Проклятые

Эта ночь прошла без сна, Акира сидела облокачиваясь на высокую стену, ограничивающую руконгай от Сейрейтей и смотрела куда-то в пространство. В её голове не было мыслей лишь пустота. Поглощающая пустота, ей не было больно, ей не было страшно, она просто не чувствовала ничего... совершенно ничего. Первые лучи солнца, что окрасили кроны деревьев в золотистый цвет, показали как долго она находилась в том месте. Солнце такое яркое и ясное, Акира со злостью смотела на режущие глаза первые лучи. Как оно смело показать свои радостные лучи в такой миг? В такой момент только дождь имел право на существование, оплакивая павших, ибо у самой Акиры не было слез. Она смотрела на свои бессмысленные руки, думала о бесполезных силах. Ей некуда идти, у неё нет больше дома. Запрокинула голову назад. К дальним родственникам? Её просто стошнит от их сочувствующего вида. Девушка аж вся передернулась, представив эти глаза, наполненые жалостью. Медленно, опираясь о стену, она поднялась. Тело отозвалось болью от долгой неудобной позы... и она направилась к единственному человеку, перед которой она могла быть самой собой. Ступила через открытые южные врата, и не разбирая дороги направилась к дому Изанами. За всем произошедшем она совершенно забыла о ней, о том, что посреди всего этого кошмара она куда-то ушла. Прошла вечность, когда она наконец остановилась перед дверью небольшого домика. Она не могла переносить счастливый вид шинигами, что встречались ей на пути. Наверное, она ещё спала... Акира подняла руку и постучала в дверь. Никто однако не откликнулся. Она постучала сильнее и сильнее, пытаясь разбудить свою начальницу, которая видимо слишком крепко спала. - Изанами! - крикнула Акира, хриплым голосом, - открывай! И стала буквально выламывать дверь все сильнее и сильнее колотя по ней, в конце концов не выдержав, она пнула дверь со всей силы, и та, жалобно хлипнув, распахнулась, открывая опустевшую комнату, с идеальной чистотой. - Что пришла мстить проклятой? - раздался смешок за спиной Акиры. Девушка удивленно смотрела в пустую комнату, ей и в голову не пришло, что Ёми не будет на месте. - Мстить? - удивленно спросила Акира оборачиваясь, за её спиной стояло пять человек. Трое из них, включая Миру, были новенькими в отряде и поступили в одно время с ней. - Ну конечно, за то, что она сотворила с твоей семьей и семьями других, - покачал головой парень, пытаясь выглядеть сочувствующе, но в глазах стояли искорки, говорящие о забаве. - Мы знаем, что проклятая была в твоем доме перед произошедшем, - говорила Мира, - каково осозновать себя в числе сирот? - подруга Акиры смотрела на неё с доброжелательной улыбкой, но в голосе звучали ревностные нотки, Акира хорошо её знала, чтобы их различить, они знали друг друга пять лет и ни разу Акира не пригласила ее к себе на ужин. - Не говорите о том, о чем не знаете, - холодно произнесла девушка, и прикрыв дверь пошла прочь, размышляя где могла быть Изанами. - Проклятая хотя бы поняла свою вину, - хмыкнул парень, - и удалилась из Сейрейтей, - они разошлись в стороны перед Хуго, девушка остановилась, подняв глаза к говорящему. - А ты? Проклятая лишь навела проклятие на твою семью, а ты его увеличила, да так, что вся деревня мертва, - сказала Мира, качая головой, - каково осозновать, что из-за тебя мертво столько людей? Ах, - Мира щелкнула пальцами, - ты же не воспринимаешь смерть. Смерть Аято для тебя ничего не значила... - Убийца! - Ведьма! Тебе не место в нашем отряде! - Уходи вместе с проклятой! Вокруг неё столпились люди, обвинения сыпались водопадом, в какой-то момент Акира засмеялась, звонко-звонко, сгибаясь пополам, настолько ей стало весело. Шинигами замолчали, с удивлением смотря на неё. Она остановилась подняв к ним глаза, в которых стояла сталь. - Деревня вся перебита, - шепотом заговорила Акира, - ваша очередь. Она ушла в шунпо, оказываясь прямо перед Мирой, рукояткой меча она ударила ту под дых, а после локтем в нос, выводя ту из строя. Бывшая подруга Акиры осталась на земле, потеряв сознание, из носа густо вытекала кровь. Ребята повыхватывали зампакто. - Нападаешь на своих? - скривился Нико, Акира наконец смогла вспомнить его имя, он был с ней в одной группе, - это ведь твоя подруга. - Знаешь, - Акира ему улыбнулась, - время отсеивает друзей, нам остается лишь принять этот факт. - Открывайся Хиото! - крикнул парень, выставив зампакто, остальные тоже их подоставали. - Поглащай, Бойто, - произнесла Акира смотря на сослуживцев с презрительной улыбкой, что выдавала её скрытую победу. Сталь её меча потемнела, словно время взяла свое. Ни один из шикаев не сработал, но Акира добивалась другого, теперь никто из них не мог уйти в шунпо, а она с Изанами тренировала именно свою естественную скорость без использования реацу. - Что за черт?! - воскликнул Нико, вновь и вновь взывая к своему зампакто. Акира ухмыльнулась и бросилась к нему с кулаками, выбивая меч из его руки.

