Капризные наследники

- Я ни за что не выйду за него замуж! – кричала маленькая напыщенная принцесса. - А вот и выйдешь, - спокойно ответил ей король. И она вышла.

Как это часто бывает в сказочных историях, ничего не происходит просто так. Едва ли жених, преподнесенный прекрасной принцессе на блюдечке, окажется человеком первой свежести. Счастье, как известно, выковывается в муках и героических подвигах, способных преобразиться в эпическую историю, состоящую из опасностей и всевозможных превозмоганий. В королевстве с не самым порядочным и осторожным королем, сказания о героях были известны каждому ребенку с пеленок, и не мудрено, ведь жители этих небольших клочков земли, в отличие от своих ближайших соседей, могли запросто столкнуться со сверхъествественными происшествиями. Будь то внезапные исчезновения людей или добыча мифических материалов, всё это уже давно никого не удивляло, и объяснялось ничем иным, как самым обыкновенным случаем. Существование какого-либо волшебства, магии и прочей ереси людьми яростно отрицалось, и все они считали себя из-за этого народом весьма продвинутым, а свои острова – исключительным местообитанием. Но все это было лишь внешней оболочкой, ведь кто в реальности способен уследить за вечными метаниями падкого на чудеса человеческого любопытства? И вот однажды произошло совершенно обыкновенное явление, свойственное всем государствам, желающим поправить свое экономическое положение. Решено было женить младшего принца *** островов на принцессе *** королевства, просто потому, что ее родители, будучи не в силах нарадоваться на маленького сына, тут же решили спровадить уже несколько лишнего члена своей семьи. Чейпел была образцовой принцессой. До невозможности правильная, она не обделяла вниманием всестороннее образование, столь упорно навязываемое ей родителями. Будучи единственным ребенком, всю любовь и строгость получала она одна, и король мог быть вполне доволен результатами своей многолетней дрессировки. Но с внезапным появлением младшего брата, о принцессе соблаговолили на время забыть. Поначалу, когда она только начала ощущать себя всеми забытой, ей даже нравился этот новый опыт. Но наступили времена, когда всеобщее внимание обращалось в ее сторону только в неблагоприятные минуты. Чейпел не могла ничего с собой поделать и то и дело скрежетала зубами, когда поблизости оказывался младший брат. - Склонись предо мной, ведь я – твой правитель! – шутливо провозглашал восьмилетний мальчик, оживляя заскучавших гостей внезапной вспышкой остроумия, а пятнадцатилетняя принцесса только сжимала руку в кулак и, неловко кланяясь, спешила удалиться, оставляя улыбающегося мальчика в глубокой задумчивости. С тех пор, правда, минуло три года, но отношения брата и сестры не сильно изменились, разве что маленький Грег решил, что очень действенно таким образом обращать на себя внимание сестры, а Чейпел научилась стойко переносить подобные моменты и с каменным лицом удаляться в закат. Принцесса никогда не отличалась строптивостью, столь ярко выражавшейся у юных девушек. Она почти всегда соглашалась с родителями и наставниками, в большей степени потому, что ей попросту не хотелось спорить, и она решала разделываться с неприятным делом побыстрее, чем тщетно пытаться от него отвязаться. Король видел в ней идеальную дочь, королева улыбалась, подозревая что-то нехорошее, но продолжала жить в безоблачном настоящем, не страшась будущих перемен. А Чейпел невозмутимо кивала головой и более не смела высказывать свою точку зрения. Кто-то может сказать, что она бессовестно лицемерила, стараясь угодить своему придирчивому окружению. Кто-то, что в ее молчании проявлялась скорее забитость и страх быть осужденной. В любом случае, принцесса утратила свою храбрость и довольно сильно переживала по этому поводу. Но результат ее покорности обратился всеобщим доверием и благосклонностью, чему