеть. Сонель садится рядом с ним. Когда он открывает рот, чтобы начать разговор, дыхание превращается в белый пар. - Не бери в голову. То, что он сказал. Ему стоит научиться не лезть не в свои дела, - Сонель произносит быстро и яростно. Менсу горько хмыкает. - Он просто пытается тебя защитить. Он все правильно сказал, - он в замешательстве потирает лицо. - Не надо было мне так набрасываться на него. - Что он сказал? Менсу, наконец, поворачивается и перехватывает его взгляд. Выражение его лица практически бесстрастное, но под рассеянным светом луны - мягкое и спокойное. - Знаешь, я соврал, - он произносит, протягивает руку и проводит ей по щеке Сонеля. – Ты вовсе не некрасивый. Сонель не знает, что на это ответить и чувствует, что внутри у него бешено мечется стая бабочек, пытаясь прорваться наружу. Он кладет свою руку на руку Менсу. Его рука – холодная. В эту минуту, руша очарование момента, с пруда раздается всплеск воды, и оба оборачиваются на звук. - Что это было, черт возьми? – говорит Сонель испуганно. – Боже, в воде кто-то есть? - Наверное, один из твоих родственников. - Моих родственников? - Ну, - на его лице опять появляется мальчишеская улыбка. – Лягушки предпочитают влажные места. Типа прудов. - Ну ты и скотина. Менсу разражается смехом и продолжает: - Раз ты такой неприступный сегодня, может мне стоит найти себе другую жертву, начать новую историю, например. И тогда может она все-таки превратится в прелестную девушку. С сиськами. - Ну и давай, вали. Если уж моя грудь тебя не устраивает. - У тебя нет груди… - Ну конечно, я же парень, придурок! – он толкает его со зла. – Вот, - он заворачивает рукава, с гордым видом направляясь к пруду. – Я найду тебе самую зеленую, самую стройную лягушку. С самыми большими щеками. Такую, которая чертовски тебе подойдет. Менсу тянет его за рубашку. - Больше всех подходишь мне ты, - сообщает он с совершенно серьезным видом, как будто они уже закончили с шутками. Сонель садится обратно. - Менсу, - слова вылетают из его рта в виде пара, исчезая между ними. – Я пока не хочу, чтобы наша история заканчивалась. - Почему? От него пахнет алкоголем и чипсами, но главным образом он пахнет самим собой: стойким одеколоном, чистым и свежим бельем и ванилью. Сонель осознает, что этот запах может принадлежать только Менсу; этот запах особенный, отличающийся от других, такой, который он любит. - Потому что мне кажется, что мне нравится моя принцесса. И не просто как друг для практики. - Принц, - поправляет его Менсу. – Мне казалось, мы установили, что у меня в штанах есть кое-что, чего нет у большинства девчонок. - У большинства? – смеется Сонель. – А с этого места поподробнее. Он закусывает губу, и по телу Сонеля пробегает вызывающая возбуждение дрожь. - Мне тоже нравится мой лягушонок, - он водит носом по щеке Сонеля. – Хочешь, мы теперь будем заниматься практикой не просто как друзья? – спрашивает Менсу так, словно это совершенно естественно, и Сонель охотно кивает. Он не знает, сколько точно времени, когда они уходят из сада, но дом уже почти пуст, за исключением нескольких пьяных тел, роющихся на кухне в поисках спиртного. Сонель возвращается домой на рассвете, забираясь через окно и крадясь как можно тише мимо спальни родителей. Потом еще полчаса он пытается заснуть, потому что мысли о губах Менсу на его собственных никак не отпускают его.

Что-то я недовольна тем, как переведена эта глава:( Сообщайте мне о криво переведенных, не по-русски звучащих фразах, пожалуйста :))