Флориан и Матс обсуждают Розе, будто это действительно важно. Парень, вдохновленный долгожданным звонком, выполняет зарок самому себе с Евро. Он зовёт Хуммельса в Мёнхенгладбах.

После финала Мейсон сбегает с тем, кому отдаёт предпочтение, и парковка Уэмбли становится свидетелем того, чего не должно было быть. Попытки Лэмпарда переубедить парня, маленький кофе и футболка сборной приводят к двойной ошибке.

Чашечка кофе с Матсом оборачивается сменой позиций. Хуммельс вызывает больше смущения и трепета, чем Флориан считал и имел право себе позволить. Соблазнительный взгляд и смелые руки: на "неолимпийской" кровати Хуммельс снова хорош не в своём виде спорта. (*Schlafzimmerblick — bedroom eyes; взгляд с поволокой, соблазняющий взгляд)

После поражения в 1/8 финала в глазах Вернера прощания и цифры на табло, ничего ровным счётом не говорящие об их единении, страсти к победе и самоотдаче на этих сборах. Единственная и такая важная поддержка, которую он получает, спрашивает "Можно?", и Тимо ошибочно отвечает согласием. В подтрибунном помещении между ним и Беном творится бардак. Руки на пояснице, ладони на груди.

В последний момент стало головокружительно и почти захотелось отступить, но Бен Чилуэлл слишком долго шёл к этому. Шёл к нему. Кончики тёплых пальцев притронулись к лопаткам немца, оставляя между ними расстояние вытянутой руки.