принцесса не могла не радоваться. Но вот беда. Принцесса, как известно, натура вечно одинокая, не имеющая возможности выйти замуж по любви. Уж об этом Чейпел было известно больше, чем кому-либо. Наблюдая за тем, как отец вечно заключает различные сделки – с кем-то юлит, а кого-то и вовсе ни во что не ставит – она с грустью представляла, что когда-нибудь торговые дела так же решат и ее судьбу. Королева, женщина разумная, хотя и несколько ленивая, привыкла время от времени разговаривать с дочерью о ее предпочтениях, дабы, не дай бог, не допустить интрижку между наследницей престола и каким-нибудь слугой. Чейпел постоянно отмалчивалась, так как королева не могла поддерживать разговор большое количество времени, и принцесса, в меру ощутив вкус притворства и лжи, продолжала жить в мечтах о вечной любви, так как была уверена, что только простолюдин с большим сердцем и амбициями зажжет огонь в ее потухших глазах. Чейпел была уверена, что принцы хороши только тогда, когда сама ты бедна и несчастна. Когда девушка вращается в высших слоях общества, что может тебе дать очередной отщепенец, обладатель денег своей родни и бездельник, вдобавок, грубый и абсолютно ничего не смыслящий. Такие стереотипы плотно засели в голове юной принцессы, и она готова была буквально поменяться местами с местной горничной, лишь бы не вынашивать планы наиболее удачного для государства брака. В голове принцессы то и дело всплывали ухмыляющиеся старики и толстяки, обливающиеся вином из огромного графина и хватающие ее своими жирными лапищами. Она была уверена, что если жених будет не старым, то уж точно высокомерным, развязным, нахальным и вообще некрасивым. Чейпел ничего не знала о человеке, с которым ей придется провести всю оставшуюся жизнь. Король с королевой ничего ей не говорили, дабы ни в чем не убеждать и не разубеждать, а решили просто устроить бал, на котором молодых за пару недель до свадьбы и познакомят. - Затяни корсет потуже, моя маленькая королева! - Мама, не пытайся меня отвлечь. - Да кто же об этом думает, дорогая? Поверь, мы с твоим отцом тебе плохого не посоветуем, как бы ты ни пыталась подтвердить обратное, обращаясь к выдуманным историям, - надо сказать, королева была неприятно удивлена даже таким небольшим проявлением неуважения со стороны дочери. - Вы ведь уже договорились о нашем браке, так разве тут можно думать о моей воле и вашей справедливости? Я слишком долго сдерживалась, но теперь скажу – я за него замуж не выйду! - Ты его еще ни разу не видела, а уже приняла решение? – развязно произнесла королева. Похоже, она с ностальгией вспомнила времена своих юношеских страстей, когда даже самая тихая и скромная девочка начинала со всей пылкостью разглагольствовать об истинной любви и всякой чепухе, свойственной молодежи. - По-моему, любая женитьба, осуществленная без обоюдного согласия, не может окончиться миром. - Выйди замуж сотню раз, вот тогда я тебе поверю. Не скажешь ли ты мне, что сбежишь с каким-нибудь паршивцем, унося ноги прямо из церкви? - Ты же знаешь, я не могу опозорить королевский род. - Правильно. - Сначала я торжественно выйду из нашей семьи, а уж потом сбегу. - О, поверь, в жизни все совсем не так, как в твоих историях. Все необдуманные решения, в конце концов, выйдут тебе боком, и прибежишь ты вся в слезах ко мне, умоляя простить грехи капризного и непослушного ребенка. Королева остановилась, максимально приблизившись к дверям в бальную залу. Чейпел, наконец оторвав взгляд от матери, тупо уставилась на внушительных размеров конструкцию, словно не понимая, что с ней делать. Королева оценивающе взглянула на дочь, которая каждый раз затевала подобный спектакль, прежде чем предстать перед огромной толпой людей. Но сегодня войти было еще труднее, и, вспомнив, что мать никогда не воспринимает всерьез чье-либо чрезмерное волнение, принцесса слишком сильно прикусила нижнюю