Не должно сбыться

      Лидия уверена, что мир сошёл с ума. Иначе как объяснить всё происходящее вокруг? Это просто сводит с ума, понимаете? Осознание того, что в любую минуту к тебе могут заявиться Пожиратели и выкрасть, а перед этим убить двух парней, которые наверняка попытаются тебя защитить… Чёрт. Девушка судорожно вздыхает, прикрывает глаза и пытается успокоиться.       Магазин решили окончательно закрыть и начать принимать заказы по совиной почте. Именно поэтому троица теперь собирает все товары в коробки и уносит в лабораторию, в которой и так уже почти нет места. Некоторые из зелий приходится выбросить из-за срока годности. Позади Лидия слышит спор близнецов, опускающих с верхних полок весь товар, и от этого почему-то становится только хуже.       Лидия и Джордж поссорились на днях довольно громко и надолго, раз ещё не помирились. Для Фреда их ссора означала начало чего-то ужасного, ведь за все года, что они дружат, никогда таких ссор не было. И теперь ему приходится терпеть выходки брата и невестки, передавать их сообщения друг другу и прочее. Бред, но это лучше, чем неизвестность о местонахождении Лидии, потому что девушка после криков собралась куда-то свалить.       Девушка запечатывает коробку, взмахивает палочкой ещё раз и несколько коробок сразу летит к лестнице на второй этаж. После садится на табуретку, на которой стояла коробка, и закрывает лицо ладонями. Жутко. Понимание, что всё не будет так, как прежде, действительно жуткое. Возня рядом заканчивается, слышится шушуканье. — Ты в порядке, Лидс? — спрашивает Фред, спустившись с лестницы. — Это ты спрашиваешь или Джордж? — слабо улыбается в ответ Лидия, отведя ладони от лица. — Мы оба, — засунув руки в карманы брюк, пожимает плечами старший Уизли, — Ну так в порядке?       Вест задумывается. Нет, она не в порядке. И дело вовсе не в кошмарах, которые перестали сниться; и не в ссоре с Джорджем; и не в том, что Защитник куда-то пропал. Дело в войне. Каждый день сидеть как на иголках и ожидать нападения — разве это нормально? Каждую чёртову ночь ворочаться, прислушиваться не то к дыханию Джорджа, не то к возне в комнате Фреда, не то к шуму на улице — это нормально? — Ага, — выдыхает волшебница, — Просто устала немного.       Она чувствует на себе неверящий взгляд Джо и усмехается. Они не умеют прятать свои эмоции, обращённые друг к другу. Даже во время перебранок и прочего. — Отдохни тогда, а мы закончим. Всё равно немного осталось, — предлагает Фред, пнув пустую коробку, — Мы взрослые мальчики, справимся.       Лидия хмурится, склоняет голову набок, уставившись на парней. Джордж старается отвести взгляд и не выдать своего волнения о её самочувствии, что получается из рук вон плохо. Девушка поднимается, потягивается. — Проблема как раз в том, что вы мальчики, — улыбается, — Могу поспорить, что если через полчаса вернусь, вы будете тут на мётлах летать и играть в квиддич на двоих.       Джордж смеётся. Вест невольно вздрагивает, потому что не слышала смех своего парня довольно давно с момента их ссоры, и облегчённо выдыхает. Это значит, что с Джи всё в порядке. Хотя, что может быть с ним не в порядке? Разве что только то, что он странный, каким был всю жизнь. — Не волнуйся, Лидс, — произносит Джордж и, чёрт, Лидия готова простить ту ссору прямо сейчас. — Иди ты, — улыбается она, — Поверю на слово. Вернусь через полчаса.       Подхватив несколько старых флаконов, она направляется на второй этаж. Уже там она слышит, как парни радостно шушукаются и хитро шепчут «Не волнуйся». Впрочем, Лидс и так знала, что эти двое без неё вечно творят бардак и это даже не удивляет, хотя должно. Девушка качает головой и поднимается наверх.       В коридоре к лаборатории несколько коробок, которые Вест решает затащить в саму комнату. Лидс ставит флаконы на тумбочку и, схватив нижнюю коробку за бока, начинает затаскивать в лабораторию, успевая при этом ругать парней в большом количестве продукции. Хотя, её ругань необоснованна, ведь кто же знал, что на Косой переулок начнутся нападения Пожирателей?       Через несколько минут все коробки стоят на своих местах. Лидия облокачивается о стену спиной и вытягивает руки перед собой. На безымянном пальце блестит кольцо, заставляя гриффиндорку вспомнить ссору. Вот нужно было вспомнить Джо, что она не должна сражаться… Глупая какая-то ссора, ведь оба знают, что Лидс будет сражаться, если это потребуется, и никакая любовь к Уизли этого не изменит.       