Не должно сбыться

      Когда Лидия приходит в себя в Большом зале, идёт десятая минута часового перерыва. Мадам Помфри ходит между раненными и помогает им, профессор Слизнорт рассказывает, как чуть не лишился палочки. Девушка с тихим стоном приподнимается на локтях, не понимая, как вообще оказалась в зале. Последнее, что помнит — образ Сириуса. Но разве это не была галлюцинация? Нет, конечно же, нет. Будь это она, Лидс не проснулась бы, поскольку Рудольфус убил бы её.       Моментально рядом с ней оказывается Джордж. Он обнимает волшебницу так крепко, что, кажется, кости сломает. Позади него Фред с перебинтованной головой, Ремус и Дора о чём-то спорят. Упёршись в грудь парня рукой, Лидия отодвинула от себя Джорджа и осмотрелась вокруг. Множество тел погибших, которые теперь переносят в зал наград. Девушка жмурится от лёгкой головной боли и пытается вспомнить хоть что-нибудь, что объяснит её нахождение здесь. Сириус не вариант — Сириус мёртв, тот человек просто не мог быть им. — Что произошло?       Джордж садится рядом и протягивает ей палочку. Переглядывается с семьёй, будто спрашивая, можно ли ей рассказать, а потом заводит руку за шею и трёт её, теперь не понимая, как именно рассказать. Ремус поднимает руки в примирительном жесте, поняв, что ничего путного из ссоры не вывезет, и поворачивается к Лидс. — А что последнее ты помнишь? — Я бы не стала в это верить, Рем, — тут же предупреждает Вест, — Сириус вырубил Рудольфуса и Рабастана.       Но никто не удивился, совсем никто. Словно они уже знали, что скажет Лидия, и ждали этого. Девушка нахмурилась, почувствовав недосказанность, и посмотрела на Фреда. Он сидит вполоборота к ней, и бинт на затылке уже немного пропитался кровью. Что же произошло, чёрт возьми? Почему не удивляются, что она Сириуса видела? — Это действительно был он, — выдыхает Фред, — Он буквально избил Долохова, когда тот попытался убить Ремуса, и меня от завала спас. Так бы сидел я тут с дырой в груди, как в твоих кошмарах.       Лидия не верит. Ждёт, когда все улыбнутся и скажут, что это шутка. Не мог же Сириус действительно выжить? Он же упал в Арку, откуда не возвращаются! Как он смог избежать этой участи? Поднявшись, она снова осмотрела зал. Может, сидит где-то? Должен же быть хоть один намёк на то, что всё это — не попытка развеселить. Хотя, навряд ли. Фред и Джордж понимают, что ничерта это не весело, когда сообщают, что человек, которого ты два года считал погибшим — ожил. Конечно, радость есть, но всё же тебя наполняет страх. — Где он? — спрашивает девушка, обернувшись в сторону Слизнорта. Заметив её взгляд, профессор улыбнулся. — Принёс тебя и ушёл, — пожала плечами Джинни, — Сказал, что ещё не все дела закончил.       Слишком глупо, странно и радостно. Лидия запускает пятерню в волосы и хмурится. Хорошо, допустим, она в это верит. Блэк спас её и ребят, не позволил остаться Тедди без родителей, но куда он ушёл? Не захотел объясняться перед дочкой? И какие дела могут быть у восставшего покойника? Одно дело — прийти в Хогвартс защищать, а другое… а что другое?       А может, она всё же умерла? А происходящее сейчас — проекция погибающего мозга. Фантазия, что случилось бы, будь Сириус жив. Тогда боль слишком реальна для галлюцинации. Ох, Блэк, от тебя даже с того — или этого? — света проблемы!       «Не тронь мою дочь, ублюдок». Это определённо точно говорил Сириус, тут сомнений нет. Но всё же не верится, пусть все и твердят, что он выжил. Ага, чудесным образом исцелился и пришёл к ним. Но почему спустя два года? Не мог раньше, чтобы меньше суматохи вокруг его персоны было?       Последние тела были отнесены в зал наград. Словно по чьему-то мысленному велению, все вывалили на улицу. Напротив — большая толпа Пожирателей, в их рядах очень заметен Хагрид с кем-то на руках. Волан-де-Морт идёт с надменным видом, показывая всем, кто этой ночью стал победителем. Лидия хватает Джорджа за руку и переглядывается с Фредом, не понимая, что происходит. Кто у Хагрида на руках? — Гарри Поттер мёртв!       Фраза отразилась эхом от уцелевших стен замка. Лидия услышала, как сдавленно пискнула Джинни, как миссис Уизли начала шептать, что это неправда. Но, присмотревшись, все поверили в слова Тома — на руках Хагрида действительно лежало тело Гарри.       