***

В эту бессоную ночь Бьякуя мечтал, чтобы утро никогда не наступало. Чтобы эта тишина его дома окружала его вечно. Но день пришел и, хотелось ему того или нет, а он отправился в свой отряд. Каждый раз ему казалось, что он привык к смертям, к убийствам. Но взгляд Кейтары Хуго, когда он приказал "убить всех и каждого", ему казалось, что он никогда его не забудет. И ему хотелось убить собственными руками, того кто сотворил подобное. Семья Хуго всегда верой и правдой служила шестому отряду. Это было долгом Бьякуи: организовать должные похороны. Бьякуя вступил в границы своего отряда. Тренировочные поля пустовали, шинигами, что встречались ему на пути вяло отдавали ему честь. Это пройдет, время стирает все, он вошел в кабинет, Ренджи тут же подорвался с места: - Капитан, доброе утро, - произнес он. Кучики ему кивнул размышляя над всем добром этого утра и мира. - Пришлите ко мне Кейтару, - задумчиво приказал Капитан, после того как закончил с проверкой отчета Ренджи, о том, что произошло прошлым днем, в третьем районе. Бьякуя хотел поговорить о похоронах и предложить свои услуги. Ренджи несколько смутился, и Бьякуя изогнул бровь ожидая ответа. - Он выглядел подавленным, - начал говорить Ренджи, отведя взгляд в сторону, - и я дал ему пару выходных. - Хм, - произнес Бьякуя, подходя к окну, на мгновение воцарилась тишина, - приказать ему вернуться к обязанностям, - ледянным тоном произнес Бьякуя, - у нас большие потери в отряде. - Капитан! - Ренджи возмущенно подскочил с места, - как вы можете! Он потерял своих родителей! - И что же он будет делать? - Бьякуя перевел взгляд надменных глаз в сторону лейтенанта, - в одиночестве? - процедил сквозь зубы капитан. - Вызвать назад, это приказ, - произнеся это, Бьякуя направился прочь из кабинета. Абараи сжал кулаки, направишись за ним, решив попытаться переубидить его. - Капитан! - на улице крикнул лейтенант. - Ты смеешь оспаривать мои приказы? - Кучики остановился обернув голову к лейтенанту. В какой-то момент Ренджи замолчал, удивленно смотря вперед. - Кто это? - спросил он. Бьякуя перевел взгляд. Хромая, к ним шла девушка. Форма на ней была порвана, глаз подбит, руки сжаты в кулаки с которых текла кровь. Девушка остановилась перед капитаном, подняв к нему свои пустые темные глаза, губа её была разбита. - Что произошло? - спросил Кучики. - Кто напал на тебя? - спросил Ренджи, протягивая ей руку, Акира отвернула голову от него, отступая, говоря что ей не требуется его помощь. - Лейтенант, - раздался тихий безэмоциональный голос, - вызовите кого-нибудь из четвертого отряда. Я пошлю за вашим братом, - произнес он, смотря на девушку. - У меня нет брата, - тихо ответила Хуго, не отрывая своего взгляда от него. - Он спас тебе жизнь! - прорычал Ренджи, хватая за руку Акиру, что сморщилась от боли. - Лейтейнант, отпустите её и выполните, наконец, мой приказ, - устало произнес Бьякуя. - Ха, - Акира с презрительной ухмылкой смотрела на лейтенанта, вырывая свою руку, - иди, лейтенантик, - с издевкой она помахала ему рукой чтобы он шел. - Капитан, - она торжественно указала в сторону Бьякуи, - приказал. - Что вы здесь делаете? - холодно спросил Кучики, - кроме вашего брата, мне нечего вам предложить. - Пришла узнать, чего стоит ваше слово, - тихо произнесла Акира, лейтенант с удивлением посмотрел на капитана, что не произнеся ни слова, жестом пригласил её в свой кабинет.

