Охота вместе с эльфом +142

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
The Witcher

Основные персонажи:
Вернон Роше, Иорвет
Пэйринг:
Вернон Роше/Йорвет, Бьянка, Геральт, Фенн, Тринадцатый и много кто еще мимо пробегал
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Детектив, AU
Предупреждения:
Насилие, Нецензурная лексика, ОМП
Размер:
Макси, 142 страницы, 11 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Лидер по перечитываниям» от Wolfenstein
«Прекрасно! » от Эльфийка в очках
«Спасибо за прекрасную историю!» от Lusiolla
«Благодарю за тонну переживаний» от Neko On The Moon
«Я зависим от этой истории:)» от tvisty deer
«Прекрасно до мурашек по коже!» от Mika Akane
«Спасибо за продолжение истории» от Помидоролюб
«Отличная работа!» от Калил
Описание:
Сиквел к тексту "Охота на эльфа"
После событий первой части прошло полгода, весна сменилась холодной, дождливой осенью. И вместе с дождевой водой по улицам льется кровь жертв маньяка. Вернон Роше должен найти терроризирующего город убийцу и разобраться с еще одной проблемой.

Обложка (не судите строго, я не спец в этом)) http://i.imgur.com/MYmK7Djl.jpg

Посвящение:
Игуану, который мужественно игуанит меня, подталкивая к дальнейшему графоманству))

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Первую часть можно почитать здесь
https://ficbook.net/readfic/3984212

И великолепные арты от крутого Вако
1. Просто Роше и Йорвет в отличной футболке https://pp.userapi.com/c836131/v836131132/40287/4WzFWCV5L0E.jpg
2. Небольшой эпизод почти-не-спойлер будущего приквела https://pp.userapi.com/c638023/v638023132/45a8c/qBs4UPJcrOc.jpg

Глава 1

20 сентября 2016, 23:13
Осень в этом году выдалась какая-то дурацкая. Почти все время моросил мелкий дождь, небо было затянуто хмурыми тучами. Солнечных деньков толком не было. Пожелтевшая листва, не дав на себя полюбоваться, почти сразу опала и размокла под дождем, укрывая тротуары неприятным чавкающим слоем. Вызима в такую погоду всегда казалась Вернону мрачнее, чем была на самом деле. Капитан любил этот город и осень, но не такую, а золотистую, солнечную, полную фестивалей и запаха поздних яблок.

Но сегодняшнее утро будто бы насмехалось над его любовью к этому прекрасному времени года. Во-первых, шел дождь. Мелкие капельки подхватывал поминутно меняющий свое направление ветер, и казалось, что дождь лил со всех сторон одновременно. Во-вторых, эти «прекрасные» погодные условия Роше наблюдал не из окна своего кабинета, а непосредственно вблизи, на месте преступления, глядя как криминалисты поспешно натягивают ленту. Ребята спешили спасти хотя бы ту малость улик, которую не успел уничтожить дождь. Вернон смотрел на их усилия, мысленно пытаясь решить, что же сделать третьим пунктом, по которому он считал это утро совершенно отвратительным: труп женщины, найденный в мусорном баке или утреннюю ссору с Йорветом?

Как бы цинично это ни звучало, но труп был всего лишь работой, а с Йорветом он жил уже полгода и именно к нему собирался вернуться этим вечером. Ссора вышла глупой, но иногда эльф был просто невыносим. Вернон скрипнул зубами, стараясь не выказывать захлестнувшую его злость. Сегодня эльф утроил ему побудку в пять утра и не по какой-то серьезной причине и даже не из-за внезапного приступа неудержимой страсти. Нет, Роше проснулся из-за музыки.

***

Эльфская флейта пела что-то тоскливое и душераздирающее, от чего у него сердце сжималось и неприятно холодело в желудке. Разлепив веки и посмотрев на часы, Вернон убедился, что ощущения его не подводят: пять утра.

Еще минут пятнадцать он молча терпел, надеясь, что сможет уснуть под это музицирование, но мелодия была до того тоскливой, что желание спать сменилось желанием удавиться. Или удушить некого ушастого музыканта.

