Стратег

      Это утро определённо было благословлено кем-то свыше. Хотя бы потому, что для кое-кого оно началось в одиннадцатом часу. Хотя Гаара, по общему мнению, поборол демона внутри себя и исправился, кем ещё, как не дьяволом, его частенько хотелось назвать ? У Казекаге за правило стояло организовывать прибытие посла Суны аккурат так, чтобы выдающемуся стратегу Конохи приходилось сползать с кровати ни свет ни заря и обеспечивать формальное сопровождение и официальную встречу этому послу. Всё это было формальностью по одной простой причине — вот уже три года им была сильнейшая куноичи Песка. Шикамару однажды пытался достучаться до Цунаде, приводя цитаты самой Темари на тему " Я прекрасно знаю Коноху и не нуждаюсь в гидах ", но глава деревни была непоколебима: так требуют правила и точка. Неспеша натянув водолазку, застегнув форменный жилет, пройдясь расчёской по чёрным волосам и затянув тугой хвост на самой макушке, парень вышел на кухню. Заранее узнав точное время прибытия сестры Казекаге, он обстроил всё так, чтобы начать день без спешки и суматохи. Госпожа Нара ушла по хозяйственным делам, и его встретил только привычно серьёзный и бесстрастный взгляд отца. — Мать оставила завтрак на сковороде, как всегда. Я ухожу на миссию,— говорил Шикаку, моя за собой чайную кружку, — да, в доме Ёшино все мужчины были приучены к хозяйственности. Ну, или принуждены. Глава семьи помедлил немного, будто прикидывая, стоит ли говорить сыну следущее, но спустя мгновение старательно подавил улыбку и произнёс.— Удачного дня в новой должности.       Шикамару сдержанно кивнул, а едва отец отвернулся, закатил глаза: что ему эти продвижения по должности — ему бы один, хотя бы один официальный выходной и время. Время, чтобы полежать, понаблюдать облака, подумать, и сыграть в шоги: в общем, вынырнуть из каждоневной суеты. Зато отец очень гордился успехами сына. Больше, чем показывал ему, больше, чем признавался в этом самому себе.       Вход в деревню, Изумо и Котецу — ну, это вечно. Они уже оформляли кого-то в своих записях и лишь кивнули парню в знак приветствия. А тот увидел идущую прямо к нему девушку. — Ну и зачем же мне сопровождающий, если он даже не может встретить вовремя ? — с дружеской усмешкой прозвучал свободный, низкий голос Темари. Брюнет чуть было не улыбнулся: он слышал это каждое посещение Конохи ею, но с мотивом уменьшения жёсткости в голосе — значит, постепенно примирялась с "эскортом". — Я пришёл вовремя, — он точно знал, что вышел без десяти минут время. — Но я пришла раньше, — прозвучало алогично, однако это был пинок его несобранности, мол, "будь на полшага впереди". Уже ставший спорщическим взгляд куноичи вдруг изменился, она медленно изогнула бровь.— Кстати, поздравляю. До меня доходит только проверенная информация, а ,значит, ты и впрямь стал джонином,— но вежливая улыбка скоро наскучила мимике блондинки. Она нотационно добавила.— Долго собирался. Давно было пора. — Ты, кажется, тоже стала джонином в восемнадцать, — не претендующим на абсолютную правоту, аккуратным тоном добавил Шикамару. — Ты мог бы стать им раньше меня,— язык явно опередил мысли Темари, но стратег предпочёл пропустить сорвавшийся комплимент мимо ушей, дабы не дать девушке повод для недовольства собой, а вследствие и им. Неудачную, на её взгляд, фразу, оттенил внезапно прозвучавший справа от ребят голос. — Темари-сан, наш визит в деревню Скрытого Листа официально оформлен,— по стойке смирно, но без натужной услужливости, а естественно и спокойно встал рядом тот самый, как оказалось, шиноби, который записывался у Изумо с Котецу." Значит, сегодня пришли два посла ? "— был крайне удивлён Нара: по мелким делам присылали только её, по крупным — целую делегацию. Два — это или много, или мало. Джонин кивнула в ответ на рапорт. — Джонин деревни Песка, Ичихару Тоширо,— протянул руку мужчина. — Джонин Конохи, Нара Шикамару, — не хотя так представляться, а скорее повинуясь тону собеседника, он протянул руку в ответ. Шиноби Суны ответил таким рукопожатием, что стратег Листа уступил. И Темари — никаких улыбок, это сказали лишь сверкнувшие огоньки в темно-зеленых глазах — заметила.       