Стратег

      Шёл третий день вынужденного безделья. Лица шиноби всех рангов становились всё развязнее, вечера в деревне — всё шумнее и многолюднее. Весь день, отрабатывая свой прогул, Шикамару провёл с Асумой и сокомандниками: были в барбекю, устроили пикник, сходили на источники. В общем, парень порядком измотался, зато Ино сияла и всё говорила о бодрящем эффекте их сегодняшних занятий. Было только четыре часа, а отовсюду уже слышались хмельные голоса, дружное гоготание и беспрестанные разговоры. Яманака шествовала впереди как самая стойкая к отдыху, чуть позади Нара, а шагах в пятидесяти плелись учитель и Чоджи, выжатые, но довольные. Неожиданно Ино, завернув за угол, покачнулась вперёд и упруго вернулась обратно. Джонин не ожидал такого финта и чуть не врезался в неё. — Что с тобой ? — едва успел спросить и тут же сам увидел.       В освещенном мерцающим из-за затухающего фонаря светом переулке стояли Темари и Тоширо. Мужчина держался прямо, со свободно опущенными руками, твердо и открыто смотря на неё. Блондинка же скрестила руки на груди и, вызывающе вздернув подбородок, наклонилась корпусом к сэмпаю. До слуха донеслось следующее голосом Тоширо: "... В ней не найдёшь ты совершенных линий Особенного света на челе. Не знаю я, как шествуют богини, Но милая ступает по земле. И всё ж она уступит тем едва ли, Кого в сравнениях пышных оболгали".*       Шикамару периодически задерживал дыхание, наблюдая за Темари. По мере декламации она, соблазнительно щурясь, приближала лицо к тактику Суны. Видно было, что девушка не вслушивается в стихи, а теряется в каких-то своих, тайных для других мыслях. Закончив, Тоширо медленно перевёл взгляд серо-голубых глаз на двоих друзей. Куноичи Суны, оскалившись и прикрыв глаза, покачала головой и вздохнула. — Ладно, всё равно не вышло. — Ой, а мы тут мимо проходили и...и...— с бойким смущением затараторила Ино. — Я, пожалуй, пойду с ними, — сестра Гаары оглянулась на капитана. — Не ждите меня вечером. Проводите его по своему усмотрению.       Джонин Песка, такой спокойно-уверенный в себе, неожиданно дерзко вскинул голову, прорезая ниндзя Конохи туманным морским светом глаз вдоль и поперек. Предприимчивая Яманака встрепенулась. — Да, ты нас догоняй, а мы пойдём вперёд, — подхватила друга под руку и скорым шагом шагом вывела из переулка. — Ты видел !? — восхищенно сияя, почти взвизгнула она в попытке не перейти на крик. Шикамару же не очень точно знал, что именно он видел, но абсолютно точно хотел бы это развидеть. Плотнее сжались зубы, он досадливо глянул на не окончившую свою тираду девушку.— Я ведь ещё в первый день догадалась ! Ну, что он влюблён в неё — такой настойчивый, да всё внимание к себе приковал, и ни на шаг от себя ! — куноичи яростно и увлеченно сжимала-разжимала кулачки возле лица, уважительно покачивая головой и безусловно преувеличивая границы своей догадливости. — Влюблён? — брюнет как-то разом поднял брови домиком и вытянул губы в трубочку. — В Темари ? — неувязочка вышла. Парню такое и в голову прийти не могло: с этой девушкой можно было разговаривать о многом, гулять без оглядки на девчачьи замашки, даже порой тренироваться вместе и, конечно, идти в бой, но... Влюбиться ? Непонятно, стоит подумать... и всё же непонятно. Радостная Ино смотрела в упор на товарища и вдруг недоверчиво нахмурила брови, протянув. — Хва-а-атит паясничать, лентяй. Знаю, что у тебя непереносимость женского общества...или скорее иммунитет, — многозначительно улыбнулась она.— Но Темари ведь интересная девушка, сильный шиноби и...ну... она...ну, она красивая, — не без труда выдавила Ино, придав словам наинезначительнейший тон, по произнесении гордо махнув белокурым хвостом и выпрямясь во всю стать. Можно было подумать, что привлекательность принцессы Суны аннулирует достоинства Яманака, но девушка просто была очень щепетильна к своей репутации красавицы. — Не вижу ничего особенного. Обыкновенная девушка, — едва произнеся это, джонин вспомнил ножки этой особы, не прикрытые даже сеточками. Наскоро оборвав эти воспоминания, он всё равно остался при своём мнении — не то. — Не помешала ? — за спиной раздался жёсткий голос обсуждаемой блондинки. Ожидая её прихода, ребята говорили громким шепотом и склонялись