— Пять утра, Йорвет. — Роше перевернулся на спину, глядя на сидящего в кресле эльфа. На Йорвете были только домашние штаны, древо татуировки знакомо оплетало его грудь и шею. Зрелище было в достаточной мере интересным, даже приятным, но Вернон не испытал ничего кроме глухого раздражения.

— Не могу уснуть. — Пожаловался эльф, отнимая флейту от губ.

— И мне не даешь! Чтобы тебя бес задрал, остроухий, пять утра! — Взвился Роше, с каждой секундой закипая все сильнее. Вчера у него был сложный день, он пришел домой ближе к полуночи и надеялся сегодня поспать если не подольше, то хотя бы до самого звонка будильника. Так бы и было, если бы Йорвету не взбрело в голову музицировать. — Раз так приспичило, иди в другую комнату или на кухню.

— Здесь акустика лучше.

— А еще здесь я. Пытаюсь спать.

Роше сел на кровати, безуспешно пытаясь поймать взгляд бессовестного остроухого. Единственный глаз Йорвета в тусклом утреннем свете казался прозрачным куском зеленого стекла. Таким же невыразительным и равнодушным. Эльф смотрел сквозь Роше, будто его не существовало. Капитан этот взгляд просто ненавидел, он будил в нем какое-то тревожное, смутное ощущение потери. В пять утра он ненавидел его втройне.
Будто желая насолить ему еще сильнее, Йорвет поднес флейту к губам и комната снова наполнилась музыкой. Вернон почувствовал, как у него дергается веко.

— Курва… Я эту флейту об колено сломаю. — Безнадежно выдохнул Роше, уже понимая, что сон ему не светит.

— Я тебе потом хребет сломаю, — мгновенно отреагировал эльф. Тон его был не злым, скорее, суховатым и спокойным. Он не угрожал, просто извещал.

— Это вообще-то мой дом, Йорвет.

Эльф снова поднес флейту к губам, но Вернон не стал дожидаться продолжения концерта. Выспаться было не судьба, оставалось только на скорую руку позавтракать и ехать на работу, пугать подчиненных мрачной капитанской рожей.

Он как раз поставил на огонь турку с кофе, когда на кухню зашел Йорвет.

— Что ты имел в виду?

— Когда? Когда пообещал сломать флейту? Не волнуйся, я бы этого не сделал. Просто выкинул бы в окно.

— Когда сказал, что это твой дом. — Йорвет нахмурился, от чего обезображенную половину лица немного перекосило. Даже, давно привыкшему к его шрамам, Вернону стало не по себе. — Объясни.

— Что именно нуждается в объяснениях? Это моя квартира, я купил ее через год после Флотзама. — С недосыпа мозги у Вернона шевелились медленно, и он отчаянно не понимал, в какую сторону эльф клонит и почему просто не может оставить в покое, раз уж не дал поспать.

— Но я тоже живу здесь! — Резко бросил Йорвет.

Возможно, будь Вернон менее зол, он бы нашел, что ответить. Но сдержанность и умение сглаживать углы никогда не были его сильными сторонами.

— Ты живешь здесь уже полгода, Йорвет. И за это время не оплатил ни одного долбанного счета.

— Значит дело в счетах? — тихо спросил эльф, и его губы брезгливо изогнулись.

— На хер счета. Но ты мог бы давать мне поспать и не трахать мозг, — от праведного гнева Вернона отвлекло шипение выливающегося на огонь кофе. — Курва!

Пока он пытался спасти остатки своей утренней дозы кофеина, Йорвет бесшумно вышел из кухни. Догонять и пытаться продолжать разговор Роше не хотел. Знал по опыту всех их прошлых стычек, что дело закончится или сексом, или дракой. На секс он точно не был настроен.
Вылив испоганенный кофе в раковину, Вернон торопливо собрался на работу. Обычно он подвозил эльфа в тренировочный лагерь полиции, где тот работал последние полгода, но в этот раз Йорвету придется добираться самостоятельно.

За перекусом в одной из круглосуточных забегаловок его и застал звонок из штаба. Рабочий день начинался, и делал не очень хорошо.