На вид Ичихару Тоширо было лет двадцать восемь. Стройный, широкий в плечах мужчина чуть выше Шикамару, с светло-каштановым полудлинным ёжиком волос, слегка загорелым лицом и прямым без вызова, сильным без стали, увереным без резкости взглядом серо-голубых глаз. — Тоширо-сэмпай прибыл со мной по просьбе Цунаде-сама. Он — один из сильнейших джонинов деревни Песка, и ваш Хокаге заинтересована в его личном участии в одной из совместных операций наших деревень,— как лектор начитывает материал, проговорила известную информацию Темари. Не слишком интересуясь человеческими ресурсами дружественной деревни, стратег всё же прикинул, что в Конохе так отозвались бы если не о Какаши, то как минимум о Гае. — Раз ты всё-таки пришёл, может устроишь экскурсию гостю до резиденции? — пошутила над ролью шиноби сестра Гаары и первой двинулась идти. — Много спать вредно,— лёгким шёпотом пронеслось мимо стратега, и рука куноичи тихо оттянула ворот его водолазки: вещь была надета наизнанку. — Чёрт,— почти про себя глупо смутился парень и заметил подавленную улыбку на её губах.       Они пошли втроём по начинавшим оживать, но ещё утренне-ленивым улочкам деревни Листа. Мужчины-джонины пристроились по обеим сторонам от Темари. Идя, Шикамару почувствовал резкий укол, как от наэлектризованной одежды, хотя на девушке не было ничего шерстяного или искусственного. — Вы первый раз в Конохе, если я правильно понял Темари-сан ? — ленивый гений решил вступить в разговор из практической цели избежать пропасти насмешек вышеупомянутой особы над "суровым приёмом", оказанным гостю. — Верно. Не будьте так удивлены: просто раньше меня направляли с миссиями в другие страны. Но теперь, как того хочет Хокаге, я должен быть здесь, — шиноби отвечал вежливо и прямо, однако без налёта самоуверенности или пресмыкания: ровно так, как считал нужным.— Вы джонин в восемнадцать лет, это похвально,— не спеша продолжил он; в словах слышался реальный опыт, не лесть, не праздное замечание. — Спасибо, Тоширо-сэмпай, — легкий почтительный кивок.— А когда стали джонином вы ?— это понукания Темари скомпилировались в голове Нара в невзначай заданный, случайный вопрос. — В этом году юбилей будет — в шестнадцать лет,— Шикамару не стал бы ручаться, но ему показалось, что блондинка кинула на него любопытный и вместе с тем торжествующий взгляд.— Да, и называйте меня Тоширо,— твердым голосом Ичихару озвучил видимо важный для него момент. Отказом от "сэмпаев" он признавал их равенство.       Зайдя в кабинет Цунаде, шиноби застали привычную картину: женщина сидела, подперев голову кулаком и капризно хмурясь на бумагу в своей руке, защищённая с обеих сторон тоннами документов. Судя по недовольно прикушенной губе, саннин справилась с соблазном в очередной раз натурально забить на обязанности Хокаге, закрывшись от Шизуне с бутылочкой сакэ. Однако увидев возвыщающегося за стратегом гостя, она встала из-за стола и вышла к ним. — Добро пожаловать в Коноху. Знаменитый джонин Суны, удивительно, что Гаара не пожадничал вами для нашей рискованной миссии,— конечно, Хокаге знала,что в широкий спектр прав каге не входило "жадничать или нет". Просто лично она бы подумала дважды и всё равно вряд ли