Блэк прикрывает глаза, снова стараясь успокоиться. Они закончили ссору на повышенных тонах и не желают поговорить нормально, как предложил Фред. Тем не менее, случившееся не изменило отношения Уизли к своей невесте. Он по-прежнему обнимает её ночью, когда думает, что Лидс крепко спит; по-прежнему накрывает пледом в гостиной, когда она засыпает, и даже переносит в постель, если время слишком позднее.       Может, к чёрту всё это и помириться?       Вест отходит от стены, услышав с первого этажа громкий хохот. Хоть что-то не меняется, что уже хорошо. Девушка снова смотрит на обручальное кольцо и, тяжело вздохнув, спускается вниз, так и не зайдя в квартиру. За короткое время парни собрали оставшуюся продукцию и теперь просто веселились, что действительно хорошо. — Берегись! — громкий оклик Фреда не помог вовремя увернуться и один из близнецов уже развалился на Лидии, уткнувшись носом в изгиб шеи.       Это точно Джордж. Лидия чувствует, как парень улыбается, когда она не отталкивает его. Вот же придурок какой… И угораздило Лидс в него по уши влюбиться! Девушка продолжает лежать, только приподнимается, сделав опору на локти, и смотрит на смеющегося Фреда поверх плеча его братца. — Специально так запоздало крикнул? — интересуется девушка. Джордж продолжает лежать на ней, как на подушке, положив одну руку на талию. — А как же! — улыбается широко Фредерик, — Вам нужно нормально поговорить и помириться. Надоело играть роль совы.       Лидия закатывает глаза и упирается ладонью в плечо Джо, отодвигая его от себя. Сдувает спавшую на глаза прядь и сжимает губы в тонкую полоску. — Освободим твоего брата от этой ужасной работы совой?       Ей уже плевать, что Джо назвал её слабой и запретил участвовать в возможных битвах. Это было сказано в порыве злости и возможного страха за её жизнь. Парень согласно кивает на её предложение и откидывается назад, усаживаясь на грязный пол. Его передёргивает от понимания, что Вест могла уйти к чёрту на куличики в тот день, когда они поссорились, и пусть парни предположительно знали место, куда волшебница направится, это не спасало. — Уже хорошо, — подаёт голос Фред, — Что ж, я пойду на Гриммо, проверю Ремуса и Дору, а вы тут помиритесь уже наконец. Чтобы, когда я вернулся, видел вас целующихся.       Гриффиндорец берёт пальто, которое повесил на спинку стула, и выходит на улицу. Лидия откидывается назад, несильно ударяясь затылком о пол, и смеётся. Она почти уверена, что в происходящем ещё замешан сам Джи, пусть он и будет это старательно отрицать. — Чья идея? — задаёт вопрос Лидия, снова приподнявшись.       Джо выглядит не таким, как раньше. Растерянным, что ли. Или даже виноватым, что вообще не схоже с ним, ведь Джорджи даже перед родителями такой вид не принимал. — Прости.       Вест садится прямо в позе лотоса и склоняет голову, наблюдая за парнем. — Я не должен был называть тебя слабой. Хотя бы потому, что в Министерстве ты приложила саму Беллатрису, пусть она и выжила.       Лидс вздыхает, прикрывает глаза и старается унять дрожь во всём теле. — Просто я… — начинает Уизли и осекается. Размышляет секунды, продолжает, — боюсь, что с тобой что-то случится. Ты мне очень дорога, Лидия, и я очень тебя люблю.       Вест пробирает очередная волна дрожи, когда слышит шмыганье носом. Пододвигается ближе и понимает, что Джордж на грани какой-то странной истерики, которую Лидс ещё ни разу не видела. — Джи… — Я не переживу, если ты умрёшь, Лидия. Да, я веду себя как идиот порой, но так ты хотя бы остаёшься в безопасности. Потому что Фред и другие, кто мне дорог, они парни и сражения у них в крови, а ты…       Договорить Уизли не дают крепкие объятия. Лидия утыкается носом в шею парня и крепко обнимает поперёк торса, не давая сдвинуться с места. Волшебник обнимает её в ответ, зарываясь носом в чёрные волосы. Вполне вероятно, что он ещё о многом умалчивает, и когда-нибудь юноша всё расскажет, но не сейчас. — А я дочь Сириуса Блэка, Джорджи. Мой крёстный Ремус, а родственники — Малфои и Лестрейнджи. С такими связями грех не убить кого-нибудь.       Джо сжимает её в объятиях сильнее, чуть ли не ломая рёбра. В каком-то смысле Блэк права, но рыжий почему-то не может представить её, убивающую, например, Рудольфуса Лестрейнджа. — Эй, — шепчет Лидия, когда парень странно притих, — Я же обещала тебя лицом в торт засунуть на нашей свадьбе, помнишь? Я обязательно это устрою. И детям расскажу, как ты бегал за мной и умолял начать встречаться. — Ну уж нет, я не умолял, — отзывается Джордж, отпрянув, — Это ты умоляла, забыла? — В каком месте? — смеётся девушка. — Да всю жизнь. Думаешь, я не замечал, как ты меня взглядом раздеваешь?       Они смеются. Лидия легко пихает своего парня в плечо и целует в губы мягким поцелуем.