***

От неприятных воспоминаний его отвлекла погода, которая из мороси висящей в воздухе превратилась в полноценный по-осеннему неуютный дождь. Вернон поежился, пытаясь плотнее запахнуться в свое пальто. Хотел бы он оказаться сейчас дома в своей спальне. Или в баре. Или хотя бы в офисе. Нужно было поторопить криминалистов, но Роше не успел этого сделать, отвлекшись на подъехавший прямо к желтой полицейской ленте байк. Мотоцикл и его ездок был отлично знакомы Вернону, да и половине города тоже. Хромированная надпись «Плотва», украшающая бензобак, ярко блестела даже в тусклом осеннем свете.

А вот сидящую позади Геральта девушку Роше не узнал. Даже не видя скрытого шлемом лица, он был уверен, что это не Трисс и вообще не одна из тех геральтовых пассий, которых капитан знал.

Стащивший шлем Геральт был отвратительно жизнерадостным для такого раннего времени и такой мерзкой погоды. Объяснение такому хорошему настроению нашлось быстро: девушка тоже стянула шлем и по ее плечам рассыпались белые как молоко волосы. Ее можно было принять за дочь Геральта, но Роше отлично знал, что кровной связи между этими двумя не было. Их связь была куда глубже, даже Вернон избегавший таких понятий, как «судьба» и «Предназначение» не мог этого не замечать и отрицать.

— Геральт. — Он пожал протянутую ведьмаком руку, затем осторожно сжал ладонь девушки. — Цирилла.

— Цири. — Рукопожатие у девушки было крепким, зря Роше осторожничал. — Цирилла это слишком официально. Хорошо выглядите, милсдарь Роше. То есть капитан.

— Вернон. Или Роше. «Капитан» и «милсдарь» слишком официально. — Он улыбнулся в ответ на улыбку Цири, на секунду утопая в ее невероятных, нечеловеческих глазах. Их зелень ясно говорила о Старшей Крови, текущей в ней, и заставляла вспоминать старые предания. Роше в последний раз видел Цириллу еще до флотзамкой истории, лет пять назад, когда Геральт вынужден был отпустить ее в Нильфгаард, вместе с ее мачехой Йеннифэр. С тех пор Цири повзрослела, подростковая угловатость окончательно ушла, и Геральту впору заводить отдельный меч — для чересчур ретивых ухажеров.

— Ну что тут? — поинтересовался ведьмак, которому явно не терпелось покончить с делами и вернуться к дочери.

— Скорее всего, не по твоей части, но хочу быть уверенным. — Роше поманил ведьмака за собой, заходя под натянутый над трупом белый тент. Тело женщины все еще лежало возле мусорного бака. Бледное и истерзанное, оно четко выделялось на фоне черных мусорных пакетов. Тот, кто выбросил труп, не пытался его спрятать, наоборот он будто хотел покрасоваться.

— Она сильно обескровлена, — ведьмак присел на корточки и втянул воздух носом, принюхиваясь к одной из ран. — Кровь?

— Не здесь. Чтобы убийца не сделал с ее кровью, здесь ее нет.

— Не думаю, что это по моей части, Вернон. Порезы не похожи на следы от когтей, отпечатков зубов вампира я тоже не вижу, падальщики так с телами не поступают. Да и вот это, — Геральт отвел прядь волос жертвы, указывая на ее ухо. — Работа человека.

Роше тяжело выдохнул, соглашаясь. Монстры, с которыми имел дело ведьмак, определенно не имели привычки пришивать к ушам своих жертв заостренные эльфийские уши.

— Да, я знаю. Прости, Геральт, если бы я знал, что приезжает Цири я бы не стал дергать тебя по мелочам.

— Пустяки! — Хорошее настроение Волка ничто было не в силах испортить. — Я все равно забирал Цири из аэропорта, нам было по пути.

— Надеюсь, ты найдешь, что показать девушке кроме трупов и злачных мест.

— Ну, трупы возможно лишние, а вот от злачных мест она не откажется, — рассмеялся Геральт. — Вечером у нас будет небольшой праздник, приходи к Лютику. И Йорвета бери.

