Связанные поцелуем

Они сидят спиной к нему, и Сонель может увидеть, как сигаретный дым поднимается над их головами. Сонель собирается врезать одному из них, хотя пока не знает точно, кому именно. Но не успевает он дойти до них, как кто-то хватает его сзади за пиджак. Он поворачивается. И видит Ухена, который бросает ему предостерегающий взгляд. - Внутрь. Сейчас же. Из-за его спины выглядывает обнадеженный Сонджон. - Нет. Это не твое дело, Ухен. - Мое. Ты просто нарываешься...! Ты не отдаешь отчет в своих действиях! - Я просто собираюсь поговорить с ними! Хоть Ухен и ниже ростом, ему удается схватить его за воротник и затащить обратно в здание. Сонель оглядывается и обнаруживает, что Джун и Мир заметили суету рядом с ними и заинтересованно уставились на ребят. - У тебя нет права останавливать меня! - он отталкивает руки Ухена. - Ладно, ладно! И правда, у меня нет права контролировать твои действия! - соглашается Ухен. - Я понимаю, что тебе больно, но не надо с головой нырять в неприятности, ведь это не поможет тебе справиться с расставанием. А вот мы поможем! - он оглядывается на Сонджона, прежде чем опять повернуться к Сонелю. Значит, вот как все выглядит со стороны. Конечно, после расставания с Менсу он стал немного психически неуравновешен, и он вообще всегда был импульсивным (только благодаря этому качеству он и сошелся с Менсу, приняв глупое и поспешное решение заполучить ненастоящего парня). Но он вовсе не хотел забыться хоть на секунду с помощью физической боли. Как бы глупо это не звучало, он хотел отомстить за Сонджона и шрамы на его теле. - Прекратите! - наконец вмешивается Сонджон. - Хватит ссориться! Это все моя вина! Хен прав, Сонель. Ты не можешь быть уверен, что это именно они схватили Менсу. - Кто-то схватил Менсу? - Ухен поворачивается к Сонджону. - Ты имеешь в виду, что кто-то похитил его? - Никто его не похищал... – Сонель с досадой проводит рукой по лицу. - Он прогулял школу... и не отвечает на звонки Сонджона. А это на него не похоже... он же учится здесь по гранту, и ему нельзя просто так пропускать занятия. - Ну... - Ухен в растерянности чешет голову. - Может, он тоже в депрессии? А может вообще сидит и сожалеет о расставании? Почему ты ему не позвонишь, Сонель? Со своего телефона. Уверен, тебе он ответит. - Я не собираюсь ему звонить! Он бросил меня! - Ладно! Тогда я сам позвоню ему и скажу, что у тебя к нему есть разговор. Как насчет этого? Сонджон вздыхает, когда Ухен набирает номер. Сонелю вдруг вспоминается дурацкий звонок на телефоне Менсу – он поставил песню Крейзи Фрога («Alex F»), потому что когда они вместе посмотрели видео этой песни, он был в полнейшем экстазе, утверждая, что этот маленький человечек выглядел в точности как Сонель; лягушка была такой же раздражающей как и Сонель, с такими же большими глазами как у Сонеля, и даже с таким милым маленьким членом, как и у Сонеля. Единственное различие между ними было только в цвете кожи – Сонель не был таким же зеленым. Он еще иногда напевал ее, когда Сонель вел себя как ребенок или истерил, раздражая Менсу (от этого Сонель бесился еще сильнее и готов был от злости лезть на стену). Странно, но пока из телефона Ухена раздаются длинные гудки, ему кажется, что у него шарики за ролики заехали, потому что слышит знакомую мелодию. Он уже с ума сходит? - Бесполезно, - говорит Сонджон. – Я уже десять раз звонил. Он не отвечает. - Тогда пусть Сонель сам позвонит. Сонель морщит нос, с неохотой вынимая телефон. Если Менсу и ответит, что он ему скажет? Ухен закатывает глаза от выражения на лице друга. - Просто дай мне телефон, трусишка! – он выхватывает его из