***

- Вы хотите что? - сказать, что Кучики удивился - ничего не сказать, ему казалось, что слух его подвел. - Я думаю, - тихо говорила Акира опустив голову, - что Изанами решила, что это её вина в произошедшем. - Теряю догадки, как я с этим связан, - ледяным тоном произнес Кучики. - Ну, - потупилась Акира, - мне кажется, что она испытавает к вам симпатию, и поэтому я верю, что вы можете убедить её вернуться ко мне. - Совсем недавно вы мечтали, чтобы вас убрали из её группы, - сквозь зубы процедил, Бьякуя. - А ещё, вчера у меня был дом, - скривилась Акира, заговорив саркастическим голосом, - а теперь мне негде даже спать. - Вы принадлежите восьмому отряду, они предоставляют жилье. - Я? Спать в общих бараках? - с таким отвращением произнесла Акира, что Бьякуе почти стало стыдно, что он это предложил. - Вы пришли ко мне с подбитым глазом и хотите убедить в вашей брезгливости? - А кто, вы думаете, мне его подбил? - хмыкнула Акира. Бьякуя сжал зубы, эта личность удивительным образом умудрялась выводить себя из себя, открывая рот, каждый раз и ведь не переспоришь её. - У вашего брата большие апартаменты, - произнес Бьякуя, задумался, - я выделю ему больше, где вам обоим хватит места. - У меня нет брата, - процедила Акира. - Господи, - девушка подскочила, - до чего же вы упертый человек! - Бьякуя уставился на неё. Это он упертый? - Просто идите и уговорите мою начальницу вернуться! - крикнула девушка, указывая дверь. - Будто я стану это делать, - хмыкнул Кучики. - Не хочу вас расстраивать, - состроила рожицу Акира, - но у вас передо мной долг. - Маленькая манипуляторша, - Бьякуя замолчал, прикладывая кулак ко рту, в попытках успокоить свои нервы, - смысл, - чуть спокойней заговорил он, - от твоего "подарка", если как только я окажусь рядом с ней без тебя, все вернется на круги своя? - почти прошипел Кучики. - О, - Акира остановилась, тоже успокаиваясь и задумываясь, - вам страшно, - сама себе произнесла девушка, словно наконец поняв его. Бьякуя застыл на одном месте, смотря на девушку перед ним. Он убьет её. Он возьмет на себя этот груз и оставит Кейтару без сестры, бог с ним, он найдет ему другую, но убьет эту. - Изанами рассказала мне один раз, - задумчиво заговорила девушка, не замечая убийственной ауры Кучики, - что капитан Киораку покрывает себя мощным полем реацу, когда находится рядом с ней, - она подняла к нему глаза, - вы же капитан, - она оценивающе на него смотрела, словно сомневалась в этом, - уверена, вы справитесь. Бьякуя сжал зубы, понимая, что у него больше не было доводов перед этим манипулятором, он даже должен был отдать ей должное, немного людей сможет его переспорить. - Я сделаю это, - произнес Кучики, Акира ему улыбнулась, - если вы извинитесь за ваши слова перед братом. - У меня нет брата, - фыркнула Акира. - Хорошо, извинитесь перед своим однофомильцем, за то, что ему сказали вчера. - О Боже мой, - прошипела Акира поднимая глаза к потолку, - да какое вам дело? Бьякуя хмыкнул, возвращаясь к столу и притворяясь, что работает. - Хорошо, - сдалась Акира, - я выполню ваше условие. Идите уже, - махнула она в его сторону рукой, словно это она была его капитаном. Бьякуя тяжко вздохнул, раздумывая над тем, что ведьма лишь пряталась от такой подчиненной, отправился искать самую страшную реацу, что он когда либо ощущал во всем Сейрейтей.