Предложение Вернону понравилось. В последние недели у него было слишком мало времени для посиделок в баре, но почему не сделать себе поблажку? Начальство он или где? Вернон еще раз поблагодарил ведьмака, и они вернулись к машинам, где их ждала Цири и пытающийся пофлиртовать с ней Тринадцатый. Парень разве что павлиний хвост перед девушкой не распускал, Цири вежливо улыбалась, явно не проявляя никакого интереса. При появлении капитана и Геральта, Тринадцатый поумерил пыл, но все равно удостоился крайне неодобрительного, на грани с убийственным взгляда ведьмака. После чего стух окончательно.

Ведьмак с Цири уехали, помахав на прощание, и детектив осторожно попытался выведать у Вернона:

— У Геральта новая пассия? Мне казалось у них с Трисс все хорошо.

— Все гораздо хуже, Тринадцатый. Она — его дочь. Представляешь, что Белый Волк с тобой сделает, если ты ее обидишь?

— Даааа, — Протянул парень, видимо уже прикидывающий в голове перспективы жизни с подобным тестем. — Не знал, что у него есть дочь. Приемная?

— Переключи свой интерес на работу, — посоветовал Роше. — Там все-таки мертвая женщина лежит.

— Да, простите, капитан. — Особого раскаянья в голосе Тринадцатого не чувствовалось, для него преступления тоже уже превратились в рутину. — Итак, молодая женщина, человек, возраст около двадцати четырех, обнаженная, без документов…

— Что-то, что я не знаю. Свидетелей опросили?

— Да нет никаких свидетелей. Офисный район, все закрывается на ночь. В районе есть пара дорожных камер, посмотрим, что они записали. В соседнем здании, — Тринадцатый махнул рукой в сторону приземистого пятиэтажного здания старой постройки, — есть ночной сторож, я поговорил с ним, он вроде вспомнил пару моментов, когда по улице ночью проезжала машина, но это не так чтобы много нам дает.

— А труп эльфа?

— Какой труп эльфа? — нахмурился детектив.

— Ты видел ее уши? Вряд ли тот, кто отрезал уши эльфу и пришил их нашей жертве, потом этого самого эльфа домой отпустил с наилучшими пожеланиями. Насколько я помню, безухого эльфа в морге нет, значит, нам еще предстоит его найти.

— Прикажу патрульным еще разок прочесать район.

— И дела об исчезновениях поищи. Этот псих мог держать жертв у себя не один день.

— Думаете у нас маньяк? — поморщился Тринадцатый. Маньяк в городе это всегда большие проблемы. Почему-то люди гораздо легче переносят присутствие банд, наемных убийц и подпольных притонов, чем одного спятившего мерзавца. Что-то первобытное заставляет общество бояться безумцев, чьи мотивы непонятны нормальному человеку. Кроме того, на слово «маньяк» журналисты слетались, как мухи на мед.

— Пока что у нас просто убийство, возможно двойное. Я переговорю с Трисс на счет СМИ, а ты передай всем, чтобы держали рты на замке. — Роше хлопнул Тринадцатого по плечу и направился к своей машине. Криминалисты еще должны были остаться на месте преступления, а вот завернутое в непрозрачный пакет тело женщины, уже грузили в машину коронера. Зеваки и фотографы понемногу расходились, но…

У Вернона было очень дурное предчувствия на счет этого дела.

***

Приехав в офис, он сразу же столкнулся нос к носу с Трисс. Выслушав подробности дела, девушка слегка побледнела. Для нее оно обещало стать таким же нелегким, пресса и общественность будут давить на нее, любая оговорка, даже из чужих уст станет ее проблемой. От одного неловкого слова город мог впасть в панику.
Желая немного отвлечь ее, Вернон перевел разговор на Геральта и Цири.

— Да, теперь они смогут вдвоем носиться по лесам и болотам за утопцами и сколопендроморфами. — Усмехнулась Трисс.

— Я думал, сколопендроморфы вымерли из-за гербицидов.

— О, эта парочка непременно отыщет последнее уцелевшее гнездо на свои задницы, — улыбка девушки стала чуть шире. — Геральт пригласил тебя на вечеринку? После работы, в кабаре у Лютика.

