Капризные наследники

- Значит, она твоя мертвая сестра. Принц сидел на полу, и снизу вверх смотрел на стоявшую у окна принцессу. Чейпел уже наверное раз в десятый задавала этот вопрос, смотря куда-то в стену. Нервный смешок временами прерывал ее мудреные размышления, пока Родон не соизволил резко ее из них вырвать: - Ты еще долго собираешься изумляться? Сейчас не время ломать над этим голову… - И ее убил ты, - принцесса хотела было произнести это про себя, но, встретившись взглядом с принцем, жадно ждала эмоции, незамедлительно появившейся на его лице. Он был раздражен. - Да уж, если тебе мало того, что мой собственный брат не только из года в год выворачивает себя наизнанку, но еще и винит во всем меня, можешь продолжать в том же духе. Чейпел никогда не нравилось, когда кто-то испытывал к ней неприязнь. Особенно если это был человек, так странно выманивающий ее внимание. Принцесса прекрасно его понимала – понимала, что сама бы тысячу раз скинула с балкона своего миловидного братишку. И сейчас ей в какой-то степени было приятно узнать, что этот напыщенный индюк чувствует то же самое. - Хм, а тебя довольно легко задеть, - при всем при этом, Чейпел даже не подозревала, что Родон ей с первого раза что-то выложит. – Я думала, ты будешь кем-нибудь прикрываться, и ни за что не расскажешь все, как есть, - принцесса тоже села на пол и нерешительно мяла свое платье. - Хм, ты ведь даже не знаешь, правду я сказал, или нет, - принц несколько успокоился, и они еще долго смотрели в потолок, не желая думать о каких-либо важных решениях. - Значит, этот человек – ваш противный младший брат? – Феофан принялся всматриваться вдаль, словно там все еще кто-то стоял. Вскоре простолюдин сощурил глаза и, показательно прижав ладонь к подбородку, внимательно посмотрел на свою собеседницу. - Не смотри на меня так, будто я какую-то чушь сморозила, - Сати не хотела, чтобы неловкая пауза еще и окрашивалась пристальным взглядом этого надоедливого комара. - Так ведь… вы совсем не выглядите старше… - глаза Феофана расширились, и он еще несколько минут не мог прийти к правдоподобному решению. Но вдруг он начал стремительно переводить взгляд от девочки к земле под ногами, состроил испуганную гримасу и, в конце концов, выдал: - Сколько же вам лет на самом деле? Тишина уже не отдавала неловкостью, и принц с принцессой успели настолько погрузиться в свои мысли, что только и желали выплеснуть наружу хоть слово, лишь бы отделаться от напрягающих размышлений. - Вот так и пройдет эта бренная жизнь… - бросил в никуда Родон. - О чем это ты? – мигом пришла в себя Чейпел, и тут же поспешила окрасить свою речь ноткой насмешливости: - Неужели ударился в меланхолию? - Хм, вполне возможно, - принцу пришлось по душе, что на его призыв так быстро откликнулись. - Придется же все-таки привыкнуть к здешней среде… - Ты что, уже не надеешься отсюда выбраться? – на этот раз тон принцессы был слишком уж равнодушным, и она даже сама удивилась, что говорит об этом с таким безразличием. - Моя принцесса сама пожелала пребывать в подобного рода измерении, я просто не посмею ее бросить. Чейпел не поторопилась смутиться на это заявление, чем, к своему удовольствию, поддразнила принца. Тот несколько раз пытался выдавить из себя еще что-нибудь, но все казалось каким-то нелепым и вымученным, и он лишь искоса поглядывал на принцессу, на лице которой, все же, иногда мелькала улыбка. - После такого признания я бы точно выбросилась из окна, - наконец нарушила тишину она, посмотрев Родону прямо в глаза. - Неужели что-то в моем прошлом не вяжется с теперешним мной? – принц тоже поспешил искренне усмехнуться, ненавязчиво отведя взгляд. - Да уж, - засмеялась