***

Большую часть своей жизни она избегала это место. Место, которое она ненавидела всей душой, но которое влекло к себе с каждым днем все сильнее. И, после того что случилось с родителями Акиры, она перестала сопротивляться и наконец пришла сюда, сломленная и побежденная. Она больше не могла этого выносить, не могла, не хотела, не станет. Изанами опустилась на колени перед возвышающимся над землей холмиком, больше напоминавшим могилу, вокруг которой все было выедено смертью. Земля была выжжена и опустошена, а деревья прогнили и рассыпались на духовные частицы от малейшего дуновения ветерка. Смерть - вот оно её призвание, Изанами нервно улыбнулась, проклиная себя и свою ужасную силу. Для всех будет лучше, если ее не станет. "Изанами Ёми, добро пожаловать к нам в дом", - в её голове всплыли слова той женщины, такой доброй и приятной, от которой пахло домом и уютом. Изанами закрыла глаза, отворачивая голову, сжала кулаки, загребая сухую черную землю. - Ненавижу, ненавижу, - шептала девушка, по ее щекам катились слезы, - ненавижу, - её голос звучал все слабее, став совсем безжизненным. Сама она виновата, когда начала надеяться на новую жизнь, но черт возьми... Девушка понимала, что больше не может так жить, когда каждый, кто оказывался рядом, умирал необъяснимой страшной смертью... Не торопясь и почти не веря, что делает это, капитан Кучики шел по вымершему лесу, не имея ни малейшего представления, что скажет этой замкнутой в себе девушке. Наконец, он вышел на поляну с почерневшей, перегнившей травой, земля здесь была сухой и потресканной. Именно там, прямо на земле сидела ведьма с растрепанными волосами и с застывшими на щеках слезами, безжизненно смотрела на чью-то могилу. Она была красива даже в таком состоянии. Словно отравленный цветок, которым можно любоваться лишь издалека. Приблизишься, вдохнешь его умопомрачительный аромат - и умрешь в ужасных муках, предаваясь пожирающей изнутри агонии. Бьякуя тяжко вздохнул и, крепко сжав мешочек с волосами Хуго, приблизился ко вздрогнувшей ведьме, обволакивая себя густым слоем реацу. - Не убегайте, - тихо произнес Кучики, губы Изанами дрогнули в жалкой ухмылке. Она тяжело задышала, морщась от тяжелой духовной силы, что опустилась на её плечи. - Не думаю, что теперь это возможно, - с трудом произнесла Ёми. Она забыла обо всем сразу, лишь боролась с тем, чтобы не распластаться на земле - настолько велика была его духовная сила. Капитан приподнял брови, смотря на неё. - Я даже вздохнуть не могу под вашим давлением, не то что двигаться, - выговорила девушка, - капитан Киораку тоже покрывает себя реацу, но никогда такой мощной, - усмехнулась она. Бьякуя смотрел на неё сверху вниз, понимая, что она имела ввиду: - Переживешь, - хмыкнул капитан и не думая убирать свою реацу, - хочешь, чтобы я здесь находился, придется терпеть. - Но я вас не приглашала, - глухо усмехнулась Изанами. - Не суть, - Бьякуя приподнял ладонь, словно делая одолжения ей, находясь рядом. - Капитан Кучики, - выдохнула девушка, в попытках сесть ровно, на лбу выступили капельки пота. - Что вы здесь делаете? - Ты оставила свой дом и отряд без позволения, - произнес он, словно, ожидал, что сразу все станет явным. - Никогда не думала, что вы так переживаете за восьмой отряд, - произнесла девушка, нервно улыбнувшись. - Твоя подчиненная, - проигнорировав её слова продолжил говорить Кучики, но в этот момент внутри Изанами все похолодело, как только она вспомнила перекошенное от безумной ярости лицо матери Акиры. Мысли о той ужасной кровавой резне в деревне вновь вспыхнули в ее сознании. - Она послала вас, - тихо, почти неслышно произнесла Изанами, поднося руку ко рту, Бьякуя несколько удивленно на неё взглянул, как быстро она догадалась, явно умнее той раздражающей личности, что его сюда отправила. Изанами тем временем приложила вторую руку ко рту, словно закрываясь от него и испугано взирая, продолжила говорить. - Чтобы убить меня, - закончила она, несколько отодвигаясь. Мысль Бьякуи, восхваляющая её ум в