рук парня и находит Менсу в списке контактов. Когда Сонджон оглядывается вокруг, Сонель понимает, что он не единственный, кто слышит глупую мелодию. - Эй, - внезапно произносит Сонджон. – Разве это не рингтон Менсу? - А, не это ли вы ищете? Трое парней поворачиваются на голос. Джун машет им рукой, в которой держит черный телефон Менсу. - Менсу немного занят, и мы взяли его телефон в качестве сувенира. Внезапно гнев охватывает Сонеля. - Что вы сделали с ним? Где он? - Как забавно, хен, - Мир кладет руку на плечо Сонджона, который вздрагивает от внезапного прикосновения. – Мы только думали найти их, а они пришли сами. - Убери от него свои руки, - командует Ухен и оттаскивает Сонджона за руку, вставая между ним и Сонелем. - Где Менсу? – не успокаивается Сонель. - Хм-м, скажем так: в деловой поездке. А чего ты так беспокоишься о нем? Я слышал, что он больше не твой парень. - Тогда у тебя явно что-то не то со слухом, - он огрызается, но Ухен пихает его в бок. - Ну, было приятно поболтать с вами, - объявляет Ухен. – Но нам пора. - Нет, не пора, - упорствует Сонель, все еще не отрывая взгляда от маленького черного телефона. - Нет, пора, - Ухен злобно смотрит на него и подталкивает его и Сонджона по направлению к выходу, и только потом сам разворачивается. Но тут Джун приставляет что-то к затылку Ухена, и Ухен резко останавливается, усилием сглатывая слюну. Это – пистолет. И он выглядит настоящим; похожим на тот, который носит его отец. Сердце Сонеля сразу начинает безумно быстро биться, а Сонджон стискивает сзади его рубашку. Пистолет. Упирающийся в затылок его лучшего друга. Да еще в школе. И хотя пистолет направлен даже не на него, он внезапно чувствует, что место, которое он воспринимал как самое безопасное, осквернено, и теперь опасность подстерегает повсюду. - Почему бы нам не прогуляться, джентльмены? Мы с тобой могли бы поговорить, м-м, котенок? – Джун пристально смотрит на него, и под его взглядом Сонель чувствует себя уязвимым и раздетым. Он нерешительно кивает. - Я пойду с тобой, - его голос звучит покорно и тихо, словно это вовсе и не его голос. – Но не вмешивай в это Ухена и Сонджона. - О чем ты говоришь? – смех Мира раздается где-то слева от него – он не знает точно, где тот находится, потому что не осмеливается отвести взгляд от обеспокоенного лица Ухена. – Чем больше народу, тем веселее. Когда они выходят из школы, Джун убирает пистолет, и Сонель чувствует, что пока они на улице, можно попытаться сбежать. Он идет, вцепившись в Сонджона, и сжимает его руку как раз тогда, когда они останавливаются у большого белого джипа. - Забирайтесь, - приказывает Джун. - Или что? Застрелишь нас прямо при свете дня? – спорит Сонель, оглядываясь. - Сонель, просто залезай в машину, - все еще с расширенными от ужаса зрачками шипит Ухен. - Нет, - он упорствует. – Они нам ничего не сделают. Слишком рискованно. Я не сяду в эту машину, пока вы не отпустите Ухена и Сонджона. Мир фыркает. - Два сапога пара, да? Что ты, что твой парень, вы оба чересчур храбритесь, только вам же хуже. Хен сказал залезть, значит, вы должны залезть! - Сонель, - Сонджон умоляюще дергает его за рукав. Сонель собирается проигнорировать его, но тут кто-то хватает его за волосы на затылке и с размахом впечатывает его головой в машину. Темнота окутывает его. ~ Ему снится Менсу. Менсу растит в своей ванной их головастиков, каждый день моет у них за ушками и следит за тем, чтобы они были сыты и хорошо одеты. Перед сном он целует каждого и заботливо укрывает одеялом. Это, конечно, глупо, потому что он не уверен, головастики они или обычные дети с зелеными и скользкими хвостиками. Он