Чейпел, - ты всегда был той еще сволочью! - Хм, - решил не отставать Родон, - а разве прекрасная романтическая героиня не жаждала найти тьму в моей бедной душе, чтобы исцелить ее своей любовью? К его удивлению, эта фраза на секунду ввела принцессу в замешательство. - Меня одолевала другая глупая мечта… - А, ну да, крестьянин с большим сердцем это гораздо романтичней, - принц довольно хихихнул, на что Чейпел не совсем выразительно вставила: - Ты же никогда не прекратишь, да?.. Тема неожиданно иссякла, и им понадобилось некоторое время, чтобы возобновить жизненно-важный разговор. - Кстати, - начал Родон, - что-то твой герой тебя не изводит, для такого отчаянного влюбленного... – принц резко повернулся в сторону принцессы, но та снова начала мять свое платье и нервно скрежетать зубами. - Он… - наконец выдавила из себя Чейпел, - он… похоже, ему уже не столь важно то, из-за чего вся эта каша заварилась… - Надо же, тебя так задевает, что ты его больше не привлекаешь, - Родон с удовольствием присвистнул и, сам не зная, почему, начал глупо улыбаться. - Эх, хватит нести чепуху! – принцесса, хоть и была неимоверно смущена, тоже глупо заулыбалась и несильно ударила принца в бок. - Похоже, я застряла здесь на десять лет, - наконец выдавила из себя Сати. Простолюдин, на удивление, мигом понял все, что она хотела до него донести. Он сидел, опустив глаза, и с какой-то не свойственной его натуре жалостью произнес: - И вы не знаете, как выбраться? - Твои глупые вопросы только и могут, что раздражать, - Сати действительно думала, что сейчас взорвется красноречивыми ругательствами, но она лишь положила голову на согнутые колени, а ее голос задрожал: - Я… я думала, что все эти идиоты исчезают, когда по-настоящему счастливы… даже эта ведьма… эта ведьма что-то об этом говорила, - голос Сати звучал приглушенно, и она напоминала обиженного ребенка, не перестававшего кусать свою нижнюю губу, - но… но почему я никак не могу исчезнуть?! – девочка с силой стукнула головой колени, раздраженно проводя ногтями по пальцам. - Вы так хотите, чтобы вас пожалели? – добродушно бросил Феофан. - Чтоб тебя! Конечно хочу! – непроизвольно рассмеялась Сати, и грустно улыбнувшись, продолжила: – Раньше я думала, что поступила правильно. Вскоре, я поняла всю свою глупость, даже пыталась просить помощи у Вилла… Но теперь я только чувствую себя еще большей дурой! Я сейчас очень глупо выгляжу, да? - По-моему, ваше высочество, вы выглядели так всегда. - У тебя есть какие-нибудь идеи? – принц все так же самодовольно сидел на полу, пока принцесса успела сесть за свой небольшой письменный стол и застыть с неподвижным пером в руке. - В тебе еще осталась доля оптимизма? – откликнулась Чейпел, все так же пялясь на листок белоснежной бумаги. - Да нет, просто я совершенно без понятия, чем себя занять, - Родон соизволил подняться и заглянуть за спину принцессы, которой, к сожалению, пока что нечего было скрывать. – Но, если честно, - принц задумчиво прижался головой к окну, - Сати ведь говорила о том, что стоит внушить людям хорошее расположение… - … и они исчезнут, - Чейпел обессилено опустила противное перо и откинулась на спинку стула. – Интересно, почему за все это время никто ничему не удивлялся? - Может быть, моя сестра больше не может действовать в полную силу? - Родон вопрошающе посмотрел на принцессу, и та понимающе закивала головой. - Если… - начала она, - если ты думаешь о том, о чем и я?.. - Наверняка она хотела исчезнуть вместе с этими людьми, - сказал принц и снова повернулся к окну. - Но у нее ничего не получалось… и, похоже, я знаю, почему… - принцесса ехидно оскалилась. Никогда еще ей так не хотелось убедиться в своей правоте.