губу, и несколько оправившись от боли, ответила на реплику матери: - Я... Я не отрицаю такого поворота событий… - принцесса находила такой исход абсолютно невозможным, - но не мне вершить судьбу, так будь что будет! С этими словами она, дрожа всем телом, влетела в бальную залу. - Приветствуйте, Октавия, королева *** королевства, и Чейпел, принцесса *** королевства! Все головы в зале обратились в их сторону, но, выполнив свой долг, люди поспешили вернуться к своим бесконечно важным разговорам. Гостей было много, и с одним из них принцесса должна была связать свою судьбу навсегда. Первые несколько секунд Чейпел неловко оглядывалась по сторонам, но взяла себя в руки, когда королева бросила на нее неудовлетворенный взгляд. Принц, похоже, заставлял себя ждать, но вот, выдержав неловкую паузу, глашатай объявил: - Принцесса, рады представить вам Родона ***ского, принца *** островов! Несмотря на задержку, принц тут же заставил гостей увериться в том, что его присутствие доставляет всем одно лишь удовольствие. Он не был слишком высокомерен или развязен, его постоянная улыбка скорее могла испугать впечатлительного человека. Единственное, что принцесса могла сказать о его внешности, так это то, что среди других молодых людей он особенно не выделялся, его каштановые волосы отливали рыжеватым блеском, а лицо покрывали веснушки, другого человека заставившие бы выглядеть добрее, но принц их попросту игнорировал. - Чейпел, принцесса *** королевства, - гордо представилась девушка, наплевав на правила приличия и отчаянно борясь со страхом. - Приветствую вас, прекрасное создание! Вы – именно такая, какой я вас всегда представлял! Идеал для всякого мужчины, бесспорно, мои завистники уже выстроились в очередь, – без церемоний заявил принц, с чувством поцеловал Чейпел руку и в скором времени совершенно спокойно позабыл о ней, предаваясь всевозможным радостям бала. - Видишь, я же тебе говорила. Он - никто для меня, никем и останется, - не глядя на королеву, сказала Чейпел. Принцесса, даже немного обидевшись на оказанное ей невнимание, постаралась провести время так, чтобы никто и не подумал о ее печали, стараясь оживленно поддерживать каждый попадавшийся под руку разговор, и почти не стесняясь незнакомцев, чего за ней никогда прежде не наблюдалось. Принц уже который танец дарил восторженным дворянкам самого различного происхождения, будто специально каждый раз проходя прямо перед носом принцессы. Та же, в свою очередь, воротила свой нос от принца, иной раз показательно пройдя перед ним с очередным кавалером, который просто быстрее всех протянул принцессе свою руку. Гости искоса поглядывали на жениха и невесту, находя такое обращение особенно изящным ухаживанием, но не упуская шанса указывать на приличия. В конце концов, принц и принцесса протанцевали один вальс, не обменявшись ни словом, но изрядно одаряя друг друга выразительными взглядами. - Знаете, ваше высочество, не слишком вы чествуете свою очаровательную невесту вниманием, - заявил один из приближенных принца. - Эта девчонка, видно, с первого взгляда в меня влюбилась – даю вам слово - и теперь отчаянно пытается привлечь мое внимание. Поверьте, если вы станете бегать за женщиной, она тут же потеряет к вам всякий интерес. Остаток вечера Родон с чувством развлекал гостей, не обделяя вниманием многочисленных дам, которых он одаривал бесконечными потоками лести, должными вызвать недоверие, однако оказавшими одно лишь положительное воздействие. Весь его вид только и говорил о том, насколько высокого он о себе мнения, а все добрые слова обладали лишь оттенком жалости и покровительства, еще больше превознося сию возгордившуюся особу. То и дело слышался этот его странный, как казалось Чейпел, смех, заставлявший ее то и дело съеживаться и кривиться, что совсем не шло ни ее лицу, ни образу принцессы *** королевства, сложившемуся за столькие годы.