поближе, чтобы слышать друг друга, Шикамару с невероятной реакцией, за которую его могли бы и в АНБУ взять, отпрянул от подруги и уставился ровным, независимым взглядом на Темари. День Нелепых Положений, честное слово. — Какие планы ? Не хочется сегодня дома сидеть, вон, у вас весь народ гуляет, — с менее всего ожидаемым предвкушением любителя поразвлечься в голосе весело огляделась джонин. К этому времени подоспели Асума и Чоджи. — О, Темари, ты тоже здесь, — заулыбался Акимичи. Джонин Песка нравилась ему: хотя смотрела на его медлительность и обжорство с явным неодобрением, частенько при встрече молча угощала чем-нибудь, не дожидаясь просьб. Он искренне ценил такое отношение, совсем не свойственное послу Суны, и единственный видел в ней больше доброты, нежели суровости. Дальше компания пошла вместе, но Шикамару попытался отстать, поравнявшись с Темари. — Темари, ты хочешь всё-таки развлечься этим вечером ? — вопрос прозвучал интригующе из уст главного лентяя деревни, и собеседница выжидающей посмотрела на него. — Просто мать захотела, чтобы ты к нам пришла, — он передавал просьбу неохотно и надеясь, что странное и не нужное ей приглашение джонин вежливо отклонит.— Говорит, хочет знать моих друзей лично, — усмехнулся, ведь взрослый парень уже всех друзей родителям представлять. — О, конечно. Да. Я согласна, — свою растерянность куноичи сочла невежливой, а потому несколько раз подтвердила свой ответ, внимательно следя за реакцией брюнета: вдруг всё же не так поняла? — Тогда пойдём. Как раз к ужину успеем, — не верил, что говорил это, Шикамару.       Открывая дверь, Ёшино ожидала увидеть на одного человека меньше и от неожиданности отступила в прихожую. — Шикамару ? — пока тон нейтральный. — Мам, познакомься, это Темари. Ты просила пригласить её в гости, и вот она согласилась, — аккуратно покосился вбок стратег. — Темари-сан, очень, очень приятно видеть вас. Сын, конечно, мог бы и пораньше предупредить, что вы придете сегодня, но, я думаю, ужина на всех хватит, — как всегда недовольна, что ни сделай. — Называйте просто Темари, — фирменная смело-открытая улыбка. — Ведь вы приглашали друга вашего сына, а не посла, госпожа Нара, — Ёшино несколько мгновений будто думала, кивнула и провела их на кухню.       Раскладывая рис с осьминогом, подкрашенный куркумой, по тарелкам, женщина незаметно начала разглядывать гостью. Не готовясь к официальным визитам, сестра Казекаге надела сиреневую тунику и синию юбку — пожалуй, свою самую короткую — наряд давний, но один из любимых. К счастью, кофта была свободного кроя, и из-за изменений пропорций перешивать её не пришлось. Женщина с неудовольствием отметила, что в откровенности загадочная подруга сына едва ли уступала Ино. Джонины были посажены ею рядом с практической целью видеть всех этим вечером. — Насколько я знаю, вы являетесь послом Песка довольно давно, — усаживаясь за стол, начала мать Шикамару и внезапно сменила тему.— Шикамару, ты-то не в гостях ! Иди переоденься в домашнее, — шиноби с привычной досадой на лице встал и поплелся в комнату, сдержав проявление раздражения. Даже для всегда собранной, ко всему готовой куноичи этот окрик был неожиданностью. Она удивленно приподняла брови и краем глаза проследила за удаляющимся гением.        Через минуту он вернулся в серой футболке и чёрных бриджах. Темари оценивающе хмыкнула: даже такой расхлябанный лентяй, как он, в жилете и водолазке, оказывается, выглядел дисциплинированным и строгим. Потому что сил не было смотреть на него, всего такого домашнего, в чистой, но уютно-мятой футболке. — Так роль посла — ваше решение или необходимость ? Сестра правителя, мне кажется, не нуждается в такого рода деятельности, чтобы вести достойную жизнь, — Шикамару резко глянул на мать исподлобья: вопрос не показался спонтанным. — Роль посла — инициатива Гаары, — не смутившись вмешательством в личные дела, отвечала блондинка. Ёшино понимающе улыбнулась. — Будь на всё лишь моя воля — была бы только шиноби, — госпожа Нара уязвленно подняла глаза: ей показалось, что она разгадала эту девушку. — Не подумайте, что я не понимаю: есть женщины-шиноби, и очень сильные — Цунаде-сама, например. Но разве это женская работа ? Жизнь шиноби всегда висит на волоске; она может быть долгой или оборваться так внезапно, что не подготовишься, — растолковывала женщина, уверенная, что куноичи не понимает этого по наивности молодости.