отношении других, поспешно испарилась из его головы, он даже не успел ничего сказать, как ведьма стала поспешно тараторить, видимо предсмертный текст. - Я понимаю, у неё есть это право, она мстит за свою семью, удивляюсь, что давно никто не додумался об этом, - быстро на одном дыхании проговорила она, - передайте ей, что я сожалею. Но я готова принять это, просто быстрее и, - она прикрыла глаза, вспоминая и прощаясь со всеми ребятами из восьмого отряда, каждого из которых она знала по имени, но никогда не общалась. Бьякуя устало потер переносицу и искоса взглянул на ведьму. - Она умоляла меня, - заговорил Кучики, вспоминая небрежную руку и снисходительный тон, которым его отправляли к ведьме, - чтобы я передал вам вернуться. Вы ей нужны, - закончил Бьякуя. Изанами сидела на месте, не шевелясь и понятия не имея, что делать. Было ли правдой то, что она услышала? - В общем, - Кучики, с чувством выполненного долга собрался уходить, - возвращайтесь назад. И он было развернулся, когда до него донесся тихий голосок. - Я не вернусь, - дрогнувшим голосом прошептала Изанами, возвращая взгляд к могиле и почти жалея, что миссией капитана Кучики не была её смерть. Бьякуя замер на месте, мысленно проклиная Хуго, которой он невообразимым и глупым способом задолжал. Тяжко вздохнул, он ведь знал, что не будет так легко. Разумеется, он мог просто уйти и сказать Хуго что попытался, но у него был долг и она так искусно ему об этом напомнила. Это было ниже его достоинства - провалиться в столь простом занятии. - Уверена? - все же уточнил он, повернув к ней голову. С тлеющей надеждой смотрел на её чёрную макушку. На угольки его надежды вылился ушат холодной воды, когда до него донёсся слабый голос "уверена". А она упертая... Поняв, что ему придется провести здесь некоторое время, Бьякуя опустился рядом с проклятой у небольшого бугорка, что напоминал могилку ребёнка. Кучики слегка задел ее плечо, и так они сидели бок о бок некоторое время. - Пришло время для меня уйти, - тихо и безэмоционально произнесла Изанами, словно принимая этот приговор жизни, от которого она так долго бегала и на который так упорно закрывала глаза. - Почему? - тихо спросил Кучики, в попытках нащупать почву для разговора, чтобы заставить её передумать. Еще вчера она была так счастлива, сидя с ними за одним столом. А сейчас... Ее голос был настолько опустошенным, словно из нее выкачали всю жизнь. Словно это она потеряла своих родителей, а не Акира. Неужели этот инцидент так сильно ранил ее? Они ведь никто для нее... - Осмотритесь вокруг... - глухо произнесла Изанами, опуская печальный взгляд на свои руки, что сейчас дрожали больше от отчаяния, чем от духовной силы этого человека. - Давайте не будем... - Осмотритесь! - воскликнула Изанами, поворачивая к нему голову и гневно сверкая голубыми глазами, - Осмотритесь! - почти прошипела она. Бьякуя начал смотреть на почерневшие деревья, засохшие кусты, кое-где виднелись мелкие животные, что издавали зловонный запах. - Видите? - Изанами смотрела на него, Бьякуя молчал обратил взгляд к могилке, чувствуя как внутри все сжалось от тоски и отчаяния, которое пронизывало здесь все вокруг, - Смерть, - произнесла девушка, - повсюду... Каким бы сильным духовным полем вы себя не окружали, рядом со мной, с каждой лишней минутой, ваша душа все ближе к заражению смертью. Вы понимаете это? Ради вашего же блага! Я прошу вас, - её голос с каждым словом срывался и все больше наполнялся горечью, - уйдите. Огромным усилием воли Бьякуя не отсел от неё подальше, и даже поборол желание выпустить больше реацу. - Вы понимаете, что подвергаете себя опасности? Понимаете?! - почти закричала она. - Я рискну, - ухмыльнулся Бьякуя, чувствуя некий азарт от всего происходящего. Словно хождение по острию лезвия. Один неверный шаг - и ты погибнешь. Это будоражило кровь и заставляло принимать условия опасной игры. - Вы не понимаете, - Изанами отчаянно замотала головой, делая попытки подняться, несмотря на тяжесть во всем теле. От давления реацу капитана