Изменения в памяти: Времена Мародёров.

Вот и подошёл к концу первый день учёбы в Хогвартсе. На всех уроках Вернер показывала отличные результаты и абсолютно примерное поведение. Многие стали звать её «сестрицей Эванс», ведь отношение к учёбе и поведению у них было весьма схожи, равно как и взгляды на жизнь. Немногое смогли узнать о ней за это время Мародёры. Хотя в школе обычно уже через пару часов все знали о каждом шаге новеньких — кто они, как и где живут, с кем подружились. О Кэйтлин же все знали лишь то, что она в дружеских отношениях с Эванс и Снейпом. Это вводило в заблуждение всех учеников, а любой, кто пытался выпытать из неё хоть какие-нибудь подробности её жизни, приходил ни с чем. Создавалось впечатление, что она старалась держаться отдельно ото всех и близко общалась только с Лили. У них были самые доверительные отношения, какие только можно представить, они в действительности походили на отношения между сёстрами. Вот и сейчас, как только Мародёры вошли в гостиную, они тут же увидели двух девушек, сидящих за письменным столом около окна, друг напротив друга. Наблюдая за ними издали, ребята только подивились, как они отличаются внешне. Несмотря на схожесть вкусов и убеждений, девушки ничем не были похожи. Загорелая кожа Эванс ещё больше подчёркивала аристократическую бледноватость Кэйтлин. Тёмно-рыжие волосы, собранные в хвост, создавали резкий контраст с чёрными, как смоль, волосами Вернер, которые аккуратными локонами струились по ее спине. Если Эванс лишь хотела показаться неприступной, то от Кэйтлин исходил некий холодок, который вовсе не был напускным. Она действительно не хотела никого видеть рядом с собой, общаясь с другими учениками только по мере необходимости. Ей могли бы позавидовать первые красавицы школы: она была примером изящества и грации. Хрупкая фигурка таила в себе куда больше опасности, нежели большие туши таких студентов, как Крэбб и Гойл. В общем, эта девушка смогла заинтриговать всех, в том числе и Мародёров. Даже Ремус не знал, чего ожидать от Вернер, хотя она никак не пыталась запугать окружающих и не впутывала никого в интриги. Сидя у окна, Эванс и Вернер писали что-то очень большое по объёму. Судя по всему, это был доклад, который им задали по зельям. Сириус что-то шепнул Джеймсу и они, усмехаясь, направились к девушкам. Люпин хотел было их остановить, но потом махнул рукой и сел на диван, раскрывая свой конспект по ЗОТИ. А ребята тем временем уже подошли к девушкам. Сириус приземлился на подлокотник возле новенькой, Джеймс же встал позади Лили и положил руки на спинку её кресла. — Приветик, девчонки. Чем заняты? — В отличие от вас, мы пишем доклад! — Лили как всегда презрительно посмотрела на парней, явно желая испепелить их одним только взглядом. — Да брось, Эванс, пойдёмте погуляем. Домашка никуда не убежит, а сегодня чудесная погодка. Сириус фамильярно приобнял Кэйтлин за плечи, но та быстро сбросила его руку и встала с кресла. Смерив Блэка пронзительным взглядом, она пересела в соседнее кресло и вновь принялась за работу. Лили тихо усмехнулась, с гордостью глядя на подругу, после чего снова взялась за перо. — Мы не хотим оставлять всё на последний день. Сириус медленно прикрыл глаза, качая головой. Его терпение могло быть безграничным, но в данный момент он просто не мог ничего с собой поделать. — Ладно, согласен, но ты подумай о Кэйт. Она же не может сидеть здесь весь день. Вы скоро на бубонтюберов станете похожи, будете плеваться во всех проходящих мимо людей кислотой. И только лишь от того, что забудете, как вообще общаться с другими учениками. Кэйт нужно осмотреть территории, познакомиться с… — Может быть потом я и приму ваше приглашение, но не сейчас. А вот насчёт кислоты… Спасибо за идею, обязательно ею запасусь и вылью на тебя при первой же возможности. — Ого… Лёд тронулся. Учись, Сохатый, — парень явно не услышал вторую часть сказанных слов. Лили бросила предостерегающий взгляд Вернер, но та усмехнулась и закрыла книгу, скатав пергамент с докладом. Поднявшись с кресла, она улыбнулась подруге. — Я пойду в библиотеку, надо книгу сдать. Увидимся позже, Лили. Посмотрев на парней, она чуть поджала губы. Ремус только подивился, насколько быстро она могла менять окружающее ее пространство. Казалось, что ещё мгновение назад вокруг нее словно летали птички, но стоило ей посмотреть на Мародёров, как всё это сменилось огромными грозовыми тучами. — До встречи. С вами, надеюсь, мы уже сегодня не свидимся. С этим словами Кэйтлин взяла книгу и гордо прошла мимо Сириуса, направляясь к портрету. Легонько толкнув его рукой, она быстро вышла и отправилась гулять по замку. Лили гневно посмотрела на Сириуса, затем на Джеймса и, собрав вещи, направилась в свою комнату. Поттер мимолетно глянул на друга и пожал плечами. Собственно, что ему ещё оставалось делать? Ремус вздохнул и, прошептав что-то похожее на «ну вот, доигрались», направился к выходу из гостиной, чтобы найти Кэйт. Заметил он её на третьем этаже. Она сидела на подоконнике и читала книгу, которую, как понял сам Ремус, девушка взяла из библиотеки только что. Люпин подошёл к ней поближе и сел рядом. — Привет, Кэйт. Эм… Как дела? Девушка недоумённо посмотрела на парня и улыбнулась. Это стало неожиданностью для него, ведь он-то думал, что она старается избегать общения со всеми Мародёрами. — Привет. Ты Ремус, верно? Один из Мародёров. — Да. Слушай, не сердись на Сириуса, он просто пытается быть вежливым. — И сейчас послал тебя попросить за него? — Кэйтлин весело усмехнулась, с интересом посматривая на парня. — Или разведать обстановку? — Нет, что ты. Я пришёл сам. Просто не хочется, чтобы наше знакомство начиналось с ссор. — Всё в порядке, Ремус, — девушка улыбнулась, — но похоже, что Лили была права насчёт Поттера и Блэка. Лично я предпочту общаться с тобой, нежели с ними. Лунатик едва заметно кивнул, понимая, что даже такого маленького шанса на общение будет достаточно, чтобы узнать ее получше. Невольно он и сам заинтересовался этой девушкой, да и помочь другу хотел не меньше. В конце концов, Мародеры его поддержали тогда, когда он уже и сам не знал, как дальше жить. Может быть, он чувствовал себя немного обязанным Сириусу и Джеймсу, потому и решил помочь первому в его любовной лихорадке. Уж слишком активно тот заинтересовался юной красавицей: раньше Люпин за ним такого не замечал. — Ладно, Кэйт. Если понадобится помощь, можешь подходить ко мне. Пошли, я провожу тебя до гостиной, уже поздно. — Хорошо, пойдём. Ребята улыбнулись друг другу и направились в сторону гостиной. Когда они подошли к входу, Рем произнёс пароль и пропустил девушку вперёд. Кэйтлин пожелала ему спокойной ночи и поднялась к себе в новую комнату, где очень скоро заснула на своей кровати.