зовет Менсу, но Менсу не слышит его. Кажется, словно Менсу - отец-одиночка. И хотя он выглядит счастливым рядом с детьми, но когда он вечером заползает под одеяло на двуспальную кровать, укутанный по шею Менсу долго смотрит на пустое место рядом с собой, а одинокая подушка дополняет его несчастный вид. Сонель чувствует себя виноватым, смотря на его лицо, и понимает, что он, должно быть, умер. Он хочет быть частью этой семьи, но не может. Его голова болит. Его ресницы трепещут, и он открывает глаза. Темнота комнаты разгоняется ярким, но мутным светом лампы. Слышны голоса, стук двери. Он не может точно сказать, где находится. На голове он чувствует что-то липкое и мокрое. Он оглядывается и обнаруживает рядом с собой школьный пиджак, но когда он дотягивается до него и осматривает, чтобы проверить, его ли это пиджак, то замечает на нем мокрое темно-красное пятно. Даже со своими расплывчатыми мыслями и зрением он легко может определить, что это кровь. Запаниковав, он, вскрикивает и отползает назад. Что это за место? Где он? - Эй. Ель. Ш-ш-ш, - он слышит голос Ухена, и это такое облегчение - увидеть его лицо, словно до этого момента все было плохим сном, и теперь он проснулся. Глаза Ухена жутко покрасневшие. - С тобой все будет хорошо, ясно? Я вытащу тебя отсюда, - его рукава покрыты высохшей кровью, и Сонель протягивает к нему руку, чтобы прикоснуться, но затем замечает, что его собственные пальцы тоже в крови. Теперь он понимает, почему ему кажется, будто его череп проломили молотком и задели мозг, и почему волосы на голове – влажные и липкие. Они в его крови. Внезапно память подкидывает ему картинки произошедшего: автостоянка, кто-то ударил его об машину. Он снова прикладывает руку ко лбу и обнаруживает на своих пальцах все еще свежую, темно-красную кровь. В панике он вскрикивает, его сердце быстро бьется, а он сам резко вздыхает при виде крови. Он не может точно сказать, почему так обеспокоен из-за того, что его рана до сих пор кровоточит, возможно, потому, что он сбит с толку. Ухен сразу обнимает его и гладит его руки, словно пытаясь согреть его. - Ш-ш-ш, - он пытается успокоить его, медленно гладя его по спине. – Давай, ложись. Надо остановить кровотечение. Рана совсем неглубокая, ясно? Просто раны на голове сильнее кровоточат. Помнишь уроки по основам медицинских знаний? Вот, - Сонель уверен, что друг не замолкает потому, что просто не знает, что еще сделать в этой ситуации. Он снова подносит грязный пиджак ко лбу Сонеля и плотно прижимает его к ране. - Подержи вот так, - он направляет руку Сонеля и кивает, когда Сонель делает, как было сказано. Сонель закрывает глаза и мечтает, чтобы все это было сном, но когда через некоторое время открывает глаза, Ухен все еще перед ним, вытирает нос тыльной стороной ладони. - Как ты? Можешь говорить? - А-ага, - голос Сонеля немного хриплый, но это, скорее всего, из-за сна. - Хорошо. Сонель оглядывается. Единственный источник света - только большая промышленная лампа над их головами. Ее свет ослепляет, и Сонель сразу же отводит глаза. Помещение, в котором они находятся, похоже на склад. Бетонный пол, какая-то поломанная мебель в беспорядке валяется вокруг. Комната небольшая, и большинство пространства занято. Повсюду маленькие и большие картонные коробки. Перед ними стоит коричневый диван. Он порван, и местам прожжен, и кое-где из него вылезает набивка. Несмотря на наличие дивана, они сидят на полу, на каком-то старом красном коврике. - Где находится это место? – спрашивает Сонель. - Я не знаю, - Ухен выглядит опустошенным и эмоционально и физически. – Где-то на окраине Сеула. Мы ехали