***

      Когда-нибудь Лидия будет читать детям сказку и они спросят, как мама познакомилась с папой. Тогда Лидия загадочно улыбнётся и скажет, что познакомились они маглами, как бы странно это не звучало. А на следующий день дети спросят у Джорджа, что значит «познакомиться маглами», и парень подавится кофе от такого вопроса. Но потом засмеётся и ответит, что они с мамой просто не знали о магической силе друг друга, потому что познакомились до первого курса. До начала их совместной жизни.       Лидия и Джордж лежат на диване и разговаривают о шестом курсе, когда Фред возвращается из гостей. Он кидает пальто на тумбочку рядом с вешалкой и облокачивается о дверной косяк, наблюдая за родными. Потом улыбается и решает не мешать им вспоминать год, когда их ссорам было положено начало.       Вест лежит на груди парня, переплетаясь своими пальцами с его. На шум с коридора приподнимает голову и замечает рыжую копну волос, после чего улыбается и откидывается назад. Фред не увидел их целующимися, как наказал, но они хотя бы не ссорятся и спокойно лежат рядом. — А я ведь не хотела идти на бал, — смущённо произносит Лидия. — Почему это? — хмурится Джордж, перебирая волосы девушки. — Сам подумай. Тайно влюблённая в тебя, не имеющая надежды, что пригласишь, — пожимает плечами волшебница, — Толку идти тогда на бал, где можно увидеть тебя в компании какой-то другой девчонки?       Джордж хохочет. Лидия хмурится, не понимая причины смеха, и перебирается на другую сторону дивана, лицом к волшебнику. — Почему ты думала, что я приглашу какую-то неизвестную мне девушку, когда у меня есть проверенная подруга?       Лидия пихает его ногами и улыбается. Он ведь прав, и перед балом Лидс знала это в глубине души, пусть и отгоняла такие мысли. Зачем приглашать проверенную подругу, если можно пригласить возлюбленную и признаться ей? Что, впрочем, Джо всё равно сделал. — Но ты была великолепна в том платье, — признаёт юноша, — Оно у тебя осталось? — Предлагаешь надеть на Рождество? — приподнимает бровь Лидс. — Почему бы и нет? — Я подумаю.       Джордж счастливо улыбается и откидывает голову назад. — И всё же ты пригласил по тому же принципу, что и Фредди, — выносит вердикт девушка. — Ты сомневалась? — Вообще-то, да. Потому что Фред пригласил Анджи из-за любви к ней. Я же тогда не знала, что нравлюсь тебе.       Снова смеются. Джо прикрывает глаза, придаваясь старым воспоминаниям, от которых на душе становится не то, что тепло, а даже горячо. — Что тебе помогло вызвать патронус? — подаёт голос Вест. — Ты и Фред. То, что вы всегда рядом, даже если ссоримся, — спокойно отвечает рыжий, — А тебе?       Лидия кидает в него подушку за наглость. Этот ответ Джи знает сам потому, что он и помог вызвать патронус, когда обнял её и положил свою ладонь поверх её на палочке.       Пожалуй, самое странное в их отношениях были сами они. Редко ссорятся, постоянно смеются, улыбаются, не ревнуют. Разве это не странно? Разве такое возможно? Лидии порой кажется, что это нереально. Вот она проснётся, а на дворе декабрь шестого курса. Спустится в гостиную, где на диване будут сидеть Джордж и ученица другого факультета, мило воркующие. — О чём задумалась, малышка? — настораживается Джордж.       Лидия вздрагивает и переводит на него взгляд, полный грусти и какой-то непонятной боли. Пододвигается ближе и обнимает Джо за шею, прижимаясь всем телом к его. — Я тоже боюсь тебя потерять.       Уизли торжествующе улыбается и целует Вест в щеку, обнимает и обещает не дать её потерять его. Обещание глупое, как и ссора, но от него на душе становится тепло, чувствуется защита и уют.       Так мало нужно для счастья, да? Даже во время надвигающейся войны.