Проиграли.       Зря ты, Сириус, их спасал. Всё равно погибли.       Осознание, что все обещания, которые были даны в самом начале, уже не сбудутся, бьёт не хуже, чем известие о смерти Поттера. — МОЛЧАТЬ! — крикнул Волан-де-Морт. Раздался хлопок, мелькнула яркая вспышка — и все смолкло, — Игра окончена. Клади его сюда, Хагрид, к моим ногам — здесь ему место!       Лидия подхватила готовую упасть на колени Джинни и прижала к себе. Её всю бьёт крупная дрожь. Хуже того, что погиб спаситель, может быть только то, что ты влюблена в этого спасителя. Подобное Вест и сама чувствовала, когда увидела окровавленного Джорджа, но тогда всё обошлось, а сейчас…  — Видите? — сказал Волан-де-Морт, — Гарри Поттер мертв! Поняли вы теперь, что вас обманули? Он был всего лишь мальчишкой, требовавшим от других, чтобы они жертвовали жизнью ради него!       Ложь. Ложь, в которую поверят только те, кто не знал Гарри. Он не старался выделиться, никогда не козырял своим статусом Выжившего Мальчика. И уж тем более не требовал жертв в свою честь — люди сами шли за ним, шли спасать то, что им дорого. Если это и жертвенность, то ради самих себя и близких, а не ради какого-то там Гарри Поттера. — Он уже столько раз тебя бил! — выкрикнул Рон, и чары развеялись.       Защитники Хогвартса снова зашумели и закричали, но тут второй, более мощный хлопок заглушил их голоса. Лидс пытается открыть рот, но ничего не получается. Чёртов Том Реддл, чтоб тебя дементоры зацеловали, а того хуже — Амбридж… — Он был убит при попытке сбежать с территории замка, — сказал Волан-де-Морт, явно наслаждаясь этой ложью, — Убит при попытке спасти свою жизнь…       Попытка спасти свою жизнь? Что за чушь! Будь он действительно тем, кем пытается его выдать Тёмный, такая попытка ничем не помогла бы. Рано или поздно его нашли бы уцелевшие и прибили за ложь, в которую он заставил их верить. Если бы кто-то из Уизли умер, то другие уже не стали бы продолжать любить Гарри.       Но тут речь Волан-де-Морта оборвалась. Кто-то вырвался из толпы и выстрелил в Волан-де-Морта. Лидия увидела падающую на землю фигуру, искры Разоружающего заклятия и Волан-де-Морта, со смехом бросающего в сторону палочку своего обидчика.       Кто это? — И кто же это? — спросил он своим мягким змеиным голосом, — Кто сам вызвался продемонстрировать, что бывает, когда пытаешься продолжать проигранную битву? — Это Невилл Долгопупс, повелитель! Мальчишка, который доставлял Кэрроу столько неприятностей! Сын мракоборцев, помните? — ухмыльнулась Беллатриса. Лидия почувствовала, как очертание кинжала давит на ногу. Хорошо быть убитой своим же оружием? — Ах, да, припоминаю, — Волан-де-Морт взглянул сверху вниз на Невилла, безоружного, без всякой защиты, отчаянно пытавшегося подняться на ноги на нейтральной полосе между защитниками замка и Пожирателями смерти, — Но ты ведь чистой крови, мой храбрый мальчик? — обратился он к Невиллу, который стоял теперь к нему лицом, сжав в кулаки пустые руки. — А если и так — что из этого? — громко ответил Невилл. — Ты проявил отвагу и мужество, и в твоих жилах течет благородная кровь. Ты будешь отменным Пожирателем смерти. Нам нужны такие, как ты, Невилл Долгопупс! — Скорее в аду станет холодно, чем я к вам перейду! — сказал Невилл, — Отряд Дамблдора! — выкрикнул он, и толпа ответила шумом, которого не могли сдержать даже Заглушающие чары Волан-де-Морта.       Сломленная прежде, потерявшая надежду сейчас, Лидия кричала наравне со всеми, желая смерти всем Пожирателям. Она неожиданно поняла, что Пророчество, про которое как-то раз высказался Ремус, не говорило имени того, кто должен победить Тёмного. И только сейчас дошло, что Невилл тоже может оказать сопротивление Волан-де-Морту. Никто же точно не знает, кто тот Избранный? Все уверены, что это Гарри, в этом уверен даже Тёмный Лорд, но что, если этот Избранный — Невилл? Тогда, чтобы не задумывал Гарри, его смерть не будет напрасна. — Что ж, — сказал Волан-де-Морт ласково, — Раз таков твой выбор, Долгопупс, вернемся к первоначальному плану. На твою голову, — негромко добавил он, — пусть падет.       