ее голова закружилась, а ноги начали подкашиваться. Бьякуя наблюдал за ее жалкими попытками противостоять его духовной силе и чуть усилил ее, забавляясь. - Сядьте, - ледяным тоном произнес Кучики, - и прекратите этот цирк! Еми, удивленно округлив глаза, почти рухнула обратно. Цирк? Он считает цирком то, что происходит с ней? - Эгоистка, - прошептал Кучики, - зацикленная на собственной жалости к себе, - говорил обидные слова Бьякуя, заставляя девушку во все большем шоке смотреть на него, - хочу вас удивить - мир не зациклен на вас и вашем самосожалении. Люди умерли, - жестоко, с долей надменности сказал Кучики, буквально прожигая взглядом Изанами, заставляя ту чувствовать себя самой маленькой букашечкой в мире, - семья вашей подчиненной мертва! И вместо того, чтобы быть рядом и поддержать её и не дать рассыпаться на части, вы зациклились на собственной боли и заставляете других вытаскивать вас из ямы отчаяния. - Но я... - Я не закончил, - ледяным тоном отрезал Кучики, Ёми ошеломленно захлопала голубыми глазами. - Нравится вам или нет, а произошедшее никаким образом с вами не связано. Понимаю, что для вас легче закрыться в собственной печали и взять вину на себя, чем признать всю жестокость и несправедливость этого мира. Но правда в том, что у вас есть шанс что-то исправить, кого-то спасти, не допуская следующей подобной атаки, в конце концов! А вы сидите здесь у этой могилы, копаясь в самой себе и смакуя ненависть к своей судьбе. Между ними повисла напряженная тишина. Бьякуя раздраженно смотрел на нее, ожидая что она вспыхнет, кинется отрицать все сказанное, разозлится. Но она лишь потупила свой взгляд, принимая все сказанное, понимая что все это действительно так. Неужели он попал в цель? Но почему-то вместо маленькой победы, он ощутил во рту горечь. Сломленного человека легко убедить в его неправоте. Неужели она действительно так сильно переживает из-за всего случившегося? Эта девчонка, которая пережила столько смертей на своем веку... Неужели она переживала из-за них также? Бьякуя почувствовал как на сердце потяжелело. Все это время, он думал что она лишь притворяется доброй. И как неприятно было осознавать, что этот человек оказался действительно таким. Не желающим никому зла, но невольно причиняющим его. И теперь он кажется понял, почему Акира, самый эгоистичный и раздражающий его человек на всем белом свете, закрывающийся от этого мира маской надменности, не подпускающий к себе никого, кроме Изанами, нуждался в ней именно сейчас. Потому что только она сможет понять и принять ее боль, быть с ней откровенной и честной. Они обе пережили страшное и обе нуждались друг в друге. Кучики задумчиво разглядывал ее красивое бледное лицо, не понимая как он не замечал раньше этой пронизывающей боли, таящейся в ее глазах. Он всегда думал, что она легкомысленна и ветрена. Изанами перевела полные слезами глаза на могилу, чувствуя как сердце ее сжалось. - Я не смогу смотреть ей в глаза, - усмехнулась Еми, закрывая лицо руками. Она отстранилась и подняла руку к своим глазам, смотря на неё, - знаете ли вы, что такое настоящее одиночество? - отрешенно спросила девушка. - Уверен, не так знаком как вы, - ответил Кучики, смотря куда-то вдаль и чувствуя некую вину за сказанные в том порыве слова. - Я не помню когда в последний раз касалась человека, - прошептала Изанами, смотря на белую озябшую руку, капитан вздрогнул на этих словах и удивленно повернул к ней голову. Эта девушка всегда была добра с ним и окружающими, она была не виновата в той ужасной силе, которой ее наградила судьба. Неужели она и вправду настолько одинока? Бьякуя вспомнил, как боролся с неудачами, обрушившимися на его голову после встречи с этой особой, как она краснела и смущенно улыбалась в его присутствии, становясь очень неловкой. Жуткая ведьма, которой пугали всех новичков в Готей-13 оказалась обычной девчонкой с наивными голубыми глазами, милой и доверчивой. Кучики горько усмехнулся, чувствуя как сжалось его сердце. Изанами прерывисто вздохнула, устремляя