***

- Значит, вас просто нужно осчастливить, так ведь? Возможно, я смогу вам помочь… - Ты уже осчастливил одну принцессу, сомневаюсь, что у тебя это хорошо получается, - Сати улыбнулась, заметив, как взгляд вечно веселого простолюдина несколько потупился. К ее удивлению, он не продолжил свою выразительную речь. - Знаешь, - тихо начала она, - ты глуп, очень глуп. И, наверное, именно поэтому тебе все-таки удалось меня развеселить… Вдруг девочка почувствовала неожиданное изменение. Ей показалось, что такого вдохновения и душевного подъема она не ощущала никогда. В изумлении поднявшись на ноги, она в страхе огляделась и, нервно сжав кулаки, снова лицезрела вдалеке самодовольное лицо своего младшего брата. Принцесса шла рядом, не скрывая уверенности в успешности своей затеи. - Все же, ты совсем не изменилась, сестра, - принц смотрел на девочку так покровительски снисходительно, что Сати не могла не выдавить из себя самодовольную усмешку: - Хм, ты все-таки решил пасть передо мной ниц!.. – девочка снова почувствовала эту странную легкость, никак не сочетавшуюся с таким правильным, испытываемым ей, раздражением. Сати явно была в замешательстве, ища ответ у своих ног, и не заметила, как Родон приблизился и как-то неловко ее обнял. Он едва касался плеч сестры, то ли от смущения, то ли от явного неудовольствия. - Ты – противная маленькая зараза, - принц мрачно улыбнулся, - Всегда привлекала слишком много внимания, издевалась, переманила на свою сторону Вилла… - тут он запнулся, и несколько секунд, словно не мог откашляться. – Я никогда тебя не любил, - наконец твердо сказал Родон, - а даже если что-то такое во мне и было, я ни за что себе в этом не признаюсь. Но возможно… возможно, ты могла бы вырасти приличным человеком, - снова что-то помешало принцу говорить, - и нам втроем даже могло бы быть… весело… наверное, зря я тогда тебе все это сказал. Девочка вся съежилась, только рука брата посмела коснуться ее плеча. Но уже через несколько мгновений ее бешеные глаза перестали лихорадочно бегать, и из ее горла донесся глухой смешок. - Не мучайся, твои слова никогда меня не задевали, - ну вот, глупая улыбка появилась и у Сати на лице, а воздух казался все чище. – Да, да… наверное, я не самым лучшим способом привлекла всеобщее внимание, - надо же, теперь еще и слезы подступают, стоит только об этом подумать. – Но теперь Вилл… - Он-то по-настоящему по тебе скучал, можешь мне поверить, я ведь сейчас чуть не солгал, - за этим издевательским тоном все же слышался некий едва ощутимый трепет, который Родон едва мог подавить. - Конечно, я же никак не хотела от него отстать… - теперь девочка уже не могла сдержать противные слезы, кое-как выдавливая из себя смех. - Но ты знаешь, совсем недавно он так предался горестным воспоминаниям, что даже наорал на меня. - Вилл? Наорал? – тут уж Сати искренне заулыбалась, представляя себе такую забавную сцену. – Вот уж не ожидала… - Да, - принц отчаянно кусал нижнюю губу, чтобы ни единый след сентиментальности не отразился на его безмятежном лице, - еще и придирается ко мне по поводу и без… Пытается строить из себя грозного старшего братишку… - Да… он это умеет… Этот идиот… - Сати отстранилась от брата и они несдержанно рассмеялись, уже не стесняясь своих слез. – Если ты думаешь, что своими гадостями можешь меня осчастливить… - необычайная легкость словно поднимала девочку в воздух. Она испуганно посмотрела на свои руки, и, к своей необъяснимой радости, увидела, что они становятся прозрачными. Принц, принцесса и простолюдин не понимали, что им следует думать по этому поводу, но Сати, осознав, что больше никогда не сможет с ними встретиться, выкрикнула, искрясь непонятным счастьям: - Похоже, осчастливив всех тех людей, я только и делала, что убивала, - слезы струились по щекам девочки, но она продолжала лучезарно улыбаться. – Может, кто-то из них уже был мертв, а у кого-то не было ни единого шанса. Но я знаю, что меня уже давно нет… нет и я не хочу, чтобы было… Поэтому, пока у меня еще есть эта чертова магия, я отпускаю вас! – Сати надеялась, что даже ведьме был слышен этот возглас. - Ты… в самом деле… - изумленно произнес Родон. - М… маленькая нахалка?.. - не зная, что ей полагается чувствовать, сказала Чейпел. - Ваше высочество! – раздался крик Феофана, и только он достиг Сати, хотя ее образ почти растворился в воздухе. Она еще раз окинула взглядом всех этих людей, застрявших в этом мире по ее вине. Они причинили ей неприятностей, а она причинила неприятности им. Никто не решался нарушать напряженной тишины, как вдруг принцесса, почувствовав необыкновенный прилив сил, крикнула: - Верно, я выберусь отсюда, так и знай! Мы все выберемся, и скажем Вильгельму, что ты ужасно себя вела! – Чейпел не чувствовала грусти, не испытывала чувства потери. Но счастье этой невоспитанной девочки достигло сердца принцессы, и она радостно улыбнулась. Это было в порядке вещей, и Сати посмотрела на Родона, взгляд которого был также ясен и тверд. Но было в этом взгляде что-то еще. Можно ли сказать, что брат с сестрой наконец помирились? Нет, конечно же, нет. Возможно, в этом даже не было смысла, но, избавившись от чувства вины, они наконец смогут вздохнуть спокойно. И только один взгляд привел девочку в изумление. Непутевый парень, поддававшись минутному порыву, сейчас был как никогда уверен в своих мыслях и намерениях. - Жаль, что я так и не стал вашим спасителем! – он тоже улыбнулся, но с некоторой натяжкой. Феофан смотрел на Сати с такой жалостью, что та была поражена этой внезапной чувствительностью, в сравнении с предыдущим поведением простолюдина. Да, именно, простолюдина. - Все равно ты глуп, несносный человечишка. Я бы вела себя так же, как и эта непутевая принцесса, если бы ты не был так прямолинеен… - она хотела бросить еще одну колкость, но слезы хлынули из ее глаз, и, в последнее свое мгновение, Сати крикнула: - Спасибо, что повеселил меня! Раздался странный звон и девочка исчезла.