В следующую секунду из разбитого окна замка вылетело что-то, похожее на уродливую птицу, и приземлилось в полумраке на ладонь Волан-де-Морту. Он приподнял пахнущий плесенью предмет за острый конец и встряхнул. И вот она закачалась у всех на глазах, пустая и потрепанная — Распределяющая шляпа. — В школе Хогвартс больше не будет распределения, — объявил Волан-де-Морт. От этого голоса захотелось сбежать, но никто не дрогнул, — Факультеты отменяются. Эмблема, герб и цвета моего благородного предка, Салазара Слизерина, отныне обязательны для всех, понятно, Невилл Долгопупс?       Он направил палочку на Невилла, и тот застыл, словно окаменев. Волан-де-Морт нахлобучил на него шляпу, так что она закрыла Невиллу глаза. В толпе стоящих перед замком началось движение, и Пожиратели смерти, как один, вскинули палочки, не давая защитникам Хогвартса пошевелиться. Лидия, вопреки тому, что Джо тянет её назад, выходит в первый ряд. — Невилл сейчас наглядно покажет вам, что будет со всяким, у кого достанет глупости мне сопротивляться, — сказал Волан-де-Морт.       Взмах его палочки — и Распределяющая шляпа вспыхнула ярким пламенем. Страшный крик разорвал предрассветный полумрак — Невилл горел, прикованный к месту, неспособный шевельнуть ни рукой, ни ногой. Лидия не выдержала. Когда из-за угла выскочил великан Грохх, она взмахнула палочку и вода окатила Невилла, но зато Шляпа спасена.       Началась суматоха. Невилл выхватил из Шляпы меч Гриффиндора и успел отрубить голову Нагайне прежде, чем его поймал Волан-де-Морт. А после между ними появилась защитная стена, но её сколдовал кто-то, не находящийся в толпе. И тут Лидия заметила, что рядом с Волан-де-Мортом чего-то не хватает. Сначала подумалось, что это Том так встал, загораживая своей мантией тело Гарри, но крик Хагрида «Где Гарри?!» развеял все вопросы.       Сын Мародёра, что сказать.       Тут же начался настоящий хаос. Великаны, кентавры, гиппогрифы и фестралы — как жаль, что Лидия их видит, — заполонили всё поле, из-за чего Пожирателям и Защитникам Хогвартса пришлось бежать в Большой зал. Хорошо, что успели убрать тела, иначе это было бы слишком неправильно по отношению к почившим. Заметив Чарли, в которого уже прицелился один из врагов, Лидия взмахом палочки заставила последнего отлететь прямо под ногу Грохха. Ни капли стыда.       Вбежав в Большой зал, Лидия не сразу поняла, что потеряла близнецов. В этой толпе совершенно невозможно заметить нужные волосы. Что ж, будем снова одни. Увернувшись от заклятия, Вест заметила знакомую женскую фигуру и бросилась к ней. В какой-то момент вместо Беллатрисы рядом с Лидс оказалась Джинни, но и это хорошо — в обе руки справиться легче.       Заклинания летают так, что увернуться почти невозможно. Наступая на Беллу, Лидия взобралась на стол. В какой-то момент Белла пустила Аваду, которая пролетела между Лидией и Джинни — вероятно, хотели убить сразу двух, — и Лидия, не выдержав, сколдовала против Лестрейндж Круцио. — НЕ ТРОГАЙ МОИХ ДЕВОЧЕК, МЕРЗАВКА! — восклицает Молли, и Лидия делает шаг назад, чуть ли не падая, — А НУ ОТОЙДИТЕ.       Требуется всего секунда, чтобы миссис Уизли пустила зелёную стрелу в Пожирательницу. Вест даже не удивлена, а вот Джинни не верит собственным глазам — мама, такая добрая раньше, только оглушающая врагов, убила. Блэк обернулась, чтобы отыскать близнецов — со стола лучше видно — и, заметив, как Фред, Джордж и Ли уложили Яксли на лопатки, усмехнулась. Они-то не видели. Будет, что рассказать.       Кинжал не понадобится. Как жаль. — Протего! — послышался знакомый голос.       Щитовые чары разделили Большой зал пополам. Волан-де-Морт оглянулся в поисках пославшего их, но никого не увидел. Лидия спрыгнула со стола и за секунду оказалась рядом с Ремусом и Дорой. Прямо перед ними стоял Гарри Поттер, которого только недавно все считали мёртвым. Что ж все выбирают этот день для своего воскрешения?       Вопль изумления, приветственные возгласы, крики с обеих сторон: «Гарри!» и «ОН ЖИВ!» — стихли почти мгновенно. Толпа испугалась. Внезапно наступила полная тишина. Волан-де-Морт и Гарри, встретившись взглядом, одновременно начали двигаться по кругу.       