— Женщина же должна создать семью, родить детей — то есть реализовать сам факт того, что она женщина. — Плевать, — уловив в доводах Ёшино вчерашние интонации Шикамару, отрезала джонин. — Темари, — тихо бросил парень, дико взглянув на них обеих. Ладно мать решила провести встречу продуктивно, каверзных вопросов напридумывала, но что делает Темари ? О, она не знает, что: его мать лучше не провоцировать. Но действительная глава семьи немного сурово и всё же ожидающе посмотрела на куноичи. — Быть шиноби — всё, что я могу и что люблю. Простите мою резкость, — коря себя за несдержанность и импульсивность, тщательно сдерживая румянец стыда, извинилась девушка. Она должна была просто познакомиться с родителями товарища, как они того хотели, а не испортить первое же впечатление. — Мам, можно добавки ? — с великолепным воспроизведением собственной интонации беспечной лени протянул тарелку Нара: "Кажется, обошлось". Ёшино примирительно приняла тарелку, подойдя к плите и, видимо, решив пропустить поднятую ею тему. — Одно не пойму: как такая активная девушка познакомилась с моим сыном ? — хитро улыбнулась она. — Мы были противниками на экзамене на чуунина. Во время миссии по Учихе я спасла его... — К-как ? — женщина вернулась на своё место и не глядя сунула блюдо в руку сына. — Как вы сказали ? "Спасла" ? — От куноичи деревни Звука, — ухмыльнулась сестра Казекаге. — Не начинай, — пробурчал стратег, с волнением ожидая рассказа о его слезах, про которые знал только отец. — Ну и какой из тебя ниндзя ?! Тебя одна девчонка от другой спасает, а ты ещё и умалчиваешь об этом, — Ёшино накинулась с незамедлительными претензиями на непутевого наследника. — Нет. Шикамару — стратег, его сила не в мышцах. Позавчера он выиграл такому противнику, против которого я бы на него не поставила, — в общей беседе признания давались легче, и джонин не заметила своих сдержанно-восхищенных интонаций. — Не поставила бы ? — вальяжно прислонившийся к спинке стула парень неожиданно для самого себя напрягся, подавшись вперёд. Он вспомнил их вечернюю встречу и глаза капитана — дерзкие, уверенные, собственнические. — Кому же он выиграл ? Неужели вам в бою ? — нетерпеливо спросила Ёшино. — Не в бою. Он выиграл в шоги, — мать победителя непонимающе сдвинула брови. — Он обыграл личного стратега Казекаге, — сдержанно закончила Темари. Женщина перевела пристальный взгляд на Шикамару: " Эх, отец не слышал ". — Но ты ведь с трудом веришь в мою победу. Рассказываешь всякие сказки, а Тоширо-то проиграть не мог, — с ленивой агрессией в голосе негромко произнёс джонин. Ёшино хотела сказать что-то... — Забудь наконец о капитане, — по непонятным для себя причинам смутилась девушка, что выразилось в беспечно-нарочитом тоне, отдалявшем её от личности Ичихару. Ёшино дослушала и хотела было продолжить... — Не забуду, пока он не перестанет появляться в каждом твоём слове, обращенном ко мне, — едва-едва не повысил голос вечно невозмутимый шиноби, скрестив руки на груди и подавшись к куноичи рядом. Его мать, взлядывая то на одного, то на другую, предприняла ещё попытку высказаться... — Молчи, когда я горжусь тобой ! — уперев руки в бока, развернулась к нему посол Песка, раскрыв в полной мере всю прямоту и непреклонность зелёных глаз. Фраза прозвучала не громко, но объемно, мощно. Какое-то время взгляд парня сохранял холодность, которая потом разом оборвалась, а тёмные глаза-щелки расширились. Он снова повернулся к столу, цокнув языком и едва заметно вздохнул: от слов куноичи стало неожиданно тепло на душе, но эта её похвала-пренебрежение... Однако он уже сорвался на Темари, сам не зная за что, и чувствовал, что это получилось не по-мужски. — Отставить ссоры, ребята, — наигранно сдвинула брови темноволосая женщина. — Доели уже, сейчас я вас чаем угощу, — энергично двинулась к шкафчику с кухонной утварью. Ёшино удивило, что сын, казалось, скорее не желал ругаться с девушкой, нежели боялся, как с ней. И его смягченный взгляд... В дверь трижды постучали. — Открой, это отец, — развернув к двум шиноби напряженное лицо, приказала