Трисс ушла, отстукивая каблуками уверенный, бодрый ритм, а Роше занялся делами. После того, как Фольтест покинул должность комиссара, Велерад взвалил на капитана часть обязанностей. Кабинетная работа в сочетании с монотонно льющим дождем наводила тоску. Раньше у него по крайней мере была Бьянка, которая врывалась в кабинет без спроса с очередной веселой историей, чашкой кофе и, изредка, желанием помочь с бумажками. Теперь на такое можно было не рассчитывать… После случившегося в особняке Хенсельта, Бьянка стала проблемной. Роше надеялся, что ей просто надо отдохнуть, взглянуть на мир под другим углом, пожить для себя. В отпуск ее пришлось отправлять почти насильно, и сцена вышла некрасивой.

Воспоминания о событиях той ночи и ссоры с Бьянкой до сих пор заставляли что-то в его сердце неприятно покалывать. Отложив в сторону очередной отчет, Вернон решил прерваться и вышел в курилку. Докуривая вторую сигарету и меланхолично глядя на поливаемый дождем город, он вытащил телефон. Ни общений, ни звонков…
Они с Йорветом никогда не были такой парой, которая названивает друг другу в любой удобный и неудобный момент, и шлет по тысячи смс в день. Так что он не ждал никакой весточки, но на экран все же смотрел.

Не дождавшись чуда, он сам набрал номер, подписанный в телефоне как «Белка». Йорвет взял трубку почти сразу, видимо тоже держал телефон в руках.

— Говори быстрее, я занят. — Голос эльфа звучал сухо и раздраженно, но разобрать, правда, он чем-то разозлен или это игра было невозможно.

— После работы, у Лютика, Геральт устраивает вечеринку в честь Цири. — Так же сухо ответил Роше. — Придешь?

— Встретимся уже там, — и не попрощавшись, Йорвет повесил трубку.

— Белка! — выплюнул капитан, закатывая глаза. Он не сомневался, что эльф еще отомстит ему за утреннюю вспышку, но белок бояться — в лес не ходить.

Остаток дня пролетел для Роше быстро: он еще немного покопался с бумагами и провел небольшую планерку по первым результатам расследования. К концу дня они выяснили личность убитой, опросили родственников и соседей. Женщину в последний раз видели два дня назад, она ушла на работу и больше не вернулась. Криминалисты копались в ее квартире, проверяя личные вещи и ноутбук.

— Коллег ее опросили?

— Еще нет, капитан. Она работала на Саскию, была ее помощницей, а сама Саския уехала по каким-то делам на юг, завтра должна вернутся.

— Женщину, работающую на ратующего за права нелюдей политика, находят с пришитыми эльфскими ушами. Мне одному видится тут символ? — спросил Роше, видя тот же вопрос во взглядах своей команды. — Я сам поговорю с Саскией завтра. Что с телом эльфа?

— Есть пара пропавших, в лаборатории пробуют сравнить ДНК, результатов пока нет.

Они еще немного поговорили, обсуждая необходимость прощупать местные банды, сделавшие своим профилем чистоту расы, человеческой ли, эльфской, и те и другие недолюбливали Саскию и ее штаб. Происки недоумков с расистскими идеями в головах и их арест гораздо проще безболезненно скормить прессе, чем маньяка. Набросав стратегию расследования на завтра, они разошлись, и Роше отправился в «Хамелеон».

В юности он не раз слушал веселые байки отдела нравов про это место, еще, когда оно называлось «Шалфей и розмарин». Потом заведение пришло в упадок и воскресло только перейдя в руки мэтра Лютика, хотя и в совсем другом качестве. Сексуальные девушки там по-прежнему были, но уже исключительно в качестве подавальщиц. Сцена тоже осталась, но шест с нее убрали, а проходящие на ней перфомансы по смыслу были более содержательные, чем постепенное раздевание под музыку.
Зайдя в зал, Роше сразу определил место дислокации Геральта: громкий, зычный бас Золтана раздавался на весь зал, если не перекрывая играющую на сцене группу, то уж точно соперничая с ней на равных.

Компания расположилась за одним из отделенных перегородкой от основного зала столиком. Кроме Геральта, Цири, Трисс и Золтана, к ним присоединился сам хозяин заведения. Йорвет тоже уже был тут, разговаривал о чем-то с неизвестным Роше эльфом. У незнакомца были светлые, выгоревшие глаза, а заостренные, будто высеченные из мрамора черты лица выдавали в нем принадлежность к народу Ольх.