отдала бы Какаши Казекаге для экспериментального задания. — Скажу только, что вы судите обо мне по словам господина Гаары. У него доброе сердце, и он склонен идеализировать людей, преувеличивая их важность,— желая объяснить заблуждение, сказал Тоширо. Сам он мог назвать двух-трёх столь же ценных земляков-джонинов, например, Темари, но выбрать надо было одного, и он здесь — результат субъективного выбора. — Думаю, вы ошибаетесь,— вежливо скрыла эмоциональную усмешку Цунаде, успевшая просмотреть послужной список Ичихару, вызвавший непритворное восхищение количеством успешных миссий и индексом выживаемости команд этого джонина.— Хорошо. Шикамару,— брюнет взглянуд на главу деревни,— на этом твоё задание кончается. Пожалуй, сегодня я дам тебе выходной,— обычно флегматично приопущенные веки парня поднялись до упора: суеверия — не его сфера, но ведь только утром он думал об этом...— Эх, не удивляйся ты так. Экзаменов не предвидится, новых заданий уже два дня не поступало, а потому у меня почти все джонины сейчас по домам,— не зная, стоит ли открыто радоваться этой передышке, вздохнула женщина. Скоро троица покинула кабинет Пятой. — Мы с капитаном Тоширо пойдём в гостиницу разложить вещи, а потом я была бы не прочь перекусить,— Темари открыто улыбнулась, не скрывая своей любви к вкусной еде.— Не присоединишься ? — Я, пожалуй, дома,— при постороннем Нара добавил вежливости в голос. Посиделки в кафе ему неинтересны, да и лень туда тащиться из дома. Никто его уговаривать не стал.       Но Шикамару пришлось-таки выйти из дома в этот день. И как раз чтобы "посидеть в кафе": их команда хотела собраться вместе, только сегодняшня дата вылетела из головы. Зайдя в барбекю-кафе, он тут же столкнулся с осуждающим взором Ино, расстроенным, но не удивлённым Асумы и... а, нет, Чоджи видел только еду. — Как можно забывать о встрече ? — накинулась Яманака. — Ты помнишь всё, но о друзьях забываешь запросто,— пыхтела девушка. Ей, может, тоже не шибко хотелось идти в кафе, где опять будет много такой манящей еды, а потом несколько лишних килограммов, распиханных по талии и бёдрам; где Чоджи будет молчать или чавкать, а Асума с удивлением постороннего человека наблюдать свою чудну'ю команду... — Ох, не кричи ты так,— вполголоса.— Я забыл, но я же пришёл,— громко. — Молодец, что пришёл,— вступил обхвативший спинку дивана сзади во всю ширину учитель.— Мы с ребятами посидели уже. Хочешь — закажи себе что-нибудь, а мы пойдём, — кажется, даже сэнсей устал от вечных опозданий ученика, которые в связи с повышением ранга ещё и участились.        Проходя мимо Шикамару, Асума вдруг легонько толкнул его плечом, и тот поднял голову. — Приду в шесть, лады ? — тихонько произнёс и, глазами указывая на Ино, мол, это для неё спектакль,чтобы не злить, подмигнул Сарутоби. Парень с детской поспешностью кивнул, оценив двойную игру мужчины ради относительного мира в команде. Когда утих возмущённый голос Ино, мгновение спустя послышался другой знакомый, но не голос, а скорее смешок. Пройдя вглубь кафе, Шикамару увидел Темари и капитана. За рассчитанным на четверых столиком они сидели рядом, а не напротив друг друга. Их разговор так же продолжался, когда джонин всё же произнёс. — Темари,— против воли Шикамару в обращении прозвучала какая-то требовательная нота. — О, пришёл всё же. Получил свой нагоняй ? — улыбнулась она, и против желания вопрос прозвучал приподнято-радостно. Нара озадаченно поднял брови: сестра Казекаге, в отличие от него, улыбалась часто, но сейчас она улыбнулась как будто... до конца. Определённо, раньше это выглядело иначе, неуловимо по-другому. Ещё какое-то время джонины Песка глядели, точно не понимая смысла присутствия парня здесь, перед ними. — Присядешь ? — девушка кивнула на сидение напротив. Стратег по инерции принял приглашение и сел. — Ну, я вас прервал...? — вяло протянул он, неловко проводя по шее рукой: уже настроился вернуться домой и отоспаться как следует, и чёрт же дёрнул остаться тут. — Мы говорили о миссии. — И о барбекю,— серьёзно вставил Тоширо. — А ещё капитан Тоширо рассказал, что открыл для себя стихи,— хмыкнула Темари.