свой взгляд к ночному небу: - Я не помню... Когда чувствовала чьё-либо тепло... И тут, - на её лице засияла слабая улыбка, - появилась Акира, что открыто насмехаясь над моими страхами буквально заставила меня поверить, что возможен другой путь. Как я смогу смотреть ей в глаза? - отчаянно спросила Изанами поворачивая голову к капитану, что неотрывно смотрел в ее глаза, пытаясь что-то понять. - Что я ей скажу? - Что вы рядом, - тихо произнёс Бьякуя, поддаваясь какому-то внутреннему порыву и неожиданно беря рукой её ладонь. Его тепло накрыло её. Изанами удивленно смотрела на то, как он держал её руку без страха и отвращения, и на лице стояла еле заметная добрая улыбка, - что вы не оставите её в одиночестве, - прошептал он, сжимая её ладонь. Девушка вздрогнула, ощутив как тепло от его руки вмиг растеклось по венам, разжигая внутри ее пустой души самый настоящий пожар. Сердце отчаянно рванулось к нему навстречу, но Изанами испуганно отпрянула от капитана, выхватывая свою ладонь, которую тут же обдало холодом. Внутри нее вспыхнула самая настоящая истерика - так сильно ей хотелось, чтобы он никогда не отпускал ее руку. Безумно, до одури хотелось чувствовать его тепло и дальше, чтобы оно проникло в нее, согревая изнутри, но позволить ему умереть от близости с ней - было выше ее сил. Изнывающее от тоски сердце защемило от отчаяния и боли, ставшей ее вечным спутником. - Не стоит так делать... - прошептала Ёми, пряча полный боли взгляд. - Все, кого я когда-то любила... Умирали, прикоснувшись ко мне... Сердце Бьякуи дрогнуло. Эта женщина так отчаянно рвалась к людям, пытаясь ухватить хоть частичку их тепла... Каждый раз веря в то, что на этот раз получится, обжигаясь снова и снова, она боролась со своим проклятием, не желая оставаться в одиночестве. Совершенно другая, нежели он, замкнувшийся в себе и возненавидевший весь мир. Кучики вспомнил ее разговор, случайно услышанный в саду семьи Хуго. Познавшая предательство самого родного человека, потерявшая всех близких ей людей, отвергнутая обществом и до смешного одинокая, она не сломалась тогда, продолжая улыбаться каждому встречному, озаряя этот мир своей искренней доброй улыбкой. Но она была сломлена сейчас... Как много способен вынести один человек? Кучики смотрел в ее чистые голубые глаза, чувствуя как ее одиночество проникает в него и пронизывает всю его душу. - Так? - тихо произнес Бьякуя, касаясь кончиками пальцев теплой щеки Изанами. Это прикосновение обожгло ее. Девушка испуганно вздрогнула и взглянула на капитана, чьи темно-серые глаза пристально смотрели прямо в ее. Сердце затрепыхалось в груди как пойманная птица и Ёми с сожалением отвела его руку в сторону, понимая чем это ему грозит. - Вы умрете... Кучики усмехнулся, глядя на ее дрогнувшие губы и, чувствуя взыгравший в душе азарт, снова коснулся ее лица. В ярких голубых глазах появился испуг, и это распалило его еще больше. Влекущая к себе, безумно красивая и такая одинокая... Как он сам. Ее сердце не знает ничего, кроме боли, а душа умирает каждый раз, когда из жизни уходят близкие ей люди. Он знает это состояние на грани, когда весь мир становится черным, без окраски белого. Когда воздух вокруг обжигает легкие, словно соткан из тысячи острых клинков. Когда жизнь настолько не имеет смысла, что каждый новый день - как мучительное проклятие для истерзанной души. Пустота и вечный холод, вот что окружает их обоих. Только вот в отличии от него эта одинокая, хрупкая женщина, безустанно продолжала бороться со своей участью день за днем, неизвестно откуда черпая силы жить дальше и заставляя бороться других. И он был уверен, что пройдет время и она снова будет отчаянно отстаивать свое право быть в этом мире. Он сам лишь недавно почувствовал в себе это же стремление, этот огонь, что сжигает все преграды и неудачи. Почувствовал себя живым. Сможет ли он возродить этот огонь в ней? Изанами с горечью смотрела в его глаза, чувствуя как мужчина, в которого она так глупо влюбилась, который заставлял ее сердце болезненно