— Доброго вечера всем, — Роше снял пальто и присел рядом с Йорветом, который, видимо, уже успел прикончить первое пиво, и пребывал в несравненно лучшем, по сравнению с утренним, настроении.

— Геральт, у нас тут легавый на вечеринке! — взревел Золтан, воинственно потрясая зажатой в руке кружкой.

— И этот легавый ужасно голоден, так что надеюсь, вы заказали чего-нибудь пожрать, или вас всех арестуют.

— Вот он полицейский произвол в наши дни, — притворно тяжело вздохнул Лютик и замахал подавальщице, чтобы быстрее несла их заказ.

— Роше, знакомься, это Аваллакʼх. — Геральт махнул в сторону эльфа, и что-то в этом жесте подсказало Вернону, что особой симпатии Белый Волк к эльфу не испытывает. — Он приехал, чтобы преподавать в Оксенфурдской Академии. Аваллакʼх это Вернон Роше, он, как ты уже понял, коп.

— Капитан копов, — поправил Роше.

— Очень приятно, капитан. — Голос у эльфа был приятным и хорошо поставленным, как и полагается тому, кто не первое десятилетие пытается передать свою мудрость непоседливым студиозам. — Креван Эспане аэп Каомхан Маха или как Геральт уже сказал — Аваллакʼх.

Вернон кивнул, про себя подумав, что он и «Аваллакʼх» без восторга выговаривает, а уж это многоступенчатое имечко точно не одолеет. Подавальщицы наконец-то притащили подносы с едой и пивом, и праздник пошел своим чередом. Золтан продолжал на повышенных тонах рассказывать какую-то невероятную историю о жизни краснолюдской коммуны, начало которой Роше пропустил и теперь все никак не мог понять, кто кому кем приходится. Но история была забавна даже без понимая личностей участников, чему не мало способствовал неповторим стиль повествования Золтана. После блистательного окончания, в котором дивным образом сплелись бутылка бренди, две пьяные гномьи девы и накладная борода, Цири немного рассказала о свой жизни в Нильфгаарде и переезде на материк эльфов Ольх. Там она и познакомилась с Аваллакʼхом, бывшим, как понял Роше, экспертом по части генетики. Генетика потомков Лары Доррен была темой не одной научной диссертации, что немного объясняло присутствие на вечере этого эльфа. А еще он бросил на Цири такой взгляд, что Геральту впору было точить свой меч, если он не хочет с этим эльфом породниться.

После второй кружки пива к их столу подсели Ламберт и Эскель, а после третьей ведьмаки и Цири решили проверить навыки и стали метать ножи в висевший на стене портрет крайне неприятного мужчины в красном. Лютик горестно вздыхал, обещая выставить им счет, Золтан и Трисс подбадривали. Роше удобнее устроился на диванчике, наблюдая за импровизированным представлением.

— Я бы поставил на тебя десяток оренов, если бы ты участвовал, — сказал он Йорвету, опуская ладонь на его поясницу. Эльф как всегда нацепил на себя несколько слоев одежды, и добраться до его тела не представлялось возможным. Приходилось поглаживать прямо через ткань.

— Щедро, — усмехнулся Йорвет, вылавливая из тарелки Вернона куриное крылышко и нагло отправляя его себе в рот.

— Эй, у тебя есть своя тарелка и своя еда, — Роше перехватил загребущую руку эльфа, когда он снова потянулся к его посуде. Вместо ответа Йорвет легонько пнул его в живот и, воспользовавшись секундной растерянностью, поцеловал Роше в уголок губ. Проделано все было достаточно ловко и быстро, что на них и внимания никто не обратил. Кроме сидевшего напротив Аваллакʼха.

Гость с соседнего материка смотрел на них, и было в его аквамариновых глазах что-то заставившее Вернона довольно невежливо буркнуть:

— Что? Что-то не так?

— О, прошу прощения. — Аваллакʼх дернул уголком тонких губ в намеке на улыбку. Выражение его глаз стало заинтересованным. Не по-доброму заинтересованным, а будто рассматривал содержимое чашки Петри. — Не думал, что встречу среди Aen Seidhe такое отношение к человеку.