Лидия заметила, как Фред и Джордж обернулись в её сторону с радостными улыбками, и не смогла не ответить им тем же. — Пусть никто не пытается мне помочь, — громко сказал Гарри. В мертвом молчании его слова раскатились по Залу, как трубный глас, — Так нужно. Нужно, чтобы это сделал я. — Поттер, конечно, шутит. Это ведь совсем не в его стиле. Кто сегодня послужит тебе щитом, а, Поттер? — большинство уже двинулось вперёд, собираясь стать тем самым щитом по своей воли, и Лидия тоже, но её остановила рука Ремуса, лёгшая на плечо. — Никто, — просто ответил Гарри, — Остались только я и ты. Ни один из нас не может жить, пока жив другой, и один из нас должен уйти навсегда… — Один из нас? — насмешливо повторил Волан-де-Морт, — Ты ведь понимаешь, что это будешь ты, Мальчик, Который Выжил благодаря случайности и козням Дамблдора?       В ответ Гарри начал приводить сотни вариантов «случайностесь», в последствии которых он всё равно оставался жив. Будь это ночь тридцать первого октября, или Турнир Трёх Волшебников, или даже то, что произошло совсем недавно — он ведь действительно выживал. На Турнире ему никто не помогал, но он смог ещё и тело Седрика спасти, а сейчас разве что кто-то соврал о его жизненном статусе. — Случайность! — крикнул Волан-де-Морт, однако все еще не наносил удар, — Случайность, везение и то, что ты увиливал и прятался за спинами тех, кто лучше тебя — мужчин и женщин, — позволяя мне убивать их вместо тебя! — Сегодня ты никого больше не убьешь. Ты никогда больше не сможешь никого из них убить. Понял? Я готов был умереть, чтобы ты прекратил мучить этих людей…       Лидия снова двинулась вперёд, но хватка Ремуса стала только сильнее. Когда девушка обернулась к нему, он лишь покачал головой. — Однако не умер! — воскликнул Том. — Я был готов, и этого оказалось достаточно. Я сделал то же, что моя мать. Они защищены от тебя. Разве ты не заметил, как легко они сбрасывают твои заклятия? Ты не можешь их мучить. Ты не можешь до них добраться. Не пора ли тебе учиться на ошибках, а, Реддл?       Все слушали, что говорили Том и Гарри, но большинство даже не понимало, о чём речь. Это было до того странно: стоять рядом, но не иметь возможность помочь. Пусть Гарри и сказал, что справится сам, ему всё равно нужна помощь. Но уже не физическая.       Разговор длился несколько минут, Волан-де-Морт уже был готов вступить в атаку, но сдерживал себя. Ему нужно найти более хорошее время, чтобы все увидели его триумф. Вот только… — Авада Кедавра! — Экспеллиармус!       Хлопок был подобен пушечному выстрелу. Золотое пламя взвилось в самом центре круга, по которому они двигались, — это столкнулись их заклятия. Все увидели, как зеленая вспышка Волан-де-Морта слилась с вспышкой Гарри, и как Бузинная палочка взмыла ввысь, чернея на фоне рассвета, закружилась под зачарованным потолком, точно голова Нагайны, и пронеслась по воздуху к хозяину, которого не пожелала убивать, чтобы полностью подчиниться его власти.       Гарри, тренированный ловец, поймал ее свободной рукой — и в ту же минуту Волан-де-Морт упал навзничь, раскинув руки, и узкие зрачки его красных глаз закатились. На полу лежали смертные останки Тома Реддла — слабое, сморщенное тело, безоружные белые руки, пустое, отсутствующее выражение на змеином лице. Волан-де-Морт погиб, убитый собственным обратившимся вспять заклятием, а Гарри стоял с двумя волшебными палочками в руке и глядел на опустевшую оболочку своего врага.       Какое-то мгновение вокруг еще стояла тишина. Хватка на плече Лидии ослабла, и она бросилась к Фреду и Джорджу, обнимая последнего со спины и не сдерживая слёз. Только сейчас это были слёзы радости, ощущения свободы, стопроцентной победы. Вокруг всё завертелось, волшебники начали кричать и обнимать друг друга, а Пожиратели, потеряв Повелителя, начали врассыпную сбегать. Только теперь всем на это плевать, все радуются, как настоящие дети, облепляют Гарри со всех сторон и даже готовы поднять его на руках в воздух.       Возгласы, крики, слёзы и смех смешались воедино. Как только Джордж обернулся к Лидс, та в мгновение ока завладела его губами, целуя, как в последний раз, пусть ранее Джо и старался этого избежать. Фред, стоящий рядом, усмехнулся и пошёл в сторону Анджелины, которая ещё с неверящим взглядом смотрела на тело Тома. Лидия крепко обнимает парня за шею, тому приходится оторвать её от земли и держать на весу, а после, оторвавшись, оба смеются.       Победа.       Они победили.