***

Луч света озарил темную комнату Вильгельма и тот, в недоумении подняв глаза, услышал так пугавший его голос: - Похоже, мне больше не придется просить о помощи. В один момент целый мир рухнул. Не нужно было ничего объяснять – Вильгельм все прекрасно понял. Принц откинулся на спинку кресла и, кинув взгляд на окно, пробормотал: - Можешь не пытаться, я тебя еще не простил, - Вильгельм улыбнулся и еще долго смотрел на безмятежное небо, так не сочетавшееся со всей этой не унимавшейся кутерьмой.

***

Принцесса довольно быстро простила Феофана, когда тот, не очень-то раскаиваясь, извинялся за свое неподобающее поведение. Родон хотел было одарить его несколькими угрожающими взглядами, но счел, что парню еще надо все переварить, и наш благочестивый герой отправился восвояси. Надо ли говорить, что изменился он далеко не сразу, однако даже небольшая доля грусти, преследовавшая простолюдина на обратном пути, потихоньку переворачивала его сознание. Феофан забыл о принцессе. Забыл уже давно, хотя и не думал об этом. Она стала для него никем, как и вся знать, приводившая в такой восторг все его окружение. Но простолюдин всегда с некоторой грустью вспоминал, что девушки только и ждут, чтобы кто-нибудь их выслушал и посмешил. Первая мысль, захватившая ум Чейпел, была о неминуемом гневе короля с королевой, сопровождаемым всеобщими косыми взглядами. Увидев ее дергающуюся улыбку, принц наигранно сказал: - Что ж, крестьянская деревянная изба вполне сойдет за другое измерение… - Думаешь, мне не поверят, если я скажу о драконе?.. - Не волнуйся, твой бывший ухажер заставил всех думать, что это проделки злого колдуна. - Неужели он мне не наврал? - Тебя ведь так легко обмануть, маленькая непослушная принцесса. - Полагаешь, я еще недостаточно заплатила за свое безрассудство? - Возможно, но ты, хотя бы, усмирила пару беспокойных душ… Наступавшее в перерывах молчание уже не было таким неловким. Принц с принцессой нехотя приближались к дворцу, готовясь к небывалой ругани, скандалам и неимоверной суматохе. Придется все это пережить, как-никак, иногда приходится мириться с невыразительной реальностью. - Кстати, - сказал Родон. - Да? - У тебя ведь тоже есть тьма, не так ли? - Хм, - принцесса прижала ладонь ко рту и радостно усмехнулась, - как-нибудь потом я все же расскажу тебе, что меня гложет… Как это часто бывает в сказочных историях, ничего не происходит просто так. Едва ли ведьма оставит попытки найти себе новую замену. Едва ли недалекий крестьянин не оставит еще следа в чьей-нибудь тихой, размеренной жизни. Едва ли разговор примирит две неуспокоенные души. Однако сколько бы историй не было рассказано, все эти принцы с принцессами не желают изменять своей природе… Они все такие же веселые, бесхитростные и бессердечные… - Что я тебе говорила, дорогой, все само собой разрешилось, - королева преспокойно попивала свой великолепный чай. - Да уж, к чему бы мне было негодовать?..