— Как по мне, так это пустое и ненужное. Не понимаю,— оперевшись на локоть и резко проведя ладонью в воздухе параллельно столу, высказалась куноичи. — Да, здесь всё непросто. Надо найти свой стих,чтобы научиться понимать лирику. Но Темари даже не желает пробовать,— развернувшись к девушке, с лёгкой досадой в голосе сказал джонин.       " Об упёртость этой девицы разбился не один ум. Даже жаль капитана ",— отметил Шикамару с неосознаваемой гордостью за её непоколебимость и верность себе в любых обстоятельствах, которая его самого часто доводила и выводила. Почти.       Разговор продолжился, причём крайне живо, но Шикамару выпал из него, точнее не влился. Когда в предыдущие разы они с Темари гуляли по Конохе, темы находились сами: тренировки, техники, задания, случаи с экзаменов на чуунина, необходимость стать в конце концов джонином. И лишь сейчас он понял, что они говорили о работе и только о работе. Если вначале Шикамару хотел отсидеться приличное время и уйти, то спустя пятнадцать минут его не вытащили бы и клещнями. Что-то в их беседе не сходилось, что-то определённо шло не так: Темари не упускала шанса высказаться, пошутить, но в то же время слушала все слова Тоширо-сэмпая с живым интересом, можно сказать, страстной любознательностью и уважительным доверием ко всему сказанному.       " Так Никогда Раньше Не Было ",— с непониманием и зарождающимся беспокойством мысли внутренне отчеканил Нара и продолжил наблюдать. И вскоре заметил, что стол как-то грубо и неприятно отделяет джонинов двух деревень, и что отделяет-то не только стол. В какой-то момент брюнету представилось, будто они не знакомы с девушкой уже шесть лет, а он видит её во второй-третий раз: жесты и мимика те же, да не совсем те. Просидев в молчании и шумной работе разума час, он перестал понимать, на что потратил столько времени, и покинул кафе под вежливые прощания собеседников.       Без пяти шесть Асума был у дома Нара. По обыкновению они с Шикамару играли в шоги по вечерам прямо на улице, сидя на низкой деревянной лестнице у двери, если ни у кого не было других дел. Ученик уже ждал, полулежа и расставляя фигуры, а потому приподнялся на локте от неожиданности. — А ?... — Шикамару, я сегодня не один,— сэнсей гордо кивнул на стоящего рядом дневного знакомца парня.— Капитан Тоширо прибыл с сестрой Казекаге сегодня днём. Мы познакомились, пока тебя ждали,— пояснил он.— Хотя заочно этого джонина я знаю давно, наслышан,— с не требующим объяснения почтением произнёс Асума, сжимая зубами сигарету. Нара едва сдержал скучающий вздох: и откуда все знают этого шиноби ? неужто так хорош ? Он так слышит в первый раз. — Здравствуй, Шикамару,— твёрдо и спокойно кивнул джонин и опустил глаза на доску.— Шоги ? Хорошая игра. Нетрудная, если человек имеет необходимые задатки и навыки. — Вы хотите сказать, что шоги — несложная игра ? — спокойно-разочарованно переспросил стратег. Уж если кто говорит так, значит, играть не умеет вовсе. — Я говорю, что игра посильна, если человек чертовски хорош в стратегии,— свободно от интонации Шикамару, соотнося каждую мысль с выражающим её словом, пояснил Ичихару. Что-то с гением Конохи было не так сегодня, и он, выждав минуту и глянув исподлобья на Сарутоби, внезапно перевёл взгляд на песчаника. — Сыграете ? — он сам не понял, спонтанно или сообразно внутренним выводам относительно личности капитана пришла ему эта мысль, но не пожалел о своём решении, когда услышал признательное и довольно страстное согласие.       