сюда около получаса. - Зачем ты согласился поехать, Ухен? – звучит так, словно он жалуется, но на самом деле он благодарен другу за то, что он рядом с ним. – Ты просто должен был им позволить забрать меня. Им был нужен только я. - Сонель, он долбанул тебя о машину, запихнул внутрь, и потом повернулся к нам и сказал, что если мы хотим снова увидеть тебя живым, то должны забраться внутрь и сидеть тихо, словно мыши. Сонджон думал, что ты умрешь от потери крови, поэтому… - Где Сонджон? – он сразу принимает сидячее положение, но Ухен возвращает его обратно на пол. - Они взяли его с собой, чтобы мы не сбежали. - Куда взяли?! - Я не знаю, ясно? – орет Ухен, и его крик эхом разносится по комнате из-за высокого металлического потолка. Он прикрывает глаза рукой. – Просто дай мне время… подумать…придумать что-нибудь… Сонель смотрит на сгорбленную фигуру парня рядом с ним, его руки и рукава его белой рубашки испачканы в крови. Он осознает, что это несправедливо по отношению к Ухену, несправедливо, что тому приходится проходить через все это. На свою беду, Ухен по жизни слишком избалованный; он всегда интересовался только девчонками, спиртным и косметикой. Сонеля вдруг накрывает ужасающая мысль, что он несет ответственность за жизни и Сонджона, и Ухена. И в руках он сейчас держит пиджак Ухена. Он, наверное, снял его еще в машине, чтобы остановить кровотечение. Сонелю неизвестно, что сейчас может происходить с Сонджоном, и от осознания этого его потряхивает, и он снова садится. Его голова кружится. - Надо… позвонить кому-то. Попросить помощи, - он говорит, осматривая склад. Здесь есть окна, но они находятся слишком высоко. Дверь – слева от них; Сонель предполагает, что она закрыта. Больше он ничего не видит, или просто не замечает деталей, потому что все еще прижимает пиджак к голове. - Они забрали наши телефоны, Сонель, - Ухен, наконец, поднимает голову. Его глаза покрасневшие, а взгляд – раздраженный. - Все телефоны? – он исследует свои карманы. Потом он вспоминает, что в последний раз Ухен держал его телефон, когда звонил Менсу, перед тем как подошел Джун, но куда он затем положил телефон, никак не всплывает в памяти. Он опускает пиджак на пол, чтобы проверить содержимое карманов, но слышит стук, когда вещь касается бетонной поверхности. Он тщательно ощупывает его, шокированный количеством крови, вытекшей из его тела – пиджак почти полностью покрыт ей. И все-таки нет, они забрали не все телефоны. Когда он вынимает аппарат, глаза Ухена сразу загораются. Сонель набирает первый номер в списке исходящих. Это Сонгю; они переписывались об экзаменах прямо перед тем, как вся эта ситуация переросла в вымышленную, неправдоподобную, но тем не менее реальность. Это было примерно пару часов назад. Всего пару часов назад все еще было хорошо. Когда Сонгю поднимает трубку, его стон напоминает Сонелю, что у Сонгю, в отличие от них, все нормально. - Хен, - он говорит поспешно, торопясь выдать информацию. – Хен, они забрали меня, и Ухена, и Сонджона… - Сонель, я сплю… в чем дело? - Мы на каком-то складе… эм-м… просто позвони Хое, и скажи ему, что… - Скажи ему, что ты ранен и тебе срочно нужна медицинская помощь, Сонель, - Ухен обрывает его, тряся за руку, и Сонелю не приходится повторять слова, потому что Сонгю наверняка услышал громкий голос Ухена. Сонгю несколько мгновений молчит, потом серьезным голосом спрашивает: - Что случилось? - Эм-м, я точно не знаю. Они типа похитили нас, и, эм, они забрали Сонджона, и у Ухена жуткий вид…. Услышав это, Ухен хмурится и тянется к нему, чтобы выхватить телефон. - У меня нормальный вид, не говори ему, что я в плохом