***

По окончании бала принцесса и принц составили настолько четкое мнение друг о друге, что практически ничто не могло развеять скуку Родона или воодушевить Чейпел. Она отчаянно ждала того момента, когда ее спасут прямо накануне свадьбы. Ждала и боялась одновременно. Но, несмотря на напускную уверенность в своем спасении, она не оставляла попыток переубедить родителей. - Дорогой отец, я только хотела еще раз уточнить… - Даже не пытайся, Чейпел, я не собираюсь удовлетворять твои минутные капризы. - Все равно, никто по собственному желанию на тебе не женится, сестра, - радостно провозгласил Грег, радуясь своей шутке, но на этот раз родители не одобрили подобной выходки, и маленький принц поспешил замолкнуть. - О чем ты? - снова обратилась к отцу Чейпел, стараясь даже не смотреть на брата. - Разве решение, определяющее мою судьбу, это минутный каприз? - принцесса, как могла, скрывала свое непрерывно растущее раздражение, но вилка в ее руке продолжала подозрительно трястись. - Ладно, доченька, не придирайся к словам. Я просто имел в виду, что всем молодым только и приходит в голову перечить старшим. И твоя навязчивая идея изменить все, что только возможно, есть не что иное, как проявление этого бунта. - Да я никогда… никогда… - принцесса многозначительно цыкнула, вызвав всеобщее неодобрение, но она была настолько обижена, что даже забыла об общественном мнении. Следующие несколько дней Чейпел все также безрезультатно волочилась за королем. Он был непреклонен в своем решении, она же все больше тревожилась, вечно копошилась в собственных волосах и совершенно не следила за состоянием своего платья. Надежда теплилась в ней достаточное количество времени, и накануне торжества она была настолько на взводе, что забыла о такте и манерах. - Как ты можешь спокойно хлебать свое вино, когда твоя дочь уже завтра потеряет свободу?! – в конец изнервничавшись, принцесса прошипела королю прямо в ухо, надеясь, что никто неподобающий этого не услышит. Король мигом припомнил пару моментов в своей нелегкой жизни, когда его дочь столь бесцеремонно выходила из себя, и благоразумно заключил, что пару спокойных фраз – и она тут же угомонится: - Успокойся, Чейпел, все не так уж и плохо, - сказал он своим обычным тоном, надеясь, что принцесса последует его примеру. - Ты так говоришь потому, что не тебе замуж за идиота выходить, - но Чейпел решила не стесняться в выражениях и снова зашипела, правда, несколько громче. - Отчего же он, кхе-кхе.. идиот? – внезапно вмешалась королева, возмущенная осквернением своих покоев бранным словом. - Ох, неужели я одна его видела: напыщенный, тщеславный и буйный, чего только стоит его спор на выпивку! - А, тогда он так и не вывалился из окна, - припомнил король, - но поверь, ты все слишком преувеличиваешь. С моего ракурса я видел только твои странные кривляния. - Ты хочешь еще больше разозлить меня?! - Не по-христиански это, доченька, на родителей голос повышать. На вот, покушай креветок. - А ты не игнорируй меня, - сказала Чейпел, запихивая в рот очередной деликатес, - если я принцесса, то должна иметь хоть какое-то преимущество, в частности – возможность самой определять свое будущее! - Если ты соизволишь решить дела международной торговли и уладить конфликт с соседями, будешь вольна делать все, что хочешь. - Это не смешно! – воскликнула Чейпел, ибо она уже много раз пыталась заинтересовать отца своим видением идеальной политики, но он только кивал головой и никогда ее не слушал. - Очень даже смешно, - снова встряла королева, - пока не переложишь всю эту волокиту на мужа, будешь медленно умирать в муках возложенной на тебя ответственности. - Спасибо, дорогая. А тебе, Чейпел, стоило быть благодарной за то, что мы не выбрали тебе какого-нибудь богатого старика, вечно таращащего на тебя свои похотливые глазки. К тому же, каким бы хорошим этот принц ни был, тебе все равно хотелось бы выставить его в неугодном свете, раз уж тебе что-то навязали. Поверь, если будешь относиться к этому проще, сама не заметишь, как все твои претензии исчезнут сами собой. На этом разговор благополучно прекратился, уступив место яростному переглядыванию и общению на языке жестов. Принцесса вовсе не хотела хоть сколько-нибудь принять доводы родителей, и весь ее разум яростно отторгал мысль о том, что она лишь капризничает от нечего делать. В любом случае, она поняла, что родителей не переубедить, да и поздно было что-либо менять. Или все-таки нет?