Игра началась. Первым делал ход Нара. Асума сильно удивился поступку ученика: при всей необходимости обходительность — не его конёк, да и планы он менять не любит, играть бы с кем попало из уважения к любимому делу тоже не стал бы. Уже спустя пять минут, однако, Сарутоби уже не мог поверить своим глазам: оба джонина в равной степени влияли на ходы друг друга. То есть Шикамару двигал фигуры не с ленивым течением сосредоточенной мысли, заботясь о сложности стратегии, но заранее зная исход — учитель проиграет. Этим вечером мастер теней был вынужден соотносить риск и цели, сложность и оправданность ходов, должен был выведать истинный уровень противника. Для Тоширо-сэмпая игра шла не просто, но чувствовалось, что он понимает логику Нара и даже приспосабливается её просчитывать — на ход, на два, на три. Несколько раз шиноби Листа с трудом сдержал рвущееся наружу "ксо!", но сдержал: лишняя мысль или эмоция может привести к поражению, хладнокровие и расчёт — вот главные союзники стратега. Партия затягивалась на полчаса, и вопрос о возможности подобного всё чаще посещал голову Шикамару, из-за чего в критический для игры момент он просчитался с ходом и долго вынужденно защищал свои позиции, вместо того чтобы завоёвывать чужие. Но привычность парня именно к этой игре, некая приспособленность художника, вдохновляющая на идеи для "боя", взяла верх над когда-то явным, но сейчас только заново просыпающимся профессионализмом бесстрастного теоретика шоги из Суны. — Мат,— разрядил затянувшуюся тишину флегматический, вместе с тем напряжённо-ожидающий голос брюнета. Острый взгляд метнулся к противнику.— Какую должность вы занимаете при Казекаге ? — Вы сами уже догадались, — с какой-то лихой мужественностью громко ответил Тоширо. — Я — один из военных стратегов господина Гаары, — Асума в стороне немного удивился неосведомленности Шикамару. — Темари говорила, что вы сложнее, чем кажетесь. Вот что она имела в виду, — в светлых глазах появилась искра истинного уважения.— Ещё год-два, и мы с тобой будем вместе заниматься делами наших деревень, — практическим тоном прикинул джонин. Странно, но брюнета не покидало подзуживающее ощущение, что он не "все-таки выиграл", а "почти проиграл".— Мне надо идти в номер, на ужин,— поднялся и собрался уходить капитан. — Ужинаете в гостинице ? — заинтересовался Сарутоби — ведь в Конохе полно кафешек. — Да, вот решили дома, — неожиданно мягко улыбнулся Тоширо-сэмпай. — Темари готовит ? — с прицелом на будущее заправской свахи вскинул брови учитель. — Нет, я. Никаких изысков, просто омурайсу, * — даже зная девушку, Нара изумился, как она решилась впрячь в домашние дела стратега Суны (!). — Темари приготовит завтрак — она просыпается несколько раньше меня, — со скрываемым неодобрением распорядка дня куноичи досказал Тоширо.       Шиноби расстались, и Шикамару опять вспомнил то чувство проигрыша после победы. Прошёл день, а ему так и не удалось поговорить с Темари. О чём? Да с ней о чём угодно. Вечно рядом был этот капитан, и Нара не то чтобы не хотел разговаривать при постороннем, просто при этом "постороннем" его будто не замечали. Уже погружаясь в сонное полузабытье, парень словил себя на мысли, что хотел бы поприсутствовать на этих завтраках-ужинах. " Охота же ей готовить самой... Напряжно же... И что же она готовит ?..."       Было девять часов вечера. Это был самый бездарно потраченный и сумбурный выходной гения Конохи.