Венчанные

Ночь порой кажется такой длинной и нескончаемой… Мы торопим её, подгоняемые желанием увидеть рассвет. Нам кажется, что она неумолимо жестока, пробуждает в нас самые сокровенные и самые желанные мечты, некоторые из них настолько интимны, что только тёмные крылья ночи могут позволить им выйти в свет луны. Она приходит, чтобы дать нам время помечтать, подумать, погрустить… Но сегодняшняя ночь была такой желанной… Двое среди книжных стеллажей, наедине со страстным желанием продлить эти мгновения ещё хотя бы на секунду. Им не нужны были слова, запретные касания, страстные ласки, порочные поцелуи, нет, лишь время рядом друг с другом. Без прикосновений они чувствовали друг друга всей душой, наполняя помещение тяжёлым дыханием, гулом бешеного биения сердец, раскаляя воздух до предела, заполняя мысли мечтами. — Слава Богу мы вас нашли! — Профессор Стебель ворвалась в пространство, что ещё минуту назад было волшебным и сладким, теперь это казалось неловким и неправильным. — Я несколько минут назад нашёл мисс Грейнджер. Не о чем волноваться, я отведу её в спальню, — ровным, сухим от боли голосом произнёс мужчина, переводя взгляд на Помону. — Ох, будет ли это удобно? Профессор в спальне для девочек? Я сделаю это за вас, Северус, а вы отправляйтесь отдыхать, но прежде сообщите Альбусу, что всё хорошо! — с улыбкой женщина взяла Гермиону под руку и потащила прочь из библиотеки. — Ох, мисс, вы должно быть изрядно напугались? Ох уж эта архитектура! Новенькие частенько плутают средь нескончаемых коридоров! — причитала женщина, но Грейнджер её не слышала. Гермиона была так поглощена своими мыслями, что никогда бы не заметила обеспокоенные серые бриллианты во тьме, что наблюдали за тем, как девушка и женщина скрылись за дверьми женской спальной комнаты… — Эй! Драко, уже можно идти спать? — зевая, вопрошал Винсент. — Идите, — безразлично ответил парень. — Драко, ты в порядке? — поинтересовался Крэбб, чувствуя тоску в голосе друга. Ему ли не знать, что подобный тон означает большую озадаченность и волнение о чём-то… — Нет. — сухо отрезал Малфой, после чего вернулся в свою постель. Сегодня ночью он впервые пожалел о том, что позволил Гермионе отойти от него настолько далеко, что его сердце сжалось от неприятных ощущений. О чём он волновался больше? О том, что его отец устроит ему взбучку, если узнает, что вместо того, чтобы позаботиться о своей невесте, он только и делает, что унижает и кричит, или о том, что Гермиона может уйти и не вернуться? Он не хотел знать ответ на этот вопрос. По тёмному коридору, окутанному тишиной, звучали шаги ног, идущих в не желаемом направлении. — Профессор Снейп? Что-то случилось? — удивлённо произнёс Альбус широко, раскрыв глаза от удивления. — Нет. Сообщаю, вам, что я нашёл Гермиону. Профессор Стебель отвела её в спальню, — отчитался Северус, не чувствуя ничего, словно его одарил поцелуем сам дементор, выпив какие-либо чувства. Зельевар собирался уходить, как вдруг седовласый остановил его. — Она совсем девочка, но такая красивая, не правда ли? — задумчиво произнёс Дамблдор. — Не настолько, чтобы пошатнуть моё душевное равновесие, — выдавил Снейп, словно так было правильнее всего. — Разумеется- разумеется…- тихо чеканил каждое слово мужчина, — Не забудьте об этом, когда её красота наконец тронет сердце Малфоя… — загадочно прошептал старец, заставив черноволосого мага задуматься о том, что уже второй раз ему не принадлежит даже волосок с головы желаемой… Утром выйдя во двор, Гермиона встретила хмурое небо и моросящий дождь. Горько улыбнувшись, девушка уже хотела вернуться, как вдруг заметила беседующих Северуса и Драко. Оба были серьёзны, словно случилось нечто ужасное, что требовало немедленных действий. Девушка по мановению неизвестного ей порыва подошла к обоим. — Доброе утро! — с привычной улыбкой начала девушка, — Что-то случилось? — голос её слегка дрогнул, увидев нечто странное в глазах белокурого парня. — Нет, ничего. Не опоздайте на урок, больше никаких срывов я не потерплю! — грубо произнёс зельевар и удалился. Девушка хотела остановить его, но затем в её наивную голову влетела мысль о том, что вокруг полно студентов, мало ли, что они могут подумать… — Ты вернулась поздно вчера, — сухо начал Малфой, смотря уже куда-то в сторону. — Я…заснула в библиотеке… Прости, если заставила волноваться, — неловко улыбнулась девушка. — С чего бы? Меньше всего меня интересует твое местонахождение. — с нахальной ухмылкой парень явно пытался сделать больно брюнетке, которая упорно отказывалась верить в ничтожность своего будущего мужа. — Просто… там в больничном крыле, ты сказал, что тебе не «всё равно». Поэтому я подумала, что вдруг ты мог волноваться, — объяснилась Грейнджер, хотя скорее оправдывалась, за то, что хотела чувствовать себя нужной ему. Драко молча развернулся и пошёл в сторону замка, словно и не слышал последней реплики кареглазой. — Ну?! Чего ты ждёшь?! Нам пора, или ты предпочитаешь скитаться по коридорам Хогвартса вновь и вновь?! — развернувшись к девушке, с насмешкой в голосе поинтересовался блондин, ожидая, что, хотя бы сейчас она найдёт достойный ответ. Скажет какую-то колкость, и его сердце дрогнет от удивления. -Да! — с улыбкой крикнула Гермиона и помчалась следом за Малфоем. «Нет, ничего. Снова ни единого протеста!» — пронеслось в голове Драко прежде, чем он проследовал в кабинет зельеварения, даже не зная о том, что девушка, идущая следом за ним, расплывается в счастливой улыбке, тает от теплоты к нему только потому, что он не забыл о ней! В кабинете зельеварения давно всё было готово к уроку, студентов было ещё не слишком много, а профессор что-то усердно записывал, не обращая внимания ни на что. Грейнджер, заметив какое-то раздражение в поведении зельевара, решила узнать, что тяготит Снейпа. Недолго думая, она подошла к учительскому столу. — Профессор? — тихо позвала она. — Мисс Грейнджер, разве вы не видите, что я занят?! — зло отрезал учитель, не поднимая головы. Ошарашенная таким поведением Гермиона отшатнулась. — Простите…- неловко извинилась девушка, вернувшись на своё место. Через несколько минут начался урок. Северус зло расхаживал по кабинету, диктуя конспект и не смотря на учеников. Холодность и раздражительность окутали фигуру зельевара. И как бы он хотел сказать, что больше не хочет чувствовать ни боль, ни радость, ничего, лишь была бы в душе пустота… Прошу оставляйте отзывы) Нужно ли продолжить?