госпожа Нара, с трудом сдержав желание самой кинуться к двери. Вскоре послышался низкий и размеренный, порой переходящий на раскатистые смешки голос. На кухню вошли мужчины Нара. Младший казался молодой, изящно-одухотворенной копией более мужественного родителя. — У нас гости, — сдержанно приветливо улыбнулся он. — Джонин Темари из Песка, — и прошёл к соседнему с ней стулу, так как она явно сидела на его рядом с сыном. Блондинка привстала. — Я заняла ваше место... — Сиди-сиди, своё ты место заняла, — рассмеялся такой детской тактичности мужчина, неуловимо, странно поморщившись. Ставившая маленький заварочный чайник и кружки на середину стола Ёшино резко разогнулась. — Опять они тебя кое-как подлатали ? Признавайся, всё равно ведь узнаю, — неуверенная строгость в интонациях не могла скрыть проступающего волнения. Джонин скривил рот, подавляя улыбку, и помотал головой, мол, не сейчас. Темари подняла голову на Ёшино, обращаясь к её мужу. — Если серьезная рана, я могу дать мазь. В ней очень сильные компоненты, правда приготовление трудоемко и такую делают только по особому заказу, — слушавшего девушку друга передернуло тонким холодком. То есть после того задания ей нужны уже такие средства ?... — Не надо, — пригнувшись к ней, тихо сказал на ухо он. Куноичи удивленно и недовольно стрельнула глазами вбок на него.— Я видел... все, — выдохнул с горечью брюнет в светлые волосы. Его мать тоже не сочла нужным ценный продукт переводить. — Оставьте себе, Темари-сан. Этот то вон, уже исполосован вдоль и поперек, такого только могила исправит, — уже с искренней досадой махнула рукой женщина, подбоченясь. Шикамару, устыдившись манеры матери, подпер голову кулаком и отвернулся к стене, а сестра Гаары хихикнула. Парень удивленно повернулся: не сдержала эмоций, и вразрез с приличиями, такая строгая и такая же весёлая...Милая... Госпожа Нара игриво сощурилась, заложив руку за затылок. — Говорят, стратег Суны в Конохе. Всё ли в порядке? — отпивая крепкий чёрный чай, задал деловой вопрос Шикаку. — О, да, просто совместная миссия, и нужен капитан этому предприятию. Мы с ним вместе, — махнув ресницами, Темари поднесла кружечку поизящнее, выбранную Ёшино специально для гостьи, к губам. Мужчина широко открыл глаза и медленно поставил чай. — Вот как... Госпожа Ичихару ?... Или пока нет ? — силясь проявить должную тактичность и не зная, что говорят в таких нередких, но особых случаях, предложил сразу два варианта нынешней расстановки фигур. Пара черных глаз недовольно блеснула из-под полуприкрытых век. — Она живёт с ним вместе, — произнёс парень будничным голосом то, что должно было всё объяснить, но ещё больше запутало. Увидев непонимание и зарождающуюся мысль в глазах матери, Шикамару тихо чертыхнулся.— Ну, на миссии они "вместе", в гостинице одной...живут...— внезапно перегорев, парень смолк и отпил чая. — Ясно. А я уж хотел поздравить, что ты замужем за самым толковым шиноби,— хрипло хохотнул Шикаку, и напряжение сразу же рассеялось. — Кстати, а ты не пробовала составить партию в шоги с Шикамару ? Ты его обставишь, — прикрыв рот ладонью и подмигнув, на всю кухню посекретничал отец стратега. Девушка спокойно хмыкнула, откинув чёлку. — Коль скоро его не смог обставить Тоширо-сэмпай ? Видимо, в шоги всё же нужен навык и свой стиль, — она не собиралась нахваливать этого лентяя, но и врать тоже: обойти их стратега — это показатель. Шикаку сощурился и одними губами повторил произнесенное имя, пытаясь припомнить носителя. Сделав так два раза, он резко поднял голову и посмотрел прямо, но как-то мимо сына. — Так значит. Молодец, — в шиноби всё огнём полыхнуло от чувства гордости и даже некоего стороннего уважения к наследнику. В слова Темари было трудно поверить, но вот кто уж точно не стал бы приукрашивать. Значит, его сын и правда способный и даже больше... Он гениальный стратег, чёрт побери !       Темари, в первое время взвешивавшая каждое своё слово и взгляд, не из желания угодить, а по привычке держать дистанцию и высокую планку в отношениях, скоро отпустила вечер. Было немного странно и неловко, но необъяснимо приятно сидеть с этими людьми. Нет, мать Шикамару оказалось именно той властной, требовательной и чутка ворчливой женщиной, как он о ней вздыхал. Героическая внешность и во всём сквозящая мужественность главы клана вызывала уйму невыгодных вопросов к расслабленности, некоторому пацифизму его отпрыска. В общем, всё оказалось неказисто, правдиво...