***

Как бы ни хотелось Чейпел отвертеться, ее воля никоим образом не учитывалась и никакие отказы и открытая неприязнь не могли помешать свершиться бракосочетанию. Родон, на самом деле, был совершенно не против такой женитьбы. Лучшей партии ему было просто не найти, и даже его вызывающее поведение не помешало такому удачному союзу. Однако ему ни за что не хотелось уступать своей будущей жене, которая уже успела оценить его образ подхалима и лицемера, и он решил дать принцессе понять, что не так глуп, как ей кажется. Король с королевой решили устроить еще одну встречу будущих супругов, на этот раз, получив приглашения от семьи принца. - Ну что, дорогая, не соизволишь ли ты поцеловать своего жениха? – принц словно только и желал звучать как можно более высокомерно. - Вы мне исключительно отвратительны, даже не пытайтесь. В конце концов, я вольна обращаться с вами как захочу, - ответила принцесса, покраснела и не знала, что делать: плеснуть вином в лицо надменному будущему супругу или тут же скрыться в неизвестном направлении. - В таком случае, я совершенно спокойно могу вас изводить, временами постукивая вашей очаровательной головушкой о спинку кровати, - Родон продолжал думать, что Чейпел от него без ума. Вы только посмотрите, как смутилась. Девушкам вообще по нраву выставлять напоказ свою лживую недоступность. - Нет, вы не сможете так обращаться с женщиной, - когда такие пугливые девушки, как Чейпел, хотят ответить с гордостью, у них это получается настолько нелепо, что даже очаровательно, - будем ходить налево, пока не надоест, а на старости лет можно будет и попытаться поладить. - Сколько же тебе лет, любвеобильная ты наша? – принц совершенно осознанно перешел на «ты». - Самый оптимальный возраст для женитьб в нашей стране. - Видно, очередной повод для гордости. - Скорее показатель отсталости общества. - И ты, наверняка, наведешь свои порядки в моем государстве? - Оно пока еще ни капли не твое, - принцесса перешла на «ты» совершенно неосознанно. - Я могу в любой момент отравить отца и взойти на трон. - Ты действительно ни во что не ставишь своего старшего брата. К тому же, если король умрет, я в любом случае повешу вину на тебя. - Но кто же тебе поверит? - Я – добропорядочная принцесса, павшая жертвой брака по расчету, а ты – всем известный обманщик, вечно колотящий свою очаровательную жену. На этот раз снова набежала публика, буквально очарованная таким миловидным представлением. Чего только ожидать от этих распущенных нравов, вот уж да, никакого воспитания! - Мне так нравится ход твоих мыслей, право же, тебя так просто запугать, сколько ни упирайся, - на этот раз принц бесцеремонно придвинулся вплотную к принцессе, отчего она также бесцеремонно дернулась, выразив на лице все свое негодование. - Жалкий выродок, - прошипела она ему в лицо. - Жалкая притворщица, - прошипел он в лицо ей. Похоже, спор перерос в неплохую для королевского двора ссору, и второй разговор будущих супругов оказался гораздо более продолжительным, нежели его недавний предшественник. - Смотри, дорогая, в прошлый раз она только назвала ему свое имя! - Наверняка они поладят, можешь не беспокоиться, - спокойно сказала королева, ибо она более не видела никаких проблем в будущей жизни дочки. - Да уж, молодежь такая упрямая, сами не знают, чего хотят!

***

Ночью Чейпел уже не могла спать спокойно. Несмотря на явное оживление их беседы и даже на завуалированные заигрывания с обеих сторон, принцесса была счастлива только в пылу горячего спора со своим женихом. Она не могла нарадоваться на свою смелость, но, как только вошла в собственную комнату, тут же упала на кровать и начала рыдать, сама не зная отчего. Он выставил ее дурой, он насмехался над ней, а она поняла это, только когда спор закончился! Какой стыд, вернуться бы в свое уютное королевство!