сжиматься каждый раз, когда она понимала, что не может просто прикоснуться, даже подойти к нему, медленно приближается к ней. - Не надо, - закрывая глаза прошептала Изанами, и внутри все воспротивилось, взбунтовалось от этих слов, потому что больше всего на свете она хотела, чтобы он поцеловал ее хотя бы раз, - вы будете прокляты... - Даже через тысячу лет твое проклятие не сможет убить меня, - тихо прошептал Бьякуя ей в губы, обжигая своим дыханием, и спустя мгновение ее сердце запнулось и застучало как сумасшедшее, от нежного, мучительно-сладкого поцелуя, в который он увлек ее. Внутри все вспыхнуло от его нежных прикосновений, а душа готова была разорваться на части от переполнявших чувств. Радость и горе, счастье и боль - все перемешалось в ее душе, заставляя сердце сладко трепетать и желать большего. Он придвинулся ближе, прижимая ее голову к себе, не отпуская, целуя так сильно, словно пытался понять, чем она так привлекла его. Изанами задышала чаще от его мощного духовного давления, которое росло с каждой секундой все больше и больше. Голова начала кружиться и она уже не понимала, от его горячих губ или от реацу, из-за которой она вот-вот рассыплется на части. Изанами жадно глотнула воздух и Бьякуя, взглянув в ее затуманенные глаза, приник к ее нежной шее, заставляя девушку вздрогнуть, чувствуя как кожа покрывается мурашками в том месте, где он целовал ее. Весь мир сейчас лежал у ее ног и она была настолько счастлива, что ей хотелось умереть. Вот так, растаять в его объятиях и больше никогда не просыпаться. Чтобы последнее, что она запомнила - были его теплые руки, его горячие нежные губы. Сознание мягко обволокло туманом и девушка закрыла глаза, чувствуя на губах вкус собственных слез. Она знала, что это был первый и последний раз, и сейчас, в этот момент, она хотела забрать все его тепло, чтобы оно навсегда осталось с ней, когда он отстранится от нее и навсегда забудет то, что произошло в этом лесу. Кучики сжал пальцы в кулак на ее животе, задирая вверх ее черную форму и опомнился только тогда, когда почувствовал как девушка обмякла в его руках, почти полностью потеряв сознание. Мужчина, крепко держа ее в руках, посмотрел в ее закрытые глаза и с сожалением ослабил свое духовное давление, давая девушке возможность дышать и понимая, что теперь счет пошел на минуты... Он не сможет находится рядом с ней долгое время, не убив ее своей силой. Она просто не сможет выдержать ее и умрет у него в объятиях, как это чуть только что не произошло. - Прости, - тихо произнес он, отстраняясь от Изанами. Девушка схватилась за голову, пытаясь понять что происходит и где она. Этот обволакивающий туман был так сладок и так притягателен. Она хотела раствориться в нем без остатка и вдруг, все исчезло... Изанами поняла, что капитан шестого отряда убрал свою реяцу, оставаясь совершенно беззащитным перед ее страшной силой. Ёми в ужасе вскочила и, использовав шунпо отошла от него на приличное расстояние, с сожалением смотря на мужчину, в которого влюбилась, отдаляясь от него с каждым шагом и утыкаясь спиной в дерево. Ее грудь часто вздымалась, а глаза, полные слез видели перед собой только его одного. Капитан медленно поднялся, не отрывая от нее взгляда. - За тобой выбор, что ты сделаешь дальше, - чуть хриплым голосом проговорил он. - Просто знай, пока есть хоть один человек, что нуждается в тебе, ты не имеешь никакого права на одиночество... И он исчез... Изанами, закрыв рот руками, сползла вниз по дереву, чувствуя как все еще горят ее губы и как болезненно сжимается сердце, понимая, что больше он не приблизится к ней, иначе один из них умрет. Как же она ненавидела свою силу в этот момент и как отчаянно желала от нее избавиться. И был во всем мире только один человек, рядом с которым она может вновь почувствовать себя живой... Который нуждается в ней сейчас не меньше, чем она в ней. Как она могла бросить ее переживать весь тот ужас в одиночку? Ёми исчезла в шунпо, чувствуя как в груди свернулся тугой ком. Какой же дурой она была!