и уютно. Девушке на мгновение представилось, что Шикамару вырастет и станет точь-в-точь как отец: при всей лени джонин никогда не отлынивал от заданий и ответственно подходил к ним, а это кое-чего стоило. — Я...— надо было возвращаться в гостиницу — Тоширо вчера возмущался её графику, да и...—Хочу ещё чая,— Темари не справилась с эмоциями и протянула кружку довольной Ёшино. Женщина спокойно взяла...и передала её сыну. — Шикамару, поухаживай за гостьей, а то сидишь, как король на именинах, — со странным смущением парень повиновался и подошёл к плите, где стояла другая заварка, так как первый чайничек был уже выпит. Уже собираясь заливать кипяток, он встрепенулся и оглянулся на блондинку. — Тебе как заваривать ? Крепкий ? Сахар или не надо ?— эти вопросы вдруг показались ему значимыми. Джонин хотела ответить...— Крепкий и немного сахара... ложку, — язык опередил мозг гения, потому что он не собирался говорить это вслух. — Да, — только и оставалось ответить пораженной Темари. — Угадал, — снова неуловимо смутился брюнет, ставя кружку перед подругой. Он и правда не знал, какой чай она предпочитает, просто почувствовал, что другого варианта быть не может. Шикаку удивился: сын до сих пор не мог запомнить, какой чай любит мать, а тут...угадал.       Так прошло ещё полчаса. Темари и отец парня шутили больше и возмущали тишину соседних комнат своим смехом. Шикамару уловил, что девушка улыбалась опять той полной, ни разу не виденной им ранее улыбкой. По воле разума взгляд куноичи упал на часы. — Мне пора идти, — досадливо констатировала светловолосая и встала, чтобы пресечь вежливые попытки удержать её. — Предстоит сложная миссия, и Тоширо-сэмпай настаивает на соблюдении режима, — как можно более деловым и независимым тоном добавила она, скрывая подневольность своего положения. — Это ваша работа, — вроде и понимающе, но с насмешливым отголоском, мол, сами жизнь шиноби выбрали, отозвалась Ёшино. Темари провела глазами по кухне, как будто желая запомнить её , потому что больше не увидит, и вдруг остановилась на небольшой горке посуды у раковины. — А давайте я вам помогу, — уверенно, не дожидаясь отказа, подошла и не спеша подвернула рукава блузки.— Где у вас тут фартук ? — она огляделась слегка беспомощно на территории другой хозяйки. — Вот же, — женщина сдернула вещь с крючка и подала джонину.— Спасибо тебе, а я сегодня от домашних дел уже никакая, — кратко пожаловалась Ёшино и вышла из кухни. Шикаку никак не ожидал такого поступка от посла Песка, пусть он хоть сто раз женщина, но тоже был молча признателен: раз не жене, домашней тягомотиной пришлось бы заниматься ему.        Шикамару, попивая чай, повернулся к девушке, и что-то внутри бухнуло два раза часто, а потом пропустило удар. Он смотрел на Темари со спины: на её боевом наряде тонкой полосой сплетались тесемки фартука, левая нога была чуть согнута, видимо по привычке, в колене. Может, чудно, но видя её в такой неподходящей и при том невзрачной роли, стратег внезапно подумал... что она красавица. Темари как истинная девушка, хозяйка... на Его кухне. О, эта мысль просто вскружила голову, приятно вырвав из времени и пространства. В этом было что-то невероятное — мечтай, Шикамару, увидеть такое ещё хоть раз — и в тоже время самое для неё естественное. Темари — настоящая женщина, и это осознал гений Конохи нынешним вечером. — Я, кха-кха, — шиноби не сразу вполне овладел голосом, — я с тобой выйду, надо сгонять кое-куда, — он попытался повторить фирменные интонации и придать жестам ленивую изящность, но как-то не вышло. Блондинка кивнула и начала развязывать фартук. Когда Темари уже уходила, в прихожую вышла Ёшино. — Приходи ещё, Темари. В следующий раз и сына моего научи посуду мыть. — Ма-а-ам... — С этим сам справится, — гордо хмыкнула куноичи. — Да я и не знаю, когда этот "раз" будет. Скоро пройдёт миссия, и мы покинем Коноху надолго, — улыбнулась, будто освобождает всех от своего общества. Брюнет нахмурился. — Ну всё, мы пошли, — он развернулся, положив руки в карманы.