— Почему? Мир меняется, — пожал плечами Роше.

— Может для вас людей он правда меняется, как по мне мир остается неизменным. Но дело не только в том, что люди почти уничтожили Aen Seidhe. Люди быстро умирают, заводить отношения с ними это как привязываться к домашней зверушке.

— Ты его только что скотиной обозвал? — Спросил Йорвет и Роше скомкал в руке его одежду, сдерживая себя, чтобы не высказать Аваллакʼху пару ласковых в лицо.

— У нас, Aen Elle, не принято такое… Взаимодействие… С людьми. Но Aen Seidhe уже довольно давно скрещиваются с этим народом, возможно для вас это нормально.

Роше достаточно ярко и красочно представил себе, как вспарывает высокомерному ублюдку горло вилкой, но в реальности просто состроил пренебрежительную ухмылку. Слова Аваллакʼха задели какие-то струнки в его сердце, но Вернон никогда не позволил бы себе показать это. А вот Йорвет, как-то странно замер, а затем заговорил на эльфском. Классическая Старшая Речь звучала немного певуче и если не знать, можно было подумать, что Йорвет читает стих. Вернон сначала не смог вникнуть, что он говорит, но уловил имя Цири и дальше как-то понял все остальное. Пришлось прятать скабрезную улыбку за бокалом пива. К концу небольшой речи Йорвета у Аваллакʼха слегка дернулся глаз, но ответить эльф не успел, к столу, вернулись ведьмаки и Золтан. Они весело обсуждали результаты своего маленького соревнования, которое закончилось полным уничтожением портрета. Если кто-то и почувствовал напряжение между двумя эльфами, то виду не подал.

Вечеринка продолжилась своим чередом, но Роше и Йорвет на ней не задержались. Обоим завтра светил ранний подъем, а у Вернона сердце было не на месте от того, что он не может проверить свою рабочую почту — вдруг ребята нарыли что-то срочное. Ламберт пошутил им вслед, что семейной парочке пора домой смотреть любимый сериал и баиньки, но Роше просто показал ему оттопыренный палец. Не было желания ввязывать в перепалку с вредным ведьмаком.

На улице снова шел мелкий дождик, но ветра не было, и воздух казался каким-то мягким. Возможно, его смягчали несколько кружек отличного пива. Они же смягчали и Вернона, которому неожиданно захотелось взять идущего рядом эльфа за руку.

— Поймаем такси или прогуляемся пешком? — Поинтересовался эльф, плотнее закутываясь в свою куртку. В красной, закрывающей половину лица бандане он выглядел очень по-бандитски, у Роше аж руки зачесались его арестовать. Усмехнувшись такому проявлению профессиональной деформации, он чуть наклонился и поцеловал Йорвета. Они как раз вышли из-под света фонарей, их не было видно из кабаре, да и с улицы было так просто не заметить. В темноте поцелуй вышел сладким, отдающим каплями дождя и солодом. И длился на несколько секунд дольше, чем Роше себе обычно позволял.

— Ну, так, пешком? — улыбнулся эльф, пряча руки в карманы куртки.

— Да, пошли. — Их дом находился в нескольких кварталах от кабаре, можно было неторопливо пройтись, позволяя дождю вымыть хмель из головы. Роше тоже спрятал руки в карманах пальто и пониже опустил голову, стараясь укрыться от падающей с неба воды. Они успели пройти почти половину пути, когда Роше все же решил спросить:

— А что значило то слово… энс… энсмане… Ну то, что ты сказал Аваллакʼху в конце.

— Скажем так, намекнул на возникшую в связи с возрастом сексуальную несостоятельность, мешающую в общении с юными представительницами младшего народа, и завистливость этими событиями вызванную.

Они еще немного прошли в молчании, пересекая небольшой сквер уже совсем возле дома.

— Назвал его завистливым импотентом, — хмыкнул Роше. — Хамло.

— Дхойне, — привычно огрызнулся Йорвет.

— Белка.

— Ну все, ты ночуешь на диване.

Вернон снова хмыкнул, нащупывая в кармане ключи от квартиры. Он не сомневался, что ночевать будет в своей постели и эльф будет этому только рад. Весь остальной мир подождет до завтра.