состоянии, - он спорит, и пока они борются за телефон, Сонгю спрашивает «Кто они?», и одновременно открывается дверь. Джун и Мир прекращают свой разговор, заходя в помещение, и Ухен пихает телефон куда-то себе за спину, попутно нажимая на все кнопки сразу. - Что такое, котенок? – спрашивает Джун, толкая Сонджона по направлению к ним. – У тебя виноватое лицо. Сонель злобно смотрит на него, несмотря на боль над бровью, и выпускает пиджак из рук, чтобы обнять Сонджона. На лице парня выражение безразличия, словно ничего плохого сейчас не происходит, но на его руках и шее появились новые синяки. - Хен, у тебя сотрясение, - он говорит, кладя руки на голову Сонеля. - Я в порядке, - у Сонджона на щеках высохшие дорожки от слез, и Сонель отводит от его лица волосы, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. - Вы просто так не отделаетесь, - Сонель произносит, поворачиваясь к Джуну. – Мой отец – глава отдела безопасности в Голубом доме… - Слыхал, Джун? Он – сын копа! Они оба смеются, но это не волнует Сонеля. - Сколько вы собираетесь нас здесь держать? - Столько, сколько понадобится. И если Менсу не вернется по истечении срока… - он поднимает руку и складывает пальцы в форме импровизированного пистолета, и даже прищуривает глаз, словно целясь. – Паф, - он произносит, от чего мурашки пробегают по спине Сонеля. - Я под домашним арестом, - он упорствует. – Поэтому я должен прийти домой рано. И угадай, что случится, если меня не будет дома? - Что случится? – он выглядит так, будто ему не интересно. - Полиция. Моя мама всегда все чересчур преувеличивает. К четырем часам здесь будет поисковая группа, я обещаю. - Ну, тогда будем надеяться, что полиция, в конце концов, найдет твое тело. Мир смеется над шуткой своего друга и плюхается на диван. Сонель же не уверен, что это шутка, но Ухен все еще откашливается и еле-еле набирает в легкие воздух, прежде чем предупреждающе шлепнуть по бедру Сонеля, чтобы тот замолчал. - Вас посадят в тюрьму, когда все это закончится, - он клянется, даже больше себе, чем кому-то другому. Джун опускается в кожаное кресло рядом с диваном, вынимает из-за пояса штанов пистолет и почесывает им голову. - И что? Мой отец просто заплатит за меня залог. - Ты считаешь, что тебе все может сойти с рук, потому что ты богат. - Ну да. А ты нет? Не думаешь, что если бы твоя семья была не так богата, то тебя продолжали бы держать в нашей школе – и вообще в любой школе – с твоими оценками? – вставляет Мир, и Сонель бросает на него гневный взгляд. - Не сравнивай меня с собой, для меня это явное оскорбление. Джун хихикает, но Мир хмурит брови. - И что ты, блять, хочешь этим сказать? - Сонель, прекрати, - глаза Ухена расширены от страха, и он злится, словно это Сонель виноват в происходящем. Сонджон сильнее хватается за его рубашку, когда Джун встает. - Тебе лучше послушать своего дружка, котенок, - он наклоняется к ним, а потом приподнимает его подбородок пистолетом, и прикосновение холодной поверхности к коже заставляет его передернуться. – Хоть мне и нравится, что ты такой дерзкий, тебе бы не помешало научиться держать свой рот на замке. Внезапно металлическая дверь с громким хлопком распахивается, и все поворачиваются на шум. В дверях стоит Менсу. Он бросает черную спортивную сумку на пол. Он выглядит потрепанным. Словно он не спал все ночь. - Что… - его взгляд останавливается на Сонеле, и Сонель видит, как ускоряется его дыхание. – Такое не входило в нашу сделку! Джун сразу встает с кислым выражением лица. - Посмотрите-ка, что нам принес котик. Уже давно пора! – ворчит Мир. - Вы пообещали, что если я принесу все деньги, вы оставите их в покое! - Да, но ты припозднился, и нам пришлось обратиться к более радикальным мерам. - Я же сказал, что не могу собрать такую сумму за один день! Откуда я мог взять столько денег?! Джун приставляет пистолет к виску Сонеля и снимает его с предохранителя большим пальцем. - Ну, а сейчас? – он спрашивает. – Сейчас ты можешь достать деньги? Менсу застывает, вглядываясь в лицо Сонеля. И хотя за последние несколько лет Сонель привык к присутствию пистолета, ведь отец частенько приносил его домой или брал его с братом на стрельбище, сейчас он видит все в совершенно другом свете. Сейчас это не просто кусок металла, который заставлял его почувствовать себя одним из героев его видеоигр; сейчас он нацелен на него. Никогда в своей жизни он еще не подвергался такой опасности. Адреналин пробегает по его венам, а сам он ловит ртом воздух и трясется. Джуну всего-то нужно сделать одно движение, и все. - Видишь? Мы тебе помогаем! Даем тебе мотивацию, которой тебе не хватает! Но тут резким движением Менсу вынимает что-то из заднего кармана штанов, и нацеливает это в лицо Джуну. - Отойди от него. Это знакомый пистолет. Он его уже видел. Игрушечный пистолет из ящика в комнате Менсу. И Сонель прикрывает глаза, до боли закусывая губу, потому что он с самого начала знал это, но отказывался верить. Джун хмыкает. - А-а, так значит, денег у тебя нет, но пистолет ты купил…? На черном рынке он должен стоить не меньше миллиона. - Я сказал, отойди! – голос Менсу эхом раздается по складу, а сам он переводит пистолет с Джуна на Мира. - Он блефует, хен! Он даже держит его неправильно. - Может, нам п-просто всем успокоиться? – внезапно голос Ухен прерывает их спор, а он встает с поднятыми руками. – На моем счету достаточно денег. Я могу достать столько денег, сколько вам нужно, и взамен, вы просто… отпустите нас. Менсу пристально смотрит на него, и у Сонеля возникает неприятное чувство, что он сейчас сделает что-то крайне глупое. - Видите? – довольно говорит Джун, словно пистолет направлен вовсе не на него. – Наконец-то хоть от кого-то исходят разумные предложения! И не так уж сложно было, не правда ли? Но тут, ни с того ни с сего, Сонель кусает Джуна за запястье, и парень визжит и выпускает из рук пистолет. От падения пистолет выстреливает, но пуля попадает в потолок, а оружие отлетает за диван, и Сонель не уверен, кто именно кричит, потому что Джун хватает его за волосы и оттаскивает с коврика. Мир сбивает Менсу с ног, но Сонджон прыгает тому на спину, и из-за всего этого хаоса черный пистолет Менсу откатывается к ногам Ухена. Сонелю удается оторвать руки Джуна от своих волос, он тщетно пытается ударить его по яйцам (только он промахивается и вместо этого попадает по бедру, потому что он все еще дезориентирован), но сила удара отбрасывает его на пол. - Ухен, пистолет! – он кричит ему, но Ухен, полностью оцепеневший от ужаса происходящего, даже не замечает лежащее у своих ног оружие. Похоже, он разрывается между стремлением броситься в драку и желанием с криками убежать прочь. Только когда Мир спихивает с себя Сонджона и ползет по направлению к пистолету (но не успевает, потому что Менсу бьет его кулаком), он, наконец, поднимает его, но берет не с той стороны. - Как работает эта штука? – он орет и уклоняется от Мира, который опять тянется за пистолетом. - Тебе надо… - Джун пытается дать сдачи Сонелю и вновь хватает его за волосы. – Не стреляй ни в кого! Конечно, Ухен – впрочем, как и обычно – делает совершенно противоположную вещь и случайно спускает курок.

С Праздничком всех, няшки ~~~ Любви, красоты, исполнения желаний, и офигенских впечатлений от жизни!